Falling inside the black

Раз, два, три, четыре, пять. Ты — моё обезболивающее, Я иду искать свой рай в неволе, Ты мой рай и моя тюрьма. VIXX — Chained Up

Он проснулся рано утром, на грани между черничной сочной свежестью ночи и розовеющим бутоном рассвета, что ещё только готовился набрать цвет. Кинув взгляд на соседнюю кровать, тут же вспомнил события вчерашнего дня и, чертыхнувшись, принялся торопливо собираться. Джинсы, футболка, бомбер, любимые браслеты. Ах да, провести ладонью по пламенеющим вихрам. Готово. Ади выскользнул из комнаты серой тенью и сразу направился в женское крыло, не решившись отправиться к Сэми в одиночку. Демонесса дверь на ночь не запирала: всякий, посмевший ворваться в комнату дочери Мамона, да ещё и в неурочное время, рисковал здоровьем как физическим, так и моральным. Ибо острые ноготки Мими всегда находились в боевой готовности, точно так же, как и обширный словарный запас с поименным перечислением всех демонов и их родственников, вкупе с неприятными эпитетами и маршрутами, в которые Мими с легкостью отправляла незваных визитеров. Так что Ади сильно рисковал, заходя к ней, да ещё и в такой час. Обычно девушка выползала из кровати ровно за пару десятков минут до начала уроков, а если был выходной, запросто могла проваляться до обеда. — Эй, Мими, вставай, — он осторожно коснулся руки, крепко вцепившейся в край одеяла, и мгновенно отшатнулся в сторону, когда эта самая рука, вспорхнув в воздух, едва не смазала по щеке, оставив на память пару царапин. — А, что, разве уже утро? — сонно протянула демонесса, не открывая глаз. Она беззвучно зевнула, обнажив мелкие острые зубки, и, натянув на себя одеяло, повернулась на бок, не забыв при этом метко ткнуть бледной узкой пяткой в бок Ади, никак не ожидавшему такой подставы от лучшей подруги. — Да, утро, — прошептал он, едва заметно сморщившись от несильной боли, — ты нужна мне Мими, давай, вставай, — с этими словами он попытался стащить с демонессы одеяло, но в ту же секунду отлетел к стене от очередного меткого пинка. Да уж, дочь Мамона предпочитала действия словам, это точно. — Ты на часы смотрел, рыжий? — она, наконец, соизволила разлепить дымчато-серые глаза, в глубине которых клубился прохладный, пепельный туман. — Сатана тебя подери, с чего ты вообще припёрся ко мне в пять утра?! Неужели нашему Ади приснился страшный сон, и он боится оставаться в своей комнате один? — насмешливо протянула Мими, пусть и с трудом, но приведя себя в относительно вертикальное положение. — Очень смешно, Мими, — Ади в каком-то отчаянном жесте взъерошил и без того растрепанные волосы и присел рядом, засунув подрагивающие руки в карманы бомбера. — Мне нужно в больничное крыло! Прямо сейчас. — А я здесь причем? — в сумеречных глазах демонессы вспыхнуло и тут же погасло алое пламя. — Да и вообще, зачем тебе в больничное крыло? Нет-нет, только не говори мне, что ты… — она удивленно ойкнула, усаживаясь удобнее, словно в предвкушении, тонкие пальчики забарабанили по одеялу. — Что я? — демон хмуро покосился на неё, нервно дёрнув правым крылом. — Ну-у, даже и не знаю, как сказать, — медленно протянула Мими, словно поддразнивая, провела своей ручкой по перьям, заставив ещё раз дернуть крылом, на этот раз левым. — Ты слишком уж печёшься о своём новом соседе. Ну, загремел он в больничку, что тут такого? — Мими перебирала пальцами по постели, и, кажется, не столько разговаривала с Ади, сколько вела монолог сама с собой. — Нет, я, конечно, понимаю, что Сэми очень даже ничего, сама бы не отказалась согрешить с ним, — Мими облизнула свои губки, насыщенно рубиновые, соблазнительно пахнущие цикутой, и Ади вдруг поймал себя на том, что последняя фраза отчего-то разозлила его, словно демон и в самом деле запал на ангелочка. — Но ты-то у нас по девочкам, или я чего-то не знаю, а, рыжий? — она притянула его к себе так, что грудь, втиснутая в тугую шнуровку кожаного корсета, едва не вывалилась наружу, прямо в руки, вцепившиеся в молнию бомбера, словно в некий спасительный якорь. — Не твоё дело… по кому я… — Ади резко вскочил с кровати, не в силах выдержать испытующий, насмешливый взгляд из-под полуопущенных ресниц. — Сэми мой сосед по комнате, и, по-моему, это нормально — волноваться за него. Я, может, уже привык к этому крылатому недоразумению! — он остановился в паре шагов от окна, чувствуя, как предательски дрожат руки и как взмокла спина в районе крыльев. «Ну, вот, приехали: вспотеть из-за какого-то светлого, а не в процессе весьма увлекательных телодвижений с горячей дьяволицей. Отстой! Ади, поздравляю, ты только что пробил дно и с оглушительным свистом помчался в радужные дали, навстречу увлекательным приключениям на свою пятую точку!» — Эй, Сэми твой сосед всего пару дней, а ты уже носишься с ним, как святой Пётр с ключами от Рая, — громко фыркнула Мими, перекатываясь на бок. — Когда ты делил комнату с Велиатом, не помню, чтобы хоть раз навестил его, когда он сломал себе пару костей, на спор спрыгнув с кем-то из наших с крыши школы. — Велиат сам виноват: с его способностью к полётам вообще удивительно, что он сломал себе не шею, а всего лишь пару сраных косточек в крыле. И вообще, этот крылатый свин вылетел из школы, так и не вернув долг в виде пары бутылок глифта и желания, что он проиграл мне в Вагат, — парировал Ади, не желая вспоминать о своём соседе. Хотя, конечно, Велиат научил кадрить девчонок, это да. За это спасибо. И хватит о нём. Сейчас демона больше заботил Сэми, как ни странно было признаваться в этом. Пусть и самому себе. Он хмуро улыбнулся Мими, по-прежнему взиравшей на него с кровати с этой надменной улыбкой Марии Антуанетты, надеясь, что своей немногословной тирадой про Велиата отвлёк демонессу от обсуждения их с Сэми взаимоотношений. — Ну-ну, можешь считать, что я тебе поверила. Но нет, — хихикнула Мими, потягиваясь словно кошка, — я в любом случае уже не засну. Так что ладно, прогуляюсь с тобой до больнички. Говорят, свежий воздух полезен для организма. Надо бы проверить, — демонесса запустила в Ади подушкой, очень ненавязчиво намекнув на то, чтобы он вышел, дабы она привела себя в порядок. Появившись в коридоре спустя полчаса, Мими бесцеремонно подхватила демона, бесцельно слоняющегося из угла в угол под руку, и нарочито бодрым шагом направилась в больничное крыло, словно и не было никакой беседы о Сэми и странном, по мнению демонессы, интересе Ади к ангелу и его проблемам. Утро встретило непривычной тишиной: никто не спорил в школьном дворе, не устраивал стычки и разборки, лишь одинокая птица едва слышно выводила замысловатые трели, усевшись на дерево неподалеку от лабиринта, ведущего к саду Адама и Евы. Влажная от росы трава оставляла тёмные разводы на кроссовках, а ветер, ворвавшийся во двор со стороны адских пустынь, едва не сбил с ног даже Ади, чего уж говорить о миниатюрной демонессе, удержавшейся на ногах лишь благодаря натренированным крыльям. — Ну, нихрена ж себе утренняя прогулочка, — Мими как можно крепче вцепилась в его плечо, не желая улететь к такой-то матери за пределы школы, а, может, даже и за пределы этого мира. — Чтоб я ещё раз согласилась на эти твои авантюры?! Да ни за что, — демонесса сморщила носик и оглушительно чихнула, так, что барабанные перепонки демона едва не лопнули от переизбытка децибел, что на них обрушились. — Ну, вот, если я заболею, будешь носить мне передачки, рыжий. И чтоб непременно со свежими булочками и сладким чаем! — Мими даже топнула ножкой для пущего эффекта, но была вынуждена снова ухватиться за Ади, когда очередной порыв ветра взъерошил перья и ловко растрепал иссиня-чёрные локоны. — Мими, не преувеличивай, — лишь хмыкнул он в ответ на столь беспрецедентное заявление подруги, — и давай потише, мы почти пришли, — Ади перешёл на шёпот, скользнув в пустынный больничный коридор. Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, демон потянул на себя ручку двери и уже собирался войти, как та сама собой распахнулась, и перед ними возник Натаниэль — его кудрявые волосы, обычно собранные в аккуратный пучок, пушились во все стороны, из-за чего ангел выглядел весьма уморительно. — Лилит тебя… — Ади едва не закричал, слишком уж внезапным было встретить Ната здесь, в такую несусветную рань, но Мими вовремя закрыла ему рот своей ладошкой во избежание не нужного им обоим внимания со стороны преподавателей, комнаты которых выходили окнами как раз на больничное крыло. — Я тоже рад тебя видеть, Ади. И тебя, Мими, — губы Натаниэля тронула легкая едва заметная улыбка, — только вот что вы делаете в больничном крыле в такую рань, а? — он снова улыбнулся, спокойно ожидая ответа. — Мы… ну… в общем, — воинственный пыл Ади незамедлительно угас, непоколебимое спокойствие Натаниэля сводило на нет любые попытки сцепиться в словесной баталии с ангелом, чьи глаза смотрели на него с некой отрешенностью во взгляде. — Нат, тут такое дело, — Мими взяла всю инициативу на себя: отпихнув друга в сторону, она ослепительно улыбнулась Натаниэлю и затараторила, словно пытаясь успеть поделиться самым сокровенным, — Ади ночь не спал, всё думал про малыша Сэми, как он там, что с ним, — демона аж перекосило от такой наглости. Чёртова Мими, она что, специально так себя ведет? Этот ангел и так что-то подозревает, раз вчера разговаривал с ним так, словно Ади и правда по уши втюрился в Сэми. А теперь уж точно задумается об этом. А уж если поделится своими мыслями ещё с кем-то из ангелов, то Ади точно конец. Всё то, чего он с таким трудом добивался последние несколько месяцев, доводя учителей до белого каления и меняя подружек как перчатки, канет в Лету. И ему в очередной раз придется выслушивать от папаши нотации на тему того, что сынок теряет хватку и превращается в жалкого слюнтяя. Вместо того, чтобы во славу папочки быть похожим на Люцифера, что на зависть всем в свои двадцать семь лет, естественно, по меркам смертных, добился таких высот, о которых сыночек мог лишь мечтать. Шепфа, и всё это из-за идиотского желания глянуть, как там Сэми, чтоб его! — Вот и встал ни свет ни заря, и меня разбудил, зараза такая! — с каждой новой фразой Мими улыбалась всё лучезарней и лучезарней, Ади даже не думал, что в её прелестном ротике столько зубов — никак среди родни Мими затесалась парочка акул. — Ты ведь нас пустишь к нему? — задала она вопрос, нисколько не сомневаясь в утвердительном ответе. И поэтому была несколько раздосадована словами Натаниэля. — Нет. И не советую меня уговаривать, — ангел, похоже, ждал, что получив отрицательный ответ, демоны спокойно развернутся и уйдут ни с чем. Мими, собственно, именно так и собиралась сделать и уже потянула Ади за собой, напоследок преувеличенно печально вздохнув. Но демон резко вырвал руку и медленно приблизился к Натаниэлю, по инерции отступившему за порог: таким сердитым и донельзя недовольным взглядом одарил его Ади. — А я и не собираюсь. Просто уйди с дороги, светлый, и никто не пострадает, — процедил он, обнажив клыки в болезненной усмешке. — Я встал в такую рань не для того, чтобы спорить с тобой, я просто хочу ЕГО увидеть, — демон медленно, но неумолимо теснил Натаниэля, плескавшаяся на дне отливавших изумрудной зеленью глаз пламенеющая боль, круто замешанная со злостью, искрила перебитой проводкой, наэлектризовав и без того напряженную атмосферу. Мими не сводила с Ади восхищенно-непонимающего взгляда: давно она не видела демона таким — ослепительно прекрасным в своей злости, роняющим одно за другим хлёсткие обидные слова прямо в лицо Натаниэлю, чьё спокойствие уже далеко не было таким незыблемым. — Небось, думаешь, что такой, как я, не может переживать за кого-то из ваших, да? Считаешь, что мы, демоны, хуже этой вашей белокрылой братии?!  — Ади, успокойся, — шепнула Мими, не слишком-то веря в то, что демон, вошедший в раж, её услышит. Он и не услышал, полностью сосредоточенный на том, чтобы проникнуть в палату Сэми. Натаниэль не выдержал первым этого обмена взглядами, не в силах справиться с пылающим маревом глаз Ади, что прожигали насквозь сверхмощным лазером, с лёгкостью кромсая на части внутренности. — Послушай, ты заводишься на пустом месте, — примирительно улыбнулся он, вскидывая кверху руки в донельзя патетическом жесте. Однако демон никак не отреагировал на эти слова; он по-прежнему скалил зубы в недружелюбной усмешке и даже пару раз клацнул ими в опасной близости от незащищенной шеи Ната. — Да послушай же ты, дурья твоя башка! — наконец, прошипел ангел, совершенно выведенный из себя поведением Ади, что явно напрашивался на драку. — Я бы с радостью пустил тебя к нему, но есть два больших НО. Во-первых, если вас с Мими, — он кинул быстрый взгляд в сторону демонессы, с нескрываемым интересом наблюдавшей за их перепалкой, и продолжил, тщательно проговаривая каждое слово, — увидят здесь Мисселина или, что ещё хуже, Фенцию, то простой отработкой тут не отделаться. Я-то, может быть, заговорю им зубы, не впервой, — в голосе Натаниэля впервые прозвучала не свойственная ангелам гордость, — а вот вы окажетесь под угрозой вылета из школы. Оно тебе надо? — ангел мягко коснулся плеча рыжеволосого демона, отчего тот резко дёрнул плечом, ни в какую не желая успокаиваться. — Даже если тебе плевать на себя, подумай о Сэми. Он ведь останется здесь совершенно один, а ведь вы почти успели подружиться. — И только теперь, при упоминании имени темноволосого ангела, Ади широко распахнул глаза, и, кажется, вернулся в состояние шаткого равновесия. По крайней мере, алое пламя глаз поутихло, подёрнулось пеплом непонятного сожаления, а крылья, что неровными черными кляксами хлопали за его спиной, уныло обвисли, словно паруса корабля, попавшего в штиль. — Ты сказал об одном большом НО, светлый, — наконец, проговорил он хриплым шёпотом, царапающим лёгкие ржавым тупым гвоздем, — а как же второе? — Отрадно слышать, что ты прислушался к голосу разума, — с облегчение выдохнул Нат и, поманив за собой, наклонился к самому уху так, чтобы любопытная Мими, моментально навострившая ушки, не услышала ни слова, прошептал, — Сэми ещё не пришел в сознание. Поэтому я не вижу никакого смысла в том, чтобы сидеть у его постели, подвергая и себя, и его опасности быть обнаруженными. — До сих пор? Но почему? Неужели всё так серьёзно? — вопросы сыпались из Ади, словно из некого рога изобилия, и Натаниэль, сколько бы ни пытался, но так и не смог удержать этой мягкой понимающей улыбки. — Да я не знаю, никто ничего толком не говорит. Но, скорее всего, он вложил в создание нимба слишком много энергии, и тот высосал из него все силы, — Нат пожал плечами в ответ на немой вопрос демона, ожидая дальнейшей реакции на его слова. И она, конечно же, незамедлительно последовала, вызвав ещё одну улыбку на губах ангела. — Но ведь я тоже потратил кучу энергии на эти чёртовы рожки и хвост. И не упал в обморок, разве что голова закружилась, — Ади напряженно морщил переносицу, пытаясь понять и осознать, почему Сэми оказался слабее его. — О, господи, Ади, ты совсем тупой, да? — Мими, дернула его за руку, привлекая к себе внимание. Демонесса, скорее всего, успела услышать последнюю реплику ангела и последовавший за ним вопрос демона и теперь пританцовывала на месте от нетерпения, желая втолковать другу очевидное. — Чего это я тупой? — заметив, как невольно усмехнулся Натаниэль, Ади нахмурился, наконец-то соизволив повернуться к дочери Мамона. — Да потому, что вместо того, чтобы пошевелить своими немногочисленными извилинами, предпочитаешь вести себя как идиот, — Мими показала ему язык и торопливо затараторила, выстреливая очередями слов и предложений, пребольно ударяющими в грудь Ади, к сожалению, не защищенную мало-мальски крепким бронежилетом, — мы с тобой здесь уже с полгода, если не больше. Плюс ты, как я знаю, какое-то время обучался основам дома. Ты сам рассказывал мне, как папаша дрючил тебя пару месяцев, вдалбливая какие-то заумные вещи, до которых мы здесь ещё не дошли. Да и мои предки тоже времени даром не теряли, — Мими перевела дух, облизала губки и продолжила, победно усмехнувшись парням, что смотрели на неё словно на известного проповедника: — А Сэми здесь всего третий день. И хрен его знает, занимались ли с ним родители, или просто пихнули в школу, не думая ни о чем. Нат, твои тебя дома чему-нибудь учили? — она улыбнулась Натаниэлю, что взирал на неё со странной смесью одобрения и удивления. — Лично меня нет. Ангелы не настолько честолюбивы, как демоны и предпочитают доверить воспитание отпрысков школе, нежели заниматься этим сами. Ну, ангел Фенцио не в счёт, — вдруг усмехнулся он, сверкнув глазами в ту сторону, где находились комнаты преподавателей. — Так что, я согласен с тобой. Не надо равнять всех под одну гребёнку, — он протянул Ади широкую ладонь и, не меняя расслабленной, спокойной интонации, произнес. — Я ценю и уважаю твою заботу о Сэми и ни в коем случае не хочу вставать между вами, но в данной ситуации лучше будет, чтобы вы дождались, пока он придёт в себя и вернётся к учёбе. И я передам ему, что ты заходил, обязательно, — добавил он, заметив явное недоверие, плескавшееся в глубине нефритовых глаз демона. — А нельзя прийти днём, вдруг он всё-таки очнётся? — Ади предпринял ещё одну попытку, уже не такую наглую и уверенную, но Натаниэль лишь покачал вихрастой головой с мелкими барашками кудряшек: — Нет. Не стоит лезть на рожон. Днём Мисселина постоянно инспектирует больничное крыло, и поверь, нравоучительная лекция по поводу взаимоотношений света и тьмы, — не то, что стоит выслушать. Мне довелось «насладиться» ею, когда мне вздумалось навестить Ишет. Она тогда отравилась перезревшей сливой прозрения. И, знаешь, лекция мало того, что длилась около часа с лишним и изобиловала всяческими ветхозаветными словечками, так ещё и слинять не было никакой возможности, — Натаниэль передернул плечами, после чего приглушенно расхохотался, прикрывая рот, увидев, как лица обоих демонов перекосила одинаково презрительная гримаса. — Я прямо представила, как она своим приторным голоском говорит тебе о том, что демоны зло и прочую лабуду, — Мими скосила взгляд на Ади, призывая в свидетели, и демон согласно кивнул, удерживая на губах неодобрительную усмешку. Мисселина всем и каждому успела основательно потрепать нервы со своим видением мира бессмертных. — Ладно, уговорил, — буркнул он, засунув в карманы руки и переступив с ноги на ногу. — Надеюсь, он не проваляется здесь с неделю, — как-то по-особенному тяжко вздохнул демон и, не дожидаясь ответа от Ната, развернулся и поплелся обратно, в сумрачное одиночество комнаты. Мими же послала Нату воздушный поцелуй и, сопроводив тот соблазнительной улыбочкой, адресованной ему же, пустилась следом за Ади, мелко семеня по коридору ножками, втиснутыми в лаковую черноту чересчур облегающих брючек. А Натаниэль так и остался стоять в дверях палаты, про себя думая о том, что эти странные отношения между Ади и Сэми ему определенно нравятся. По крайней мере, наблюдать за ними куда как интереснее, чем за уныло движущимися со скоростью улитки-инвалида отношениями между Дино и Анахитой. Улыбающимися друг другу, словно первоклассники, да мнущими потные ладошки, не решаясь коснуться друг друга на людях. Эта же парочка, до ужаса неправильная хотя бы потому, что связь между ангелом и демоном сама по себе запретна, умудряются удивлять всех вокруг таким накалом страстей, которого не бывает даже между Люцифером и Ости в минуты их масштабных ссор, полыхающих адским пламенем по всей школе. А если ко всему прочему прибавить тот факт, что оба героя его размышлений парни, становится в разы интереснее думать над тем, во что может вылиться их знакомство. Хмыкнув напоследок, Натаниэль вернулся в палату, где и просидел ещё несколько часов перед кроватью Сэми, покинув её лишь тогда, когда опасность быть обнаруженным кем-то из учителей стала прямо-таки осязаемой.