Falling inside the black

Даже если вокруг одно одиночество, Рядом всегда есть лунный свет. Взлетая на неоперившихся крыльях, Я должен двигаться дальше. レミオロメン — Only Human (1リットルの涙 OST)

— Отец мой Сатана! — звонкий голосок Мими, прозвучавший прямо над ухом, бесцеремонно ворвался в умиротворяющую тишину вечера. Небо за окном пламенело гроздьями диковинного винограда, истекало закатным соком, обволакивая заходящее солнце пьянящим сумеречным вином, настоянным на густой облачной дымке, зависшей в воздухе тонкими слоями сахарной ваты самых разных оттенков белого. — Ты, рыжий, совсем спятил, как я посмотрю! — дочь Мамона всплеснула изящными ручками, с неподдельным интересом рассматривая живописную композицию в лице Ади и Сэми, крепко обнимающих друг друга. — Сатана — отец Люцифера, а не твой, — сонным голосом пробормотал Ади, передернув плечами, отчего крыло мягко коснулось щеки Сэми, недовольно сморщившего нос. — Блять, Мими, какого беса ты забыла в моей комнате?! — он отпрянул от ангела, неловко поворачиваясь на бок, так, чтобы крылья закрыли Сэми, спрятав того от насмешливого взгляда демонессы, обнажившей острые мелкие зубки в недвусмысленной улыбке. — Тебя и забыла, — Мими качнула головой, заразительно рассмеявшись, шагнула вперёд, заглядывая демону за спину, и мгновенно встретилась взглядом с выцветшими васильковыми полями, затерявшимися в испуганных глазах Сэми. — Привет, светлый, — как ни в чём не бывало улыбнулась она, лёгким взмахом руки касаясь макушки ангела, — Шепфа, не нужно так пялиться, словно я собралась тебя убивать. Вы с Ади взрослые мальчики, и ваши игры меня мало интересуют, — Мими растянула умело подкрашенные губки в довольной усмешке, наблюдая за тем, как щёки Сэми стремительно окрашиваются предрассветным пурпуром. — Оставь его в покое! — негромко, но вполне отчётливо прошипел Ади, порываясь огреть подругу крылом, но та, заливисто хохоча, отскочила в сторону и, пританцовывая на месте, показала рыжеволосому язык. — Какие мы грозные! — похоже, что Мими ужасно веселила эта ситуация, тогда как Ади медленно, но верно заводился. Нефритовая зелень глаз подёрнулась алым багрянцем раздражения, а графитная чернота крыльев возмущенно топорщилась за спиной. — Я так-то по делу пришла, рыжий, — демонесса присела на кровать демона, покачивая изящной ножкой в такт собственным словам, — не хочешь составить мне компанию этим вечером? — Дай угадаю. Прыжки с крыши? — хмуро поинтересовался Ади, едва заметно вздрогнув, когда прохладная ладонь Сэми коснулась руки чуть выше запястья, крепко сжав тонкими пальцами разгорячённую кожу. Это прикосновение, как ни странно, немного успокоило его, до поры до времени пригасив багровый огонь, неистово ревущий в костяной западне рёбер. — Зачем тебе я? Разве во всей школе не найдется демона, готового сигать с крыши вместе с тобой? — Ади склонил голову набок, уставившись на подругу с некоторым скептицизмом. — Может, и есть, — повела плечами Мими, — только вот я хочу с тобой. Да и вообще, мы втроём будем развлекаться, — демонесса загадочно улыбнулась, продолжая качать ножкой. — Он с нами не пойдёт, — демон кинул быстрый встревоженный взгляд за спину, словно извинялся перед ангелом за излишнюю резкость, — он только вернулся из больничного крыла. — Сэми удивлённо улыбнулся и крепче сжал его руку так, что острые полукружия ногтей едва не вспороли кожу. — Какая трогательная забота, — в тоне голоса дочери Мамона не было ни малейшего намёка на насмешку — лишь некое замешательство, круто замешанное с типично девичьим любопытством. — Никогда бы не подумала, что ты, рыжий, способен на такое. Вот она — великая сила любви! — торжественно провозгласила демонесса и тут же примирительно подняла руки. Ибо Ади моментально вскочил с кровати, готовый сцепиться с ней из-за этой недвусмысленной в своей прямоте фразочки. — Уже и пошутить нельзя, — Мими преувеличенно печально вздохнула, умело спрятав в глубине дымчато-туманных глаз суетливых бесенят, нипочём не желавших униматься, — расслабься, третьим будет не Сэми. Я, собственно, и не планировала брать светлого с собой. Так ты идёшь или нет? — Иду, но ты ждёшь меня снаружи, ясно? — Ади недовольно дёрнул правым крылом, поднимаясь с кровати и поправляя задравшуюся футболку. — Как скажешь, — демонесса пожала плечами и, помахав миниатюрной ладошкой Сэми, выглядывающему из-за спины Ади, выскользнула в коридор, прикрывая дверь, за которой моментально начался оживлённый разговор вполголоса. Ади разобрал лишь отдельные слова этого самого таинственного «третьего» участника вечерних развлечений. И, хотя тембр голоса показался знакомым, раньше он его не слышал. — Ты иди. Со мной всё будет хорошо, — едва слышный шёпот Сэми заставил демона обернуться. Ангел приподнялся на подушке и силился улыбнуться сухими обескровленными губами: — Я постараюсь уснуть, — Сэми бессильно шевельнул крыльями, опускаясь обратно. — Ты уверен? — выглядел он не лучшим образом, и Ади до последнего не хотелось оставлять Сэми одного. Наедине с бесплотными тварями, только и ждущими удобного момента для того, чтобы вцепиться в обнажённую беззащитную душу ангела. Сэми торопливо кивнул, натягивая одеяло, и демону не оставалось ничего другого, кроме как, мысленно чертыхнувшись, смириться с этим решением. Ожесточённо дёрнув молнию бомбера, он вышел из комнаты, до последнего надеясь, что ангел передумает, окликнет. Но нет. Притворив за собою дверь, Ади развернулся и, заметив рядом с Мими знакомую макушку вкупе с антрацитово блестящими крыльями, понимающе усмехнулся: — Я смотрю, кое-кто осознанно топит за тёмную сторону, — Ади хлопнул по плечу Юна, стоявшего рядом с Мими с загадочно-томным видом, и, покосившись на дочь Мамона, чья умильная улыбка наводила на определённые размышления, первым двинулся вперёд, направляясь к утёсу Грёз. Это было их с Мими излюбленное место: утёс практически не просматривался со стороны школы, что было удивительно удобно. Им почти всегда удавалось улизнуть до того, как цепкий взгляд кого-то из учителей заметит бессмертных оболтусов, занимающихся всякими глупостями на потеху себе подобным. Ади не оборачивался, хотя негромкий шепоток Мими, настойчиво пытающийся объяснить Непризнанному что-то ужасно важное, отвлекал, сбивая с ритма шагов, гулко отдававшихся в сумраке коридора. Сладкая парочка не поспевала за ним, и демону пришлось подождать во дворе, подставляя графитную черноту крыльев густо пахнущему жасмином и лавандой ветру, игравшемуся с перьями, словно озорной котёнок. — Эй, вы миловаться собрались или прыгать? — ворчливо пробормотал он, машинально отметив наличие изящной ручки демонессы в кармане джинсовки Юна. — Я не собираюсь таскаться с вами всю ночь напролёт. — А тебе завидно? — участливо поинтересовался Юн, подходя ближе и переглянувшись с Мими, негромко хихикнувшей в кулачок. — Юни, Ади нечему завидовать: он уже отхватил себе сладкий кусочек с белыми крылышками за спиной, — Мими возмущённо ойкнула, прячась за спиной Непризнанного, в воздухе закружились серебристо-серые перья, подхваченные шаловливым ветром. — Ты совсем охренел, рыжий? — демонесса погрозила Ади тонким пальчиком, вцепившись ладошкой в плечо Юна. — Ещё слово про Сэми, и я возвращаюсь обратно, — отрезал демон, не желая поднимать тему взаимоотношений с ангелом, и без того запутанных словно клубок Ариадны, затерявшийся в бесконечном лабиринте. — Это и тебя касается, — он с вызовом взглянул на Юна, готовый и ему проредить крылья в случае чего. Но Непризнанный качнул головой, оставаясь на месте, как всегда спокойный и невозмутимый. — Мими, крошка, давай не будем сердить твоего дружка и портить прекрасный вечер глупыми распрями, — в тёмных омутах насыщенно кофейных глаз быстро мелькнуло и моментально без остатка растворилось чёткое понимание того, что шутить над Ади не время и не место. — А ты не сходи с ума, она же по-дружески подкалывает. Все девчонки такие, — Юн снисходительно улыбнулся, не обращая внимания на Мими, раздосадованно поджавшую губы. — Чего встали? Ускорили темп, демоны недоделанные, — хмуро бросил Ади, в глубине души благодарный Юну за решение этой неловкой и раздражающей ситуации. — На себя посмотри, — не осталась в долгу дочь Мамона, по-прежнему держась за спиной Непризнанного. Ади пропустил эту реплику мимо ушей, ускорив шаг. Удивительно, но перепалка с демонессой на время отвлекла демона от беспокойства за Сэми и суетливых мыслей, острохвостыми скорпионами шнырявших в черепной коробке и тревожащих ядовитыми жвалами чувствительные нервные окончания. На краю пропасти он резко раскрыл крылья, срываясь в пике, кончиками перьев пробуя на вкус воздушные течения. Зависнув в воздухе, Ади дождался Мими с Юном и лишь потом взмыл в воздух, держа курс на скрытый пеленой рваных облаков утёс. Он не оглядывался назад, здраво рассудив, что в няньки пока что не нанимался. Знай, летел себе, прикрывая глаза от острого, уже позабытого чувства свободы, мощным электрическим разрядом прошивавшего основания крыльев. Приземлившись, огляделся по сторонам и, заприметив в стороне поваленное мощным порывом ветра дерево, уселся на него, засунув руки в карманы бомбера. «Обязательно прилечу сюда вместе с Сэми. Желательно на закате, — подумал про себя Ади и тут же оборвал себя, помянув всуе отца Люцифера и всех его многочисленных родственничков в алфавитном порядке: — Как же. Полетит он со мной. Блять, Ади. Прекращай уже думать в таком ключе про этого светлого. Ты просто беспокоишься за него. Чисто по-демонски. Вот и всё». Но, несмотря на все старания, легче не стало. Скорее, наоборот. Ловить себя на мысли о том, что впервые за несколько сотен лет вдруг захотелось заботиться о ком-то ещё, помимо себя любимого, было непривычно и… пугающе. — О чём мечтаешь, рыжий? — острые коготки Мими царапнули бедро, а присевший с другой стороны Юн едва не проломил позвоночник хлёстким ударом крыла. — О вашей с Юном свадьбе, — язвительно усмехнулся Адин, вырвавшись из-под гнёта доселе не посещавших бедовую демонскую головушку мыслей. — Эй, Мими, крошка, прекрати разделывать мою бедную ногу на запчасти своим умопомрачительным маникюром! Уже и пошутить нельзя! — он кубарем скатился со ствола дерева, приземлившись на пятую точку, и попытался взлететь в воздух, подальше от пунцовеющей демонессы и Юна, изо всех старающегося не расхохотаться. Однако Мими схватила его за ногу, пребольно вцепившись в щиколотку. — Блин, серьёзно, Мими! — Ади заполошно хлопал крыльями, сто раз пожалев о некстати вырвавшихся словах. — Я тебе покажу свадьбу, скотина, — бушевала демонесса, встопорщив малиновую сочность крыльев. И кто знает, чем бы всё могло закончиться, если бы не Непризнанный. Неторопливо, так, словно всё происходящее его совершенно не касалось, Юн подошёл к ним и вдруг приобнял Мими за плечи, легонько подув на основания крыльев девушки. — Отпусти его, — несмотря на мягкость голоса Непризнанного, ни малейшего намёка на просьбу в нём не наблюдалось, скорее, это был неявный приказ отпустить Ади, уставшего висеть между небом и землёй подобно воздушному шарику в руках капризного ребёнка, — и давай полетаем. Мы ведь за этим сюда пришли, не так ли? — слепящий антрацит крыльев, раскрывшихся за спиной Юна, вкупе с дерзкими прикосновениями длинных пальцев, скользнувших к бледной шее демонессы, кажется, отрезвил дочь Мамона. С едва слышным змеиным шипением она таки отпустила Ади, пробормотав вслед демону, поднявшемуся на недосягаемую высоту: — Мы квиты, рыжий, — и, обернувшись к Юну, усмехнулась, раскрывая собственные крылья, — уверен, что догонишь меня? — Уверен, крошка Мими, — кончиком языка облизнув верхнюю губу, он взмыл в воздух, всего за пару взмахов поднявшись на ту же высоту, на которой кружил над ними Ади. И, подарив обоим демонам донельзя нахальную и уверенную в себе улыбку, закружился в потоках воздуха, выполнив сначала несколько восьмёрок, а потом, то набирая высоту, то, наоборот, снижаясь к земле, принялся выписывать спираль. Взлетевшая вслед за ним Мими восхищенно ахнула и, мгновенно позабыв о том, что всего минуту назад была готова разорвать Ади на части, подлетела к демону. Указывая на Юна тонкой ладошкой, демонесса затараторила, от волнения перейдя на Диалект Ада: — Нет, ты видел? Шепфа, какие крылья, какие движения! Вот это парень! — не дожидаясь ответа, она ринулась навстречу Юну, пытаясь повторить за ним все пируэты, и удивленно улыбнулась, когда тот подхватил девушку на руки, выйдя из очередной восьмёрки. — Выпендрёжники, — хмыкнул Ади, устав бесцельно висеть в воздухе. Облетев пару раз утёс, он опустился обратно и принялся приглаживать перья, взъерошенные заигравшимся ветром, параллельно наблюдая за тем, как Юн с Мими по очереди ныряют вниз с утёса, стараясь как можно дольше не раскрывать крыльев. Может, именно поэтому демон и не заметил чужих осторожных шагов у себя за спиной, и вовремя не среагировал, когда приторный до невозможности женский голос разрушил странное очарование этого вечера. — Жалкое зрелище, — ядовитое презрение в тоне голоса заставило обернуться. Увидев перед собой ехидную улыбочку Наамы, не понаслышке знакомую едва ли не каждому ученику школы, за исключением разве что Непризнанных, Ади машинально отодвинулся от демонессы, нервно передёрнув графитным шёлком крыльев, и попытался отвести взгляд в сторону. Но там стоял Асмодей. Вполне логично. Эта парочка никогда не ходила поодиночке, предпочитая действовать на нервы вдвоём. Демон внимательно наблюдал за кружившимися в воздухе Мими с Юном, и пугающая усмешка кривой линией ползла по безжизненным губам Асмодея. — Чего молчишь? — демонесса, не удостоенная ответа, оскорблённо поджала подведенные соком вороньего глаза губки и присела рядом, наманикюренным пальчиком коснувшись крыла Ади. Демон едва сдержался от брезгливой гримасы, лишь перья на кончиках крыльев встали дыбом, да позвоночник словно в ледяную воду окунули. — Позволяешь своей подружке якшаться с Непризнанными, а сам водишься с ангелочками. Как некрасиво, — медленно протянула Наама, придвигаясь ближе, так, что кровавая клякса крыла буквально уперлась демону в колено. Рядом сухо рассмеялся Асмодей, и смех его предсмертным хрипом старого ворона завис в воздухе, заставив Ади скривиться в недвусмысленной усмешке. — Сэми — мой сосед по комнате, — внешне вполне спокойно произнёс он, решив не связываться с ними лишний раз, — а о друзьях Мими предлагаю вести разговоры лично с ней. Ещё вопросы есть? — Ади нарочито медленно поднялся, расправляя крылья, с превеликим трудом удерживая до неприличия фальшивую улыбку. — Есть, и не один, рыжик, — Наама с Асмодеем перегородили ему дорогу, каким-то немыслимым образом оказавшись рядом. — Раз утверждаешь, что этот милый ангелочек, — Наама плотоядно облизнулась, обводя острым раздвоенным язычком верхнюю губу, — просто твой сосед, может, тогда передашь ему моё приглашение, а? — демонесса томно повела узкими плечиками, затем, словно бы невзначай, поправила тонкую полупрозрачную лямку топика, обтягивающего тело змеиной кожей, и уставилась на Ади немигающим взглядом пурпурных зрачков. — Я похож на почтового голубя? — парень язвительно усмехнулся в ответ, молясь Шепфа и Сатане вместе взятым, чтобы хватило сил на то, чтобы не сорваться, не показать своих истинных чувств к Сэми. Только не этим бессмертным стервятникам, по слухам, совратившим не один десяток светлых, вылетевших из Школы со скоростью пушечных ядер, тогда как Наама с Асмодеем по-прежнему оставались здесь, безбоязненно продолжая охоту на невинные ангельские души. Лилит Всемогущая, только не Сэми, кто угодно, только не он. — Ади, какого Вельзевула ты вообще с ними трепешься? — на поляну медленно опустилась Мими, воинственно распахнув серо-розовые полотнища крыльев. В отличие от зеленоглазого демона, она не скрывала истинных чувств при виде столь неоднозначной парочки. — Мало тебя Астарот предупреждал? — она сморщила носик и, повернувшись к Нааме, недовольно процедила: — Это наше место. Проваливайте, не портите атмосферу прекрасного вечера своим присутствием. — Как грубо, малышка Мими! — глаза Наамы вспыхнули рдеющими коралловыми отблесками, и демонесса шагнула вперед, обнажая острые зубки. — Я думала, что Мамон занимался твоим воспитанием, но, похоже, что нет, — девушка преувеличенно печально вздохнула, затем кивнула Асмодею, и тот подошел ближе. — Как думаешь, что твой папочка сказал бы, узнав, что ты общаешься с подобным ничтожеством? — отточенный коготок указал в сторону Юна, осторожно опустившегося на утёс с противоположной стороны. — Не произноси это имя своим смрадным ртом, стерва! — Ади пришлось придержать подругу за руку, так как Мими, и без того заводящаяся с полпинка, вознамерилась выцарапать Нааме глаза, резко вскинув растопыренную ладошку. — Лучше убирайся подобру-поздорову!  — А то что?! — Наама противно осклабилась, делая шаг вперёд. — Пожалуешься папочке? — Нет. Она скажет мне, — за спинами Ади и Мими оглушительно хлопнули мощные угольно-чёрные крылья вовремя подоспевшего Непризнанного. — Какие-то претензии, демонята? — Юн невозмутимо улыбнулся сначала Нааме, моментально отступившей в сторону, затем недвижно замершему Асмодею, успевшему оценить размах крыльев и спокойную уверенность Непризнанного, оттеснившего Мими с Ади в сторону и стоявшего перед ним, засунув руки в карманы брюк.  — Надо же, какой смелый, — Наама на время позабыла и про Сэми, и про Мими, с похотливым восхищением оглядывая ладную фигуру Юна, наблюдавшего за ней с непостижимым уму спокойствием. Тёмно-карие глаза безучастно следили за демонессой, чьи тонкие губки кривились в странной смеси вожделения и презрения. — Думаешь, отрастил крылья чёрного цвета, и всё, стал демоном? Ошибаешься. Для нас ты всегда останешься вторым сортом, уяснил? — Наама брезгливо плюнула ему под ноги, выводя на эмоции, но Юн лишь насмешливо хмыкнул, складывая крылья. — Если бы ты знала, насколько мне безразлично твое ценное мнение, то точно бы расстроилась. Но не печалься, бери своего мрачного дружка и отправляйся плакать в подушку, — с этими словами Юн повернулся к ним спиной и уже собирался взлететь с утёса, но Наама, поначалу оторопевшая от слов Непризнанного, впилась острыми коготками в крыло, вырывая насколько перьев подряд. — Ты… слишком много себе позволяешь, крылатая дрянь, — сипло прошипела она, порываясь вцепиться в плечо Юна, — Асмодей мигом укажет тебе на место, щенок, — в горле демонессы гулко клокотал проснувшийся вулкан, пурпур глаз потемнел от ярящегося неконтролируемого бешенства. — С огромной радостью, детка, — хрипло хохотнул Асмодей, поправляя узкий металлический браслет на запястье. — Ужас как люблю смотреть на то, как эти отбросы падают с обрыва, беспорядочно махая крылышками. — Не дав Юну времени на то, чтобы развернуться и сразиться с ним лицом к лицу, демон со всей силы толкнул его руками, очевидно, считая Непризнанного лёгкой добычей. Но тот лишь покачнулся, устояв на ногах. Чёрные крылья резко раскрылись за спиной, отбросив демона назад. Ади, поначалу наблюдавший за стычкой с безопасного расстояния, наконец-то решил вмешаться. Не дело это — вдвоём нападать на одного, да ещё и исподтишка.  — Мими, пожалуйста, оставайся на месте. Мы разберёмся с ними сами. Хорошо? — дочь Мамона недовольно скривилась, но всё-таки кивнула, с беспокойством покосившись на Юна, успевшего пару раз приложить Асмодея правым крылом. — Спасибо, рыжий, — только и успела шепнуть Мими, прежде чем Ади ринулся вперёд, порываясь оттолкнуть в сторону Асмодея, теснившего Юна к обрыву. На щеке Непризнанного алела длинная неровная царапина, а на земле валялось, по меньшей мере, несколько десятков антрацитово-блестевших перьев. — Совсем охренели, да? — задал риторический вопрос Ади, схлестнувшись с Асмодеем. Грифельная чернота смешалась с воронёной сталью чужих крыльев, тяжёлое сбившееся дыхание искрило в воздухе далёкими грозовыми зарницами. — Это за Мими, — крепкая ладонь зеленоглазого демона врезалась в грудную клетку Асмодея, оставшись на коже кровавым росчерком, — это за Юна, — вторая рука Ади звонко вписалась в щёку, оставив после себя отчётливый пунцовый отпечаток, — а это за Сэми. В этот самый момент Наама, осознавшая печальный факт внезапного единства Ади и Юна, решилась на отчаянный шаг. Короткими перебежками демонесса приблизилась к дерущимся парням и вцепилась в руку Ади, потянув на себя так, что демон потерял равновесие и покатился по земле, пребольно впечатавшись основаниями крыльев в узловатый корень дерева. Невнятно выругавшись, он попытался встать и болезненно скривился, получив от Наамы по лицу. Рассеченная обоюдоострыми когтями демонессы бровь неприятно заныла. Кровь тонкой струйкой катилась по веснушчатой щеке, собиралась на губах карминовыми каплями, мельчайшими брызгами пятнала одежду. Проведя ладонью по лицу, Ади с трудом разглядел за кровавой пеленой Непризнанного. Тот вполне успешно отбивался от Асмодея, с каждым новым ударом Юна терявшего былую уверенность. Противная демонесса, не желавшая играть по правилам, нависла над Ади со своей противной змеиной улыбочкой, тонкие пыльные пальчики вцепились в шею, надавливая на бешено пульсирующую венку. — Зря ты вступился за Непризнанного, Ади, ох, зря, — пропела она, сильнее сдавив на шею так, что демон хрипло закашлялся, хватая посеревшими губами живительный воздух. — Это ты зря родилась на свет, стерва! — смертельная хватка Наамы ослабла, и Ади широко распахнул фисташковое марево глаз, когда позабывшая о своем обещании Мими яростно накинулась на Нааму, вцепившись в короткие темные волосы последней. — Не смей трогать моих друзей, тварь! — гнев Мими рвался наружу подобно перебродившему малиновому вину, превращая дочь Мамона в некое подобие легендарной эринии Алекто. Без особых усилий отшвырнув Нааму от Ади, демонесса подала ему руку, помогая встать с земли. Спустя минуту к ним присоединился Юн, основательно потрёпанный, но по-прежнему спокойный и невозмутимый. Асмодей прижимал к лицу ладони, и капли демонской крови падали вниз, с едва слышным шипением исчезая в земле. — Второй раунд? — насмешливо улыбнувшись, предложил Юн Нааме, с суеверным ужасом взиравшей то на Асмодея, то на Непризнанного, приглаживающего прорехи в перьях. — На этот раз вам повезло, — пятясь назад, пробормотала она, пытаясь раскрыть крылья, — но знайте, мы ещё встретимся, — демонесса сиганула с обрыва, чёрной тенью скрывшись в сумраке надвигающейся ночи. — Обязательно встретимся, — повторил за ней Асмодей, отнимая руки от лица, на котором запекшаяся кровь образовала безумную маску. — Особенно с тобой, недодемонёнок, — он хрипло рассмеялся, поднимая на Юна остервенелый, не осознающий себя взгляд. — Буду с нетерпением ждать встречи, — в ответ Непризнанный вежливо склонил вихрастую голову, отчего кончики крыльев проехались по земле. Асмодей сплюнул на землю и камнем упал вслед за Наамой, кувыркаясь в воздухе подобно воздушному акробату. — Зашибись полетали на закате, — Мими первой озвучила итоги вечера, задумчиво поглядывая на парней. — Хорошо ещё, никто из учителей не застукал и не вмешался, — она вздохнула, подтягивая выше кожаные брючки, затем подошла к Юну и, коснувшись царапины на щеке, спросила: — Больно? — Мне да, — мрачно улыбнулся Ади, ощупывая лицо, — спасибо, что спросила, — в ответ Мими показала другу фигуру из трёх пальцев, не отнимая ладошки от щеки Непризнанного. — Ерунда, — отмахнулся Юн, отстранённо улыбаясь дочери Мамона, — лучше об Ади побеспокойся, кажется, эта истеричка его здорово разукрасила. — О нём есть кому беспокоиться и без меня, — усмехнулась Мими, с сожалением отступая назад, когда Юн вдруг шагнул вперед, передёрнув крылом. — Пора возвращаться, ребятки, — протягивая Ади руку, пробормотала демонесса, — залечивать раны, все дела. — Спасибо, крошка Мими, — шепнул ей зеленоглазый демон, — ты настоящая боевая подруга. — Обращайся, рыжий, — Мими крепко вцепилась тонкими пальчиками в ладонь демона, но взгляд девушки был направлен в спину идущего перед ними Юна, насвистывающего бравурную мелодию.