Пятничный вечерок.

Отходил Гарри после произошедшего весь оставшийся вечер. Завернув за угол, он привалился к стенке и постарался унять скачущее сердце. Ему пришлось дождаться, пока Драко оклемается, с трудом встанет и уйдёт в сторону подземелий с совершенно счастливой улыбкой на губах. Знал бы, что за ним наблюдают, не то, что не улыбнулся бы, он бы вскочил и убежал, да ещё б рожу недовольную скорчил, даром, что недавно чуть не кончил лишь от мимолетного прикосновения. Брюнет зашёл в выручай комнату, в которой уже было все, что нужно, тоже улыбаясь. На следующей неделе все свободное время Поттер проводил в выручай комнате, читая и размышляя. Однако во время учебного процесса он не забывал следить за “своим малышом”. Странно, но теперь гриффиндорец считал, что Драко принадлежит ему и только ему. Поэтому он чуть не приложил похорошевшую за лето Булстроуд ступефаем, которая в очередной раз повисла на шее Слизеринского Принца. Нет, Гарри и раньше это раздражало, но теперь он и вовсе озверел, застав такую картину. Остудил его пыл лишь оклик Гермионы, всерьёз испугавшейся за друга, который ни с того ни с сего зарычал. Кстати, Гарри был более чем доволен поведением блондина, о чем не забыл напомнить последнему. Где-то в среду Гарри решил поощрить слизеринца, видя, что с каждым днём запал последнего угасает. Да и у него самого терпение постепенно заканчивалось. Стоило ему хоть на секунду отвлечься от учебы, разговора с друзьями или пойти ложится, перед глазами снова возникал Драко, его шея, так доверчиво подставленная под поцелуи, руки, бедра. И если Герой не успевал отгонять этот образ, в дело вступала фантазия, и тогда не помогал даже ледяной душ. Поэтому долго не раздумывая, он нашёл Малфоя, дождался пока тот останется один и тут же затащил в оказавшуюся неподалёку нишу. —Какой послушный малыш— снова интимный шёпот и прерывистое дыхание, сердце рядом с блондином пускалось вскачь, и мысль о вседозволенности ничуть не помогала. Гарри видел, что Драко сделает все, им сказанное, и от этого вело. Подумать только, неприступный ледяной Малфой сейчас льнет к нему, своему врагу, приглушенно стонет от его поцелуев, раскрывается под его ласками. О причинах такого поведения Поттер пока не смел и мечтать. Гарри приподнял рукой острый подбородок и заглянул в глаза своего партнера. И Малфой не выдержал. Было слишком тесно, жарко и до невозможности похоже на сон, поэтому парень разрешил себе всё, плюнув и на гордость, и на отца с его моралью, и на все нормы приличия. Он подался вперед, обвил руками шею Героя и коснулся его губ, а Поттер словно этого и ждал. Драко тут же почувствовал крепкие руки на бедрах и сильнее вжался в своего гриффиндорца, который начал углублять поцелуй. Он чуть приоткрыл рот и провел языком по губе слизеринца, а тот не смог сдержать довольного стона, когда их языки сплелись. Но им всё было мало. Уж слишком долго они держали в себе чувства и эмоции, слишком долго нуждались в ласке, любви и внимании. Руки будто жили отдельной жизнью, и несмотря на то, что они были первыми друг у друга, не было никакой неловкости. Может, потому что на такие вещи отвлекаться было бессмысленно, а может из-за обоюдного чувства правильности, будто все так и должно быть, будто теперь можно быть счастливыми без оглядки на прошлое. Вверх по бархатной коже, оглаживая стройную фигуру, находя на ощупь затвердевшие соски, задыхаться от собственнических поцелуев, снова целовать, отмечать и вырывать ласкающие слух стоны. Гарри понимал, что, если так пойдет и дальше, он сможет кончить, просто взглянув на Малфоя, и это его категорически не устраивало. Вместе, теперь они будут делать все только вместе. Потому Поттер чуть отстранился, чтобы дать доступ рукам, и провел по упругому животу, пальцами ныряя за резинку брюк и трусов. Первое же прикосновение к члену заставило Драко застонать в голос, теперь ему было сложно сдерживаться. Особенно когда Гарри начал не спеша водить рукой по члену, размазывая уже выступившую смазку. Его движения были до боли медленными, торопиться было некуда, а желание слегка поддразнить велико. Поттер знал, что Драко долго не выдержит этой пытки и ему была интересна реакция. Малфой не подвел. Почувствовав близкую разрядку, краешком незамутненного сознания Драко осознал, что объект его страсти все еще полностью одет. Возможно, завтра блондин отчитает себя за несдержанность и тому подобное, но сейчас он думал лишь об удовольствии. Не столько своём, Гарри «ох-Мерлин-тебя-раздери-если-ты-остановишься» Поттер прекрасно с этим справлялся, а вот о себе позаботиться забыл. Поэтому взяв в руку твердый и «черт-возьми-как-мне-повезло» член, Малфой с нажимом провел по нему рукой одновременно толкаясь в кулак Поттера. На долго парней не хватило. Пара минут и Драко, выгнувшись, бурно кончил, а для Гарри это было столь сексуальное зрелище, что пара движений подвели его к грани. Обоих парней ощутимо потряхивало, и пару минут они просто стояли, тесно прижавшись друг к другу. Гарри совсем не хотелось действовать по плану, но он собрал остатки своей воли и, произнеся очищающее, привел себя в порядок. Потом помог Малфою, который до сих пор не вернулся в действительность, и уже развернулся, чтобы уйти. Но тут его развернули и впечатали в стену. – И что, просто возьмёшь и смоешься? Испугался шрамоголовый? – Малыш, ты забыл наш уговор? Сейчас только середина недели, не заставляй меня разочаровываться. Ведь ты сейчас нарушил единственное правило. Разве ты сам этого не хочешь? По окончанию недели я выполню любое твоё желание. Ты сможешь взять меня, если пожелаешь, а можешь позволить мне завладеть тобой. Я могу быть нежным, ласкать, пока ты не станешь умолять меня войти, оттрахать тебя так, чтобы не смог сидеть. А могу наказать тебя за сегодняшнюю промашку. Жестоко наказать. Как тебе такие условия? Нравится? – Н-нравится. – всю ядовитость будто ветром сдуло, и страх быть использованным отступил. – Тогда, думаю, тебе нужно извиниться, правда? И не забывай, что у меня есть имя. – Я-я не хотел, Гарри, я… прости – Драко опустил глаза. Извиняться было ужасно непривычно, но это казалось правильным. Да что уж там, все, что он делал по просьбе этого зеленоглазого чуда, казалось правильным. И это явно того стоило. Мягкий, бархатный смех и солнечная улыбка стали ему самой прекрасной наградой. Драко не заметил, как сам заулыбался. Так они стояли еще долго, и простояли бы весь день, если бы слизеринец не спохватился. – Нам нужно идти. – в ответ лишь неразборчивое бормотание. – Гарри, пойдем, скоро урок. – Не пущу. Давай не пойдем? Драако, ну пожаалуйста? – У нас ведь зелья. Ты уверен, что хочешь разозлить Снейпа? – Я явно предпочту тебя шипению профессора. Драко ну очень старался не рассмеяться, но больше сдерживаться не мог. Стоя там, в объятиях любимого человека он чувствовал, как счастье растекается по венам, заставляя сердце биться быстрее. Такого он не ощущал с самого детства, будто все горы по плечо, а океаны по колено. Теперь он точно знает, каким будет его желание.