apple of discord

— Конечно же! — девушка махнула рукой, срывая с себя темный плащ — под ним оказалось тонкое ханьфу, но было кое-что, что могли заметить только опытные, те, у кого неплохо развито золотое ядро, — но я задам тебе один вопрос — на мне есть только ханьфу или что-то ещё? — она с насмешкой поглядывала на слепого, ожидая его ответа. Рюджин любила игры, любые — догонялки, прятки, что-то с загадками и тайнами, которые нужно раскрыть. Когда Намджун впервые ее увидел, она сидела в саду и щипала цветок за цветком, проговаривая «любит-не-любит», как мантру, но ничего не выходило. Но, всё-таки, демон не понимал, чего она ждёт — хен, мало того, что слеп, так ещё, и простой крестьянин, что и самосовершенствованием никогда в жизни не занимался. — Конечно же, нет, госпожа Шин, это было бы безумство, разве нет? — Рюджин вновь вывела иероглиф пальцем по воздуху — Сокджин легонько улыбнулся в ответ, — я чувствую что-то теплое от ваших плеч, талии, груди и даньтяна и ног. Прошу прощения, если смутил Вас, — в отличие от щек девушки, которая, вообще-то, была демоном, способным скрывать любые свои чувства, так ещё, с огромным сексуальным опытом, щеки юноши туманно покраснели, оставляя след от былых эмоций — демон не смог сдержать вздоха, глядя на это. За это девушка и шлёпнула его по ноге, чтобы не мешался. — Ты почувствовал мою энергию, верно? — тот неуверенно кивнул, стараясь не выдать свой страх, — ты знаешь, что это могут сделать лишь опытные заклинатели? Для остальных — это лишь тонкое ханьфу на хрупкой девушке, — Сокджин почти неслышно прыснул смехом в кулак. Намджун снова вздохнул. Ему не нужно было дышать вообще, но очень хотелось — хоть как-то поравняться с этим человеком, помочь ему пройти все эти глупые тесты от демоницы. Рюджин никогда бы не сделала ему ничего плохого — по крайней мере, последнюю сотню лет, они неразлучно оставались друзьями. Если она и хочет показать его ужасным, то есть, настоящим перед хеном — демон доверяет ей все. Она, ведь его шицзе. Хоть это и не так, но эта демоница слишком долго жила на втором этаже трактира, что, в общем-то, был и борделем. Так, что уставшие после своей сложной работы, а именно соблазнения, приходят к ней. Но вот здесь заминка — ей за это никто не платит, она сама выбирает, с кем проведет следующую ночь. Это можно сравнить только с генералом Чоном — женщин, а иногда и мужчин, он выбирает сам, частенько даже не платит, они сами ложатся к нему в кровать и просят… сделать неприличные вещи, о которых Намджун старается не думать. Просто потому, что нельзя. Но и с генералом иногда бывают проблемы, точнее, одна проблема, его главная слабость. Даже, если девушка или парень будет дочкой или сыном императора — генералом все равно пойдет разбираться с теми, кто хоть как-то обидел его младшего брата, младшего генерала Чона. Этот малый — настоящий манипулятор. Как только ему нужно было, чтобы брат был дома, он мог взмахнуть веером и своими длинными ресницами — и все, генерал Цзен Чон уже дома. Правда, со временем это перестало работать и старший генерал уже не откликается на все окрики своего братца, в то время, как тот… Во дворце всегда происходит что-то странное — люди говорят, что северяне просто не умеют жить спокойно, вообще-то, им это и ни к чему. Только каждый тридцатый слуга мог одним ухом слышать, как плачет младший генерал — нет, плакал он часто, даже слишком для мужчины его возраста, но в этом нет ничего удивительного. В то время, как старший генерал, Чон Хосок обучался, вместе с юной госпожой генералом Юлан Хуа и гэся в храме на горе Кымгансан, младший генерал, как будто, жёнушка ожидал каждого его возвращения, все сам подготавливал и готовил, дабы братец был счастлив, ведь именно этому его обучила мать — быть прилежной… леди. Это так откровенно звучит, но что уж говорить, госпожа Чон не была воином, единственным ее оружием было гуаньдао (1), что подарил ей муж и все. Потому, из-за того, что дочери у нее не было — она начала воспитывать сына, как воспитывали ее, жестоко, но красиво. У несчастного мальчика на спине до сих пор остались шрамы от материнской плети. Но и малый был не промах, сказать честно, несмотря на своё воспитание, он был сложным противником, совсем не многие могли одолеть его, когда в руках юноши появлялся веер — Си Го (2) со своим зеркальным рисунком всегда запутал противников, потому этот юный и такой хрупкий мальчик, что ходит, буквально придерживаясь за руку брата, стал младшим генералом. Пусть все и считают, что это, благодаря старшему брату, они, в любом случае, очень боятся попасть в бой с младшим генералом один на один. — Не такая вы уж и хрупкая — полагаю, что Вы, превосходная госпожа, одним пальцем можете заставить А-Джуна встать пред Вами на колени, — после этого демону стало не до смеха. Если Рюджин захочет, она не только его, она каждого из двенадцати старших генералом на колени поставит, ещё и гавкать прикажет. — Могу и не такое! Белый лотос белым, а всё-таки, опасен! — юноша лишь усмехнулся, услышав это. В отличие от Намджуна, у которого в голове горело так много фраз. Каждая из них была с голос Рюджин, в то время, как она сама стояла и улыбалась, не страшась ничего, просто в лицо юноше. «Белый лотос? Как мило, Намджун-и. Наверное, он очень тебе нравится. Позволь шицзе помочь».