apple of discord

— Рю? Рю, мне не хорошо, — шептал демон, наблюдая, как деревянная дверь закрывается, а за ней исчезает юноша. «Что такое, цинъи (1)? Ты что, плачешь? О, Владыка загробного мира, что произошло?» — скачала, ее голос казался даже очень обычным, как будто, ничего не произошло, и Намджун снова нервничал из-за своих чувств, но, когда она услышала всхлипы — стало страшно и демоница немало перепугались, отчего голос ее задержал. — Я поступил отвратительно. Понимаешь? Я испортил все, что так долго строил. Я — чудовище, Рюджин, — девушка на несколько мгновений затихла — можно было подумать, что она исчезла и не желает больше разговаривать, что до конца бы разбило демона. «Джун-Джун, хватит плакать. Шицзе — здесь и внимательно слушает тебя. Расскажи мне все, что случилось. Я совсем не понимаю тебя» — это хоть немного, но успокоило его. Немного. В остальном — Намджун чувствовал себя самым безобразным существом во всех трёх мирах. — Мы пошли купаться. А он был такой красивый, понимаешь? — демоница лишь хмыкнула, — и я поцеловал его. Пусть до этого говорил, что ничего не сделаю, без его согласия. Все.» — кажется, даже Рюджин не было, что сказать в таких ситуациях. По крайней мере, она считала это все более, чем идиотской затеей. В отличии, он Намджуна, девушка могла отлично слышать многие мысли и не только те, что принадлежат демону. Потому-то кровь и не дают всяким посторонним, кровь — это одна из составляющих человеческого тела, демонам она ни к чему, но все ещё имеет сотни функций. Таких, как подчинение, отравление и связь. Мысли этого белого лотоса роились в ее голове — их было отнюдь не меньше, чем мыслей Намджуна. Рюджин хотелось лишь забранить их до смерти и положить в один гроб, да провести эту посмертную свадьбу, чтобы вся эта неразбериха закончилась. Сейчас рассказывать Джуну что-то — бессмысленно. Мало того, что он плачет, так ещё и не слышит и не понимает ничего. Если бы и понимал — не поверил бы. А показать это дело можно только при встрече. Но это опасно. Сейчас эти двое — фитили и, если поджечь один, второй мгновенно загорится. Если попросить демона о встрече, Сокджин тут же начнёт думать о том, что его бросили, и будет во всем винить себя, самого. При первой встрече, Рюджин не заметила при нем особых недостатков. Но сейчас… Он выводил ее до глубины души. Обоим бы носы сломала, чтобы больше не мялись. Но так нельзя — слишком опасно. Намджуну-то можно и сломать, а вот хену жить ещё с этим. Все это выбивает из колеи даже демоницу с таким любовным опытом. Наверняка, у старого генерала (2) тоже не было бы идей по этому поводу. Здесь ни какие-то там красивые мальчики-солдатики, здесь настоящие, взрослые чувства. Один шаг — и все развалится так, что потом не соберёшь. «Джун, ты только не начинай, ладно? Ещё этого нам не хватало. Успокойся и не вини себя в этом. Как, насчёт встретиться в трактире, как обычно? Обсудим все и решим, кто прав, а кто виноват?» — было сложно заметить то, как она нервничает. Не каждый день у нее в руках сердца целых двух людей, которые ещё и нужно сохранить. Обычно, эта девушка разбивает сердца после одной ночи в постели, а тут задачка по-сложнее, склеить. — Я не хочу ничего, Рю, — демоница могла лишь вздохнуть от безысходности ситуации, — но здесь мне оставаться тоже не особо хочется. Хен ненавидит меня, и я не знаю, что делать. Прошу прощения — он кричит. Молчу — уходит. Чувства — это слишком сложно, — ощущение, как будто, он вот-вот снова заплачет, не покидало девушку, пока демон не закончил. Благо, всхлипы, наконец, затихли. «Подумай о том, что он тоже может быть виноват, Джун. И он не ненавидит тебя, я уверена, просто очень волнуется. Помнишь, как я нервничала, когда мы первый раз целовались? Ещё и вазу разбили с цветами, ведь убегали друг от друга на несколько чжанов» — Рюджин искренне хотела помочь, сделать так, чтобы ее дорогой младший братец перестал уже волноваться. Но улыбки на его лице и в помине не было. Только тусклые глаза, сто не прекращала наблюдать за этой поганой дверью. «Если ты будешь просто стоять, ничего не изменится. Дай ему время или сделай первый шаг. Намджун, люди — намного сложнее нас, демонов. У них с чувствами полная неразбериха, а ты ещё и переживаешь из-за этого» — но демон молчал, опустив голову, пока на его ступнях танцевали волны. Он хотел, чтобы этот мир приостановился, он хотел выйти отсюда. — Рю, — это прозвище демоница больше всего ненавидела. Ее так только отец, да А-Джун называли — второй реже, ведь за это мог и получить. А вот отец обожал и находил в этом какое-то очарование, называть свою маленькую девочку «Рю» (3). «Да, тен (4)?» — демон упрямо молчал. Наверное, ему просто нужно было слышать, что хоть кто-то в этом мире слышит и поддерживает его. Ему просто нужна была поддержка, любовь, понимание — не так уж и много, но за всю жизнь он чувствовал это так редко на себе. «почему ты сделал это?», «ты на него накричал», «матушка бы не простила тебе», «отвратительный сокджин», «ты разбил его», «его несчастное сердце», «сделал так больно», «хватит думать о себе», «подумай о том, кто готов был защитить тебя любой ценой, влюбился в твои тысячи изъянов», «но ты прогнал его, ким сокджин».