apple of discord

— Мы пойдем, — Чимин инстинктивно схватился за рукав демона, показывая то, насколько сильно он не хочет слушать все эти прозвище для А-Джуна. Демоница не могла не хихикнуть от того, насколько дерганными становятся движения ее брата, как только, в радиусе чжана появляется один лишь юноша. — Юнги, не забывай, что твой муж — человек и ты не должен вести себя, словно ледяная глыба! — для пущего эффекта, она даже ладони вокруг рта сложили, чтобы слышно было лучше. Послышался приглушённый девичий смех, исходящий из окон маленьких домиков. Это заставило демона двигаться быстрее. Джису, как будто, шла за ними, ни на шаг не отступая, старалась держаться по-ближе к обоим, но серьезного настроя брата убежать — перешла только на Чимина, стараясь завлечь его хоть чем-то. И… Опозорить своего несчастного шисюна ещё больше, хотя, казалось, куда уж. — Ого! Мэймэй, мэймэй, давай ещё раз, — возгласы юноши таки заставили Юнги обернуться. И, кажется, все почувствовали, насколько сильно изменились температура — от теплой весны до морозной осени, стужи. По крайней мере, именно эти краски играли, точнее, выцветали на лице демона, когда он, со всем своим гневом отбросил небольшие фигурки из рук Джису. Та лишь засмеялась, поднимая их обратно. В конце концов, они были из земли, и юной госпоже не составляло труда вернуть их к жизнь. Но от этого ее братцу не становилось лучше. Это были их фигурки. Когда-то, в то время, когда им лет по семь, они делали фигурки и пытались играть с ними, ведь с оружием им тогда нужно было быть осторожнее. И те фигурки, крепко так, чтоб не отлепились, были склеены в руках, из-за чего Джису не одноразово насмехалась над ними, но своей фигуркой на все их годовщины ходила. — Мэймэй, можно мне одну? — девушка кивнула, и Чимин тут же схватился за уменьшенную, но очень похожую версию его спутника, который, вообще-то, был не в восторге от этого всего, — спасибо, мэй., — фигурка в его руках загорелась, отчего Юнги пришлось выхватить ее и остудить до настоящей льдинки. — Не преувеличивайте, — Джису беззаботно махнула рукой на игрушку, — это уже земля. Нужно было ее обжечь, чтобы не разлезлась, — кажется, демона не особо волновала какая-то там вещица, в отличие, от обожженных ладоней его А-Мина, который не прекращал шептать, что с ним все в порядке. Ну, не в порядке же. И это видно. — За воротами сможете использовать печать Поля Перемещения. Бывайте, — и бросив игрушку в ладони юноши, демоница просто исчезала, растворилась, оставляя их одних. Ворота вроде бы и были недалеко, но под таким пронзительным взглядом идти совсем не хотелось. Ба Ю буквально прожигал в этой фигурке огромные дырки, уничтожал ее одной своей ненавистью во взгляде. — Брось ее, — Чимин вопросительно выгнул бровь. Недолгое пребывание в обществе хоть одного человека из рода Чхве очень даже разжигает пламя азарта. Он почти не боялся. — Его, А-Ги. Это же ты, — демон, чуть ли не, рычал на игрушка, как будто, она была его злейшим врагом, не меньше. — Я — здесь, — с облегченным вздохом произнёс Мин. Юноша насилу сдерживал смех, стараясь не смотреть на то, как он кривится, — зачем тебе какая-то подделка, если есть настоящий? Вот тут, — он легко подхватил подбородок Пака, притягивая к себе. Чимин не знал, горят ли его щеки сейчас, но некоторые покраснения на шее демона можно было заметить невооружённым глазом. — Я знаю, А-Ги, — Чимин лишь продолжал улыбаться, пока в глазах демона зарождалось все больше сомнения, насчёт слов, которые, наверняка, он должен был сказать очень давно. — Вот так всегда, — Пак откровенно недоумевал. Кажется, он делал все правильно, но что-то было явно не так. Ну, не целовать же его прямо здесь, чтобы он успокоился, — как только мы ушли, все твои мысли заняты только сожалением о содеянном. А меня ты даже и не думал жалеть, — юноше становилось все сложнее сдерживать смех, но в этой битве, в отличие от последней, он точно победит. — Мне нельзя тебя жалеть. Для воина — это неуважение, — демон отвёл глаза, вздыхая. Как же его все это достало — во имя матери, не стал выражаться непристойно, только ради нее. — Я — не воин, Чимин, я., — маленький носик, вместе с губами уткнулся ему в щеку, как бы, говоря «ты — единственный в моей жизни». — Ты — мой муж, я помню, — он даже фигурку в лоб поцеловал. Правда, там не ясно, куда он ее поцеловал, слишком маленькая. Кажется, это немного огорчило демона, и он с силой отбросил игрушку, после чего она благополучно заледенели, треснула и раскололась на маленькие кусочки. — Даже сейчас ты выбираешь, кого угодно, но не меня, — его голос и правда дрожал. Они смотрели друг другу в глаза и не могли понять, в каком месте ошиблись, что сейчас не могут понять, кто прав, а кто виноват. — Даже, если призом будет вознесение, я выберу тебя. Но не скажу об этом даже себе, — юноша осторожно ткнул пальцем в нос Мину, наблюдая, как он морщится, — хватит вести себя так холодно, Юнги, мы же семья, — даже демон не смог сдержать улыбки на это, прикасаясь губами у макушке Чимина.