apple of discord

Может, конечно. Затискать, например. Наверное, А-Хен будет этому даже рад и не захочет уходить потом. — Я не пойду к нему, он — холодный, — мальчик тянется обратно и укладывается Намджуну на грудь, искоса поглядывая на смущённого Джиена, что старается хоть немного унять свои кричащие мысли. В конце концов, у водных заклинателей никогда не бывает постоянной температуры тела, хотя, может, это и преимущество. — Но, А-Хен., — демоненок откровенно дулся на него, ещё из-за Сокджина, которого они буквально бросили в доме старого и страшного дракона. Его кислое, словно облитое уксусом, личико, выдавала мальчика с потрохами. — Как, насчёт того, чтобы поесть? — мальчик поднял заинтересованный взгляд на демона, на лице которого тут же появилась улыбка. Наконец-то. — Я принесу дада чего-нибудь сладкого, хорошо? — он смотрел на Джиена, как будто, он сам и есть еда — нужно разделать и съесть, ничего сложного, — хотя, нет., — Намджун, уж было, облегчено вздохнул, но ребенок все никак не унимался, — я принесу острого! — он спрыгнул на землю, хватая юного демона за руку, — мы — скоро! Джиен кивает, махает ладонью на прощание и скрывается в развесистых ветвях сада, оставляя Намджуна и Чимина в этом темном царстве, в одиночестве. — Так, вот. Второй этаж, зал для совещаний, — монотонно произносит демон, изредка поглядывая на своего спутника. Его лицо искривилось в гневной гримасе. Для него это место не было просто дворцом какой-то там богатой семейки. Это — дом. Место, где они — он, сам, Юнги и Джису, проводили больше времени, чем где-либо, после освобождения от учебы в храме. Именно здесь Чхве-мэй придумывала самые различные задачи, миссии, на которые они отправлялись с рассветом. А после возвращались уже никакие — уставшие и голодные, полностью без сил и желания что-либо делать. А Юнги нужно было ещё и проходить множество тестов, чтобы каждый из коалиции генералов увидел в нем достойного правителя. Что было не особо сложно, учитывая, что несколько грозных взглядов — Чимина и Джису, сопровождали это действо, не открываясь. Здесь хотелось наконец-то начать быть собой. Нормальным Пак Чимином. Не слабеньким мальчиком, что даже идти не может, а тем, кто без проблем смеет вызвать юную госпожу на бой. Сейчас или никогда. — Пойдем, — практически прошептал юноша, хватая демона за руку. Сквозь коридоры и мосты, стены и потолки — они шагали, даже не рассматривая старые узоры, над которыми кропотливо работала госпожа Чон, когда ещё была в себе. Это место очаровывало лишь тем, что оно есть, существует. И все это не сон — можно прикоснуться и почувствовать крепкую, гладкую стену. Дверь в зал для совещаний, как всегда, была закрыта на несколько замков. По крайней мере, пока там никого нет. Но сейчас… Была небольшая щелка, что говорила о присутствии людей в комнате. Чимину уже не было страшно. Он просто хотел увидеть всех этих стариков и поклонится им, мол, так и так, теперь я с вами. Надежда на то, что эти демоны не прогонят его взашей — ещё была. Стоило двери скрипнуть, как больше, чем две дюжины глаз уставились на входящего Чимина и еле плетущегося позади Намджуна. — Добрый день, прошу простить за опоздание, — он говорил так, как будто, в самом деле, просто опоздал на очередной званый вечер, а ни вернулся, спустя три сотни лет. Их лица остались каменными. Ничего удивительного. Юнги немного приподнялся, призывая его уйти этим его тихим «А-Мин», Чон-сюн начал заливисто смеяться, в общем-то, как и его брат. А юная госпожа буравила его взглядом. Страшновато как-то. — О чем, собственно, разговор? — генералы, кажется, были настолько напуганы, что даже дышать боялись. Им и не нужно дышать, но… Хочется, наверное, снова почувствовать себя живым человеком. — Юноша, вы должны освободить помещение, — тихо-тихо, совсем не свойственно, произнесла Джису, разбирая какие-то свитки. — Но я старше, мэймэй, — Юнги лишь шлепнул себя по лбу, не понимая, зачем он вообще здесь появился. Джису дышала очень ровно, это слышал, чуть ли не, весь зал. Конечно же, они надеялись, что юная госпожа не устроит какую-то баталию на ровном месте. Девушка осторожно встала с колен — Чонгук пытался подать ей руку, но так и не успел, его дорогая шицзе и сама смогла встать. Чимин нервно вздохнул, буквально растерял весь свой запал. На Джису не было ничего, кроме лёгкой накидки, которую, скорее всего, дал ей Чонгук. Помимо бинтов на груди, которые никогда не исчезали оттуда, были бинты и ниже, на животе, с несколькими фиолетовыми пятнами. Яд. — Прошу вас освободить зал, — уже намного громче произнесла госпожа Чхве. Не было видно, как далеко это все зайдет. Но каждый непрестанно шептал «перестаньте, не нужно, вы свалитесь в обморок». Как бы генералы не злились на тиранию юной госпожи — она была их идеалом лидера, что сейчас не в безопасности, вот вообще. — Шицзе, не волнуйся, я выведу молодого господина Пака отсюда, — слова Чонгука хоть немного, но успокоили Джису. Но вот старики, наконец, поняли, кто перед ними.