Живой навигатор - не самый лучший ориентир

      — Ну доктор! Я уже здоров! Выпишете меня!       — Как я могу? Я ведь обещал продержать тебя здесь до полнейшего выздоровления! А синяк не прошёл ещё, — усмехался доктор жалким потугам своего необычного пациента.       — Ну вы и червоподобный тип! У меня уже всё прошло, не осталось и следа. Не верите? Да я вот прямо сейчас сниму с себя одежду и покажу вам, что моя задница выглядит очень даже ничего! — вопил рассерженный Денис, который без Артёма не желал и на секунду задерживаться в здании с белыми стенами и жуткими пауками. Его сегодняшней аудиторией вновь были пожилые дамы, которые подталкивали парня на стриптиз, не забывая ругать доктора, и притаившийся за углом Тёма, который не скрывал своей улыбки и смеялся от души, глядя на этого остолопа.       — Дамочки, потише! Никакого стриптиза. А ты остаёшься в больнице. Я всё сказал! — На этом вредный дядька в белом халате развернулся и пошёл своей дорогой. Артём, которого такой расклад дел не устраивал, уже было выбежал из-за угла, чтобы заставить старикашку принять другое решение, как Денис, тихо посмеиваясь, ехидно крикнул спине лечащего врача:       — Неужели вы хотите услышать историю о том, как мне было плохо в больнице эти несколько дней и как мне может стать ещё хуже, если я останусь?       — НЕТ! — слишком быстро ответил занервничавший мужчина, подбегая к парню.       — Тогда, может, вам рассказать о том, что вас ждёт, если вы меня не выпишите? — всё так же посмеиваясь, продолжал Ден.       — Нет! С меня хватит! Ты — ко мне в кабинет на выписку, а вы — по палатам! Нечего галдеть в больнице, как на рынке, — раскомандовался нервный докторишка, косясь на довольную мордашку парня.       Когда Денис покидал здание лечебницы, то наткнулся взглядом на одинокую фигуру друга, который поджидал его с улыбкой.       — Ну, и чего стоишь? Зачем ждёшь?       — Ты ведь не хочешь возвращаться сейчас домой, я прав?       — Какое у тебя предложение, упырёныш?       — Приглашаю тебя в гости в свою холостяцкую квартиру, гондурас!       — Не могу отказаться, скотина!       — Тогда пошли скупать продукты, сволочь.       — Платишь ты!       — Какого хрена?       — У меня денег нет, — с виноватой улыбкой произнёс Ден.       — Ладно, плачу я, а…       — Готовишь тоже ты, я не умею! Ты знаешь.       — И готовлю я. И вообще, я слишком добрый. Пошли уже, недотрога.       Сделав покупки в гипермаркете, парни направились к квартире Артёма. Ночь медленно начинала поглощать день. Солнца давно не было видно, но духота стояла ужасная. Юноши торопились дойти до холостяцкого убежища, чтобы поскорее попасть под спасительную прохладу сплит-системы. Куча народа шла им навстречу, не пропуская. Все спешили поскорее попасть в уютные стены, чтобы спастись от губительности вечернего города. На небе стали появляться тёмные облака, оповещающие о скором дожде. Завидев их, кисель из людей начал колыхаться сильнее. Артём и Денис, кое-как добравшись до нужного дома, забежали в подъезд. Как только они закрыли за собой железную массивную дверь, послышался стук капель. Они успели вовремя. Когда же друзья зашли в квартиру, то, подойдя к окну, обнаружили, что природная стихия перестала бушевать. Тьма окутала всё вокруг. Лишь яркий спутник и звёзды были видны сквозь непроглядную черноту, и несколько тусклых уличных фонарей освещали небольшие пространства подле себя. Юноши бы ещё долго простояли, смотря на прекрасное небо, видневшееся за окном, если бы живот Дена не начал громко оповещать о своём желании поужинать.       — Пошли на кухню, я буду готовить, — улыбнувшись, тихо произнёс Артём, чтобы не нарушить атмосферу таинственной радости.       Денис наблюдал за каждым отточенным движением друга, втихаря завидуя его умению готовить. У самого ведь руки от природы не из того места для этого дела выросли. Резкие удары ножа о разделочную доску, плавные перемещения по кухне, быстрые махинации руками, растрёпанные пряди волос — всё это казалось Дену чем-то нереально красивым и возбуждающим. Когда Артём стоял около плиты, что-то жаря на сковороде, Денис, забыв обо всём, подошёл к нему и обнял со спины, крепко сомкнув руки на животе приятеля.       — Ты чего? — взволновано поинтересовался Тёма. — Паука увидел?       Денис плотнее прижался к другу, и тот смог ощутить стояк находящегося сзади человека. Сердце Артёма начало ликовать и биться в несколько раз быстрее. Он радовался тому, что этот остолоп испытывает к нему те же чувства. Значит, это взаимно? Вскоре Артём почувствовал лёгкое прикосновение губ около своего уха. Потом — тихая и неразборчивая речь, но такая соблазняющая.       — Что будет, если я сейчас повернусь? — охрипшим голосом спросил парень, готовящий ужин.       — Тогда я тебя поцелую, — интимным шёпотом прозвучал ответ. Артём и не подозревал о том, что Денис может быть таким. Он смог решиться на первый шаг, это удивляло.       Неторопливо Тёма повернулся к Денису. Их взгляды встретились, в душах обоих начало твориться что-то невообразимое, они смотрели в глаза друг другу и улыбались. Без слов стало всё понятно. Лёгкое, почти неощутимое прикосновение чужих губ. Быстро учащающееся дыхание. Один воздух, одно пространство и два влюблённых парня.       Хозяин квартиры нежно взял гостя за руку и повёл его в другую комнату. Несмотря на то, что в фантазиях Артёма всё всегда было слишком пошло и жёстко, сейчас ему хотелось особенной атмосферы. Он не желал торопиться. Для Дениса это первый раз, пускай и для него это станет первым опытом, в котором не будет всё делаться быстро и только ради своего удовольствия. Сейчас он хотел, чтобы кудрявый идиот запомнил этот вечер, чтобы было приятно не только ему, но и Дену.       Когда ребята проходили гостевую комнату, то Тёма неожиданно потянул Дениса на диван. Второй думал, что они направляются в спальню, но, кажется, он ошибся. Парень со всё ещё не сошедшим синяком на заднице был усажен на мягкий предмет мебели и помещён в тёплые объятия похотливого друга. Обнявшись, в молчании они просидели долгое время, как им показалось. Внезапно рука Артёма начала гладить плечо приятеля, будто успокаивая. Потом его лицо приблизилось к лицу Дена, на губах которого тут же был запечатлён короткий поцелуй. Затем ещё один, и ещё. Вторая рука Тёмы медленно ползла на грудь Дениса, пока не добралась до возбуждённого соска и не начала его поглаживать, иногда царапая через ткань футболки. Пальцы зажали твёрдый сосок и начали теребить его. Поцелуй прервался.       — Всё хорошо? — Еле слышно прошептал Артём, рука которого уже успела расстегнуть брюки краснеющего юноши и начать поглаживать ещё не до конца возбуждённый член через ткань трусов. Ответом ему послужил громкий стон, который пытались заглушить ладони. Некогда весёлый, звонкий и детский голос стал таким нежным и ласкающим слух.       Шаловливая рука пробралась под трусы красного, как рак, парня и начала надрачивать наливающийся кровью член, вызывая всё больше страстных стонов. Прервавшись, Тёма посмотрел на запрокинутую голову любимого. Он не мог не одарить поцелуем сексуальную шею. Прикусывая мягкую кожу, юноша снова начал опускаться вниз, приближаясь к вороту футболки. Ещё надетый предмет одежды явно мешал процессу, поэтому вскоре он был снят и кинут в неизвестном направлении. Следом за футболкой — джинсы. Денис тяжело дышал и просто не знал, что делать. Он стеснялся и в то же время хотел сделать приятно Артёму. Только он собрался спросить, что ему делать, как чужой язык начал ласкать его сосок. Затем приятная вспышка несильной боли — зубы прикусили тёмную бусинку. Ден дёрнулся, задышав сильнее. Ткань трусов тёрлась о восставший член, причиняя дискомфорт. Довольный произведённым эффектом, юноша с улыбкой посмотрел на кучерявого субъекта и продолжил дальше исследовать его тело, пытаясь найти чувствительные места. Он целовал чуть виднеющиеся кубики пресса, слегка прикусывая девственно нежную кожу. И вот снова преграда на его пути — ткань нижнего белья. После недолгих размышлений это препятствие оказалось там же, где и остальная одежда. Взору Артёма предстал возбуждённый член его друга. Хоть он и был не особо большим по меркам Тёмы, но действительно выглядел красиво. Ярко-розовая головка притягивала не только взгляд, но и желание коснуться самого кончика органа. Провести по нему пальцем, языком. Хотелось попробовать его на вкус.       — Артём, давай выключим свет? Я… я стесняюсь быть таким перед тобой.       — Ни в коем случае. Твой член такой красивый, — заворожено говорил Тёма и, не отрываясь, смотрел на идеальное мужское достоинство того, кто, по его мнению, должен быть снизу. — Как ты можешь стесняться его? У тебя такая головка… Необычный нежный цвет. Это потому, что ты девственник? Такие симпатичные яички. Совсем маленькие.       — Прекрати об этом говорить, сука! Говорю же, что мне не по себе!       Артём лишь усмехнулся просьбе Дениса, разводя его ноги в стороны, чтобы удобнее было сделать задуманное. Тёма слез с дивана и пристроился у промежности краснеющего парня.       — Ты что задумал? — обеспокоено пропищал напуганный юноша, пытаясь руками закрыть своё достоинство.       Сделать этого он не успел, потому как его член окутала приятная теплота, и что-то скользкое начало двигаться по нему. Опустив голову, Ден увидел то, чего никак не ожидал, — Артём начал делать ему минет! Эти ощущения ни с чем не сравнить.       Стоящий на коленях парень то посасывал или языком дразнил головку возбуждённого органа, то почти полностью заглатывал его, то облизывал, словно чупа-чупс. Он делал это впервые, но у него явно всё получалось, о чём свидетельствовали полные наслаждения стоны кудрявого юноши. На удивление, Тёме вовсе не было противно, наоборот — ему было приятно доставлять удовольствие важному человеку, который сейчас пыхтел, словно паровоз, стараясь сдерживать свои эмоции. У него ничего не получалось. Даже в мычании, которое получалось из-за закусанной ладони, была слышна такая доля блаженства, что сразу всё становилось ясным.       — Я сейчас…       — Быстро ты, — усмехнулся Артём, не позволяя Дену кончить. В отличие от раздосадованного друга, он был ещё одет, что очень не понравилось Денису. И он решил это исправить. Поднявшись с дивана, не обращая внимания на дрожь в коленях и напряжённое достоинство, кудрявый парень начал стягивать со своего любовника одежду. Когда оба юноши остались голыми, Артём повел приятеля в спальню и кинул его на кровать, залезая следом и нависая над беззащитным прекрасным телом. Ден опять растерялся и не знал, что делать. Особенно сильно мешали руки — им нигде не находилось места, они были словно чужие и совсем не хотели ничего делать.       Тёма видел смятение, страх и нерешительность в глазах своего друга. Он понимал нереальность сложившейся ситуации. Как-нибудь в следующий раз он отыграется за то, что любимый изображал стонущее бревно в их первый раз, но не сейчас, когда собственное удовольствие не казалось таким уж и важным.       Снова начались медленные и мучительные поцелуи, в перерывах между которыми Артём рукой ласкал член друга. Его собственное возбуждение уже давало о себе знать, и уже давно хотелось перейти к более важным делам, нежели поцелуи. После недолгих ёрзаний на кровати и нескольких указаний Денис был поставлен в смущающую позу. Он чувствовал себя подопытной собачкой, стоя на коленях, повёрнутый задом к возбуждённому парню, который рассматривал его анус. Он знал, что должно сейчас произойти. Одновременно Ден этого хотел и боялся. Боялся возможной боли, которая непременно будет, когда в его ещё не до конца вылеченную задницу будут запихивать член.       Неожиданно он почувствовал нежные поглаживания по спине и возбуждающий шёпот в ухо:       — Расслабься, ничего страшного не произойдёт, малыш. — Это было сказано так нежно и с такой любовью, что сознание Дениса стало немного успокаиваться. Сам он начал расслабляться. И вот, когда тело совсем не было напряжено, колечка мышц коснулось нечто холодное и скользкое, вызвавшее новый поток паники.       — Что это? Ты уже?..       — Это всего лишь мой палец, смазанный слюной. Расслабься, а то будет больно, и я сделаю так, что синяк на твоей жопени снова станет огромным!       Угрозы возымели эффект, и Денис отвлёкся, придумывая, как бы побольнее ответить. И как только мысли начали выстраиваться в хронологическом порядке, парень ощутил не самое приятное проникновение в анальное отверстие.       Медленно Артём просовывал смоченный палец, боясь причинить боль. Чужую задницу он разрабатывал не в первый раз, но это единственный случай, когда аппетитные булочки принадлежат не юной красавице, а юному красавцу. Когда палец был полностью в попе Дена, который то сжимал, то расслаблял колечко мышц, Артём нащупал небольшой бугорок и задел его, после чего послышался громкий стон. Тёма сначала испугался, что причинил страдания любимому. Но когда Денис начал насаживаться на его палец, ворочая попой, чтобы палец снова попал на этот бугорок, то Артём понял, что делает всё правильно. Сжав свободной рукой упругую ягодицу разошедшегося приятеля, он начал быстро двигать пальцем вперёд и назад, делая круговые движения и задевая простату. Вскоре к первому пальцу присоединился второй и третий. Денис, не умолкая, молил о продолжении и помогал Тёме себя разрабатывать, добровольно елозя на пальцах.       Когда же Артём отстранился от вошедшего в раж Дениса и положил его на спину, паника вновь охватила разум кудрявого чуда. Он наконец-таки увидел далеко не маленький размер члена возлюбленного.       — Артём! Это не поместится в меня! Вообще никак!       — Успокойся, малыш.       — Не приближайся! Ты… Да ты порвёшь меня, как Тузик грелку.       — А ну угомонился! Я знаю, что делаю. А ну давай сюда свой зад! Или решил рукоприкладством заняться, смотря на мою обнажённую натуру? — ехидно поинтересовался Тёма, с усмешкой вглядываясь на вжавшегося в кровать идиота.       Не услышав ничего в ответ и не встретив сопротивления, Артём приблизился к напуганному котёнку и вернул приятеля в прежнюю позу, приставив член к сжатому колечку мышц. Только он хотел в очередной раз произнести утешительные слова, как заметил, что Денис начал расслабляться. Не теряя времени даром, пока любимый псих не передумал, Тёма быстро вставил головку члена в задний проход друга и остановился, давая время привыкнуть. Денис лишь зашипел, но ничего не сказал, решив промолчать и вытерпеть предстоящие мучения. Артём медленно стал продвигать член глубже. Мягкие и бархатистые стенки ануса тесно сжимали орган парня и причиняли немалый дискомфорт. Всё-таки он недостаточно разработал Дена. Поторопился. Но он уже слишком возбуждён, чтобы остановиться. Нужно лишь вновь найти тот бугорок, чтобы кудрявое чудо перестало шипеть и тихо ругаться. Протолкнув орган до конца, Тёма вновь остановился, а потом и вовсе вытащил его из задницы друга. Подождав несколько секунд, он резко вторгся в расслабленное тело парня и начал ускоренно двигаться, задевая простату. Тело Дениса словно прошибло током. Он прогнулся в спине и оглушительно громко начал стонать от непередаваемого наслаждения. Боль и дискомфорт были забыты. Теперь ощущалось лишь безграничное наслаждение, которое дарил ему Артём. Оба парня шумели во весь голос, даже не стараясь сдерживать нахлынувших чувств и не задумываясь о судьбе соседей, которые, вероятно, уже спали.       Толчки убыстрялись, крики становились громче, кровать ходила ходуном, пик блаженства уже был не за горами. Минута… Пара секунд… Долгий стон, и — сперма на животе Дениса. Такого он никогда в жизни ещё не испытывал. Мастурбации в ванной комнате, когда родители отсутствовали дома, не могли сравниться с тем, что произошло сейчас. Блаженство словно окутало его нежными оковами и высосало все силы. Его тело стало тяжёлым, будто ватным, но Артём продолжал вдалбливаться, приближаясь к разрядке. Когда Ден начал падать на кровать, Тёма схватил его и, не вытаскивая члена из тёплого отверстия, положил спиной на кровать, а ноги друга закинул себе на плечи, затем продолжил быстрые толчки. Вскоре кудрявое чудо почувствовало внутри себя разливающуюся тёплую жидкость и услышало тихий стон любовника. Артём без сил повалился на любимого, тяжело дыша. Он всё ещё не отошёл от оргазма. Такой яркий оргазм он испытал впервые. В первый раз он получил от секса столько удовольствия. Перед глазами плавали разноцветные шарики, а комок удовольствия застрял где-то в районе живота, вызывая сладкую эйфорию.       Более или менее придя в себя, Тёма поднялся с неподвижного Дениса, который счастливо улыбался и смотрел на друга.