Бумажные ласточки

Первые дни прошли вполне сносно. Я навестил брата, пообщался с племянниками, которые уговорили меня съездить на рыбалку. Потом доделал отчёты, писал планы на следующий семестр и в целом делал вид очень занятого человека. К концу июня дела пошли хуже… Сначала чисто физически. Я постоянно вспоминал Милу, думал о ней, воспоминания отзывались приятными ощущениями в паху. Секса катастрофически не хватало. Первое время я снимал напряжение сам. Потом, когда это перестало помогать, договорился о встрече со старой знакомой… После той ночи, наутро осталось только желание хорошенько вымыться. Кажется, впервые я ощутил, что секс может быть чисто машинальным действием. Облегчения не наступило. Потом началось странное… Мне стало казаться, что я поехал крышей: мне мерещилось, что я вижу Милу в городе, слышу её голос. Пару раз я даже подходил к девушкам, в которых видел её черты, но, конечно же, я ошибался. Очень часто я думал о том, каким жe был идиотом, что даже не спросил её номер телефона. Хотя я бы вряд ли позвонил — она отчётливо дала понять, что у неё будут серьезные проблемы с родителями. В конце концов я напросился к брату на дачу и решил выбить клин клином. Правда на этот раз не сексом, а физическим трудом. К концу августа у брата был прекрасный сад с десятком розовых кустов, новая беседка, выложенные из камня дорожки. У меня появились новые шрамы на руках и загар, которому позавидовал бы любой любитель солярия. Первый учебный день сентября выдался солнечным… После долгих недель на природе, запихивать себя в официальную одежду было странно непривычно: ворот рубашки чесался, а брюки казались какими-то невероятно неудобными. К тому же, было очень жарко. Отчитав лекции, я распрощался с новоиспечёнными студентами, собрал бумаги и вышел в коридор. Сначала я решил, что мой перегретый на солнце мозг снова играет со мной в коварные игры, выдавая желаемое за действительное. Но это было не так. Не в этот раз… Мила на самом деле была там… Красивая, как никогда прежде. На ней было зеленое платье на широких лямках и большими пуговицами по всей длине. На запястьях красовались яркие плетеные ленточки, точно такие же были вплетены в косу. Заметив меня, Мила застыла на месте. Наши взгляды встретились, и сердце сделало попытку выскочить наружу. — Мил, ну Мииила, — спутница тянула её за рукав, — мы опоздаем, там уже все собрались давно. — Тань, я вспомнила кое-что. Мне надо немного задержаться, — она говорила это своей подружке, но смотрела на меня. Слова звучали, как обещание. — Ну ладно… Я не буду ждать, приходи потом сама, — ответила подружка и поспешила за группой студентов в сторону парка. В коридоре становилось пусто, но еще не настолько, что можно было, не думая о последствиях, подойти к Миле. А потому пришлось взять себя в руки и направиться обратно в кабинет, надеясь, что она зайдёт туда тоже. Ждать пришлось долгих пять минут… Я уже успел истоптать весь кабинет, когда дверь тихонечко отворилась и Мила просочилась внутрь, оглядываясь по сторонам. Когда только послышался щелчок закрывающегося замка, я был уже рядом с Милой. В следующее мгновение её губы коснулись моих: Мила крепко обвила меня руками, прижавшись всем телом. От неё пахло солнцем, ванилью и чем-то невероятно родным. В районе солнечного сплетения предательски заныло. Поцелуй получился резкий, обрывками. Я целовал её губы, щеки, веки… Когда первая волна безумия наконец-то откатила и я снова смог вдохнуть полной грудью, Мила слегка отстранилась, посмотрела на меня своими небесно-синими глазами, её ладонь легла на мою щеку — от такого невинного прикосновения по телу пробежали мурашки. — Я по тебе скучала, — едва слышно произнесла Мила. — Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала. — Вряд ли больше, чем я, — выдохнул я. — Я чувствую, — хихикнула Мила, прижавшись ко мне бедрами. Даже не пытаясь скрывать реакции своего организма, провел руками по почти обнажённой спине и впившись пальцами в ягодицы, прижал её еще крепче. — Поехали ко мне, — предложил я, целуя шею: Мила обвила меня руками. — Нам есть, о чём поговорить. — Поговорить ли?! — Мила беззвучно расмеялась. — Не надо мной ли ты смеешься, Людмила?! — хмыкнул я. Коснувшись пальцами груди, я нащупал сосок. — Мне кажется, тут не только я готов «поговорить». — Не только, — охотно призналась Мила и звучно выдохнула, почувствовав как предательски затвердел сосок под моими пальцами. — И… боюсь, я не согласна ждать еще полчаса, пока мы доберемся до твоей берлоги и ты наконец-то соизволишь меня трахнуть. На этот раз я выдохнул… От её слов в штанах стало так тесно, что в голове помутнело. Я и без того хотел её до одури, а теперь и вовсе потерял последнюю связь с реальностью. Когда же почувствовал, как Мила расстёгивает ремень моих брюк, простонал… — Что же ты со мной делаешь, чертовка?! — Кажется, соблазняю, — хихикнула Мила, стягивая штаны с моей задницы. — Кажется, у тебя это получается, — констатировал я, когда член оказался в её ладошке. Пуговицы легко поддались, и уже полминуты спустя платье на Миле распахнулось, обнажив такое вожделенное тело: на белой коже вырисовывался явный рисунок загара. Трусики легко соскользнули с её задницы и упали на пол. — Иди ко мне, — я подтянул Милу к себе, и она послушно закинула ногу мне на бедро. Вошел я в неё быстро, одним движением сразу на всё длину… Мила протяжно простонала и прижалась всем телом. Я тоже на мгновение замер, наслаждаясь таким знакомым и таким сладостным ощущениям. Мила обвила меня ногами, позволяя мне входить на всю длину, впилась поцелуем, изредка кусая губы и стонала мне в рот. От её стонов в голове всё затянуло туманом. Сладким, бесконечно сладким туманом, от которого начало покалывать в конечностях. После такого долгого перерыва и долгого ожидания, я с трудом мог сдерживаться. Впрочем, Мила тоже. Она старалась вести себя тихо, но получалось у неё это плохо, мне пришлось помочь ей, закрыв рот ладонью… Всё закончилось слишком быстро. Позорно быстро. Мне было всё равно. Я был уверен, что сегодня у меня еще будет возможность наверстать упущенное… Я пытался отдышаться, всё еще прижимая Милу к стене, когда вдруг послышались шаги в коридоре и голоса. Мы замерли и оба, не сговариваясь, задержали дыхание, как будто его можно было услышать через закрытую дверь. Двое, может быть трое, прошли мимо кабинета, и когда снова стало тихо, мы одновременно рассмеялись. — Представляю, чтобы подумали люди, если бы увидели нас тут, — хихикнула Мила, застёгивая платье. — Позавидовали бы, — ответил я, поправляя помятую рубашку… Нужно было отдать Миле должное: в вопросах конспирации ей не было равных… мне снова пришлось забирать ее у фонтана на площади, иначе она отказывалась садиться ко мне в машину. — Легче тебе машину купить, чем так прятаться, — хмыкнул я себе под нос, как только Мила расположилась на пассажирском сидении. — Купи. Я в ней заодно жить буду, — рассмеялась Мила. — Жить то под крышей удобней, чем в машине, — заметил я. И тут же осознал, что это сказано было не просто так: — В каком смысле, жить в ней будешь? — Да я пошутила так, — отмахнулась Мила. — Я вообще неудачно шучу в последнее время. Слушай, а давай сегодня посмотрим какую-нибудь комедию? Из твоей коллекции, у тебя там такой раритет… — Как я сам, — улыбнулся я. — Кстати, у меня завтра день рождения! — радостно заявила Мила, развернувшись ко мне в пол-оборота и сложив руки на колене. — Замечательно, — улыбнулся я: её радость была заразительной. — У тебя есть какие-то планы? — Напиться, поуправлять автомобилем, сходить на кино 18 плюс. Может быть не именно в такой последовательности, — рассмеялась Мила. — Что там еще у нас в стране совершеннолетним делать можно? — Погоди… Тормоза противно заскрипели. Мысленно поблагодарив вселенную за то, что за мной никто не ехал, я выдохнул. — Сколько тебе лет исполнится? — Восемнадцать, — настороженно ответила Мила. — Серьезно? То есть сейчас тебе семнадцать? — Ну да, — протяжно произнесла Мила. — Обычно так бывает: сначала семнадцатъ, потом раз! — и восемнадцать. — Ну зашибись, — усмехнулся я. — Я, оказывается, еще и на несовершенолетних западаю. — А я на старичков, — парировала Мила. — Поехали уже, я есть хочу. У тебя есть мороженое? — Вот теперь ты ведешь себя как дитё малое! — хмыкнул я, но машину всё же завёл: стоять посреди проезжей части не стоило в любом случае. — Ой ладно, когда ты меня трахал в своем кабинете, ты об этом не думал! — Тогда ты не вела себя как дитё малое! — я серьезно посмотрел на Милу. Мне было вообще не смешно от мысли, что ей еще и восемнадцати нет. Хотя вряд ли кому-то пришла бы в голову мысль, что она такая молодая. Никому, кто мог оценить её фигуру даже просто визуально. Я уже не говорю о физическом контакте. Какое-то время мы ехали молча. Мне серьезно стоило обдумать свои предпочтения… А Мила, кажется, думала о мороженом… От этой мысли я рассмеялся вслух, чем, кажется, напугал Милу. — Ты чего? — Ничего, всё в порядке. Так что, какие планы на завтра? Мы уже доехали домой, я припарковал машину в подземном гараже. — Вообще-то я надеялась, что смогу провести день с тобой, — ответила Мила неуверенно. — Боюсь, тогда твой день рождения станет днем разврата и секса, — усмехнулся я, пропуская Милу в лифт. — И почему ты этого боишься? — хихикнула Мила. — Потому что я старый, больной человек, — ответил я с абсолютно серьезным видом, стараясь не рассмеяться. — Но ты ведь сделаешь мне такой подарок? — Мила заманчиво прикусила губу и положила руку мне на грудь. — Всё, что ты захочешь, — охотно пообещал я. Как только мы оказались в квартире, Мила спросила, можно ли ей принять душ, и испарилась, оставив меня наедине со своими мыслями. Остановился бы я тогда, в начале прошлого года, знай бы я, сколько ей лет? Скорее всего да. Это было бы сложно, чертовски сложно, но я бы приложил все усилия. Теперь менять что-то было поздно. Да и совершенно не хотелось. В ванной комнате было жарко и душно, пар заполнил всё помещение и обволок меня с ног по головы. Одежда тут же стала влажной. Не страшно, я всё равно собирался переодеваться. Я только вытащил из кармана брюк телефон и положил его на полотенца у входа. Мила стояла под душем… Капли стекали по коже, оставляя после себя мыльные дорожки. Я не планировал наблюдать за ней, но не смог оторвать взгляда: на загорелом теле были видны тонкие белые полосы от лямок купальника, чёткая полоса загара вырисовывала замысловатый узор на груди, кожа на животе была идеально белой… Стеклянная дверь душевой кабины отворилась и сначала вышел клубок пара, потом показалась Мила. Увидев меня, она сначала растерялась, потом улыбнулась, шагнула ко мне и прильнула всем телом: и без того влажная рубашка намокла совсем и прилипла к телу. От контраста горячего воздуха и прохладной воды по телу побежали мурашки. — Давай мы снимем с тебя это? — предложила, или скорее спросила Мила, но не дожидаясь вопроса начала растёгивать рубашку. Проведя рукой по груди, Мила посмотрела мне в глаза, собралась что-то сказать, но передумала. И опустилась на колени… Ширинка поддалась легко, и брюки сами упали на пол. Мила погладила меня ладонью через влажную ткань трусов, пробежалась пальцами по всей длине, подхватила край резинки и выпустила наружу уже готовый пуститься во все тяжкие член. Обхватив его обеими ладошками сразу, Мила провела большим пальцем по уздечке, и я закрыл глаза от удовольствия. Лишь на мгновение. Я не хотел пропустить ни секунды этого зрелища: Мила коснулась головки языком, обвела вокруг и взяла её целиком в рот. Я не смог сдержать стона, когда тонкие пальцы крепко перехватили член у основания. Мила подалась вперед, я почти целиком вошёл в её горячий рот и уткнулся в горло. По спине пробежала волна, заставив меня зарычать от удовольствия. На секунду позволив блестящему от слюны члену выскочить наружу, Мила подняла на меня глаза и спросила: — Так хорошо? — Идеально, — прохрипел я в ответ и уже сам подался бедрами вперед, проталкивая член в сжатые плотным кольцом губы. Легкие прикосновения языком сменились на более интенсивные ласки губами, и я совершенно недвусмысленно положил руку на затылок Милы, задавая темп движения. И она безропотно позволила трахать ее рот… Я был уже на грани и в любой момент готов кончить, когда послышался странный звук. Мне понадобилось время, чтобы понять, что звонит телефон, судя по мелодии, звонил Игорь. — Черт, как вовремя! — выругался я. — Прости, детка, этот звонок я должен принять. Мила выпустила мой член и горячего плена, облизала губы и кивнула… — Да, Игорь? Что-то случилось? — я старался говорить как можно более ровно, получалось с переменным успехом. — И тебе привет, — послышалось из трубки. — Как дела? Ты сейчас занят? — Ну… как тебе сказать… — стараясь не рассмеяться, ответил я, посмотрел на Милу, которая хихикнула и тут же прикрыла рот ладошкой. — Я не буду долго отвлекать, мне только нужно знать, куда ты дел ключ от дачи? — Да никуда я его не девал! Я его положил на полку в прихожей, — ответил я спешно, и тут же зажмурился: Мила, по всей видимости, не собиралась дожидаться окончания разговора и вернулась к тому, чем мы занимались до звонка — ладошка едва касаясь погладила член, и он тут же поднялся. — Да нет там его, уже весь дом обыскали, — послышалось из трубки. Мила коснулась члена губами, слизнула выступившую каплю смазки и головка полностью погрузилась в горячий рот. — Я… черт, Игорь, я не знаю где он, мы можем поговорить… об этом позже? Член упёрся в горло и я почувствовал, как острые коготки впились в мою задницу? — Ты сильно занят да? — Да, Игорёк, — с трудом сохраняя последние капли самообладания согласился я, наблюдая как Мила заглатывает член, касаясь носом моего живота. — Ну ладно, позвони как освободишься… Дальше я уже не слушал: нажал на кнопку «отбой» и бросил телефон на пол. — Да что же ты такое творишь! — в сердцах выпалил я, заставляя Милу подняться на ноги. — С тобой с ума сойти можно. — Тебе не нравится? — она снова облизала губы. — Наоборот, — прорычал я, разворачивая Милу к себе спиной. Громко всхлипнув, когда я резким движением вошёл в неё, Мила сначала дернулась вперёд, но потом протяжно простонала, нагнулась вперёд, по-кошачьи изящно выгнув спину, опёрлась руками о раковину, и приподняла зад. В такой позиции я мог входить в неё очень глубоко: головка упиралась во что-то мягкое, от чего Мила скоро начала извиваться, подмахивать бёдрами, самa все резче насаживаясь на член. Стоны стали громче, вперемешку с всхлипыванием, пальцы впивались в раковину с такой силой, что побелели. Ещё пара резких движений и Мила выгнулась, запрокинула голову назад, внутри неё все сжалось и запульсировало. Кончили мы одновременно… Пару минут мы пытались отдышаться, я обнял Милу одной рукой за талию, вторую положил на грудь и поймал пальцами сосок. Мила прижалась к моей груди. Мы стояли напротив зеркала… Мила раскраснелась от секса и духоты в помещении. Я провёл по ее животу, она внимательно наблюдала как пальцы спустились ниже — Мила послушно раздвинула ноги, — и коснулись клитора. — Сегодня, — я провёл кончиком языка по ее уху, — сегодня я буду трахать тебя всю ночь, а завтра с утра ты пойдёшь на занятия с припухшими от поцелуев губами. Будешь пахнуть мной. И все будут знать, что этой ночью у тебя был секс… Мила прикрыла от удовольствия глаза и многообещающе потерлась задницей…