Пособие для бывших демонов

Чем дольше они шли, тем больше в душе Мэйбл росло ощущение, что она делает что-то не так. Позади уже осталась и ярмарка с весельем и корн-догами от Зуса, позади осталось несчастное колесо обозрения, билетики на которое все еще лежали в кармане, смятые ее руками, позади остался Билл, такой же, как она, растерянный и не знающий, что теперь делать, позади остался Диппер, который приложил все усилия, чтобы испортить не только лето, но и, кажется, всю жизнь. Если раньше можно было хоть как-то терпеть то, что он постоянно лез не в свое дело, оправдывая это заботой, то теперь уже его поведение перешло все границы, как и вечная жажда приключений. И пусть Билл назывался бы хоть трижды демоном, ее это не волновало уже давно. Он был хорошим. А Диппер, хоть человеком и являлся, но всеми своими действиями показывал, что о сестре он не то, что не заботится, ему на нее вообще наплевать. Несмотря на их кровное родство, он не имел никакого права совершать все те поступки, что сделал, и лишь именно благодаря этому кровному родству он еще оставался жив. Чувство собственного достоинства было здорово задето, и она не думала о том, что демон, который мелькал где-то впереди за живыми изгородями, может ей как-то навредить, посему не думала о том, как ей быть в том случае, если что-то пойдет не по плану. Хотя у нее и плана-то определенного не было. В конце концов он просто позвал ее на разговор, а, значит, ее задача — выудить из него как можно больше информации. Чтобы Диппер не считал себя слишком умным. Чтобы Билл не думал, что на нем свет клином сошелся. Чтобы они оба не считали ее беспомощной девчонкой, неспособной о себе позаботиться. Но, главное, чтобы самой разобраться во всем, что эти двое наворотили, пока думали, что она ни о чем не подозревает, а она, оказывается, о многом знает. Однако, чем дальше Мэйбл уходила от центра, чем тише становились улочки, тем больше в ней росла непонятная тревога. То ли не давали покоя мысли о том, что это невнятное облако на самом деле демон, с которым шутить опасно, хоть он и выглядит беспомощно, то ли внушал страх дом, который она уже видела. Причем видела совсем недавно, и оставил он у нее не самые приятные воспоминания. От одного взгляда на него мороз шел по коже, даже при том, что солнце палило вовсю да в парке пели беззаботные птицы. Все еще держался в памяти случай с топором, которым она чуть не получила по черепушке. Мэйбл искоса поглядывала на некогда наводившие на нее ужас старые статуи, и одновременно старалась следить за демоном, что вел ее точно к дому привидений, в котором она на пару с Робби провела тот памятный Летоуин. Без фонарей, резных арбузов и всяких дешевых побрякушек он выглядел еще более ужасно, чем с ними, теперь он казался абсолютно заброшенным. — Почему именно сюда идем? — спросила она, стараясь придать голосу как можно больше решимости, но он все же едва дрожал. — Здесь нам точно никто не помешает, — шепнул демон и легко просочился в широкую щель под входной дверью с облупившейся краской. Мэйбл замешкалась у порога. Все решится или сейчас, или никогда. Если буду тянуть в этот раз так же, как тянула с Робби, ничего хорошего точно не выйдет. Она дернула за ручку и решительно шагнула вперед, захлопывая за собой дверь, не просто ведущую на улицу, на свободу, а как будто отрезающую всю мнимую безопасность, с ощущением того, что после этого разговора точно все изменится. Только в лучшую сторону или, напротив, в худшую — неизвестно. В просторном холле темно, свет проникал только через щели между криво прибитыми поперек окон досками, и было видно, как в этих резких полосах солнечного света с улицы мелькают пылинки. Пол неистово скрипел после каждого шага, доски угрожающе расшатывались, а, как только поднимался хоть слабый ветерок снаружи, на чердаке что-то завывало так, будто дом готов был сиюминутно обвалиться. В голове промелькнула мысль, как этот дом не рухнул от всех тех набегов в летоуинскую ночь. — Знаешь, Мэйбл, я было подумал сначала, что в первый раз твоя семейка оказалась в победителях по счастливой случайности, но со временем понял — нет, все гораздо сложнее… Мэйбл шла по коридорам на голос и на легкое сияние, испускаемое туманом, старалась запомнить дорогу, но очень скоро поняла, что вряд ли сможет выйти из дома сама. Следующий коридор был похож на предыдущий, а пыльные перекошенные двери ничем не отличались друг от друга. — О каком первом разе ты говоришь? — О том самом, когда вы, людишки, сумели справиться с Биллом. Хотя я сомневаюсь, что в том была ваша заслуга. Скорее, это он был слишком слаб, несмотря на то, что уверял нас в обратном. Он был слишком слабым и самоуверенным. Если бы он хоть раз перестраховался, ты бы сейчас просто так здесь не была, — Мэйбл показалось, или бестелесный демон хмыкнул. — Он всегда так гордился тем, что смог заставить кого угодно плясать под его дудку. Кроме вас, Пайнсов, конечно же. Об этом он всегда умалчивал. Бросив противный смешок, демон замолк, давая возможность ей осознать сказанное, но потом, решив, видимо, что сказал недостаточно, странно-веселым голосом добавил: — Признаться, это была единственная его стоящая способность, все остальное — просто фокусы зазнавшегося клоуна. Кажется, в этот раз ничего не изменилось. А как ты думаешь, Мэйбл? Мэйбл поняла, что говорить в этот раз будет не она, говорить будут с ней. И то, что демон вспомнил Билла, и то, что он даже знает, что она сама в курсе, кто такой Билл, было не с проста. Как и то, что он вдруг завел разговор о его способностях. Она поняла, что под «тем разом» демон имел в виду Странногеддон, но какое отношение имело к этому возвращение Билла, появление этого демона, а также теперь и она сама, Мэйбл сообразить не могла. Но, полная решимости и желания выйти победителем, она свернула за угол, оставив позади очередной коридор с запертыми дверями. Значит, ты когда-то был заодно с Биллом… Миленько. Спасибо тебе, Билл, и тебе, Диппер, тоже огромное спасибо. Если бы не вы, мне бы не пришлось сейчас действовать вслепую. — Я думаю, что тебе не стоит слишком надеяться на себя, кем бы ты ни был. — Это почему же? — Потому что если тогда тебе не удалось никому навредить, даже будучи заодно с Биллом, то сейчас тем более ничего не выйдет. — Она расценила ответное молчание как согласие и, еще более уверенная в себе, продолжила, смело шагая по коридору: — Ты слаб, ты сам это знаешь и сам это сказал. У тебя нет ни слуг, ни союзников, которые могли бы помочь или в случае чего доделать работу за тебя. Ты совершенно один, в то время как нас больше. Да что там, у тебя даже тела нормального нет. Поэтому можешь не рассказывать о том, что ты снова хочешь захватить мир, или на худой конец Гравити Фолз! — Мэйбл, воодушевленная своей речью, не заметила, как демон подвел ее к небольшой дверце под лестницей и, проскользнув в замочную скважину, распахнул дверь изнутри прямо перед ее носом, а сам растворился в темноте. — Я не пойду дальше! Девушка вздрогнула, когда после почти минутной тишины послышался тихий вкрадчивый голос, который звучал, кажется, одновременно со всех сторон. — Узнаю смелую Мэйбл. Как тебе удается при любом, даже самом провальном раскладе, оставаться такой? Признаюсь, завидую. Ты права, тела у меня нет. Пока нет. Но, благодаря тебе, такой смелой и решительной, я думаю, ко мне вернется мой прежний облик, и очень скоро. А насчет союзников… В один миг голос демона сменился на другой, но настолько знакомый, что Мэйбл сперва своим ушам не поверила. — Насчет союзников ты ошиблась, они у меня есть. Она так боялась увидеть того, кого слышала, но все равно обернулась. — Робби? Ты же… ты же уехал. Что ты здесь делаешь? Что за дурацкие у тебя шутки? — Никаких шуток, Мэйбл, никаких шуток.

***

— Просто иди развлекись… не будет он слушать, что я говорю… девушку найти… конечно, развлечешься тут с вами… — бубнил себе под нос вышедший из себя Диппер, шагая к Хижине. Он теперь и не знал, на кого пустить все свое негодование — на Билла, который в последний момент отказался следовать плану, на Мэйбл, к которой неприятности, кажется, липли сами собой (нет, она сама к ним приставала!) или на неизвестного демона, который пожаловал в их мир так же, как и Сайфер, и сам мало что о себе помнил. Ему уже не в радость была ни ярмарка, ни возможность провести почти весь день вместе с Вэнди, о которой он вообще в последнее время почти забыл. Она уж начинала думать, что с ней что-то не так, раз Диппер, столько лет сохнувший по ней, вдруг совершенно внезапно охладел и почти не обращал на нее внимания. Ну и пусть. Делайте вы что хотите. Но потом не жалуйтесь, что кто-то снова хочет захватить мир. Я прекрасно знаю, что если это случится, то ты, Сайфер, сразу окажешься не таким, каким хотел выглядеть. В Хижине непривычная тишина, по магазинчику словно ураган прошел — в такой спешке Зус собирался, даже входную дверь не закрыл, что уж говорить о брошенных на стол забытых накладных. Остался дома только дядя Форд — единственный человек, который его понимал и который не согласился променять науку на дурацкие развлечения. Снова работал над чем-то, корпел над чертежами, тихонько шептал что-то себе под нос, качал головой, то и дело глядя на результат своих трудов. — Диппер, ты почему здесь? Все давно на ярмарку ушли, я Зуса видел примерно час назад, очень он спешил. — Да… — Дипперу хотелось, конечно, хотелось рассказать все Форду: про глупую Мэйбл, про Билла, который на самом деле был тем самым Биллом и которому он помогал по доброте душевной, но чутье подсказывало, что это будет ошибкой. — Так, скучно там. С ними. Форд, не отвлекаясь от работы, кивнул несколько раз и тут же бросил взгляд на знакомый уже прибор, который издал резкий писк и за стеклом которого дернулась стрелка. Кроме Диппера, в Хижине не было больше людей, на который прибор мог бы реагировать. Форд на демона похож не был, да и сам Диппер тоже. — Дядя, твой прибор сломался? — с надеждой спросил Диппер. — Если бы, — вздохнул Форд, — в последние дни он вообще не успокаивается. А уж вчера и сегодня так совсем с ума сходит. — Он вдруг очень обеспокоенно глянул на племянника через очки. — Диппер, помнишь, о чем мы с тобой говорили? Ты приглядываешь за Мэйбл? Потому что, хоть пока ничего особенного не происходит, но я боюсь, что это лишь затишье перед бурей. Ага, еще как происходит, лучше тебе пока об этом не знать, дядя Форд, боюсь, твое сердце не выдержит, если ты хоть десятую долю происходящего узнаешь. Стоп, прибор вчера реагировал так и реагирует так сегодня? И куда-то исчез наш главный герой? Робби, где тебя черти носят? Диппер кивнул, параллельно думая о том, что Робби на самом-то деле никуда не уезжал, а скрывается где-то поблизости специально. Да еще и Билл, как назло, решил показать свой характер в самый неподходящий для этого момент. Мэйбл тоже хороша… Все как-то разом навалилось. — Да… да, конечно, — растерянно бросил Диппер в надежде, что больше вопросов о Мэйбл не будет, ведь он сам только что оставил ее наедине с демоном, от которого неизвестно что можно ожидать. Он подошел к карте города, лежащей на соседнем столе среди деталей и наполовину собранных приборов неизвестного назначения. На помятой выцветшей бумаге красовались отметки и подписи, сделанные рукой Форда совсем недавно, рядом валялся карандаш. — А что это на карте? — Да, я поначалу отмечал места активности нашего нового друга, пытался найти какую-то связь. Но он постоянно объявляется в разных местах, так что эту затею бросил. Не так давно он был почему-то в цирке и в парке, а сегодня вот на ярмарке, но быстро оттуда пропал и переместился вот сюда. Не знаю правда, что это за место… и не важно, наверное… Форд, не глядя, ткнул пальцем в местечко на карте, где располагался дом призраков, и Диппер почувствовал, как у него мурашки по спине побежали. — Дядя, ты знаешь что, я пойду, пожалуй, меня там… меня там Вэнди и Мэйбл ждут! — крикнул Диппер, уже поднимаясь по лестнице. — Да, беги, приглядывай за сестрой получше, — успел предупредить Форд, но племянник этого уже не слышал, — а я пока что подготовлю все, чтобы уничтожить это чудовище, кем бы оно ни было. Хоть ему и удалось испортить то, над чем я работал, но мои записи остались на месте. Уж восстановить все я успею до того момента, как он навредит кому-то.

***

Только поняв, что он не знает, куда ушла обиженная Мэйбл, Билл запаниковал. В конце концов он действительно был виноват в том, что пошел на поводу у Диппера, и в том, что утаивал все от девушки, которая, он уверен, ему не просто нравилась, и даже в том, что в этом добром мире до сих пор хозяйничал демон, которого им никак не удавалось схватить за хвост. Да, он ничего не помнил из прошлого, лишь было необычное чувство, что он вот-вот все вспомнит, но этого не случалось. Тем не менее ответственность за происходящее как лежала на Билле, так и осталась. Все время он мог только наблюдать, выполняя чужие указания только ради того, чтобы его самого не прикончил сумасшедший старик, который считал его тем самым опасным демоном, и никакие весомые аргументы не могли его переубедить. Билл понимал, что в сущности он им и являлся. Но мало того, теперь еще по его вине мог пострадать человек, от которого он не видел ни капли зла. Ни Зус, ни Вэнди не знали, где была Мэйбл, сказали только, что она прошла мимо совсем недавно и была какая-то грустная, кажется, даже сказала что-то грубое. — Не обращай внимания, чувак, мы, девочки, порой ведем себя непредсказуемо, — сказала Вэнди, похлопав Билла по плечу, а в ответ получила лишь растерянную улыбку. Она наверняка пошла в Хижину. Билл вспомнил о любимом месте Мэйбл на крыше и рассудил, что Форд, наверняка сидящий в своей лаборатории, опасности для него не представляет. Уже подходя к дому, он столкнулся с Диппером и по его взволнованному взгляду понял — творится что-то нехорошее. — Где Мэйбл? Говори, или я придушу тебя прямо здесь, Билл! — выпалил Диппер, готовый вот-вот вцепиться в него, но Билл успел безопасности ради отойти на несколько шагов. — С подружками пошла смотреть представление на ярмарке, — как можно спокойнее ответил тот. — А в чем дело? — Точно? Ты уверен? — Да, я же сам ее только что проводил, мы договорились, что я встречу ее через час. Да скажи ты, что произошло? Диппера это вроде немного успокоило и ни капли не насторожило, что у Сайфера вид какой-то странный. — Форд заметил активность нашего гостя сегодня на ярмарке, а потом в доме привидений, и я подумал, что… ну ладно, если она с девчонками, то все в порядке. Черт, давно я так… Но Билл его уже не слушал. В голове сразу начались вычисления, сколько в худшем случае добираться до заброшенного дома, как долго Мэйбл уже там находится, если она действительно там. Он старался не думать о том, зачем она туда пошла и как это вышло. — Земля вызывает Сайфера, прием, — Диппер слабо стукнул его по плечу. — Ты вообще слушаешь? Что за лицо такое? — Да… Да. Кажется, я оставил где-то телефон. Ничего больше не сказав, Билл развернулся в противоположном направлении и быстрыми шагами исчез на горизонте. Диппер едва на секунду задумался, с каких пор у него появился мобильник.

***

Мэйбл лежала на пыльном сыром полу, связанная по рукам и ногам толстой бечевкой. Хвост сполз на бок, какие-то пряди выбились из него и спадали на побледневшее лицо, ресницы слиплись от высохших слез, местами на ней были заметны следы неравной борьбы. Увидев Робби здесь, она растерялась, потеряла драгоценные секунды времени и оказалась схвачена. После была чем-то оглушена по голове и крепко связана. Все это произошло за считанные минуты, хотя казалось, что длилось несколько часов. В темном помещении, которое оказалось затхлым подвалом, слабо горела керосиновая лампа, едва освещавшая несколько метров подле себя. Голова еще ныла, а запястья стали затекать. — Что ж, Мэйбл, ты, признаюсь, умнее, чем я предполагал, но недостаточно, — Робби, вернее, лже-Робби чертил на полу сточенным куском мела круг с символами и словами на не известном девушке языке. — Уж не знаю, что у тебя случилось, что ты стала так самоуверенна, но это значительно упростило мне задачу. — Зачем?.. — полушепотом спросила Мэйбл и попыталась сесть, — все это? — Ты думаешь, я такой дурак, что сейчас выложу тебе на блюдечке все свои планы? — он усмехнулся. — Хотя ты все равно умрешь через несколько минут и унесешь этот секрет с собой в могилу. Может, в этом есть какой-то смысл. При слове «умрешь» девушка почувствовала мурашки даже на затекших конечностях. Когда обычный день на ярмарке превратился в это, угрожающее жизни? — Ты, милая моя, поможешь обрести физическую оболочку. Угадай, что случится с твоим телом, когда ты умрешь? Правильно, оно станет моим на-всег-да! — лже-Робби рассмеялся могильным голосом, а успокоившись, продолжил: — Ничего личного, на самом деле, ты мне даже нравишься, правда. Мне любое тело сгодилось бы, но уж очень хочется увидеть, как будет страдать Билл, когда мир падет к ногам демона с лицом его возлюбленной. Я отберу у него все, как он у меня некогда. Хорошо я придумал, да? «Псих. Абсолютный псих, — нервно подумала Мэйбл. — А я дура. Тоже абсолютная. Повелась на дурацкие уговоры и кого! А теперь…» — У тебя ничего не выйдет, — со злобой проговорила она. — Билл спасет меня. — Кто? Этот олух? Жаль тебя разочаровывать, но что-то всегда остается неизменным, даже если на первый взгляд кажется, что все теперь иначе. Сайфер всегда был трусом, им и остался. Своя шкура ему дороже была, и никакое перерождение или амнезия этого не изменят. Демон осторожно развернул пожелтевшую ткань, в которой аккуратно лежали скальпели и ножи разной длины. Одного только их вида у Мэй закрутило в животе и заныло в груди. — Может быть, так было раньше, но сейчас все по-другому, — зачем она это говорила, сама не знала, ведь кажется, ее упрямство выводило демона из себя. Он подошел ближе и сел перед ней на корточки. Внешне это вроде бы был Робби, но на самом деле от бывшего возлюбленного осталась только оболочка. Лицо его было каким-то искаженным, движения неестественными, а голос то и дело странно подскакивал, будто он не владел собой. Он двумя пальцами поднял ее лицо за подбородок, чтобы Мэйбл точно смотрела в глаза. — Ты думаешь, что, став человеком, он изменился? Что ты могла его изменить? — усмехнулся. — Мы не в сопливом сериале. Он никогда не придет за тобой, потому что Билл Сайфер думает исключительно о себе. Заруби это себе на своем маленьком носу, — встал. — Что ж, довольно слов, пора приступать к делу. Демон поднял Мэйбл на ноги, хотя она сопротивлялась всеми силами и до сих пор отрицала тот факт, что она сейчас попрощается со своей жизнью. С грохотом снова упала на пол, почти в самый центр мелового круга. Было страшно. Мэйбл была готова признать, что зря сегодня накричала на Билла и ушла от него, ничего не сказав, что Форд не зря беспокоился, наконец, что Диппер вел себя так мерзко не только из корыстных целей, но и уберечь ее хотел от того, что с ней сейчас и происходит. Она закрыла глаза, чтобы не видеть обезображенное лицо лже-Робби, который уже приготовил в руке сверкающий нож. — Есть что сказать напоследок? — он поднял ее голову за волосы. — Может, есть последняя воля? Не стесняйся, ты же так много для меня сделала. Мэйбл ничего не говорила. Прикусив губу, она молча просила Билла спасти ее, хотя, чтобы это произошло, должно случиться настоящее чудо, ведь она ушла от него и ничего не сказала. Где-то заскрипели половицы. Оба почти не обратили внимания — дом и так без пяти минут развалина. Второй скип заставил насторожиться. Демон немного помедлил, прислушиваясь. Дверь в подвал резко распахнулась, а в это время Мэйбл вздрогнула и ногой сбила керосиновую лампу — случайно или специально, она так и не поняла. Началась возня. Неловкие взмахи руками, шаги на ощупь, вскрики и скрип половиц, давно не видавших такой активности. Но с грохотом все прекратилось, на пол с тупым стуком упало сначала что-то одно, а потом со звонким грохотом — другое. Девушка беспомощно начала озираться, хотя ничего не видела в этой кромешной темноте, а потом спиной ползти назад, но и это она не могла сделать. Чьи-то руки резко взяли ее за плечи. Мэйбл вскрикнула и начала сопротивляться из последних сил. — Спокойно, Мэйбл. Это я, Билл. Спокойно, хорошо? Резко загорелся свет. Холодный луч карманного фонарика упал на лицо, и оказалось, что это действительно был Билл, все такой же с добрым взглядом и непослушными волосами, но сейчас более серьезный ужасно обеспокоенный. — Билл? — жалобно переспросила Мэйбл. — Правда ты? — Да, да… — отрешенно повторил он и оглядел сначала Робби, валявшегося без сознания, тот самый топор, рукояткой которого он его и оглушил, лужу керосина, ножи и скальпели и лишь потом направил луч света от фонарика на девушку. Билл поспешил рассмотреть ее со всех сторон, чтобы убедиться, что лже-Робби не поранил ее нигде, потом быстро развязал веревки на ногах и руках. В пальцах приятно закололо. Мэйбл несколько раз сжала руки в кулаки, чтобы разогнать кровь. В глазах застыли слезы страха, которые вот-вот должны были слететь с ресниц и побежать по щекам, но присутствие Билла значительно успокаивало. — Ты в порядке? — он осторожно погладил красные дуги следов, а потом снова посмотрел ей в глаза. — Он не ранил тебя? — Нет… Все нормально. Просто хорошо испугал, — она шмыгнула носом. Он недолго смотрел на нее, а после крепко обнял, втайне радуясь, что на этот раз все вроде бы обошлось. Даже не хотелось думать, что произошло бы, приди он на несколько минут позже. — Я тоже… испугался. Ты внезапно пропала, а потом прибор Форда… я себе столько напридумывал, пока сюда бежал. Мне стало так страшно, что мы разошлись, поругавшись и не помирившись, что я еще столько важных вещей не сказал и не сделал для тебя, ты не представляешь, Мэйбл. — Например? — она чуть отодвинулась, чтобы посмотреть ему в глаза, хоть в темноте было плохо видно. — Например… ну например, что твоя улыбка ярче всякого солнца, а смех звонче колокольчика в кафешке, что твои глаза самые светлые, а прикосновения твоих рук горячее любого чая, что я просто люблю тебя, Мэйбл, и ничто не может на это повлиять. Даже твоя несносная семья и упрямый Диппер. Прости, что накричал на тебя сегодня, мне очень жаль, правда. Больше всего я не хотел… не хочу подвергать тебя опасности и видеть, как ты готова заплакать. Мэйбл слабо улыбнулась, но эта улыбка растворилась в темноте, а после на ощупь подалась вперед, вообще сомневаясь, что лицо Билла находится на одном уровне с ее, но не ошиблась. Она легонько поцеловала его, а после еще раз крепко обняла, прижимаясь щекой к его теплой груди, в которой быстро колотилось сердце. Что бы о тебе не говорили, в этот раз ты больше человек. Спустя несколько секунд Билл поднялся и помог Мэйбл сделать то же самое. Убедившись, что настоящий Робби не получил серьезных травм, кроме хорошей шишки, и в сознание еще не пришел, они поспешили выйти из злополучного дома на улицу, чудом найдя выход. Девушка помедлила лишь на пороге, высвободив руку из руки Билла, с которой не расставалась вплоть до самой двери. — Спасибо, что спас, Билл, я правда благодарна, но ты когда собирался мне рассказать? — однажды такой вопрос она уже задавала, и все закончилось не очень хорошо. — Мне просто интересно. — Что именно? — Да все. Про сделку с Диппером, другого демона внутри Робби, про себя, в конце концов? Я все ждала, когда ты скажешь мне правду, но ты так и не говорил. Он помрачнел. Обсуждать это совершенно не было желания, особенно после пережитого буквально пятнадцать минут назад. Билл, признаться, почти не задумывался над тем, чтобы рассказать Мэйбл всю правду про себя. Это осталось в прошлом, но все еще болезненно откликалось в настоящем, даже если он уже не был тем демоном. — И давно ты… все поняла? — Сначала ты ответь на мой вопрос: когда ты собирался все рассказать хотя бы о себе? Что ты — Билл из моего прошлого, — Мэйбл как-то с сожалением посмотрела на него, будто ей было больно от этого. — Ты боялся, что я отвернусь от тебя, из-за этого? Да? Билл встал на ступеньку и снова взял ее за руку, как-то даже настойчиво и требовательно, тем самым закрывая тему разговора. — Знаешь, давай просто забудем об этом. Это же не так важно теперь, я ведь прав? Так что забудь, Мэй. Главное, что сейчас мы вместе и ничто это не изменит. Она ничего не ответила, а потом как-то странно вздрогнула, пошатнулась, резко ослабев, и упала прямо ему в руки, потеряв сознание.

***

Мэйбл очнулась этим же вечером на чердаке, в своей мягкой и уютной кровати, накрытая пледом. За окном — летний закат, шелест листвы да недовольный голос дяди Стэна. У изголовья на стуле задремал Билл, сидевший тут уже часа два или три, если не больше. Совсем тихо она села и растерянно огляделась, чувствуя жуткую усталость во всем теле, даже боль, будто вагоны разгружала, а после наступила ногой на пол, который сразу же заскрипел. Билл беспокойно вздрогнул, открыв глаза. — Проснулась? Боже, ты меня ужасно напугала, Мэйбл! — он кинулся и крепко обнял ее. — Как ты себя чувствуешь? Распущенные волосы приятно защекотали кончик носа Билла, и он с наслаждением вдохнул их сладковатый запах. Она же, смутившись и нахмурив брови, положила ладони ему на плечи, как можно дальше отодвигая его от себя, не поняв, почему ей внезапно захотелось тоже крепко обнять его, погладить по голове и сжать руку в своей. Смущение выступило на лице вперемешку с негодованием. — Что? Что-то не так? — Просто… Я… — Мэйбл не находила слов. — Что-то случилось? Она осторожно посмотрела ему в глаза, но видела во взгляде все совершенно иное, чего не было раньше. Название этому дать нельзя было, но Мэй понимала, что что-то изменилось, многое изменилось. Будто Билл был гораздо ближе, чем она осознавала. Почему он смотрит так, будто ему больно? Руки мои не отпускает, вцепился, как утопающий в соломинку… Что с ним? А со мной? Голова как-то странно болит, не говоря уже о всем теле. Что сегодня произошло? А… какой сегодня вообще день? Билл опустил взгляд, всего лишь на секунду сильнее сжал ручки девушки в своих руках и отстранился, сев обратно на стул. Ему хватило самых невнятных обрывков мыслей, чтобы понять, что он снова все испортил. Снова. Сам. Сайфер вздохнул и замолк на какое-то время, хотя хотелось просто встряхнуть Мэйбл за плечи, посмотреть ей в глаза и убедиться, что она ничего не забыла, как он так отчаянно просил. — На самом деле, случилось. На сегодняшней ярмарке после колеса обозрения ты пошла с девочками на какое-то представление, пока я кое-куда бегал, а потом мы хотели прогуляться. Когда мы встретились, ты себя не важно чувствовала — сознание потеряла. Сейчас ты себя нормально чувствуешь? Она медленно кивнула, пытаясь выцепить из памяти похожее воспоминание, но ничего не находилось. — С какими девочками? — Не знаю, я тебя едва до шатра проводил, и мы разошлись, а встретились уже потом. В голове ясно крутились друг за другом три вещи: заброшенный дом, Робби, топор — и больше ничего. Девушка хмурилась, прикусив губы, то сжимая их в полоску, а в голове болезненно долетали обрывки каких-то невнятных звуков. Голова резко заболела. — Ладно, тебе надо отдохнуть, пока Диппер вернулся и шум не поднял, что я сижу тут у вас. Я пойду. Увидимся, как только тебе станет получше. Билл с усилием поднялся, отрешенно погладил Мэйбл по плечу и вышел, даже не посмотрев на нее и не улыбнувшись, как он обычно это делал. Она проводила взглядом его, закрывающуюся следом дверь, а после села ближе к краю кровати и свесила босые ноги. Звучало все это как-то странно. Что-то случилось. Что-то важное произошло. Что-то, что она должна непременно знать. Но вот что именно, Мэйбл не могла вспомнить, как бы не напрягалась. Сдавшись, она стянула с себя плед и опустила руки в карманы, обнаружив в них два скомканных оранжевых билетика на колесо обозрения.