Глава 6. Всем выйти из сумрака!
30 августа 2013 г., 14:52
Погасить в себе свет или убить эту тьму – Такая дилемма для всех проблема. Нет опаснее темы – Играть против системы… (© Слот – Ночной дозор)
Очередная ночь, вот уже которая по счету в этой не-жизни, казалась Дон как никогда напряженной. Девушка со своим единственным оставшимся телохранителем уже с меньшей уверенностью шла среди людей, то и дело вздрагивая, завидев подозрительные силуэты. Она не хотела признаться себе в том, что боится Алена Гранта, но страх предательски сковывал Малкавианку все больше… Правильнее всего было бы залечь на дно, но любопытство заставляло встретиться с опасностью лицом к лицу. – Анатоль, что же ты увидел такого перед смертью, если все Сородичи готовы перегрызть друг другу глотки?.. – тихо произнесла Дон, продолжая идти по центральной улице. Проклятая кровь Малкава подсказывала вампирше, что не стоит бросать это задание. Об этом же просила и Марис. Юстициарий клана была крайне взволнована тем, что Дон рассказала ей о появлении Алена Гранта, но пообещала своей помощнице, что та будет в безопасности… Малкавианка свернула за угол и направилась к клубу «Confession» – высокому зданию, построенному в готическом стиле и чем-то напоминающему старую церковь. Дон решила для себя, что сегодняшняя запланированная встреча с Амалией должна пройти легко и как можно более познавательно. Особенно важно это стало после того, как до вампирши дошел слух от одного из ее гулей о том, что в подвале старого театра исчезли надписи. События происходили слишком быстро… и слишком загадочным образом. – Девушка, несовершеннолетним вход воспрещен. Двухметровый здоровяк-охранник смотрел на японку сверху вниз, приготовившись отправить девчонку «домой к маме». Дон улыбнулась ему в ответ и, глядя прямо в глаза суровому вышибале, твердо произнесла: – Я намного старше, чем ты думаешь… Охранник послушно кивнул и пропустил вперед юную девицу, идущую под руку с мужчиной в черном костюме. Телохранитель-Гангрел усмехнулся, в который раз завидуя способностям своей хозяйки. – Развлекайся, Алекс, – небрежно бросила Дон в его сторону. – Здесь нам ничего не грозит. Гангрел кивнул в ответ и растворился в толпе посетителей клуба. Дон с помощью Прорицания увидела несколько аур вампиров, и среди них была нужная ей… Амалия сидела на высоком стуле рядом с барной стойкой и флегматично потягивала через тонкую трубочку коктейль «Эйфория», как когда-то в последнюю ночь ее смертной жизни. Разница была лишь в том, что абсент больше не пьянил, как прежде, а через пару мгновений никто не появится и с хитрой усмешкой не скажет о том, что она – маленькая девочка, которая пьет такие крепкие напитки. Разве что была вероятность встретить здесь Саманту. Порой Амалии хотелось вновь окунуться в свою старую жизнь, не умирать для тех, кому была дорога, если таковые и были… – О… У нас намного больше общего, чем я думала! – прозвучал рядом чей-то знакомый голос, вырывая вампиршу из потока мыслей. Рядом сидела Дон с точно таким же бокалом ярко-зеленой «Эйфории» и улыбалась Малкавианке. На этот раз японка выглядела более вызывающе и намного старше своих лет – короткое платье, туфли, темный макияж… Такой стиль девушки полностью перечеркивал ее сходство с Квей-Джин. Амалия улыбнулась ей в ответ. Абсент начинал понемногу пьянить, заглушая предупреждения голосов об опасности. Если это – очередная незатейливая игра, то почему бы не сыграть? Ведь терять практически нечего… – Ты печальнее, чем образы в моих снах… Амалия… – вкрадчиво прошептала Дон, глядя девушке прямо в глаза. – Мое имя для тебя – открытая книга? – Это все они… – виновато улыбнулась японка, указывая тонким пальцем на свой висок, и в следующее мгновение хищно прищурилась. – О, я знаю, чем тебя угостить… Девушка взяла свой коктейль и повернулась к стоящему рядом парню, протягивая ему бокал. Вампирша, приковывая взгляд человека, что-то прошептала – и тот залпом выпил коктейль. Дон взяла парня за руку и, поманив за собой Амалию, направилась в едва освещенный красными софитами угол, где стояли небольшие диванчики. Опьяневший молодой человек плюхнулся на сиденье, с удовольствием принимая в свои объятия двух красивых черноволосых девушек. – Угощайся… – прошептала Дон Амалии и хитро подмигнула. Парень тихо застонал, когда в его шею аккуратно вонзилась пара клыков. Амалия пила его кровь, ощущая в нектаре жизни знакомый привкус абсента. Она, наконец, почувствовала себя более расслабленной… Дон сделала всего пару глотков и с улыбкой наблюдала за Малкавианкой – было так очевидно, что отчаяние не пощадило вампиршу, поэтому Амалия будет доверять ей… Вскоре парень в полубессознательном состоянии остался лежать на диванчике, а вампирши, лукаво переглядываясь между собой, вновь отправились к барной стойке. – Ты опасна и загадочна, цветок лотоса, – улыбаясь, произнесла Амалия. – Но почему мне хорошо рядом с тобой? – Наше безумие искажает реальность, а голоса порой так любят врать… – японка наклонилась к девушке ближе и прошептала: – Верь мне… И все твои страхи сгорят в яростном пламени… Выпитая кровь, смешанная с абсентом, пьянила все больше, и Амалия томно прикрыла глаза, растворяясь в эфемерной атмосфере клуба. Слова Малкавианки казались подобными тихой песне, нежному шепоту безумия собственной крови… Огромное зеркало Одиночества треснуло и было готово вот-вот рассыпаться. Один из шепотов в голове неуверенно просил девушку быть осторожнее, но слова Дон заглушили его окончательно – полные убеждения и обещания помочь, быть рядом… – Пойдем, скоро здесь будет слишком жарко, – рассмеялась Дон, кивая в сторону молодых людей, среди которых намечалась потасовка. Амалия, слабо улыбнувшись, последовала за девушкой. Холодный ночной воздух приятно бодрил, но легкая эйфория не спешила покидать не-мертвое тело. Вампирши, обогнув клуб, направились в сторону старого парка и не заметили, как за ними наблюдала пара горящих оранжевым цветом глаз… Старый парк пустовал в такой поздний час. Несколько высоких фонарей тускло освещали небольшую аллею и каменную лестницу, ведущую наверх к смотровой площадке. Два прекрасных создания Ночи, играючи, то и дело появлялись из Затемнения и вскоре оказались на небольшом ровном каменном участке, откуда открывался вид на ночной город. Дон скинула туфли на высоком каблуке и с кошачьей легкостью вскочила на мраморный бортик, который отделял смотровую площадку от невысокого обрыва, заросшего колючим кустарником. – Ночь нежна… – произнесла Дон и, закрыв глаза, закружилась на бортике, совсем не боясь упасть. Амалия невольно улыбнулась – относительно недавно она говорила эти же слова Эриху и кружилась по комнате вместе с вихрем залетевших снежинок. Эта ночь богата воспоминаниями, но ей совсем не больно от них… впервые за столько времени. «Почему?..» Робкий вопрос одного из голосов остался проигнорированным. Броско одетая вампирша в тяжелых ботинках легко ступала по высокому мраморному бортику навстречу танцующей девушке. Амалия поймала Дон за руку, когда та немного покачнулась вниз. Что же таится внутри этого прекрасного цветка?.. Японка смотрела на девушку открыто, с небольшой грустью в глазах, но на губах играла легкая улыбка… Через некоторое время обе вампирши сидели на высоком каменном ограждении и смотрели на огни ночного Лос-Анджелеса. Амалия задумчиво прислушивалась к голосам в Паутине, чувствуя, как пальцы Дон перебирают ее волосы и заплетают тонкие косы. Малкавианку это успокаивало. Черные пряди волос спадали на плечи, витиевато переплетаясь между собой – совсем как нити безумия в разуме вампирши… Неожиданно Амалия вздрогнула, услышав знакомое эхо в отголосках Паутины. Иллюзия?.. – Я слышу его голос… – прошептала девушка и закрыла глаза, стараясь вновь уловить знакомый шепот. – Он в городе, я уверена! Дон внутренне ликовала – все шло по плану. Успокоить Амалию и расположить ее к себе оказалось легко, а расслабленная, наконец, вампирша смогла поймать в сеть желанную рыбку. Дон повернулась к девушке и тихо произнесла, пристально глядя ей в глаза: – Позови его… Амалия, не заметив действия Доминирования, послушно закрыла глаза и мысленно растворилась в Паутине. Ее отчаянный и неуверенный зов заглушали сотни других голосов. Которая по счету безуспешная попытка… – Я… не могу… Наши Узы стали слабее, – тихо прошептала Амалия и горько усмехнулась. – Не быть мне морской девой с чарующим голосом, завлекающей в свои сети заблудших моряков… – Еще как быть, – ответила Дон и лукаво улыбнулась, предвкушая исполнение очередной идеи. – Я знаю, кто может помочь нам призвать твоего Сира. Через пару дней состоится концерт одного моего знакомого Тореадора, а он, уж поверь, своим Присутствием покорит любого… Амалия усмехнулась, но ничего не ответила. Голоса со всей своей серьезностью убеждали прислушаться. Что ж, если в игре появились новые правила, то почему нет?.. Девушки, тихо переговариваясь, направились к выходу из парка. Дон, сославшись на то, что останется ждать своего охранника Гангрела, попрощалась с Амалией на одном из перекрестков. Как только девушка скрылась за одним из поворотов, Малкавианка резко обернулась и увидела стоящего напротив нее Беккета. – Доброй ночи… Беккет. Ты следил за мной? – Мисс Накада, вы обещали покинуть город… – сухо произнес Гангрел. – О… Сколько официальности и недовольства я слышу в этом голосе… – усмехнувшись, ответила Дон. – Может, у меня есть дела? – И давно Амалия стала твоим «делом»? – С тех пор, как мы покинули подвал, Беккет. Эта девчонка с удовольствием поможет мне. – Лучше бы ты уехала, Дон, – Беккет хищно взглянул на Малкавианку, и в его оранжевых глазах мелькнул опасный огонек. – Камарилье здесь нечего ловить. Чем дольше все останется в тайне, тем лучше будет для всех нас. – Тайное всегда становится явным, – парировала Дон и, развернувшись на каблуках, направилась в сторону такси. – И, кстати, – девушка обернулась и лукаво добавила: – мне тут птичка напела, что вчерашней ночью в подвале исчезли надписи… Малкавианка села в машину, и вскоре такси скрылось за поворотом. Беккет хмуро проводил ее взглядом, все больше осознавая серьезность услышанного. Исчезновение надписей означало только одно – Эрих вернулся в город, но все еще не выдавал своего присутствия. Не стал искать Гангрела и, тем более, свое Дитя. Это было странным… Каждую ночь Беккет узнавал новые слухи, и сегодняшняя новость радовала его еще меньше, чем слух о появлении в городе одного из довольно опасных Ассамитов и исчезновении Люситы. – Надеюсь, ты не наделаешь глупостей, мой безумный друг…***
Солнце стремительно шло на закат, стирая причудливые тени заброшенных домов северной части Лос-Анджелеса. Через несколько минут сумрак объял весь город, пробуждая ночных жителей – мирных и не очень… Черные тени расползались витиеватыми узорами, сливаясь с темными провалами окон старых домов и вновь возвращаясь к темной фигуре женщины. Она медленно шла к одному из зданий, которое когда-то было городской библиотекой, а ныне – убежищем провидицы Шабаша. Женщина остановилась перед запертой дверью и, коротко усмехнувшись, мгновенно слилась с черными тенями, которые беспрепятственно просочились через стены. Зловещий темный силуэт витал по комнатам совсем недолго, после чего наткнулся на небольшое помещение в цокольном этаже и замер в ожидании. В старой, но довольно уютной комнате, сидела черноволосая вампирша и читала книгу при свете двух зажженных канделябров. – Васантасена… – Я не ждала сегодня гостей… – произнесла Малкавианка, не отрывая взгляда от пожелтевших страниц, заляпанных кровью. Тени резко разлетелись в стороны, словно стая ворон, и к принцессе вплотную подошла та, кого знал в лицо практически каждый член Шабаша. – Я узнала о вашем появлении в городе, принцесса. И наслышана о намерениях Регента и лидеров Стаи… Васантасена заинтересованно взглянула на стоящую перед ней женщину и улыбнулась. Проклятие крови верно указывало ей на появление новых фигур в игре под названием «Джихад». А появление именно этой персоны в убежище Шабаша более чем радовало. – Отступница… Независимая… – усмехаясь, произнесла Малкавианка. – Что движет тобою, Арагонская Дева? – Путь Ночи*, – холодно ответила Ласомбра, не отводя взгляд. Принцесса рассмеялась и захлопнула книгу. Поверила она вампирше или нет – одному Каину было известно… Малкавианка пристально посмотрела в глаза своей гостьи, но натолкнулась лишь на опасную и бездонную Тьму. – Чего ты хочешь, Хранительница Тени? – Вернуть свое положение и статус в Шабаше. И… рассказать нечто интересное об одном Малкавиане… Черные тени скользнули вокруг Васантасены и вновь вернулись к своей хозяйке. Зрачки Малкавианки расширились, словно у хищника, завидевшего свою жертву. Речь могла идти только об одном интересующем ее Малкавиане… – И что же ты знаешь такого, о чем молчат голоса моего проклятия? – То, что даже великие пророки могут быть обмануты, – ответила Ласомбра. – Дитя Анатоля наверняка знает намного больше о пророчестве, чем вы думаете. Вы пытаетесь следить за каждым шагом своего брата по крови, не подозревая о хитростях собственного клана. Я думаю, что пророчество уже нашло своего адресата… – И откуда такая информация? – осведомилась принцесса. – Почему моя кровь несет лишь тишину?.. Ласомбра рассмеялась в ответ, от чего черные тени едва не поглотили огоньки свечей на канделябрах. Ей доставляло удовольствие видеть замешательство Васантасены, вести свою игру… как когда-то, еще будучи самой опасной убийцей в рядах шабашевцев. – У Шабаша довольно много конкурентов в этой охоте за пророчеством. А кровь… – вампирша усмехнулась, призывая тени к своему телу, – даже она может предать. Тени окутали свою хозяйку и стремительно слились с окружающим полумраком комнаты, не оставляя следа. Васантасена проводила взглядом последний растворившийся узор на стенах и вновь открыла книгу. Обман?.. Мог ли этот Малкавиан разбить ее Узы? И стоит ли верить представительнице клана Ласомбра, бывшей столь близкой с погибшим пророком?.. Обилие вопросов вызвало волну гнева проклятой крови. Малкавианка пристально смотрела на огоньки свеч и загадочно улыбалась. Она не позволит себя обманывать…***
«…Амалия…» – Амалия… Он звал ее. Вновь и вновь, в одном из своих кошмарных снов. Его слабый зов витал в Паутине обессилевшим мотыльком, без надежды быть замеченным и услышанным. Эрих проснулся через пару мгновений после того, как тихо позвал свое Дитя. Парень заметил, как в этот момент мелькнула тень за приоткрытой дверью его комнаты. Наверняка это был всего лишь Джеки… Меньше всего вампиру хотелось, чтобы кто-то из Стаи узнал об Амалии и его дорогих образах прошлого… Рой отошел от двери комнаты Малкавиана и с загадочной ухмылкой направился по коридору к выходу. Обернувшись на тихий шорох, Цимици поманил рукой кого-то неизвестного. Из тени вышел отступник-Носферату и почтительно склонил голову перед лидером Стаи. – Мне необходимо все твое мастерство, Рассел. Насколько я знаю, в городе не так много Малкавианов. Узнай все о некой Амалии… Носферату коротко кивнул и вновь скрылся в Затемнении. Вскоре где-то за коридором скрипнула дверь потайного хода. Рой довольно улыбнулся – он не доверял этому Малку с самого начала, а теперь, в случае чего, у него будет отличный козырь в рукаве. Странно, что Васантасена до сих пор не использовала этот ход… Ведь принцесса рассказывала ему все об Эрихе для того, чтобы Цимици знал, какими способами ломать волю и человечность этого вампира… На выходе из убежища Рой столкнулся с Джеки. Мальчишка на ходу вытирал кровь с губ, с недовольством поглядывая на своего «наставника» – тот вновь заставил его убить двух человек. Внутренний Зверь каждую ночь довольно урчал и потягивался, но Джеки всячески старался загнать его обратно в клетку. Последние ночи все же немного изменили мировоззрение маленького Вентру – он боялся умереть по-настоящему и превратиться в чудовище. Но и не меньше этого мальчик боялся, что его в любой момент могут убить в Стае… – А вот и ты, малыш Джеки, – дружелюбно прохрипел Рой и похлопал мальчишку по плечу. – Мы собираемся в город развлечься и слегка насолить Камарилье. Так что, буди нашего лунатика - и выдвигаемся… Ночной Даунтаун кипел жизнью. Светящиеся окна домов и неоновые вывески заведений манили прохожих, зазывая их в уютные помещения. И те, кто поддавался зову этих ночных светил, оказывался в безопасности… Среди обычных прохожих, идущих по центральной улице Даунтауна, порой мелькали Сородичи. Белокожие мужчины и женщины хищно улыбались друг другу в толпе, то и дело увлекая за собой в темные подворотни зазевавшихся людей. В тенях зданий, стоящих вдоль улиц, за происходящим наблюдали несколько Цимици, включая Роя. Стаю выпустили на «прогулку» без ведома Епископа, и лидеры этого сборища кровожадных бунтарей старались следить за тем, чтобы шабашевцы не устроили дебош в открытую. – Рой, долго еще мы будем вести себя, как канализационные крысы? – недовольно проворчал один из подошедших к вампирам отступников-Бруха. – Вон, гляди, как у молодых чешутся зубки! Стоящие рядом шабашевцы хохотнули, прослеживая взглядом, как Джеки увлек за собой какую-то девчонку с ее мамой, а через некоторое время – еще двое неонатов напали на отошедшего в темный уголок мужчину. Рой лишь нахмурился в ответ и развернул карту города. – Это – приказ. И не обсуждается. Бруха пробурчал что-то под нос, но спорить не стал. Пока часть Стаи развлекалась и упивалась свежей кровью, лидерам предстояло заложить взрывчатку в нескольких учреждениях, принадлежащих вампирам Камарильи и некоторым Анархам. – Вы двое, – Рой обратился к двум стоящим рядом Ласомбра, – заминируете банк крови и старый склад военного госпиталя. Ты, – вампир повернулся к Носферату, – отправишься в центральный офис по вопросам недвижимости на MainStreet в Санта-Монике. Ночные клубы трогать не будем, пока что… Центральный банк и взлом счетов беру на себя и Рассела. Вопросы? – А как же резиденция Князя? – спросил один из Цимици. – А это на десерт… – ухмыльнулся Рой и, разделив с вампирами нужные пакеты, скрылся вместе с Расселом в тени перехода между домами. Джеки, оторвавшись от горла женщины, расслабленно вытер размазанную кровь с лица и прислонил тело своей жертвы к лежащей на земле девочке. Они были живы – сегодня маленький вампир старался сдерживать себя, пока Рой был занят и не следил за действиями своего подопечного. Мальчик вернулся на улицу, вновь сливаясь с прохожими людьми. Гуляющий в такой поздний час ребенок практически не привлекал внимания, а на вопросы стражей порядка Джеки отвечал с помощью Доминирования. Изредка он сталкивался с кем-то из Стаи – вампирам было приказано держаться рядом друг с другом до первого зова одного из лидеров. Маленький Вентру сидел на бетонном парапете возле закрытого музея и пристально всматривался в проходящих мимо людей, при этом нервно озираясь по сторонам. Рой приказал ему не упускать Эриха из виду, а теперь мальчишка представлял, как ему попадет от старших вампиров. Для него до сих пор было загадкой, почему именно его приставили стражем для достаточно сильного и опасного вампира, который в любой момент мог легко убить Слабокровного и сбежать. Было ли это проверкой на верность, тонким и продуманным ходом Васантасены?.. Джеки съежился при одном только воспоминании о принцессе, невольно вновь ощущая тихий рык Зверя. – Бу! Мальчишка подпрыгнул от неожиданности и недовольно уставился на материализовавшегося из воздуха парня. Малкавиан насмешливо смотрел на Джеки, зная, что тот до сих пор недолюбливает подобные фокусы с Затемнением. – Очень смешно, – пробурчал маленький вампир, но все равно невольно улыбнулся. – Боялся, что я уйду? – усмехнувшись, спросил Эрих. – Ну… – замялся Джеки. – Вообще, да. Рой почему-то до сих пор не доверяет тебе. Да и в Стае ходит слух, что ты больше не подчиняешься принцессе… Я сумел убедить старших вампиров в том, что слежу за каждым твоим шагом, что втерся в твое доверие. Но… мне как-то не по себе. Страшно… Понимаешь? Мальчишка забрался на парапет с ногами и обхватил худые коленки. Маленький и хрупкий, в старой растянутой одежде, он напоминал выброшенного на улицу котенка, свернувшегося в комочек. Только в глазах уже которую ночь сохранялся холодный и хищный блеск. Кто бы мог подумать, что этот беззащитный на вид ребенок постепенно превращается в бесчувственного монстра? – Я понимаю, – тихо произнес Эрих. – Рано или поздно тебе придется покинуть Стаю, Джеки. – Это твои голоса так говорят? – Нет. Просто я не хочу, чтобы ты умер по-настоящему… Вентру промолчал в ответ. Он сам боялся этого. Но с каждой новой убитой жертвой этот страх исчезал - и возвращался лишь тогда, когда насытившийся Зверь засыпал на какое-то время. – Но мне больше некуда идти. – Ты бессмертен, малыш, – усмехнулся Малкавиан. – Перед тобой открыты все дороги. Я могу помочь тебе, если ты действительно этого захочешь… Их разговор прервали неожиданно подошедшие двое шабашевцев. Отступники-Гангрелы, вступившие в Стаю незадолго до Эриха, с довольным видом плюхнулись рядом с вампирами. – Мы от Роя. В полночь идем к центральному банку, ребята, – ухмыльнувшись, произнес один из шабашевцев. – Не много ли вампиров на одну точку? – скептически хмыкнул Джеки, невольно вспоминая о том, что ему вновь придется убивать кого-то. – Там же куча охраны, кого-нибудь обязательно заметят. – Малыш Джеки, ты что, испугался? – насмешливо спросил второй Гангрел. – Или тебе мама не разрешает вести себя плохо? Шабашевцы расхохотались, но в следующее мгновение детский кулачок со всей силы врезался в глаз Гангрелу. Вампир злобно ощерился и хотел было ударить Джеки наотмашь, но Эрих резко осадил его. – Не тронь мальчишку, волчонок, – усмехаясь, произнес Малкавиан и добавил более вкрадчиво: – А не то Рой тебе голову оторвет… медленно… Гангрел тихо зарычал в ответ, но все же отступил назад и покосился на часы. Время приближалось к полуночи… – Ладно, хватит трепаться. Выдвигаемся… Четырехэтажное здание банка, находящегося в центре города, окончательно опустело. Охранники, прибывшие на ночную смену, заняли свои посты и расслабленно вели дежурство, ни о чем не подозревая. Рядом с банком находился полицейский участок, и, на удивление, в этом районе преступных нападений практически не было. Позади здания скрипнула крышка люка, и кто-то, словно тень, проскользнул к главному входу. Рассел всегда начинал действовать в одиночку – по вопросам отключения систем безопасности Носферату не было равных. У него было достаточно времени – остальные вампиры подтянутся через двадцать минут, и тогда начнется веселье… Рой терпеливо ждал условного сигнала. Здание охранялось довольно-таки серьезно, но вампир был уверен, что все пройдет без проблем. В случае успеха этой операции парочка влиятельных вампиров этого города потеряют основной источник доходов… На втором этаже здания два раза промигала лампочка и вновь потухла. Цимици осторожно взял сверток с взрывчаткой и повернулся к стоящим сзади вампирам. – Нам никто не должен мешать, ясно? Особенно полицейские… Гангрелы, кровожадно ухмыляясь, кивнули в ответ и направились в сторону стоянки. Цимици, многозначительно взглянув на Джеки и Эриха, молча пошел к черному ходу. Предстояло действовать как можно тише и быстрее. Никто не должен узнать, что предстоящая серия взрывов – дело рук Шабаша. Эрих лишь молча усмехался, провожая взглядом удаляющихся вампиров. Шабаш всегда действовал грязными методами, и вряд ли эта ночь будет исключением. Джеки сидел рядом и тихо насвистывал какую-то незатейливую мелодию, как вдруг его внимание привлекли две полицейские машины, подъехавшие к банку. Мальчик недоуменно взглянул на Эриха и, не дожидаясь его ответа, начал красться к остановившимся автомобилям. Двое Гангрелов так же заметили незваных свидетелей будущего преступления и были готовы атаковать в любую минуту. – Какого черта им здесь надо? – прошипел один из них, отращивая Когти Зверя и готовясь к броску. – Моя воля – здесь уже была бы кровавая баня. – Тихо ты, – осадил его напарник, завидев приближающегося к их укрытию полицейского. Немолодой мужчина в форме с подозрением осматривался вокруг и вскоре вернулся к машине. Полицейский завел мотор и тронулся с места, параллельно сообщая что-то по рации, но через пару минут колеса машины начали волочиться по дороге. Негромко ругаясь, мужчина вышел из автомобиля и увидел, что все четыре шины были проколоты – в каждой из них торчало по несколько крупных осколков стекла и металла. Немного поодаль за этой картиной наблюдал Джеки и вытирал кровь с заживающих ран на ладонях – потребовалось немало усилий, даже для молодого вампира, чтобы голыми руками сделать эту маленькую пакость. Внутренний Зверь, проснувшийся от вновь появившегося голода, в который раз стирал границы между хорошими и плохими поступками для маленького Вентру. Мальчишка подал знак кому-то, и в следующий миг полицейский лишь коротко вскрикнул от резкой боли в шее… До взрыва оставалось несколько минут. Напарник убитого полицейского, сидящий во второй машине, вызвал его по рации, но никто не ответил. Мужчина вышел из автомобиля и направился к главному входу в банк. Пост охранника пустовал, и полицейский хотел было выругаться вслух о безответственности местной охраны, но, обогнув пост, он заметил тянущийся внутрь здания кровавый след. – Твою ж мать… – тихо выдохнул мужчина и метнулся к кнопке вызова из управления безопасности, находившегося рядом с банком. В следующее мгновение противно загудела сигнализация, и полицейский совсем не услышал, как кто-то с тихим рыком подкрался сзади. Гангрел рванул зубами шею мужчины, жадно глотая теплую кровь, после чего отбросил его тело в сторону. Второй отступник со всей силы ударил кулаком в прибор с кнопкой вызова, но сигнализация продолжала греметь на все здание. – Что здесь происходит?! – рявкнул появившийся из служебного входа Рой и презрительно покосился на убитого полицейского. – Уходим. У нас три минуты… Шабашевцы поспешно покинули здание. Джеки и Эрих тем временем избавились от еще двоих охранников, патрулирующих на территории банка. Через три минуты прогремел взрыв. Ударная волна выбила стекла стоящих рядом домов и перевернула пару припаркованных на стоянке машин. Вампиры наблюдали за происходящим, стоя у железных ворот возле входа на территорию. – Что-то огоньку маловато, – ухмыльнулся Гангрел, и в следующее мгновение резко обернулся на знакомый щелчок заряжаемого оружия. Трое полицейских целились в вампиров, а позади них остановились несколько машин. Вскоре шабашевцы были на мушке около десяти автоматов. – Да ладно вам, ребята! Я что, арестован? – издевательски хохотнул Гангрел и резким движением выбил оружие из рук полицейского. По вампирам тут же открыли огонь. Эрих оттолкнул Джеки в сторону, на ходу доставая кольт. Рассел перешел в Затемнение, предоставив Рою и остальным развлекаться самостоятельно. – Давай, Джеки, иди! Эрих буквально спихнул мальчишку в кусты, параллельно отстреливаясь от автоматчика, стоящего позади полицейской машины. Маленький Вентру послушно юркнул через кустарник к железной ограде и, ловко преодолев препятствие, скрылся в тени ночного парка. Перестрелка продолжалась недолго. Рой и двое Гангрелов довольно быстро избавились от пятерых полицейских. Еще двоим разорвал глотки Эрих, невольно поддавшийся проснувшемуся Зверю. Неожиданным сюрпризом для шабашевцев оказалось то, что к оставшимся полицейским присоединились трое вампиров. Одному из Гангрелов не повезло сразу же – применив Стремительность и Могущество, смутно знакомый Эриху Бруха отправил шабашевца в мир иной. Второй отступник взвыл от досады и выпустил в вампира всю обойму пуль, но тот, благодаря Стремительности, увернулся от выстрелов. Рой и Эрих убили еще двоих полицейских и теперь отбивались от Сородичей, которые явно не были неонатами. Еще одного раненого полицейского оттащил в машину неожиданно появившийся из Затемнения вампир – Носферату, который сразу же вновь скрылся в сумрачных тенях. – Камарильские шавки! – прорычал Рой, стреляя в наступающих вампиров и постепенно заходя в тупик. Эрих стоял рядом, держа на прицеле Тремера и Гангрела, так же готовых вот-вот выстрелить. Краем глаза Малкавиан заметил, что отступник-Гангрел снимает с пояса две гранаты и незаметно подмигивает Рою. Через полминуты прогремел взрыв – и двое вампиров превратились в кучи пепла. Скрипнула крышка люка, и в следующее мгновение Рой и отступник-Гангрел скрылись под землей. Эрих, немного оглушенный после взрыва, поднялся с асфальта и попытался было последовать за шабашевцами, но удар тяжелым ботинком в живот вернул его обратно. – Ах, ты ж, сукин сын! – прохрипел знакомый голос над головой Малкавиана, и кто-то грубо перевернул парня на спину. – Я всякое ожидал увидеть, но только не ТЕБЯ в рядах этих шабашевских ублюдков! Эрих поморщился от следующего пинка и открыл глаза. Над ним стоял Джек. На лице пирата не было ни тени привычной нахальной усмешки и хитрого прищура глаз. Бруха был разъярен и готов разорвать парня к чертям собачьим. – Я тоже рад тебя видеть, старина, – усмехнулся Малк, вытирая кровь с разбитой губы и чувствуя, как злобно рычит Зверь где-то глубоко внутри. – Какого черта ты делаешь в Шабаше?! – прорычал Джек, резко поднимая парня за ворот куртки, но Эрих в последний миг вырвался и теперь стоял напротив вампира, приставив дуло кольта к его лбу. – Остынь, капитан. Слишком много вопросов… Зверь рвался наружу и был ужасно голоден. Малкавиан опустил оружие и сделал шаг назад, немигающим взглядом глядя на Джека. Еще немного – и он сорвется, совсем как в те моменты, когда в Стае его насильно заставили убить невинных людей. Джек внимательно следил за парнем, сжимая свой кольт в руке. – Ты пойдешь со мной, Малк, – пират сделал шаг навстречу к Эриху и попытался было взять его за руку, но мелькнувший в зеленых глазах вампира безумный блеск дал понять, что Бруха опоздал. Джек выбил кольт из руки Малкавиана, прежде чем тот попытался выстрелить в него. Зверь проснулся окончательно и почти сорвался с цепи, заставляя своего хозяина голыми руками рвать на части своего противника. Пират еле сдерживал впавшего в Безумие Эриха, нехотя нанося ему ощутимые повреждения, но это совсем не останавливало вампира. Джек, применив Могущество, отшвырнул парня в стоящую рядом машину. Оглушенный болью от удара и врезавшихся в тело осколков, вампир растянулся на асфальте, пытаясь хоть немного пошевелиться. – Я смотрю, ты сошел с ума окончательно, лунатик, – проворчал Джек и присел прямо на асфальт рядом с лежащим парнем. – Видела бы тебя сейчас Амалия… Эрих вздрогнул и попытался встать, но безуспешно – все тело ужасно ныло и совсем не слушалось. – Где она?.. – Ищет тебя, подонка, уже больше месяца. Она в Даунтауне. – Пусть уезжает… срочно… – выдохнул Эрих и закашлялся кровью, после чего с большим усилием вытащил торчащий в груди осколок стекла. – Шабаш вернется в город следующей ночью… Стая планирует вырезать всех поодиночке… Джек нахмурился и резким движением вытащил еще пару осколков из тела парня. Эрих, болезненно морщась, сел напротив пирата и пристально смотрел в его теперь уже вновь насмешливые черные глаза. Тело срочно требовало крови, но Малкавиан старался не обращать сейчас на это внимание. – Джек, не говори никому обо мне, особенно Амалии. Я… – Эрих вновь поморщился от боли, – …прочел послание. И мне пока нужно быть в Стае. Я не с ними, капитан, поверь мне… Ты же знаешь, я никогда просто так не бывал на стороне разных фракций… – Малкавиан попытался усмехнуться, но привычная улыбка получилась вымученной. Пират покачал головой и тихо выругался. Оба вампира молча сидели на асфальте еще некоторое время, после чего Бруха закурил сигару и задумчиво смотрел на недавнее поле боя с шабашевцами. – Ты, как всегда, влип в дерьмо по уши, Эрих, – проворчал Джек и усмехнулся. – Валяй свою малкавианскую игру, да не заиграйся. Я предупрежу наших о нападении… Малкавиан не успел ответить, как увидел на горизонте знакомый силуэт мальчишки. Он привычно озирался и звал парня, но пока не замечал его. Джек удивленно взглянул на Эриха, но тот не дал ему ничего сказать и жестом указал на темные провалы узких переулков между домами. Бруха понимающе кивнул и, подойдя к укрытию, подмигнул парню на прощание. – Удачи, лунатик… _________________________ *Один из Путей просветления. Основы веры: Вампиры, которые следуют Путем Ночи, всецело принимают свое проклятие; по сути, они верят, что, раз уж они вампиры, это их предопределенная роль — служить посредниками проклятия. Не-жизнь — ничто без боли, и отчаянье всегда бродит рядом. Этот путь широко практикуется молодыми Сородичами из клана Ласомбра, которые с радостью умерщвляют собственные души, чтобы нести ужас в мир. (с) wod.su
