В компании теней. Книга 1. Ч1

Не обращая внимания на дрожь в коленях и резкую боль в плече — напоминание о проваленной миссии, — Бойд мчался по лесу, боковым зрением едва замечая проносившиеся мимо тени деревьев. Он научился передвигаться почти так же бесшумно, как Син, его чувства обострились, а движения стали быстрыми и точными. Теперь Бойд мог вырубить охранника двумя ударами, а если удавалось подобраться незаметно, то и одним. К сожалению, этот жизненно необходимый навык не был панацеей от всех бед. Поэтому после нескольких провальных миссий Бойд практически в совершенстве овладел ещё и искусством побега. За месяц работы «в поле» Бойд не единожды оказывался на волоске от смерти, но в этот раз он как никогда был близок к тому, чтобы распрощаться с жизнью. Его схватили, нацепили наручники и бросили в тёмном помещении без окон, в подвале заброшенного здания. Цель была той же, что и в первый раз. Так же, как и во время первой вылазки, численное преимущество было не на стороне Бойда. Так же, как и в первый раз, он спасался бегством. И так же, как и тогда, он действовал в одиночку. Шесть миссий. А Бойд так ни на йоту и не сблизился со своим напарником, хотя и враждебности в их отношениях больше не было. Син перестал высмеивать и дразнить Бойда, а тот никак не мог взять в толк, чем вызвана эта разительная перемена. Бойду потребовалось несколько минут, чтобы сориентироваться в лесу, и темнота лишь усложняла задачу. Он мог начертить план здания в голове, даже не заходя в него, представить его планировку, создать в мозгу трёхмерное изображение и вертеть его как угодно в поисках иного пути. Но когда кругом, куда ни глянь, были одни стволы и листья, скрывавшие все ориентиры, Бойд впадал в ступор. Добравшись до прогалины, он смог разглядеть возвышавшиеся над парком пустующие здания. Бойд выбрал в качестве ориентира угол здания, внёс коррективы в свой маршрут и отправился в город. В каменных джунглях он почувствовал себя намного увереннее и быстро нашёл дорогу до места встречи. Миссия забросила их в Карсон-сити, город, простиравшийся сразу за Мёртвыми землями. Это был заброшенный, малолюдный район: в таком застрелят и имени не спросят. Бойд крался по тёмным переулкам, тяжело дыша, даже не чувствуя, как бешено бьётся сердце в груди и полыхают огнём лёгкие. Он не питал иллюзий: провали он очередную миссию, и его участь была бы незавидной. Но в этот раз он спешил на место встречи не с пустыми руками. Убедившись, что за ним нет хвоста, он удовлетворённо кивнул и подошёл к фургону. Син был там же, где и шесть миссий тому назад, — на водительском сидении. В больших группах, выполнявших масштабные задания, это была прерогатива руководителя: это он обычно командовал операцией из машины и проверял, все ли добрались до места. Предполагалось, что в команде из двух человек такого быть не должно. Син был нужен на миссии, а не в фургоне. — Впечатляюще, — бросил тот, заводя мотор. От живых зелёных глаз не укрылось потрёпанное состояние напарника, когда тот забрался в кабину. Бойд раздражённо хлопнул дверью и уставился на Сина, пытаясь понять, насмехается он над ним или нет. Судя по его тону и выражению его лица, тот говорил искренне. Слова Сина застали Бойда врасплох, за всё время их знакомства тот ни разу не отзывался о нём иначе, чем нелестно. — Ты следил за мной? Син взглянул в зеркало заднего вида и замер, как будто почуял что-то. Пусть он и не принимал участия в операциях, но всегда проверял, чтобы за ними не было хвоста. Как бы цинично он ни отзывался об их партнёрстве и о собственном будущем в качестве агента, Син не мог допустить, чтобы их раскрыли. Он включил передачу и вырулил с улицы, внимательно всматриваясь в навалившуюся со всех сторон тьму. Фонари в этом богом забытом месте перегорели давным-давно. К тому времени, как они выехали на шоссе, Бойд уже отчаялся получить ответ на свой вопрос. Он спрятал винтовку за сиденье, предварительно проверив предохранитель, и, не обращая внимания на боль во всём теле, потянулся за ремнём безопасности, когда Син вдруг открыл рот и произнёс: — Я наблюдал. Бойд повернулся к нему лицом, рассеянно затягивая ремень. — За чем? — За тобой. — Ну да, конечно. Раньше у тебя такого желания не возникало, сейчас-то что изменилось? — Я был уверен, что долго ты не протянешь. Это удивительно, а меня сложно удивить. Бойд попытался «прочитать» Сина, но пришёл к такому количеству противоречивых выводов, что лучше бы даже не пытался. Он сомневался, что когда-нибудь сможет привыкнуть к этому. Но одно Бойд знал наверняка: всё, что произошло на первой миссии, от совета взять пистолет до Дофин-стрит, было проверкой. И он её провалил. — И что ты теперь думаешь? — Думаю, тебя не так легко убить, как мне показалось в самом начале. Бойд улыбнулся, окрылённый скупой похвалой. Но в следующую секунду губы Сина скривились в язвительной усмешке. — Но тебя убьют, как только нас отправят на настоящую миссию, где нужно будет реально сражаться. Вероятность, что ты в одиночку переживёшь штурм, равна нулю. — Как знать, быть может, я смогу удивить тебя ещё раз. Вообще-то предполагается, что мы напарники и должны прикрывать друг другу спину во время таких вот миссий… Син сосредоточенно пялился на дорогу и молчал. — Ну почему ты такой упёртый? — закатил глаза Бойд и обречённо вздохнул. — То, что случилось на первом задании, больше не повторится. Знаю, первое впечатление было не самым удачным, и с предыдущими партнёрами у тебя не заладилось, но я — не они. Не понимаю, что я тебе сделал? Син повернулся, смерил Бойда удивлённым взглядом и пожал плечами: — Да нет никакой причины. Я просто сам себе надумал что-то, потому что я псих и всё такое. — Мы оба знаем, что это не так. Не хочешь отвечать, так и скажи. Не нужно мне лгать. — Для того, кто, как я слышал, предпочитает тупо пялиться на людей и молчать, ты слишком много болтаешь. — Не вижу смысла в разговорах ради разговоров. К тому же до сегодняшнего дня мне просто нечего было тебе сказать, — огрызнулся Бойд, гадая, сможет ли длительный зрительный контакт выбить Сина из колеи. Многие люди избегали смотреть ему в глаза. — Мне казалось, тебе доставляет удовольствие игнорировать и унижать меня, так что я не видел смысла давать тебе лишний повод. — Ты мне по-прежнему не нравишься, если это поможет тебе заткнуться. — Отлично. К твоему сведению, ты мне тоже, — парировал Бойд. — Для того, кто, как я слышал, не боится открытых конфронтаций, ты с завидным постоянством увиливаешь от простых вопросов. Син надавил на педаль газа, когда они выбрались на скоростной участок шоссе. — Я не обязан отвечать на твои вопросы и объяснять причины своего поведения. Я не хочу с тобой разговаривать и удовлетворять твоё непомерное любопытство не намерен. — Почему ты всё воспринимаешь в штыки? — А вот и нет! Я просто не догоняю, какое тебе на хрен дело до того, что я думаю? Тебе плевать, или ты реально не врубаешься, что это ни к чему не приведёт? — В смысле? Син вдавил педаль газа в пол; деревья на обочинах замелькали быстрее. — Чем, по-твоему, это закончится? — Наше партнёрство? Или моя работа в Агентстве? Син удостоил его снисходительной улыбкой. — А это не одно и то же? Ты здесь из-за меня. Бойд кивнул, соглашаясь. — Ну, это наверняка закончится тем, что меня прикончат на задании. И я почти уверен, что это произойдёт скорее раньше, чем позже. Тень какого-то чувства исказила красивые черты лица Сина, но Бойд не мог точно сказать, что это было: раздражение, отвращение или что-то диаметрально противоположное. — Блядь, неужели тебе больше нечем заняться? Ну какие у тебя перспективы? Быть моей нянькой, пока тебя не замочит какой-нибудь урод? — Ага, — ответил Бойд, не задумываясь. — Нечем. Остаток пути они провели в тишине.

(•●́)=ε//' ̿ N --------{---(@

Поскольку Сина не было, на подведении итогов присутствовало всего пять человек. Генерал Кархарт по обыкновению восседал во главе стеклянного стола. Он разговаривал с Джеффри Стайлзом, аналитиком лет тридцати, чьи чёрные волосы всегда были идеально уложены, а костюмы безупречно выглажены. В переговорной были ещё двое агентов прикрытия, но из них троих Стайлз был единственным, кто вписывался в шаблон служащего Агентства. Двое других сотрудников отдела НИР, которым была поручена сложнейшая работа по упорядочиванию рассредоточенных по всему миру источников, связанных с Янусом, были личностями неординарными и в некотором смысле эксцентричными. Первый — Райан Фридман — был самым большим чудаком, которого Бойд знал. Тощий, ростом ниже среднего, с непослушными тёмными волосами, торчавшими во все стороны, он походил скорее на подростка-гика, чем на гения двадцати пяти лет от роду, который родился и вырос в компаунде. Прямо в разгар брифинга он мог спокойно завести разговор о новой онлайн-игре, в которую играл, о хакерских форумах, на которых зависал, или об аниме-сериалах, которые ему нравились. В данный момент Райан пялился в экран древнего ноутбука сквозь толстые стёкла очков в широкой оправе и тыкал большим пальцем в планшет, разрываясь между двумя гаджетами. Второй — Оуэн О’Коннелл — был всего на несколько лет старше Райана. Лучший лингвист Агентства, хотя по нему этого и не скажешь. Оуэн всегда выглядел так, как будто его выдернули прямиком из кровати, не дав толком одеться. Бледный, весь в веснушках, с взъерошенными рыжими кудряшками, он постоянно ходил в мятых рубашках навыпуск. Оуэн как раз расправился со своей канистрой кофе, когда они закончили разбирать детали крайней миссии Бойда. — Анализ будет готов через пару дней, — подытожил Джеффри, откладывая планшет в сторону. — Придётся перелопатить кучу данных, чтобы найти иголку в стоге сена. — Если вообще удастся. — Такую вероятность тоже нельзя исключать, учитывая, что противник в курсе, что за ним следит некая неизвестная группа, — хоть Джеффри и не смотрел в его сторону, Бойд знал, что аналитик намекает на их злополучную первую миссию. — Кто знает, возможно, за чертой города они чувствовали себя в безопасности. В любом случае, пока ещё рано делать какие-то выводы. Кархарт кивнул и отодвинул стул. — Как закончите, немедленно доложите мне. Продолжим, когда ситуация прояснится. Если только ещё что-нибудь не случится. Он вышел из кабинета даже раньше, чем Джеффри успел захлопнуть рот. — Да уж, в последнее время он вечно куда-то спешит, — пробормотал Райан. — Может, от проклятия сбежать пытается? — предположил Оуэн, нахмурившись. — А ты как думаешь, Джеф? Джеффри как раз вышел из своей учётной записи на планшете, его рука так и осталась висеть в воздухе. — Думаю, это самая идиотская вещь, которую я слышал от тебя на этой неделе. — Только на этой? — вскинул брови Оуэн. — А как насчёт того, что я говорил на прошлой? Разве там было что-то отпадное или вразумительное? — Прекрати вести себя как придурок. Наверное, я никогда не узнаю, как кто-то вроде тебя смог попасть в такое подразделение, как это. Некоторым из нас пришлось как следует потрудиться, чтобы этого добиться, — Джеффри резко распахнул портфель и вперился в Бойда презрительным взглядом. Не сказать, что Бойд был удивлён. Джеффри принадлежал к той категории людей, которые ненавидели его просто за то, что он есть. — Нет, правда, — произнёс Оуэн, заинтересованно взглянув на Джеффри. Эта тема явно заставила его оживиться. — Может, я лунатил во время того разговора? Не помню, чтобы мы обсуждали что-то крутое. Если только я не рассказывал тебе о своём сне. Надеюсь, ты не веришь, что я отрастил крылья из шпателей и летал… Ответ Оуэна вконец взбесил Джеффри. Эти двое пререкались почти на всех совещаниях, и рассеянность Оуэна только подливала масла в огонь. Хотя Бойд подозревал, что Оуэн наслаждался их перепалками и специально задирал аналитика, потому что тот всегда вёлся на его игры. — Не знаю, ребят, — как ни в чём не бывало продолжил свою мысль Райан, обращаясь ко всем и ни к кому конкретно. Сдвинув брови, он жевал кончик стилуса и сосредоточенно пялился на экран ноута. Видимо, так уж был устроен его мозг — он мог говорить о чём-то одном, а мыслями быть в совершенно другом месте. — В смысле, вы правда думаете, что Уоррен Эндрюс работает на Янус? Я знаю, что они поглотили все эти мелкие группировки и всё такое, но его профиль — немного не то, что они обычно ищут. Понимаете, о чём я? Когда речь зашла о работе, собиравшийся уже уходить Бойд вернулся обратно в кресло, даже Джеффри и Оуэн заинтересовались, решив отложить обмен любезностями на потом. — Ну, вроде как, они предпочитают работать с ублюдками, — согласился Оуэн. — А Уоррен точно не из их числа, если только он не обчистил банк крови для нищих стариков, пока я не видел. — Фракция «53» сейчас не так агрессивна, как раньше, но она по-прежнему обладает большим влиянием, — возразил Джеффри. — Возможно, Янус просто решил расширить поле деятельности. Им не впервой менять цели. — Ага, в таком случае жди беды, да? — махнул рукой Оуэн. — Если верить твоему источнику, правая рука укусила левую, а друг без друга они слабы. Стервятники не упустят случая вонзить когти в свежий кусок мяса. То-то будет разочарование, мяско-то с душком. — Не знаю. Просто на него это не похоже, — Райан отложил планшет в сторону и повернулся к ним лицом. — Он не принадлежит к тому типу людей, которые мечтают быть марионеткой в руках огромного кукловода. По крайней мере, так утверждает мой источник. Надеюсь, мы сможем с ними договориться, а не сотрём в порошок как обычно. Да, они радикалы, но они отлично справляются с бардаком в Карсоне. — Насколько я понял, он пока не ответил ни да, ни нет, — уточнил Бойд. Райан кивнул, приводя в движение хаос, царивший на его голове. — Да, судя по тому, что я нашёл, он пока взял паузу. Но опять же, после размолвки с Ааронсом он стал жутким параноиком. Серьёзный конфликт между лидерами фракции «53», Джейсоном Ааронсом и Уорреном Эндрюсом, произошёл задолго до того, как Бойд присоединился к подразделению Кархарта. Эта группировка зародилась на заре процветающей коррупции в административных кругах Карсона; её участники были крайне недовольны неравным распределением ресурсов во время реконструкции города и чрезмерными мерами, применяемыми полицией в бедных районах. Фракции «53» даже пришлось прибегнуть к террористическим актам, чтобы отстоять свою точку зрения, но Ааронсу этого показалось мало, что стало причиной конфликта между ним и Эндрюсом. В итоге Джейсон ушёл и создал свою собственную группировку, из-за чего обе фракции оказались в уязвимом положении. По слухам, некоторые члены фракции «53» хотели, чтобы Уоррен принял предложение Януса, а его нерешительность заставляла их сомневаться в их лидере. — И у них есть для этого все основания, — сказал Джеффри с нескрываемой неприязнью. — Он не в состоянии контролировать своих людей, позволяет вражеским агентам без должной подготовки бродить по его штаб-квартире, как у себя дома. Странно ещё, что они не устроили переворот. — Тебе не кажется, что ты слишком суров к парню? — подмигнул ему Оуэн. — Вроде Уоррен не такой уж мудак. А что до нашего маленького блондинистого простофили, то он прошёл жёсткий курс молодого бойца, так что он не совсем безнадёжен. Джеффри вскочил на ноги. — Я и забыл, у нас же сегодня день «Возлюби врага своего!». — Ну так заведи календарик. Я не всегда буду рядом, чтобы напоминать тебе о важных датах. Джеффри скорчил мину и выскочил вон. Оуэн проводил его насмешливым взглядом и широко зевнул. — Мне давным-давно пора баиньки. Город засыпает и всё такое, — пробормотал он, хотя на часах даже десяти утра не было. Оуэн не спеша продефилировал через всю комнату и закрыл за собой дверь. Бойду ещё долго казалось, что он слышит, как тот зевает от всей души, бредя по коридору. Он уже порывался уйти, когда его окликнул Райан: — Бойд, есть минутка? — Да. — Не возражаешь, если я тебя ещё немного поэксплуатирую? Ты не мог бы рассказать мне о своём напарнике? Бойд уставился на него, решив, что тот шутит. — Зачем? Наверняка ты знаешь его лучше, чем я. — Ха! Как бы не так, — Райан откинулся на спинку стула и сложил руки за головой, сплетая пальцы в замок; чёрный пиджак, который он носил поверх выцветшей футболки с каким-то анимешным принтом, задрался вверх. — В последний раз я говорил с Синем, когда мне было, не знаю… лет десять. — Вы были близки? — Не то чтобы… Синь тогда только появился здесь. Коннорсы приютили его, потому что он был несовершеннолетним, но их затея не увенчалась успехом, и больше мы с ним не общались. — А почему ты называешь его Синь? — Потому, что это его имя. Много лет назад кто-то неправильно произнёс его имя, а все остальные подхватили, — развёл руками Райан. — К тому же его настоящее имя нравится мне гораздо больше. Даже если так, никому, кроме Райана, до этого не было дела. С Сином было нелегко наладить контакт, поэтому все привыкли обращаться к нему так, как им было привычнее. Что же до его собственных предпочтений, Бойд не знал, какое имя ему больше по душе — Син или всё же Синь. — Так о чём ты хотел поговорить? — Хотел спросить, какой он, когда вы с ним наедине? На брифингах он не появляется. Впрочем, когда у него был другой напарник, он тоже не приходил, — Райан говорил спокойно, будто о чём-то обыденном, но старался не смотреть Бойду в глаза. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что хочу знать, какой он, а ты — единственный, с кем он общается, — ответил Райан, запихивая свои вещи в огромный рюкзак. — Не хочешь говорить, я пойму. Всё в порядке. — Да я не то чтобы против, просто рассказывать особо нечего. На последней миссии мы впервые поговорили как почти нормальные люди. Обычно мы вообще не разговариваем, а если и разговариваем, то либо обсуждаем детали задания, либо он упражняется в остроумии. По какой-то причине последняя фраза вызвала у Райана улыбку. — Сколько его знаю, он всегда был той ещё язвой. Должно быть, это забавно. Он просто не парится из-за того, что здесь происходит, в отличие от остальных. — Если честно, иногда это жутко раздражает. Особенно, когда эта язва даёт тебе какое-нибудь дурацкое прозвище, типа «детка». — Он называет тебя деткой? Почему? — По всей видимости, чтобы досадить мне или самоутвердиться за мой счёт. — Или… — на губах Райана расцвела лукавая улыбка, из-за чего он стал казаться ещё младше, чем на самом деле. Он хотел ещё что-то добавить, но передумал, пряча улыбку в рюкзак вслед за ноутбуком. Бойд словил себя на мысли, что порой Райан ведёт себя до чёртиков странно. — А тебе не кажется, что он просто пытается вывести тебя из себя? — Возможно. А ты спрашивал об этом его бывших напарников? Думаю, с ними он вёл себя точно так же. — Ты имеешь в виду прозвища? Нет, не припоминаю, чтобы он давал клички кому-то из своих бывших напарников. С другой стороны, может, он просто не успел. Хотя Лорел продержалась около месяца, это был своего рода рекорд. Мы возлагали на неё большие надежды, вообще-то, — сухо заметил Райан. — Но никто из них не упоминал о том, что он… подтрунивал над ними или что-то в таком духе. А вот это уже было интересно. — Ты знаешь, что с ними случилось? Мне изложили только краткую версию событий. Райан оторвался от утрамбовки своего огромного рюкзака, смерил Бойда долгим изучающим взглядом, кивнул, как будто соглашаясь с кем-то, сунул руку в свою сокровищницу и выудил из рюкзака полиэтиленовый пакет с кучей всевозможных дисков, флешек, накопителей и карт памяти. Видимо, нашёл то, что искал, потому что с гордостью заявил: — Обожди секунду, сейчас организую нам проектор. Он подошёл к месту Кархарта во главе стола, вставил нужный диск и начал возиться с компьютером, сопровождая свои манипуляции звуками типа «хм-м-м…» и «ага!». Наконец переговорную заполнил гул голограммного проектора, и в центре стола появилось изображение человека с огненно-рыжими волосами и перекошенным от ужаса лицом. — Это Эван Маккой, холостяк номер один. Их встреча с Синем была ошибкой, из которой наши сводники так и не вынесли урок. Перед глазами Бойда возникло другое лицо — молодого человека с тёмной кожей и неожиданно светлыми волосами. — Сначала они пытались свести его со здоровяками из отдела по борьбе с терроризмом. Знаешь, этакими суперменами с синдромом героя. Так появился Мишлен. Холостяк номер два. Райан забарабанил пальцами по клавиатуре, и в центре стола появились сразу два изображения. Мужчина и женщина, им обоим было чуть за двадцать. Бойд терялся в догадках об участи агентов, чьи лучшие годы были уже позади: он ни разу не видел оперативника старше сорока лет. — Лорел и Коралл. Интересно, кто-нибудь ещё заметил, что их имена рифмуются? — усмехнулся Райан собственной шутке. Бойд внимательно вглядывался в лица мертвецов. — Как они погибли? Я знаю, что этих двоих он бросил умирать на задании, решив, что они слишком глупы, чтобы их спасать, но детали мне не известны. Было бы нелишним знать, что стало причиной их гибели… — Никто толком не знает, — пожал плечами Райан. — Эван и Мишлен явно упивались своей властью над Синем. Куча народа в компаунде, в том числе Эван с Мишленом, наслаждались тем, что могут поставить на место такого сильного человека, как Синь. А когда до них дошло, что он не такой уж и психопат… В общем, они его недооценили. Во многом потому, что судили только по внешнему виду. Бойд задумчиво потёр подбородок, рассматривая медленно вращающиеся вокруг своей оси лица незнакомцев. Несложно было представить, как агенты вроде Эвана и Мишлена — крепкие мужчины, похожие на культуристов — могли недооценить Сина. Какими бы уникальными навыками Син не обладал, пока не увидишь его в действии, никогда не скажешь, что в этом тощем теле таится нечеловеческая сила. — Если они были жестоки с ним, почему он никому не пожаловался? — Не знаю. Синь будет молчать, даже если это не в его интересах. Так что определить, была ли это самозащита, или его просто всё достало и он сломал им шеи, не представляется возможным. Знаю лишь, что он позволил Лорел и Кораллу умереть. Они были не такими плохими, как первые двое, но тоже считали его низшим существом, — Райан нахмурился и выключил проектор, голограммы замерцали и погасли. — Проблема не в них, а в нашем начальстве. Они ведут себя так, будто он человек второго сорта, а остальные им всего лишь подражают. С каждым словом голос Райана становился всё громче, и в конце концов то, что начиналось, как спокойное объяснение, вылилось в гневную тираду. Бойд с удивлением наблюдал за тем, как агент НИР швыряет свои вещи в рюкзак, вот только в этот раз его движения были быстрыми и дёргаными. — Ты же с ним едва словом перекинулся, а виделись вы и того реже. Почему тебя это так расстраивает? Райан всплеснул руками. — Почему это всех так удивляет?! — Потому, что всем плевать. — Да, плевать, — согласился с ним Райан. — И, как я уже сказал, виновато в этом руководство Агентства. Это они превратили его в маленькую машину для убийства, изолировали его от всех и всё у него забрали — даже имя. Сделали его своей игрушкой, вещью. Он даже не человек для них, а их собственность, и это даёт остальным право обращаться с ним как с вещью. А я… — Райан застегнул рюкзак и закинул его на плечо. — Я его уважаю, потому что он никому не позволил себя сломать. Они так стараются истребить в нём всё человеческое, а он обратил их оружие против них самих. Бойд взял свою сумку и вдруг понял, что видит Райана впервые. Настоящего Райана. — Я ведь не первый, кому ты об этом рассказываешь? — Конечно, нет! Не я один так думаю. Сотрудники НИР сильно отличаются от оперативников, Бойд. Когда-нибудь я тебя с ними познакомлю, и ты сам всё увидишь. Мы ко многому относимся критически, но нам это сходит с рук, мы ведь эксцентричные сумасшедшие гении, — он заговорщически улыбнулся, поигрывая бровями. — И я даже не буду лгать, что не запал на Синя. Этот мужик такой красавчик! С этим Бойд не мог не согласиться. — Об этом ты тоже всем рассказываешь? — Ага, — гордо заявил Райан, очень довольный собой. — Я не скрываю, что я гей. Я никогда не встречался с девушками и живу здесь с самого рождения. И потом, если кто-нибудь начнёт задирать при мне Синя, я скажу им пару ласковых. — Понятно, — было что-то в гордой улыбке Райана, в этой его убеждённости, что роднило его с кем-то из прошлого. Кем-то, кто давным-давно канул в небытие. — Здорово, что ты отстаиваешь то, во что веришь, невзирая на то, разделяют твои взгляды другие или нет. — Спасибо, — просиял Райан. — Знаешь, Бойд, а ты классный. Здорово, что ты не оказался очередным придурком, а то они тут целыми толпами бродят. — Я заметил. Райан пятился к двери, продолжая говорить: — Мне уже пора бежать, но, если захочешь поговорить или, например, узнать ещё что-нибудь про Синя, дай знать, окей? Может, мы и не были близкими знакомыми, но меня можно назвать чуть ли не ходячей энциклопедией по Вега. Я следил за ним какое-то время, как какой-то конченый извращенец, изучал. Знаю, это немного стрёмно. Надеюсь, эта одержимость Вега скоро пройдёт, а то ребята начнут считать меня сталкером. — Хорошо, буду иметь в виду. Райан ушёл, а Бойд словил себя на мысли, что если раньше он без раздумий отклонил бы его предложение, то сейчас возможность побольше узнать о Сине показалась ему очень заманчивой.