Звенья

      Ему было отчаянно, безумно, невыносимо скучно. Если бы Кроули знал, какой головной болью обернётся покупка фабрики, он послал бы ангела с его мудрёными планами далеко и надолго. В отличие от Азирафеля, он никогда не занимался бизнесом. Максимум, бывало, спекулировал зерном, специями или тканями. Как он полагал, деньги можно было заработать гораздо более лёгким и приятным способом, например, за карточным столом или в рулетку. В крайнем случае, заглянуть (хотя Кроули терпеть не мог так делать) в стойло к нужной лошади за полчасика до забега.       К огромному неудовольствию, даже можно сказать ревности демона, Оскар Шиндлер теперь почти всё время проводил на фабрике. Счета, контракты, закупка сырья, проверка оборудования — всё это требовала практически постоянного его присутствия. Походы в рестораны, кутежи и весёлые попойки стали крайне редкими, и происходили только тогда, когда Оскару нужно было договориться или переманить на свою сторону того или иного чиновника или заключить контракт. Из жизнерадостного кутилы и ловеласа он превратился в холодного, расчётливого дельца. Демон так же заметил, что общение с Ицхаком Штерном приобрело не только деловой характер. Они всё чаще задерживались после рабочего дня в кабинете Шиндлера на втором этаже фабрики и вели долгие беседы на самые разные темы.        Кроули в очередной раз бросил взгляд на часы и тихо зашипел от досады. Ну и где она, эта хвалёная немецкая пунктуальность? Они договорились пойти вместе пообедать, но вместо этого Оскар обложился объёмными папками и весь мир, за исключением еврейского бухгалтера перестал для него существовать. Кроули устроился на подоконнике в кабинете Шиндлера и, с несвойственным ему смирением, ждал, когда же приятель соблаговолит обратить на него внимание. Демон широко зевнул и с хрустом потянулся, за что был награждён укоризненным взглядом Ицхака Штерна.       — Оскар, милый, мне скучно! Давай уйдём отсюда! — капризно заныл Кроули, подражая одной из мимолётных любовниц Шиндлера.       Шиндлер весело фыркнул. Его широкие плечи затряслись от сдерживаемого смеха. — Да, дорогой, ещё десять минут, — поддержал он игру.       Кроули страдальчески закатил глаза. Это было просто невыносимо.       Взъерошенная синица несколько раз требовательно стукнула клювом о деревянную раму. Желтые змеиные глаза, скрытые тёмными стёклами очков, широко распахнулись, хищно расширились вертикальные зрачки. Оказывается, он успел задремать. Демон украдкой глянул на смертных, размышляя, что если бы он сейчас обернулся змеёй, то схватил бы пернатую нахалку быстрее, чем кто-нибудь из них моргнул глазом. Кроули почти чувствовал на языке вкус тёплой крови. Может так и поступить? Демон неотрывно следил за птицей глазами. Та отважно скакала, отделённая от исчадия ада лишь тонким стеклом. Интересно, она вообще понимала, в какой опасности находится? А если бы он принял истинную форму, и тогда бы не испугалась?       Кроули грустно вздохнул. Убивать её не было никакого смысла. Пожалуй, Эдемский Змий даже был благодарен этому глупому комку перьев за развлечение.       Бухгалтер поспешил к окну, разминая в пальцах хлебный мякиш.       — Штерн, вы решили устроить мне здесь птичник? — недовольно проворчал Шиндлер, — Даже не вздумайте прикармливать этих разбойников! Они изгадят весь подоконник и стекло!       — Прошу прощения, Герр директор, должен же я позаботиться о бедном голодном существе.       Штерн открыл форточку. Птица лишь чуть-чуть отскочила от его руки, но тут же с жадностью набросилась на угощение.       Шиндлер не спеша подошёл к окну, наблюдая за синицей.       — Кроме тебя, конечно, некому, — благодушно усмехнулся он.       — Бог заботится обо всех своих созданиях: больших и малых, — филоссовски заметил Штерн.       Кроули громко застонал и закатил глаза: ещё один моралист. Еврей и немец одновременно уставились на него.       — Вы не верите в Бога? — осторожно спросил Штерн, совершенно не расчитывая на честный ответ. Странный, саркастичный, никогда не снимающий тёмных очков друг директора вызывал у него смутную тревогу.       — Отчего же? Очень даже верю. Особенно в заботу, какой бы странной она не была! — зло выплюнул Кроули. Он мгновенно соскочил с подоконника и, нависая над невысоким бухгалтером, буравил того пылающим взглядом. — А во что верите вы?       Несмотря на ощущение опасности, волнами исходящие от демона, Штерн не отшатнулся, даже не моргнул.       — Я верю, что тот, кто спасёт одну жизнь — спасёт весь мир, — тихо сказал он.       Кроули замер, криво скалясь. Он проиграл. Чёртов белокрылый мошенник увёл у него из под носа душу, даже палец о палец не ударив! Победа уже была за ангелом, хотя их игра только началась. И кто его за язык тянул задавать идиотские вопросы!       — Интересная мысль, — заметил Шиндлер. Тем временем бухгалтер аккуратно собрал со стола папки, положил их в шкаф, взял с вешалки пальто и шляпу.       — До завтра, Герр директор. Герр Кроули, приятного вечера.