Baby, I love you

На нашем месте, через 10 минут Хёнджин приходит на место первым, и когда Сынмин закрывает за собой дверь на ключ, Хван уже курит, сидя на подоконнике с ногами. Хёнджина откровенно бесит курить с разбитой губой, когда фильтр неприятно липнет к ранке, вызывая дополнительный дискомфорт. Он раздраженно стряхивает пепел в банку, разрываясь между желанием найти и отпиздить Чонина и благодарностью к Бану за то, что тот не дал ударить в ответ брата Сынмина. Хёнджин тушит сигарету о дно импровизированной пепельницы из плоской консервной банки и Сынмина он замечает сразу же, как и Сынмин его разбитую губу. — Что случилось? — спрашивает младший с волнением в голосе. Он садится на край подоконника рядом с Хваном и легко касается подбородка пальцами, стараясь не причинять лишней боли, мягко очерчивая скулу пальцами. Хёнджин перехватывает его ладонь своей и оставляет едва ощутимый поцелуй в середине внутренней стороны ладони, чувствуя, как раздражение сменяется чем-то тёплым в самой груди, заставляя Хвана смягчится рядом с таким младшим. — Брат твой случился, — устало выдыхает Хёнджин, прижимая чужую ладонь к своей щеке, — сказал отвалить от тебя. Но вот незадача, — он переходит на шёпот и долго смотрит ему в глаза, а потом добавляет, — я уже не смогу отвалить от тебя, Сынмин-а. Ким закусывает губу с внутренней стороны, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами. Ладонь в месте поцелуя натурально горит, а ноги становятся ватными от слов старшего. Сынмину буквально стыдно от того, что он испытывает: смятение вперемешку с радостью от признания, от которого дышать становится тяжело. Он не может найти в себе слов для ответа и внутренне продолжает ругать себя за это, но Хёнджин как будто все понимает, поэтому он притягивает Сынмина к себе за талию, усаживая рядом на подоконник так, чтобы лицом к лицу. Поцелуй выходит горьким и не таким, как обычно. Хёнджин аккуратно целует его губы и улыбается, легко гладит коленку Сынмина одной рукой, чувствуя, как того немного потряхивает от происходящего. Потому что для Сынмина всё это и такой Хёнджин впервые. Он полностью отдаётся поцелую с головой, начиная целовать пухлые губы Хвана в ответ так же не спеша, боясь нарушить то единение, что возникло между ними. Поцелуй выходит таким нежным и невинным, что Сынмину начинает казаться, что у него кружится голова, потому что чувств слишком много. Хёнджин немного отстраняется, разрывая поцелуй, когда ранка на губе даёт о себе знать. Он находит своей рукой ладонь Сынмина и переплетает с ним пальцы, чуть сжимая их, при этом продолжая смотреть тому в глаза, тихо переговариваться и много улыбаться, потому что хочется. Сынмин улыбается в ответ и слушает тихий голос Хвана, оставляя историю об утренней ссоре с братом при себе.