Бывает...

      Что может быть лучше, чем утренний ленивый секс? Ничего. Вот и Юнги думает также, поэтому разбудить своего парня горячими поцелуями кажется лучшей идеей. Он мягко откидывает одеяло с еще спящего Хо и оставляет пару поцелуев на груди и ключицах перед тем как накрыть его губы. Хосок ворочается и хмурит брови, понемногу просыпаясь. Он открывает глаза, осмысливая происходящие и сразу же их закрывает, отвечая на поцелуй. Секунда, две, три, поцелуй прерывается. — Ты что, не почистил зубы? У тебя изо рта воняет, что я даже чувствую привкус мяса в маринаде, которое ты ел вчера вечером, — Хосок спросонья морщится и смотрит так, будто сейчас разорвет бедного парня на кусочки.       Ммм.. Да Юнги просто "мечтал" услышать это сейчас. Он громко недовольно вздыхает из-за такого глупого облома, но спорить не собирается, бесполезно, слезает с младшего и тащит свою тушку в ванную, там его ждет четкая трехминутная чистка зубов. — Эй-эй-эй, меня подожди, мне тоже надо! — Хосок еще пару секунд пытается победить одеяло в схватке за свободу и свежее дыхание и соскакивает с кровати, прыгая с одной ноги на другую, как антилопа, по холодному полу и сломя голову летит за старшим. Конечно, кто будет его ждать, уж точно не Мин Юнги.       Он залетает в ванну и видит картину маслом: взъерошенный ото сна Юнги с русыми торчащими волосами, сонными глазами, в белой свободной футболке и коротких шортах, со стояком, стоит перед зеркалом и начищает зубы белоснежной пеной. Сон как рукой сняло.       Хосок встает слева, тоже берет свою щетку, фиолетового цвета, выдавливает немного пасты и засекает таймер, начиная полировать и без того белоснежные зубы. Он наблюдает через зеркало за Юнги, который так же следит за ним, и ощущает, как холодная рука пробирается со спины под футболку, притягивая за талию ближе.       Вот они и стоят все две минуты, прилипшие друг к другу как два банных листа, и посылают друг другу то любовные взгляды, то счастливые пенные улыбки. Хосок в левой руке держит щетку, а другой гладит Юнги по крепкому плечу, ощущая теплоту чужой кожи даже сквозь футболку.       Старший заканчивает раньше на целую минуту, споласкивает рот, ощущая свежесть от мятной пасты и боль от стоящего члена, и становится позади Хосока, захватывая того в кольцо своих рук поперек талии, утыкается носом в чужую шею, немного высовывая язык и проводя им по ароматной коже. Тот, бедный, аж пеной чуть не подавился, когда чужое возбуждение прижалось к бедру.       Слегка наклонившись, чтобы сполоснуть рот, Хосок "случайно" проезжается задницей точно по паху и, слыша напряженный выдох со спины, победно усмехается. Да, утренний стояк это вам не шутки.       Как только он заканчивает, Юнги хватает стройные бока и разворачивает Хо к себе лицом, впиваясь в его губы поцелуем, сразу проникая языком внутрь. От такой настойчивости младший еле как успевает облокотиться руками на раковину, стоящую позади, чтобы не ебануться головой о зеркало.       Хосок при помощи сильных рук плавно перемещается и усаживается задницей на раковину, раздвигая ноги, между которыми удобно расположился Юнги, притягивая того к себе ближе за загривок.       Оба, распаленные желанием и страстью, не замечают странных звуков где-снизу. Юнги напирает сильнее, практически вдавливая Хо в несчастный керамический объект. И тут Хосок как взвизгнет: — Ай, блять, Юнги, остановись.. мы походу раковину разъебали.       И правда, он слазит и отходит в сторону, оглаживая поврежденную пятую точку — под весом двух тел, раковина, ожидаемо, раскололась, а отколовшийся кусок впился в хосокову задницу, не сильно, но неприятно. — Да ну ладно тебе, пойдем на кровать, там безопаснее, тем более, что дыхание у меня теперь свежее, а еще одного облома я не выдержу, — Юнги подходит ближе, подхватывает Хо под задницу, удерживая на весу — Ты невыносим, — он закатывает глаза, но все же сцепляет ноги на пояснице, а руками обвивает шею. — Я буду аккуратным, — мягко укладывая Хосока на кровать, среди скомканного одеяла и подушек, Юнги потирается своим возбуждением о чужое, — или нет ..