Закат на рассвете

— Где ты был? — с порога встретил его вопрос Кейго. — Кажется, нам запрещено разделяться. Энджи был уверен, что пернатый уже давно смотрит сны, когда по-тихому уходил. — Проверял главу, — нехотя отозвался он. — И как он? — скучающим тоном спросил Ястреб. — С тазиком обнимается и при этом злой как черт, — ответил Тодороки, хотя не был уверен, что имеет право об этом говорить. — Неужели собственная причуда доконала-таки? Вот уж не ожидал… — пробормотал Кейго. — А я думал вы друг друга на дух не переносите, — заметил Старатель, стаскивая металлические детали своего костюма. — Так и есть, — настороженно ответил Таками. — Что ж ты так рьяно его бросился защищать? — приподнял бровь Тодороки. — Хэй, как бы я не относился к Ворону, он все же наш предводитель и оскорбляя его, этот мерзавец оскорбил и нас, между прочим, — немного раздраженно ответил Ястреб. — И у тебя резко взыграло чувство самолюбия? — лязгнул наплечником Старатель. — На что ты намекаешь? Мое отношение к Ворону не изменилось, но он не заслужил, чтобы какой-то пришлый недогерой над ним насмехался, — резко бросил Кейго. — Вот как… — тихо усмехнулся Старатель, намереваясь пройти к постели. — Захвати мой телефон. Он в кармане, — наблюдая за отражением напарника в окне, попросил Кейго. — Самому взять никак? — остановился Тодороки, похлопывая куртку на крючке по карманам. — Ну я так удобно лежу. Старатель, тебе трудно что ли? — протянул Кейго, в самом деле комфортно расположившись на одном крыле и подложив под голову второе. — Пару перьев ничего бы не изменили, — недовольно буркнул Энджи. — Для телефона пары — мало будет, уроню же. — Людей таскаешь — не роняешь, а тут уронишь. — Ну что ты как дед разворчался? Говорю же — уроню. — Не шути со мной, ребенок, — нахмурился Тодороки, шаря рукой в кармане. — Ты сам признал, что я не ребенок, так что не засчитано, — усмехнулся Кейго. — Это когда я признал? — Когда погорячился, — беззаботно отозвался Таками. Энджи замер, подняв голову и внимательно всматриваясь в лицо Ястреба. «Конечно, он этого никогда не забудет, но почему решил напомнить сейчас?» — Ну, ты сказал, что детей не бьешь, а потом ударил. Значит, за ребенка меня не считаешь. Блин, это шутка Старатель, шутка! Ну что ты так смотришь? — развел Кейго руками. — Ну прости, — он сел на постели, тяжело вздохнув. — Такая же неудачная, как и сотня до нее. Думал, ты уже привык, — раздосадовано буркнул Таками. «Просто пошутил? Для него случившееся не более, чем недоразумение?» У него в голове не укладывалось, как Ястреб мог так легко простить ему ожоги, но при этом до сих пор винить себя в убийстве, которое совершил не он. Старатель вернулся к изучению кармана. Первой находкой оказалась пачка сигарет. — Кстати, не знал, что ты куришь, — выуживая следом и телефон, сказал Старатель. — Что? — Кейго недоуменно распахнул глаза. — А… Да я и не курю. Это пачка медсестры. У них внезапная проверка нагрянула, и она побоялась, что ее взгреют, если в кармане формы найдут, вот и отдала мне, — отмахнулся Таками. — А заодно ты же ее всю и выкурил, — усмехнулся Энджи, убеждаясь, что в упаковке осталась всего одна сигарета. То, что Кейго отпирается от вредной привычки, показалось ему ужасно забавным. «Не ребенок значит, да?» — Может, там всего одна сигарета и была. С чего такая уверенность? — золотистые глаза внимательно всматривались в него. — В больнице видел. Пока лежал иногда приходил в себя, что-то слышал, что-то видел. И заметил, как ты на подоконнике дымишь. — Вот как… — Кейго запустил одну руку в волосы, растерянно почесывая затылок. — Да-а, глупо вышло, — засмеялся он. — У тебя точно встроен детектор лжи. Он опустил голову, опершись руками о край кровати. — На тебя тогда первый раз напали, — тихо заговорил он. — Двоих усмирил спокойно, а вот третьего задел по шее… кровищи было — полкоридора забрызгало. Вот и попытался хоть как-то отвлечься потом. А остальные вообще-то санитару отдал. Я ему сигарету и деньги — он мне энергетик из автомата внизу. Энджи замер. Ему вспомнился вопрос Ворона, оставшийся без ответа: «Сколько попыток предотвращено?» Если бы Кейго не сидел с ним и днем и ночью, лишая себя сна, нормального душа, привычной еды, для Старателя бы уже все закончилось. — Пространства было мало, второе крыло еще не зажило, а у него был пистолет. Ему даже не нужно было проходить через меня, чтобы убить тебя. Я целился в плечо, — еще тише добавил Ястреб. — Но он хотя бы выжил… — он поднял руки, разглядывая на них что-то. — Не ты убил ее, Ястреб, — прервал его Старатель. — Ты сказал напали первый раз. Сколько нападали еще? — вглядываясь в лицо Таками, спросил он. — Всего пять раз, — ответил Кейго, продолжая разглядывать свои руки. — И все из разных мелких группировок. Уверен, что Рассвет с этими покушениями не связан — они просто хотели выслужиться. Ну, или свести старые счеты. Я не просматривал потом данные на них, хотя это было бы полезно, но тогда мне было как-то не до этого, а сейчас вроде уже и не актуально, да? — выдавил он улыбку. — Ты… пять раз спас мою жизнь? — уточнил Энджи, опуская телефон рядом с Таками. — Нет, — он снова оперся руками о край постели, опуская голову. — Если бы мое крыло было в порядке, тебе не пришлось бы в тот день бороться рядом с Леди. А крыло было травмировано из-за моей ошибки, — тихо, но в то же время твердо, сказал Кейго. — Я подвел тебя, Старатель. Прости. — Под… — Энджи прервался на полуслове и ненадолго прикрыл глаза. — Просто поверить не могу… — он вскинул руку и опустил ее на макушку Кейго, мягко потрепав его волосы, — что ты все еще такой глупый. Два золотистых глаза уставились на него так, словно не верили в происходящее. Даже рот у Таками чуть приоткрылся от удивления. — Ложись, — велел Старатель. — И выкинь всю эту дурь из головы, — проворчал Энджи, заваливаясь на свою постель и щелкая выключателем.

***

— Я не наелся, — тяжело вздохнул Грейс. Старателю было понятно его разочарование. Порции ему здесь тоже не хватало, но он никогда не жаловался. Кейго обернулся, окинув источник шума задумчивым взглядом, и снова принялся ковыряться в своей тарелке. — Ну и что ты не ешь? — Тодороки уже давно закончил свой завтрак. — Я не голоден, — отодвигая поднос, наконец, признал Ястреб. Может, сам съешь? — Если не будешь есть, то у тебя перья выпадут, птенчик. Разве можно так обращаться с такими роскошными крыльями? — внезапно завалившись Таками на плечо, спросил Мерси. Кейго вздрогнул от неожиданности и шарахнулся в сторону. — Не трогай меня! — прорычал он, скривившись от отвращения. Он даже не мог сказать, что именно в новом союзнике было ему столь противно, но от одного только вида зеленоволосого его передергивало. — Неужели из-за одного недоразумения мы уже никогда не сможем сработаться? Я пришел помириться, попросить прощения за то, что ударил тебя. И за неуместный смех, конечно же, — продолжая висеть на Ястребе и перекинув ему руку через плечо, вещал Мерси. — Видишь, я попросил прощения. Признаю свои ошибки. Может, и ты пойдешь мне на встречу? Ты же знаешь, что я ваш универсальный врач и реаниматолог? С причудой, подобной твоей я сталкиваюсь впервые. Позволь мне осмотреть твои крылья? — Нет, — резко и без колебаний отрезал Таками. — Это ведь важно, знать твое строение, чтобы оказать экстренную помощь на поле боя. Пожалуйста, цыпленок, — наклоняясь к его лицу, продолжал просить Мерси. — Не называй меня так! — попытался оттолкнуть наглеца Ястреб, но тот лишь перехватил его руку, прижимая ее к себе. — Я же ведь не только за свою репутацию трясусь, но и за твою жизнь. Я буду очень аккуратен. Ты даже не почувствуешь меня, — вглядываясь ему прямо в глаза, продолжал упорствовать зеленоволосый. Ястреб перевел взгляд на Старателя, как бы спрашивая: что ему делать. — И ты знакомишься со всеми причудами-мутациями перед исцелением? — подал голос Тодороки, окидывая Мерси испепеляющим взглядом. — О, нет. Я знаю уже огромное количество разных мутаций. Большинство из них скучны, но эта… совсем другое дело. Что-то новенькое для меня. Страна Восходящего Солнца все же умеет удивить, — он скользнул рукой по краю основания правого крыла, притягивая Кейго за левую руку, которой он пытался оттолкнуть его ранее. Ястреб отвернулся, содрогнувшись всем телом и вцепившись право рукой в столешницу. Старатель привстал на своем месте. — Так это правда. Они действительно обладают особой чувствительность. Какие мягкие перья… А тут сустав верно? Значит, если… — Не вздумай, — рассек воздух ледяной голос. — Как не вовремя, — нехотя отступая от Кейго, пробормотал он, недобро осматривая вошедшего Ворона. — Доброе утро, Большой Босс! Мерси отсалютовал главе двумя пальцами и вернулся к своему столику. Таками поднялся и быстро вышел. — Ястреб! — окликнул его Старатель, но тот не отреагировал. — Мируко, ты не могла бы убрать за нами? — поднимаясь попросил Тодороки. — Ладно, — удивленно наблюдая за происходящим, сказала она. — Ястреб, — настойчиво позвал он, догоняя Кейго уже на пороге душевой. — Куда ты один рванул? И прям перед носом у главы? Давно он тебя не отчитывал, что ли? Тот лишь неопределенно махнул рукой. И рывком скинул футболку. — Меня блевать тянет от этого мерзавца, — процедил он сквозь зубы. — Еще раз прикоснется ко мне и будет демонстрировать свою чудесную причуду на себе же, — от ярости его потряхивало. Он отправил перья под струю ледяной воды, а затем принялся активно намыливать основание правого крыла. Старатель растерянно наблюдал за озверевши работающим мылом Таками. Брызги уже полностью замочили его штаны, когда он, наконец, оставил свое крыло в покое и подставил его и голову под ледяной душ. Ястреба начинала бить крупная дрожь, он тяжело дышал, но все стоял под холодными струями. Старатель встал рядом и коснулся трубы, нагревая ее. — Промокнешь же, — заметил Кейго. — Высохнет, — мрачно ответил Старатель. Таками выдохнул и опустился на колени, ловя теплую воду. В конце коридора стоял Мерси, который расплылся в самодовольной ухмылке, увидев выходящих из душевой Старателя и Ястреба. Таками нес куртку и сапоги, закинув руку с ними на плечо, чтобы не намочить, но завидев зеленоволосого замер. Желтые глаза светились азартом. — Идем, — подтолкнул его в плечо Старатель. — Он нарочно вывел меня… — выдохнул Кейго, входя в палату. — А ты повелся, — все так же мрачно заметил Тодороки. На этом нападки Мерси не закончились. Он не упускал ни единого случая, чтобы поддеть Ястреба или протянуть руки к его крыльям. На второе Таками реагировал особо болезненно, но в целом такая «терапия» шла ему на пользу. В последнюю неделю он стал все реже уходить в себя и легко возвращаться к реальности, поэтому Тодороки смог выдохнуть. До этого он сомневался, сможет ли Кейго вернуться в норму после случившегося. Он видел, как и меньшее сводило людей с ума. Работа героя никогда не было легкой, но самые большие травмы каждый носил глубоко под кожей. Люди, которым не успели помочь, злодеи, которые смогли ускользнуть, пристальное внимание общества, не позволяющее расслабиться. А между всем этим боль, крики, кровь, проклятья. Он не знал ни одного коллегу, у которого не лежал бы камень на душе. У кого больше, у кого меньше. С ним никогда не обсуждали такие вопросы лично, но он не был глухим. На конференциях, праздниках, обычных патрулях, время от времени он слышал эти истории. Слышал, что терзало людей, носящих костюмы героев. Старатель спустился с лестницы, направляясь к выходу. Кейго, как обычно, оперся о его плечо локтем, беззаботно треща о какой-то ерунде. С появлением Церберов смены стали реже, сон стабильнее, а Кейго еще болтливее. Иногда Энджи безумно уставал от этого и начинал раздражаться, но пернатый четко ловил эти нотки и сразу затыкался, позволяя напарнику передохнуть. Навстречу вышли Соул и Мерси, которые только что закончили свой обход. — Ястреб, тебе удобно? — оскалившись в какой-то нездоровой улыбке, поинтересовался Мерси. — А-а-а, это так мило, — сложила Соул руки у груди, восторженно наблюдая за ними. Таками и Тодороки проигнорировали их, напряженно пройдя мимо. — Ястреб… — сойдя со ступеней, прорычал Тодороки, но тот сам слетел с его плеча, притихнув. Понятно, что от этого засранца Мерси непременно прилетела бы колкость, но он тысячу раз просил Кейго так не делать, а он просто взял и подставил их под эту тупую насмешку. Старатель шумно выдохнул, стараясь остыть и не наорать на напарника. Впрочем, смирения Кейго хватило не на долго. Уже через пару кругов, когда Энджи отвлекся от неприятной встречи, тот снова повис на его плече, начиная рассуждать о непригодности их жилья на зиму. Искушение скинуть его было столь сильным, что Старатель уже начал было опускать плечо, чтобы локоть Ястреба соскользнул, но, представив недоумение и огорчение в золотистых глаза, остановился, позволив себе лишь тяжелый вздох. «Пусть, от меня не убудет в конце концов».

***

— Кайф-то какой, — с наслаждением простонал Кейго, погружаясь в горячую ванну. — У тебя божественная причуда, Старатель. Тебе стоило назваться Кагуцути там, или… — Не трогай мое имя, — одернул его Тодороки через дверь. — Ладно-ладно, — миролюбиво отозвался Таками и сполз еще ниже. Перья кружили над вещами, валяющимися рядом на полу. Кейго расплылся в блаженной улыбке, едва ли не мурча от удовольствия. — Я в раю, — выдохнул он. «Фыр» из-за двери, по всей видимости, означал усмешку Старателя. — Давай не долго, я еще поспать хотел, — деланно недовольно буркнул Тодороки и отошел к окну напротив. Единственное правило, которое Старателю было тяжело соблюдать, а Ястребу легче всего нарушать — это не разделяться. И, пожалуй, это было единственное правило, за нарушение которого Ворон готов был убивать. «Неужели так опасался, что заявится Рассвет?» Так что они каждый раз ждали друг друга под дверью. Точнее Старатель ждал, а Кейго вечно сматывался, поэтому Энджи сам ввел правило, что моется первым. Впрочем, даже это не всегда могло удержать пернатого на месте. Они только вернулись с обхода, когда Кейго приспичило принять горячую ванну и расслабиться, поэтому он пошел к главе выпрашивать его личную ванную комнату — единственную, где была не душевая, а полноценная ванна. Именно та, в которой его приводили в чувства по прибытии. Как не странно, Ворон, снова пускающий кровь носом перед монитором, махнул на них рукой, давая разрешение. Старателю было глубоко все равно в какой воде и где мыться, но у большинства других героев ледяной душ частенько вызывал возмущение и пернатый не был исключением. С веток напротив сорвалось несколько листьев и пронеслось мимо. Снаружи все больше холодало. Таками был прав — их штаб для зимовки не подходит. Чего же Ворон выжидает? Тодороки вытащил телефон и бестолково принялся мотать меню. На глаза попалась галерея. В ней хранились фотографии зданий и планов для предыдущих миссий, которые он так и не удалил. Несколько досье на злодеев и единственная яркая фотография, которую сделал Ястреб, когда в наглую вырвал у него уже разблокированный телефон из рук. На фото Кейго завис у него за спиной, показывая знак победы за одним плечом и улыбаясь во все тридцать два за другим. Раскинутые крылья расположились на фото так, что сложно было сказать кому из них они принадлежат. Сам же Энджи недоуменно скосил глаза на Ястреба, растерявшись от такой выходки. — Мог бы и улыбнуться, — вернул ему тогда телефон Таками. — Зачем это вообще? — нахмурился Тодороки. — На память. Кто знает, что нас ждет дальше. Пусть будет, — беззаботно сказал он, но Старатель уловил серьезность в этих словах. Уголки губ едва заметно приподнялись. Впервые, вглядываясь в сделанные с другими людьми фотографии Энджи испытывал не скуку или тоску, а тепло. На ум пришло еще пара очень старых фотографий, фотографий, на которых Тойя еще не стал Даби. Как же ему хотелось, чтобы Ястреб промахнулся, чтобы это было всего лишь нелепой ошибкой. Но желаемое и действительность так редко совпадали в его жизни, что он даже не надеялся. «Интересно, имеет ли он к этому отношение?» С появления Рассвета от Лиги Злодеев не было ни слуху ни духу, словно они испарились. О приспешниках маньяка у них тоже не было никакой свежей информации, так что ему оставалось лишь гадать. «Считает ли он меня героем? Точно нет. Что творится теперь в его голове и душе?» Как бы он хотел просто поговорить с сыном. Хоть пару минут, но даже столкнись они теперь, разве у него будет шанс на разговор? «Нет». Он потерял своего мальчика в том пожаре, и лучше бы ему было не знать всей правды. Старатель тяжело вздохнул, сжимая телефон чуть крепче, чем надо. Хлопок двери в другом конце коридора вырвал его из размышлений. — Ястреб, — позвал он. — Ты уже сорок минут там торчишь! Ответа не последовало. — Ястреб! — настойчиво постучал Старатель в дверь. Ни звука. «Черт, ну что опять?» — Я вхожу, — мрачно сказал он и толкнул дверь. Перья Таками плавали в ванной, видимо готовясь к мойке, а сам он мирно спал. Его голова упала набок, едва не касаясь воды носом. — Ты издеваешься, что ли?! — разозлился Старатель. Кейго вздрогнул и захлебнулся. Судорожно вцепившись в края ванны, он закашлялся. Тодороки встревоженно ожидал, пока тот продохнет. В этот раз он подавился куда сильнее, чем кофе дома. — Я тебе какое плохое зло сделал, что ты меня уже второй раз пытаешься утопить? — просипел Таками, все еще с трудом дыша. Старатель издал неопределенный звук, обрабатывая сказанное. — Я шучу, — хрипло засмеялся Кейго, смахивая проступившие от кашля слезы. — Извини, теплая вода меня разморила. Сейчас вылезу, — поежившись от холода, сказал он. Старатель переступил с ноги на ногу, а затем подошел к ванной. Он поводил рукой в воде, равномерно прогревая ее. Перья покрывающие всю поверхность воды щекотали запястье. — Я уже говорил, что у тебя божественная причуда? — все еще хрипя, улыбнулся Кейго. — Не вздумай снова уснуть, — угрюмо бросил Тодороки, разворачиваясь к выходу. — Есть, босс! — бодро просипел Таками. «Старатель и жидкости — это несовместимые понятия. Чуть не откинулся…» — подумал Кейго, снова погружаясь в воду по подбородок, чтобы согреться. На водные процедуры, по его подсчетам, у него ушло не более десяти, ну, может, пятнадцати минут. Хорошенько отряхнув перья, он направился к двери. — Так бы каждый раз, — зачесывая волосы назад выдохнул Кейго. — Слушай, Старатель… Тодороки лежал на полу. На его бедрах сидела Соул, и, опираясь одной рукой о его грудь, дотянулась другой до подбородка, почесывая его длинными ногтями. Старатель чуть приподнял голову, скосив на нее глаза. Огонь потух, лишь редкие искры периодически сыпались с волос. Пальцы судорожно подрагивали, но руки оставались на полу. Лицо выражало усталость с нотками раздражения, но взгляд Кейго не мог спутать: Энджи был в бешенстве. — Какие мускулы, — скользнув пальцами от груди к плечу, она начала оглаживать руку Старателя. Таками ощутил пульсацию в висках. Полотенце, закинутое на плечо, соскользнуло. — О, Ястреб! Как странно, что вы были там не вместе, — повернула она голову к нему, даже не соизволив поменять позу. — Понимаю, почему ты на нем все время катаешься. Он такой удобный, — поерзав, довольно протянула Соул. Кейго резко взмахнул крыльями и схватил рыжую за шкирку, поднимая со Старателя. Та удивленно ойкнула, видимо не ожидав, что в нее так вцепятся. — Цыпленок, что ты делаешь? — окликнул его Мерси, вышедший из одной из палат. Таками со злостью отшвырнул женщину, от чего она рухнула на спину, приложившись головой о пол. — Старатель, — присел он рядом с Тодороки. — Можешь двигаться? Вопрос был глупым. Если бы он мог двигаться, то уже испепелил бы мерзавку. Ястреб отправил перья, чтобы поднять Старателя. — Поговорим с Вороном, — тихо сказал он. — Постой, я могу отменить причуду, если есть необходимость, — шагнула Соул к ним, ощупывая ушибленный затылок. — Назад! — рыкнул Таками, выхватывая длинные перья. — Ну ты серьезно? — развела она руками и шагнула вперед. Ястреб сделал быстрый выпад, специально не дотягиваясь до нее. — Сказал же — назад, — напряженно велел Кейго. Соул пожала плечами и протянула руку в сторону Энджи. Таками снова махнул пером, желая заставить ее отступить, но в этот момент она резко подалась вперед всем корпусом, буквально напарываясь на острие пера. Крик. Кровь. Соул рухнула на колени, держась за живот и сотрясаясь от рыданий. — У тебя какая-то особая причина презирать женщин? — прищурился Мерси и присел возле напарницы. Кейго отступил назад, растерянно отводя перо в сторону. — В самом деле с Вороном стоит поговорить. У него какие-то невменяемые сотрудники. Как сексист, да еще и садист, может носить звание героя? Впрочем, тут уместнее сказать убийца, не так ли? — Мерси резко повернулся, всматриваясь в лицо Ястреба. Нездоровая ухмылка разрезала лицо зеленоволосого. В желтых глазах плескался азарт. Он был в восторге от происходящего. Кейго сделал еще несколько шагов назад и, запнувшись о ногу Старателя, рухнул на пол. Взгляд заблуждал. Кейго снова терял связь с реальностью. Соул протянула руку и коснулась ноги Тодороки.

***

Темный Ворон смотрел на них воспаленными глазами из-под своих очков. Старатель ощутил легкое головокружение, да и Ястреб рядом покачнулся. Мерси прищурился, изучая главу в ответ. Тот снял очки и устало зажал переносицу. Энджи показался этот жест невероятно знакомым, но он никак не мог вспомнить у кого раньше его видел. — Что за идиотизм? — устало спросил Ворон, не выбирая выражений. — Герой номер один. Герой номер два. Члены выдающегося отряда зачистки особо опасных злодейских группировок. И такая… глупость! Вы издеваетесь надо мной? — он повернулся к ним, но в вечно ледяных глазах читался укор, вместо привычного раздражения. «Ворон, не собирающийся задавливать нас своим авторитетом и силой — это что-то новенькое» — отметил Старатель. Из носа главы снова хлынула кровь, и он вцепился в столешницу, словно опасаясь потерять равновесие. Шадоу присела возле него, осторожно вытирая красные струйки полотенцем. Он показал ей рукой отойти, перехватывая полотенце. — Ястреб, мне абсолютно плевать какие у тебя в голове тараканы, психологические травмы и прочее. Если ты не в состоянии продолжать эту миссию, будь добр, покинь штаб и присоединись к одному из полицейских участков. Мне нужны герои, а не сопливые мальчишки, — Ворон холодно сверкнул из-под очков серыми глазами. — Все свои страхи и прочие эмоции ты должен был оставить в месте, которое называешь домом. Ты понял меня? Некоторое время оба просто вглядывались друг в друга. Золотистые глаза бегали от одного к другому, в то время как Ворон смотрел словно бы внутрь Кейго. Мерси пристально наблюдал за происходящим. — Я понял, — нарушил тишину Ястреб. Голос звучал твердо. Золотистые глаза упрямо, и даже с вызовом, смотрели на Ворона. Тот коротко кивнул. — Что касается остальных, если… — Ворон не договорил, рука сорвалась с края стола, и он повалился на него. — Шеф? — встревоженно шагнул вперед Ястреб. Шадоу снова склонилась над ним, открывая бутылку нашатырного спирта. — Уходите, — велела она, но Кейго проигнорировал ее, тоже приближаясь к главе. — Уложим его, — кивнув на кушетку, сказал он ей. — Старатель, выведи их, — не оборачиваясь сказал он. Но стоило Тодороки повернуться к Церберам, как Мерси проскользнул мимо него, и преградил дорогу несущим Ворона. — У меня, конечно, прямого приказа не было, но все же это типа моя обязанность тут. Смотри внимательно, цыпленок. Это причуда, без которой весь ваш вонючий отдел не стоит ничего, — самодовольно ловя взгляд Кейго, сказал Мерси. Он осторожно обхватил голову главы, размещая большие пальцы на его висках. Пара секунд, и Ворон поднял веки и несколько растеряно уставился на Мерси, затем перевел взгляд на Шадоу, а после откинул голову на плечо, все еще удерживающего его Ястреба, скосив на него глаза. Кейго осторожно опустился на одно колено, позволяя главе сесть на пол. Его помощница кинулась к нему с полотенцем, но тот твердой рукой перехватил его и легко поднялся. — Использовать друг на друге причуды — запрещено. Устраивать драки — запрещено. Подходить к моему столу — запрещено, — выключая монитор, сказал он. — Что из этого вам не понятно? Я как будто в детском саду! Исчезните отсюда, — махнул он им рукой в сторону двери. — Даже благодарности не будет? — всплеснул руками Мерси, но Соул, резко вцепившись ему в плечо, потащила его к двери. — Ты клыкастого вообще слушал, когда мы приехали? За нарушение сидели бы в подвале в антипричудных наручниках, — прошипела она уже за дверью кабинета, продолжая тянуть за собой зеленоволосого. — Клыкастого? — задумчиво глядя им вслед, спросил Старатель. — Видимо, Вепрь, — так же задумчиво ответил Ястреб. — Из-за своей причуды он у всех пользуется привилегиями. Она действительно уникальна, — сверля спину Мерси, сказал Таками. — Поэтому и привык творить, что ему вздумается, — помрачнел Старатель. — Эта… женщина, точно с его подачи решила «пошутить». — Это не шутка, — раздраженно сказал Кейго. — Эта ненормальная просто развлекалась в своем больном стиле, а вот Мерси провоцировал, и провоцировал он тебя. И ты снова повелся, Ястреб, — скрестил руки на груди Тодороки. — И что я должен был сделать по-твоему? Просто наблюдать за тем, как она издевается над тобой? — насупился Таками. Старатель нахмурился. Если бы он не сглупил и не позволил ей подойти так близко, то этого инцидента можно было бы избежать. — Она сама подставилась под удар, ты же видел, — напряженно взмахнул Кейго крылом. — Видел же? — встревоженные золотистые глаза пристально изучали его лицо. Похоже, случившееся беспокоило его больше, чем Энджи предположил вначале. — Я видел, — поспешил заверить его Старатель, хотя видел он слишком мало, чтобы судить, но в словах Кейго не сомневался ни секунды. — В любом случае, им сошло это с рук, а значит, в покое он тебя просто так не оставит, — невесело заметил он. — Я знаю, что не оставит, но то, что Ворон сегодня отпустил нас, не значит, что он закрыл на произошедшее глаза. Он просто дал нам всем шанс исправить ошибку. Надо не раздражать его ближайшую неделю… — пробормотал Ястреб.