DOVahKiiN-thURI

      Довакин вместе с Ивилаи и Вальхаллиусом шли в сторону тронного зала Драудиллион. В качестве сопровождения, им выделили одного стражника. Шли они достаточно спешно, ибо сообщить о хорошем известии следовало бы поскорее, хотя, скорее всего, королева уже была осведомлена о захвате Руюмун и уничтожении всех зверолюдей, которые захватили город, вместе с Грисальдом Кровожадным. Даже если это было и действительно так, то сообщить всё равно следовало бы.       Довакин, Ивилаи и Вальхаллиус вместе со стражником остановились возле дверей в тронный зал. Страж попросил немного подождать и открыл двери, войдя туда. Они принялись ожидать. Прождала наша троица недолго, стражник вышел и сообщил, что королева разрешила им войти. Все вместе они вошли в тронный зал.       Как обычно, Драудиллион восседала на своем троне, а возле неё стоял премьер-министр вместе с ещё одним человеком, который, похоже, был слугой. Остановившись напротив них в нескольких метрах, Вальхаллиус преклонил колено и склонил голову. Довакин же и Ивилаи решили постоять, ожидая, что скажет королева. Драудиллион посмотрела на генерала и произнесла:       — Можете встать, генерал Вальхаллиус. — Генерал встал в полный рост и стал её слушать. Королева немного улыбнулась и сказала: — Я слышала о том, что Руюмун был захвачен назад, а Грисальд Кровожадный со своими зверолюдьми был побежден. Вы отлично поработали, генерал Вальхаллиус. — Генерал улыбнулся, скрестив руки на груди и указав на Довакина и Ивилаи, сказал:       — Если бы не Довакин и Ивилаи, я бы не смог захватить Руюмун, Ваше Величество. Так что благодарности заслужили они. — В ответ Довакин ему сказал:       — Не следует переоценивать наше и недооценивать твое участие, Вальхаллиус. Наше сражение, несмотря на многие преимущества, могло окончиться провалом, не имея достойного лидера в виде тебя. — Вальхаллиус немного удивился словам мужчины, но, улыбнувшись, кивнул и уже сказал королеве:       — В общем… я хотел бы сказать, что хвалить только меня за эту победу — неправильно и несправедливо. Так что ваши благодарности излишне, Ваше Величество. — Драудиллион не слишком удивилась словам генерала. Стоило было отметить, но королева уважала Вальхаллиуса, ибо тот — один из тех немногих, кто служит ей лишь ради страны и дальнейшего её процветания, а не из-за милого внешнего вида. Она кивнула и ответила ему:       — Вы правы, генерал. Мне не следовало забывать о столь важном факте… — Ивилаи вновь немного поморщилась от столь детского тона, хотя, Довакин ей уже рассказал, что это ни более чем игра на публику. Заклинательнице это казалось странным, но объяснить почему королева Драконьего Королевства играла эту роль, она могла. Многие люди готовы многое сделать ради того, чтобы ребёнок был счастлив… даже если этот ребёнок — королева целой страны. — И да… Довакин, в благодарность за помощь при захвате Руюмун, вам выдается сорок золотых монет. Примите их, как знак моей признательности. — Королева махнула рукой и премьер-министр кивнул слуге. Тот уверенно подошел к Довакину и протянул мешочек с монетами. Драконорожденный отодвинул от себя мешочек, вызвав удивление у королевы, и сказал:       — Мне не нужна награда, Ваше Величество. — В зале, наверное, все удивились кроме Вальхаллиуса и Ивилаи. Увидев их реакцию, Довакин решил объяснить: — Я решил помочь вам, так как зверолюди угрожают жизням невинных людей. Из-за этого факта, уничтожение их — мой долг. И моя личная награда в том, что люди могут продолжить спокойно жить. — Драулиллион была немного шокирована услышанным. Она ещё понимала, что он отказался от словесных благодарностей, ведь спасибо в карман не положишь, смысл было тогда тратить время? Но отказываться уже от материальной награды… неужели, этот человек настолько благороден, что даже благополучие незнакомых ему людей — уже награда?.. она отказывалась в это верить. Не бывает настолько честных людей. Наверное, он тоже, после всех заданий, как и Церебрейт, попросит какую-нибудь определенную награду… или же она себя накручивает? Драудиллион прокашлялась и произнесла:       — Что ж, если вы так говорите, то хорошо. — Слуга понял намек и отошел от Довакина, обратно к трону. Королева хоть и выглядела до сих пор в некоторой растерянности, но она продолжила: — Тогда, думаю, вы не будете против того, что я снова попрошу о ваших услугах? — Дождавшись кивка в знак согласия, Драудиллион продолжила: — Я рада за это. Приходите завтра в девять часов утра, я познакомлю вас с одним человеком, с которым вы должны будете работать вместе на задании.       Довакин кивнул королеве. Конечно, ему хотелось больше работать с Вальхаллиусом, но в ситуации, когда на кону чужие жизни… лучше отбросить свои собственные желания.       — Хорошо. Это всё? — Спросил у королевы Довакин. Драудиллион ему кивнула и Последний Драконорожденный произнес: — Тогда до завтра. — Довакин и Ивилаи развернулись к выходу из зала. Драконорожденный поглядел на генерала и сказал ему: — Увидимся, Вальхаллиус. Да хранит вас и ваших людей Талос.       — Увидимся, Довакин. Удачи на твоем задании… — Довакин кивнул в знак благодарности и вместе с Ивилаи вышел из зала. Один стражник подошел к ним и проводил до выхода.       Как только они вышли из дворца, Довакин решил отправиться в гильдию искателей приключений, чтобы найти какое-нибудь задание. Ивилаи была поражена его активностью. Только сегодня они прибыли в город после битвы за Руюмун, а Драконорожденный уже хотел пойти и выполнить какое-нибудь задание, не выдавая признаков усталости… конечно, он дракон, его не посещают физические потребности, но факт остается фактом… от Довакина действительно веяло духом искателя приключений. Он не желал где-то оставаться на месте. Всё время желал что-нибудь исследовать.       Ивилаи немного об этом задумалась… она до сих пор планировала провести свое будущее вместе с Довакином и каково её было счастье, когда она узнала, что он был драконом… они вечные существа, это означало, что если у неё все выйдет, то и их совместная жизнь будет вечна. Конечно, любой бы сказал, что Довакин, после того как жениться на заклинательнице, должен будет бросить дело искателей приключений… но Ивилаи не желала этого. Она понимала, что Довакин не из тех людей, которые готовы так просто оставить поиски приключений. Поэтому заклинательница не будет против того, что они вместе продолжат искать опасности… просто уже вместе. Как муж и жена.       Да и в конце концов. Ей тоже не особо приходилось по душе вечная, спокойная жизнь… возможно, пару десятилетий так можно пожить, но точно не всегда. Заклинательница это прекрасно понимала.       Придя и войдя в здание гильдии искателей приключений, Довакин и Ивилаи сразу подошли к стойке с заданиями. Сегодня было множество заказов и Драконорожденный с долей заинтересованности глянул на зачистку лагеря бандитов, как вдруг краем глаза заприметил ещё один листок, на котором было написано:

Исследование неизвестных руин

      Не зная почему, Довакин заинтересовался этим больше, взял листок в руку и принялся его читать. В нём говорилось о том, что недалеко от Орикула, буквально несколько дней назад обнаружились какие-то странные руины… никто их раньше не видел и странность заключалась в том, что там их никогда не было, будто они возникли из ниоткуда. Драконорожденный внезапно вспомнил как он попал в этот мир… неподалеку от Вайтрана тоже возникли странные руины.       «Неужели путь домой?..»       Сразу подумал Довакин, однако, он решил не спешить с выводами. Последний возьмется за это задание и проверит, что это за руины… в одиночку. Подвергать опасности Ивилаи из-за этих руин, ему не хотелось.       Ивилаи заинтересовалась почему Довакин до сих пор смотрел на листок с каким-то заданием и спросила:       — Что там, Довакин?       — …Ничего особенного. Проверить какие-то руины. Однако, кое-что в этом задании меня беспокоит… — Довакин сделал небольшую паузу и продолжил: — Ивилаи, если ты не против, я один проверю эти руины. Тебя же, я попрошу, чтобы ты побродила по городу и разузнала какие-нибудь слухи… если услышишь что-то интересное, то сообщи мне, хорошо? — Заклинательница немного замешкалась, ибо ей хотелось пойти вместе с Довакином, но и навязываться было бы неправильно, так что покорно кивнула.       — Хорошо. — Довакин благодарно кивнул за понимание и направился к стойке. Он положил на неё листок и произнес:       — Я берусь за это задание.       И в тот день он отправился…

***

      Довакин уже давно был за пределами города и скакал на Тенегриве в сторону неизвестных руин. Чувство любопытства до сих пор его посещало из-за них. Драконорожденный интересовался тем, чем представляли из себя эти неизвестные руины… слишком много было совпадений. Никто их не видел? Верно. Возникли словно на пустом месте? Верно. Конечно, возможно, он себя накручивал и может выясниться, что это самые обычные руины этого мира, просто так получилось, что их отыскали только сейчас.       …Однако, хотелось бы верить в обратное.       Довакин увидел на горизонте очертания каких-то руин и удивился… это были те самые руины, в которых он переместился в этот мир. Ненадолго Драконорожденный находился в удивлении, из-за чего и стоял на месте посреди пустого поля. Последний прояснил свои мысли и слез с Тенегрива. Конь сразу догадался, что его хозяин желает лично пройтись и исчез в луже черной жидкости. Довакин ещё несколько секунд просто стоял на месте и глядел на руины, но всё же решил пойти. Всё-таки сами себя они не проверят…       Подойдя к огромным массивным дверям, Довакин начал медленно их приоткрывать. Открыв проход, он зажег факел и зашел внутрь… всё было тоже самое. Тоже самое, как в тот самый день. Довакин всё больше и больше утверждался в том, что это были те самые руины, что отправили его в этот мир.       Желание разузнать о том, может ли он отправиться в свой мир, росла всё больше и больше в нём. Довакин должен был это выяснить…       Драконорожденный быстро обнаружил проход вглубь и спешным шагом пошел в него. Последний очутился в длинном коридоре, но для него он пролетел в мгновение ока. В конце концов, Довакин дошел до той самой круглой комнаты. Он хотел уже сделать первый шаг, но внезапно остановился из-за резко промелькнувшей у него мысли.       «А нужно ли…»       Родной мир Довакина получается даже не его родной… он был другим человеком, Виктором, разве нет? Этот мир… он не был родным для него. В том родилось его новое тело, но не душа. К тому же, Нереварин сам говорил, что его искали, но прекратили из-за того, что поиски не увенчались успехом. Все в том мире считают, что он исчез. Как и все безымянные герои. Возник на пустом месте, выполнил свой предначертанный долг и после пропал со страниц истории навсегда. Нужно ли тогда возвращаться?       «Время и место каждого Подвига определяется Судьбой… Совершив свой Подвиг, Герой должен уйти, ибо если другие люди будут рассчитывать на его помощь, то после падения Героя, они сами падут в небытие…»       Довакин не называл себя героем. И никогда не будет называть. Он не заслуживал этого звания. Он больше предпочитал то определение, что давал когда-то и себе Нереварин:       «Для кого-то — мы герои. Для других — мы злодеи. На мой же взгляд, мы странники, что следуем по своему пути, дарованной самой Судьбой…»       Он был согласен с таким определением. Но, как бы там ни было, пусть Довакин и не считал себя героем, но его считали таковым другие люди. И сейчас… когда он стоит в этой комнате, не решаясь сделать даже шаг, его до сих пор посещал вопрос… а стоит ли?       Несмотря на свои противоречия, Довакин совершил один шаг вперёд и затем сразу второй. Если ему действительно удастся оказаться в Скайриме, то он не предстанет в своем настоящем виде. Его должны были забыть. Как и других до него. Однако, как же он тогда, после Нирна, вернется обратно?.. Теневые сферы работают куда стабильнее, если ты действительно знаешь, куда должен попасть. Он не использовал их, так как сомневался, что это хорошая идея… но там, Довакин их использует. Тому миру, он больше не нужен.       С этой мыслью, он вступил на центр комнаты. Пол внезапно засветился голубоватым свечением. Постепенно он становился всё ярче и ярче и, достигнув словно своего пика, совершил резкую вспышку света, ослепившую Довакина и заставляя того потерять мигом сознание. Однако, на том месте, его уже не было.

***

      Медленно, но Довакин начал приходить в себя. Не сказать, что ощущение, которое он сейчас имел, было очень приятным. Драконорожденный чувствовал себя гораздо хуже, чем в тот раз, когда он впервые переместился в другой мир… Довакин оперся об руки и открыл глаза, с удивлением обнаружив что под ним был лишь один пепел. Он тихо прошептал:       — Откуда… — Довакин медленно встал на ноги и огляделся, от чего он снова оказался в шоке. Вокруг него была лишь пепельная пустыня, на дюнах которой располагались, похоже, обломки зданий. Драконорожденному прежде всего пришла такая мысль, что это какой-нибудь район Морровинда, ибо подобная картина, после извержения Красной горы, там в некоторых местах присутствовала. Однако, он отбросил эту теорию, ибо тогда он точно бы заметил Красную гору вдалеке от своего местоположения… но вместо неё, он увидел огромный дворец, основание которого завязло в пепле. По этому некогда величественному зданию, Довакин понял, что он находился в Ре-Эстиз… точнее в его руинах. Последний решил посмотреть на небо и ужаснулся. Вместо спокойного синего цвета, он увидел мрачный серый оттенок. Можно было посчитать, что это тучи, но нет… это само небо. А на нём находилось солнце непривычного ярко-красного света, которое было окутано пламенем, словно сгорая в нём…       Довакин невольно отступил на один шаг, ибо впервые за долго время он испытал настоящий страх. Он не мог поверить в то, что он сейчас видел.       …И единственными его словами были:       — Конец света… наступил?       Но как это возможно? В этом мире? Как это могло произойти?       Именно такие себе вопросы задавал Довакин, пытаясь понять причину происходящего вокруг.       Драконорожденный ещё немного пробыл в удивлении из-за этой ситуации, но всё же вернул былое спокойствие. Он начал в руке собирать магическую энергию в чистейшем виде, дабы проверить свою теорию.       Это был не его мир.       Энергия этого мира отличалась от той, которая находилась в его, хотя и была очень похожа. Довакин с долей облегчения выдохнул, выпустив магическую энергию из руки. Мир, в котором он сейчас находился, был альтернативой его. Какие могли быть различия — он пока не мог знать… и нет. Пепельная пустыня — не различие. Вероятность того, что это может произойти и в его мире, тоже присутствует, просто, возможно, это пока не произошло.       Довакин раздумывал о том, чтобы вернуться назад, но… ему было интересно знать, что произошло с этим миром. Поэтому он решился исследовать пустыню и найти какие-нибудь зацепки.       Драконорожденный спустился вниз к руинам зданий. Исходя из уплотненного расположения обломков к друг другу по сторонам и свободной дороги только вперёд и назад, то можно было сделать вывод, что раньше здесь была улица. Довакин пошел, попутно осматриваясь. Ни единой души. Лишь шумный ветер, раздувающий пепел по воздуху. Довольно-таки мрачная картина. Особенно если понимать, что в этом месте когда-то бурлила жизнь, а теперь уже нет. Последний интересовался тем, есть ли здесь тут хоть кто-то живой или, хотя бы, мёртвый. Однако, «Шепот ауры» никого не улавливал.       Довакин заметил, что обломки словно были сгоревшими… будто какой-то разъяренный огонь охватил их и сжигал целые десятки лет. Драконорожденный подошел к одному из обломков и провел по нему рукой. В нём ещё ощущалась слабая энергия… Ту’ума? Значит, тот кто смог сжечь эти здания, обладал Ту’умом? Интересная деталь. Последний запомнил это и решил пойти дальше.       Выйдя из разрушенной улицы, Довакин заметил невдалеке от себя воткнутый в пепел меч. Он недоуменно поглядел на это и осторожно начал подходить к нему, взявшись правой рукой за рукоять своего оружия. Выглядело это максимально подозрительно. Полностью пустое пепельное поле, а в условной его середине воткнут какой-то неизвестный меч. Походило это всё, как на очевидную ловушку… в которую прямо шёл Довакин.       Однако, какой-либо внезапной засады не было. Драконорожденный спокойно подошел к воткнутому мечу. Он заметил в навершии черный сапфир, в котором словно горело какое-то пламя. Довакин сразу вспомнил у какого именно меча было подобное навершие. Взявшись за рукоять, он вынул оружие из пепла. Лезвие этого полуторного меча было темно, словно сама тьма в нём находилась. Рукоять же была лилового цвета. Эти детали позволили Довакину догадаться, что это был за меч.       «Демонический меч Килинейрам… Оружие Лакюс…»       Однако, самой Лакюс рядом не было… и вряд ли бы она стала просто так оставлять свое оружие. Не стоило было гадать, очевидно, что девушку в этом мире встретила смерть, как и, похоже, многих других. Этот факт вызывал противоречивое чувство у Драконорожденного… с одной стороны, Лакюс в его мире, жива и здорова. Нет причин огорчаться. Но, с другой, то что Лакюс этого мира мертва… всё равно вызывало у него печаль.       Он осмотрел меч. От него так и веяло темной энергией. Однако, Довакин слышал, что этот меч обладал возможностью подчинять себе владельцев, как, например, легендарный клинок Умбра, чья история была окончена вместе с «адским городом» Умбриэлем. Но на деле, это были всего-лишь слухи. Меч не обладал такими возможностями.       Как бы там ни было, Довакин всё-таки решил вонзить его обратно в пепел. Вещи этого мира принадлежат не ему. Пусть он останется здесь навсегда до скорого конца кальпы этого мира… да, возможно, это смело звучало, что скоро кальпа этого мира закончится, но для Довакина, та картина, что ему сейчас предстала перед глазами… для него лично являлась предвестником конца… и на это были причины…       Алдуин… «Пожиратель Мира»… Нордские мифы описывали его как яростную огненную бурю, что разрушила предыдущий мир, чтобы начался этот… как же мог выглядеть мир в момент своего разрушения, не иначе как пустыня, состоящая лишь из одного пепла…       Довакин отогнал от себя лишние мысли и пошел дальше исследовать территорию. Он поднялся по пепельной дюне наверх и проскользил уже на другую сторону вниз. Оказавшись там, Драконорожденный прошел дальше к ещё одним обломкам зданий. Осматривая их, у Довакина в голове словно эхом звучали возгласы людей, живших здесь… но это всего-лишь самовнушение. Единственное, что тут по-настоящему было, так это мертвая тишина. Довакин до сих пор спрашивал самого себя о том, что тут могло произойти. Некоторые мысли у него уже были, но их сначала стоило подтвердить. Правда, каким именно образом, ему не было пока ясно.       Драконорожденный дошел до некогда главных ворот Ре-Эстиз. Огромные стены уже давно были разрушены под жестоким влиянием времени и не представляли из себя какой-либо защиты вообще. Выйдя за пределы разрушенного города, Довакин поглядел назад. Единственное, что он увидел, как ветер рассеивает пепел по воздуху. Драконорожденный развернулся и посмотрел вперёд. Перед его глазами предстала бескрайняя, безжизненная пепельная пустыня. Последний планировал добраться до деревни Карн, если та осталась цела. Возможно, там будет гораздо больше зацепок. Если же нет… что ж, он будет продолжать поиски до того момента, когда найдет причину текущего состояния мира…       Довакин вызвал Арвака. Перемещаться с помощью Транслиминальных Скачков ему не сильно хотелось. Вдруг он что-нибудь пропустит из вида? Драконорожденный сел на призрачного коня и они поскакали в сторону деревни Карн… либо в сторону того, что от неё осталось… если осталось вообще.       По пути, Довакин ничего примечательного не встретил. Лишь пепел. Виды были настолько однообразны, что потеряться в этом месте проще простого, однако, Последний решил использовать «Ясновидение», дабы не сбиться с пути. Голубоватая дымка привела к его месту назначения. И на удивление Довакина, деревня Карн хоть и выглядела полностью разрушенной, но, если смотреть по стене, она не была полностью погребена под пеплом. Правда, странно, что стены тоже были оформлены в двемерском стиле… возможно, в этом мире тоже были двемеры и они также решили помогать деревне… Как бы там ни было, радовало, что деревня осталась относительно целой, однако, уже хотя войти внутрь, Драконорожденный заметил кое-какую вещь. В стороне, в небольшом углублении он увидел… посох, на котором свисала мантия Аинза…       Он слез с Арвака, после чего тот телепортировался обратно в Каирн Душ. Довакин подошел к мантии и убедился в том, что она некогда принадлежала Аинзу… а посох, на котором она свисала, являлась посохом его гильдии.       «Значит, именно здесь он встретил свою гибель в этом мире?.. Но как?..»       Что его заставило покинуть гробницу Назарик? Битва? Нет, Аинз не был идиотом. Он бы не вступил в битву, если знал, что может в ней проиграть. По-крайней мере, если у него были другие варианты. Может, он не сомневался в своей победе? Или же…       «Он пришел на последнюю битву…»       Возможно, мир уже начал разрушаться и Аинз смог остаться в живых. Увидев в каком состоянии находился теперь мир, единственное, что ему оставалось это принять последнюю битву… но с кем?       Как бы там ни было, он её, похоже, проиграл… Довакин не чувствовал радости из-за того, что он здесь мёртв. В конце концов, он не считал его настоящим злодеем или что-то вроде того. Аинз был человеком, поглощенным своими амбициями. И эти амбиции, по словам Нереварина, приведет их мир к забвению… может, именно это здесь и произошло? И осознав какие страшные ошибки он совершил, заклинатель решил не нести тяжкий груз вины? Довакину не было известно…       «Зрение Десятого Глаза» также не выдавало каких-либо сведений. Довакин оставил посох и свисающую на нём мантию Аинза, решив войти в саму деревню. Вопросов по поводу того, что произошло в этом мире, становилось всё больше и больше. Он надеялся, что ответы на, хотя бы, часть из них будут в деревне.       Драконорожденный медленно вошел и обнаружил, что внутри сама деревня была меньше усыплена пеплом, из-за чего и создавалось большое углубление. Возможно, из-за огромных стен, пепел не смог проникнуть в внутрь. Довакин проскользил вниз. Спустившись, повсюду он заметил расставленные баллисты и катапульты, из-за чего Последний предположил, что тут, похоже, перед «бурей» происходила битва. Но какая?       Довакин прошел дальше. Построенные двемерами дома до сих пор стояли, немного погрязшие в пепле. Похоже, даже то, что произошло не заставило их сломиться и исчезнуть под влиянием времени… действительно, глубинные эльфы строили на века. Довакин поглядел вперёд и увидел невдалеке от себя скелет дракона… сначала он не придал этому особого значения, но как только вспомнил о том, какой именно дракон находился в деревне Карн, он, уже не поверив в увиденное, подбежал поближе, дабы рассеять или подтвердить свои подозрения.        Подбежав и осмотрев скелет дракона, он понял, что это был скелет Одавинга… странное совпадение. Что в его мире, что в этом, Одавинг, похоже, оказался в новом мире. Несмотря на то, что Одавинг в его мире был жив, Довакина всё равно окутало опустошающее чувство печали… его собрат, с которым он прошел множество неприятностей на пути, погиб… пусть и в этом мире. Довакин присел на колени и, дрожащей рукой, приложил ладонь к черепу погибшего дракона, после чего склонил голову, отдавая ему честь.       «Пусть мы и не были знакомы лично… но несмотря на это, надеюсь, что ты обретешь покой, мой друг…»       Немного постояв в тишине, Довакин всё же пошел вперёд в центр деревни, если его таковым можно было назвать. Он не знал, что может там отыскать, но попытаться стоило.       Дойдя до «центра» деревни, Довакин осмотрелся, но ничего не нашел. Ему пришла идея, попытаться обыскать здания деревни, возможно, в них он сможет что-то найти… Драконорожденный уже хотел пойти и исследовать дальше, как на его глаза попалась какая-то белая вещь, которая сильно выделялась на сером пепле. Он подошел к неизвестной вещице и опустился на одно колено, чтобы рассмотреть поближе.       Взяв её в руки, он отряхнул неизвестную вещь от пепла. Этой вещью оказалась белая маска с тёмными линиями и с тонкой длинной прорезью для глаз. В лоб, в качестве украшения, был вставлен небольшой рубин. Довакин сразу догадался чья именно это была маска.       «Маска Ивилаи?..»       Однако, времени на раздумья, ему не дали, ибо Довакин вдруг услышал:       — Значит, вот кто потревожил Арвака… — Голос, прозвучавший невдалеке, позади Последнего Драконорожденного, жутко напоминал его собственный. Довакин, придерживая маску в левой руке, встал в полный рост и обернулся.       Позади него вполоборота стоял мужчина, обладавший невнушительным телосложением и облаченный в полный комплект даэдрических доспехов такого же вида, в которых был и сам Довакин. Однако, присутствовало несколько отличий в броне неизвестного. Во-первых, доспехи выглядели слегка потрепанными. Некоторые шипы были обломаны, некоторые места затерты, потеряв свой изначальный темный цвет. Вместо кровавого свечения, коими обладают даэдрические доспехи, у незнакомца они светились золотистым. Интересная особенность… из-за чего же она возникла?.. и почему доспехи выглядели такими потрепанными, если они способны сами восстанавливаться?.. Довакин заприметил у неизвестного, такой же как и у него кроваво-алый плащ. Но, даже по сравнению с его уже достаточно старым, у незнакомца он был изодранным, блёклым. Также, стоило было отметить, но на нём находился и второй плащ. Он был меньшего размера, с капюшоном, который, правда, не был накинут, такого же кроваво-алого цвета, потрепанным и изодранным в некоторых местах. Довакин немного пригляделся и подумал:       «Разве это не плащ Ивилаи?..»       Неизвестный стоял молча, чуть сгорбившись, будто дожидаясь когда Довакин закончит осматривать его. И всё-таки, он наконец-то продолжил:       — Я ждал десятилетия до твоего прибытия… — Неизвестный развернулся к Довакину полностью и договорил: — Я… — Казалось бы, он должен был продолжить, но это было обращение. Обращение к Довакину. Последний Драконорожденный сразу понял, кто перед ним стоял, и произнес в ответ:       — Значит, ты это я из этого мира? — Спросил у него Довакин. Другой Довакин хмыкнул, сказав:       — «Из этого мира»?.. — Он тихо вздохнул и продолжил: — Да, пожалуй, теперь так и можно сказать… — Он опустил голову вниз. — С помощью силы твоей души… — Он указал левой рукой на Довакина и, вновь поглядев на него через тёмные глазницы шлема, продолжил: — …я исправлю те ошибки, что совершил… — Он опустил руку вниз и резко выхватил два даэдрических меча. Однако, не встал в боевую стойку. Другой Довакин до сих пор стоял, чуть сгорбившись, похоже, не собираясь это делать.       Наш Довакин убрал маску Ивилаи в Пространственный Карман и медленно вытащил два даэдрических меча, сразу вставая в боевую стойку. Было видно, что его версия из этого мира не была настроена на разговоры. Значит, ему придется сражаться… с самим собой…       Мир, который давно обречен на гибель, давно потерявший всех своих обитателей, сейчас содрогнется с новой силой, ибо наступает в нём последняя битва…

…битва двух существ, чья сила равна самим Богам…