With You Forever

*за полгода до операции, Палаван* — И что ты читаешь, Хвостатик? — спросил Берлин, присев возле Паулы. — Это математика, — отсетила она грустным голосом, — ненавижу её. — Милая, но этот предмет тебе нужен, — тут же возразила Ракель, которая вошла в комнату. — Она может очень помочь в реальной жизни. — И это как? Разве у человека, которому двенадцать лет, могут появиться деньги на покупку тридцати трёх килограммов бананов и пятнадцати килограммов персиков? Ракель и Андрес только удивлённо переглянулись, пытаясь скрыть смех. Да, Паула была очень смышлёной для своего возраста. — Ну тогда вот тебе пример, который больше похож на правду, — начал Берлин, забирая у девочки листок. Паула оживилась. — Смотри. Ты грабишь, ну, к примеру, Национальный Банк Испании и у тебя… Семьдесят заложников. В Банке тебе надо пробыть десять дней. Чтобы продержаться такое время, тебе надо очень следить за порядком и давать людям то, в чём они нуждаются. Это еда. Человеку необходимо как минимум три приёма пищи в день. Вот теперь посчитай, сколько тебе надо порций, для того чтобы прокормить всех заложников. — Андрес, а ну-ка подойди сюда, — сказала Ракель. Её взгляд не предвещал ничего хорошего. Они отошли в другую стороны комнаты. — Что это было? Это ты так учишь мою дочь? Заложники? Ограбление Банка Испании? А когда будет химия, ты будешь учить её создавать С-4?! — Милая моя Инспекторша, примеры должны быть связаны с реальным миром. Только так ребёнок может понять зачем он изучает науку. — То есть, ты думаешь, что когда-то она будет грабить Банк? — Я оставил вас только на минуту, а вы уже начинаете спорить и ссориться, кто бы сомневался, — прервал их голос Серхио, который вошёл в комнату. — У нас тут просто возникли небольшие разногласия, ничего страшного, милый. Я считаю, что учить Паулу грабить Банки — не очень хорошая идея. Твой брат со мной не согласен. Серхио уставился на брата. — Ты хочешь в морду получить? — спокойно сказал он. — Ох… Инспектор, он у вас какой-то буйный. Посадите его на самоизоляцию, — сказал Берлин, обернувшись к Ракель. — Нет, Инспектор, это его надо посадить, уж больно этот кадр преступника напоминает. В ответ Ракель только со смехом закатила глаза. — Вот послал же Бог на мою голову… — тихо сказала она, качая головой. — Решила! — отвлек их голос Паулы, которая подбежала к маме, но была перехвачена Берлином. — Эй! — с возмущением выдала Ракель. — За день уйдёт двести одна порция, а раз нужно продержаться дней десять, то необходимо две тысячи сто порций. — Вау, да ты умница! Вся в маму. Главное, чтобы не была такая же кусачая, — добавил Берлин и получил по шее от Лиссабон. Паула засмеялась. — А вот тебе ещё одна задачка. Тебе предстоит расплавить девяносто тонн золота. За четыре часа плавится 1.4 тонны. Сколько часов тебе придётся потратить на всё золото? — Андрес! — в один голос крикнули Ракель и Серхио. — Скучные вы какие-то, — сказал он, отпустив малую, — и да, вы тоже не затягивайте долго. Заключённого надо в тюрьму посадить. Минимум на девять месяцев. — Ты о чём? — спросила тут же Ракель, потянувшись за коктейлем, который стоял на столе. — Я о том, что у любви появляются плоды, а Пауле нужен брат или сестра. Ну, идеально, конечно, чтобы и брат и сестра, но это уже как повезёт. После этих слов Ракель подавилась коктейлем, покраснев как свекла. — И не надо тут краснеть как школьница. Вы наверняка проводите «судебные заседания» каждую ночь, так пора уже вынести приговор. — А ну-ка повтори, — сказала Ракель, схватив со стола манго, подкидывая его в руке. — Я говорю — подайте мне уже результат ваших «судебных заседаний». Правосудие требует. — Я тебе сейчас покажу правосудие! — крикнула Ракель со смехом и погналась за Берлином, который уже вылетел с комнаты, учуяв опасность. Серхио начал размышлять над словами брата, понимая, что Андрес, возможно, и прав. В конце-концов, он понимал жизнь куда лучше. *в Банке Испании* — Лиссабон! — крикнул Берлин, подхватив её на руки, не давая удариться головой. — Что с ней? — Эй, эй, эй, этого только не хватало! — испуганно крикнула Агата, подойдя к ним. — Давай, просыпайся! — Берлин, что с ней? Почему она без сознания? — тут же спросил Серхио. — Почему она не просыпается? — Сеньор, позвольте помочь, — раздался голос из толпы. К ним подошёл Директор. — Думаю, что в моём кабинете ей будет комфортней. Серхио встревоженно наблюдал за тем, как его брат отнёс Ракель в кабинет и уложил её на диван. Ему так хотелось оказаться рядом с ней и заботиться о ней, но увы он не был волшебником. Он не мог не ощутить вину, когда понял, что Ракель так же как и он, была вымотанная и уставшая, и сейчас эта усталость укутала их всех с ног до головы. — Ей нужен отдых. Если вы не против, я уколю ей одно успокоительное, оно поможет ей набраться сил и прийти в норму, — предложил Управляющий. — Думаю, я смогу присматривать за ней время от времени, — предложила Пакита. Берлин только кивнул головой в знак согласия. — Делайте всё необходимое, — сказала Найроби. — Берлин, я умоляю тебя, скажи хоть что-то положительное, — раздался голос Серхио в динамике. — Она будет в норме, — ответил Андрес. Серхио устало присел и выдохнул с облегчением. — Профессор, я думаю, что нам всем следует воспользоваться перемирием и отдохнуть хотя бы пару часов. Особенно тебе. — Он прав, Профессор, — сказал Марсель. — Какой будет толк с плана, если вы свалитесь от усталости. Поспите, я проконтролирую ситуацию и если что-то произойдёт — я дам вам знать. Серхио сдался. Да, он не спал несколько суток подряд и мозг с трудом концентрировался на плане. — Марсель, при малейшей проблеме… — Да, сэр, я разбужу вас. *Банк Испании, 6 день ограбления* Когда Ракель очнулась, то поняла, что находится в кабинете Управляющего. На ней был какой-то плед. В голове гудело, как в улике, а к горлу подступил неприятный тошнотворный комок. Рядом сидел Андрес, который тут же повернул к ней голову. — Сначала Иисус, теперь Спящая Красавица… Кто следующий в очереди на косплей? — как всегда съязвил мужчина. — Ти-Рекс. Который сожрёт твой язык — тут же ответила она, приподнимаясь. — Что произошло? — спросила она. — Ты решила перепугать нас и свалиться без сознания, — ответил Берлин. — Команда… Всё в порядке? — Не переживай, всё идёт по плану. Ты как? — спросил Андрес. Ракель хотела сказать, что она живее всех живых, но ощутила дикую тошноту и тут же выбежала в туалет. Андрес обеспокоенно провёл её взглядом, пытаясь понять причину недомогания. — Твой цвет кожи Фиону напоминает сейчас, Ракель, тебе явно нужен доктор, — сказал он, когда девушка вернулась и потянулась за бутылкой воды. Лиссабон только отрицательно покачала головой. — Успокойся, всё в порядке. Токсикоз это всегда полное дерьмо, — ляпнула она, но тут же пожалела об этом. Вот же ж блять. Андрес уставился на неё ошарашенными глазами, которые практически оказались на лбу. — Что ты сказала? — спокойно спросил он. — Ничего, ничего, — тут же сказала она, изображая равнодушие. — Ракееееель, — протянул Берлин. — Ты ведь знаешь, что у меня есть детектор, который выдаст тебя с потрохами, так что не пытайся лгать мне, — добавил он, указывая пальцами на свои глаза. — Я говорю, что всё в порядке, — добавила девушка, пытаясь не смотреть в глаза Берлину, но он поднял её голову и заставил посмотреть на него. Чёрт. — Ты беременна? — тихо спросил Андрес, на что Лиссабон только кивнула головой. На его лице она увидела целую палитру эмоций: гнев, ужас, восторг и радость смешались воедино. — Он не знает, не так ли? — Не знает. — Когда ты узнала? — спросил он. И Лиссабон решила сказать правду, понимая, что нет смысла лгать. — За четыре дня до ограбления. Мне стало плохо во время занятий и… — Что?! — тут же вспыхнул мужчина. — Ты знала и пошла на это?! Ракель, ты ебанулась совсем?! Тебя чуть не пристрелили! Что, если бы та казнь была настоящей? Да как бы я ему в глаза смотрел потом?! — Но ничего не случилось ведь, успокойся. — Ты уходишь отсюда. Сегодня же. И это приказ, который не обсуждается. Я связываюсь с Профессором, сейчас, — твёрдым тоном сказал Андрес и направился к выходу, но Лиссабон вытащила ствол и резко перекрыла ему дорогу. — А ну, сядь. Сядь, я говорю! Да, сядь ты уже! — крикнула она, держа пистолет, захлопнув дверь кабинета. На секунду Андрес даже испугался, но решил прислушаться к словам Ракель. — Ты дебил или да?! Ты серьёзно? Хочешь сказать ему? Хочешь поставить под удар всю команду и весь план? Серхио просто головой поедет, когда узнает о ребёнке, а нам ещё надо выбраться отсюда живыми. Разве не ты говорил, что если мы хотим выбраться, то будем действовать как профессионалы? Так какого фига ты сейчас хочешь вытворить херню, которую бы не выдал даже аматор? Пока мы не выберемся отсюда, ты и я будем держать язык за зубами. Берлин прислушался к её словам и понял, что Лиссабон была права. Серхио будет в ужасе, когда узнает правду. Начнёт отвлекаться и переживать, а это действительно может поставить под удар всех. Подобного допустить нельзя. — Ладно. Я промолчу. Но у меня есть два условия. — И какие же? — девушка удивленно приподняла бровь. — Во-первых, Пакита обследует тебя, она медик. Здесь. Сейчас. Пока Серхио отдыхает и ничего не заподозрит. Во-вторых, ты расскажешь ему об этом, как только мы выберемся. — Ну… Я думаю, что здесь я могу с тобой согласиться, — ответила Ракель и спрятала пушку. И вдруг Берлин захохотал во весь голос. — Господи… Господи, я таки дожил до этого дня. Я стану дядей, славься боже, я увижу это! Мой братец таки станет отцом, Господи! Я всё ещё в шоке! — крикнул он и вдруг приподнял Ракель над землёй. Девушка только засмеялась. — Ты поверишь, если я скажу, что я сама всё ещё в шоке? — сказала она. — Но ведь счастлива? — спросил он, позволив себе положить руку на её живот. Его прикосновение вызвало дрожь по телу, потому что никто, кроме Серхио, не прикасался к такой интимной зоне, но она доверяла Андресу, и этого было достаточно. — Не представляешь насколько, — ответила она, положив руки на живот. — Вижу, что всё-таки суд вынес приговор и посадил преступника на девять месяцев. Или вашим желанием на Новый Год было получить положительные результаты всех тестов? — Да заткнись ты уже! Ты знаешь, что беременных лучше не злить? — сердито крикнула Ракель, но Берлин только поцеловал её в лоб, не в силах сдержать смех. А потом он посерьёзнел и обхватил руками её голову. — Я верну тебя к нему, слышишь? Верну. Любой ценой. Даю тебе слово. Кстати, ещё один вопрос. Как нынче аист работает? Ну расценки какие там? А то я думаю, может нам с Найроби тоже воспользоваться услугами? Надо отправлять письмо-заказ по имейлу? Лиссабон схватила первую попавшуюся папку и кинула в Берлина. — А ты захотел получить по ибейлу? Так милости просим, только задай ещё один подобный вопрос. — Ладно-ладно, сам погуглю, ля как завелась. — Так останови меня! — выпалила девушка в ответ. Да, она только сейчас поняла, что ей жутко не хватало этих перепалок. — А теперь я хочу выбраться отсюда побыстрее. Где скафандр? Я спущусь в цех. — Сбавь обороты, шумахер, никуда ты не пойдёшь, пока я не узнаю, что вы оба в порядке, это раз. Во-вторых, я не думаю, что сейчас тебе стоит этим заниматься, это может быть опасным. — Братец, фраза «я беременна» не равнозначна фразе «создана из стекла», так что успокойся, это раз. Во-вторых, чем быстрее мы вытащим золото и переплавим его — тем быстрее мы выберемся отсюда. Так что, работаем активней. *сорок минут спустя* — Пакита, что скажете? — спросил Берлин, войдя в один из кабинетов Банка. — Они в порядке? — Более чем. Примерный срок 4-5 недель, так что некоторые аспекты раскрыть нереально, но пока что и мама, и ребёнок в порядке. Тем не менее, ей необходим постоянный контроль врачей, и, понятно, спокойствие. Лиссабон с улыбкой провела рукой по экрану аппарата, прислушиваясь к биению сердца малыша. — То есть, это маленькое пятно — это мой племянник? Ну или племянница, — спросил Андрес, подойдя поближе. — Сам ты пятно, это малыш, просто он ещё кроха, — ответила Лиссабон. — Святая Мария, скажите, что я не сплю и это всё реальность, — сказал Берлин удивлённым голосом. — Представь себе, — сказала Ракель, поправляя комбинезон. — Так, я пошла вниз. Пришло время понырять. — Скачи-скачи, лань, — добавил Берлин с ухмылкой. — Сэр, если вы позволите, я посмотрю, как там Артуро Роман. Пора делать перевязку. Андрес кивнул головой в знак согласия. *в библиотеке* — Она чуть не убила меня! И так будет с каждым! Думаете, что они добренькие? Это конченые психи в масках! — возмущался Артуро, пока Пакита обрабатывала его рану. — Сеньор, успокойтесь. У вас рана несерьёзная. Всё быстро заживает. И почему вы думаете, что они нас всех пристрелят? — Да потому что я знаю этих ублюдков! — И что же вы знаете о них? У них, так же как и у нас, есть свои слабости, но они не ноют, как кое-кто. — Чем они напоили вас? Что заставили делать? — Мою работу. Для меня не важно преступница она или нет — беременная женщина всегда остается чудом. Артуро удивленно приподнял бровь. — Беременная? И кто же, Моника? Пакита приблизилась к Артурито. — Та, кто недавно попала в Банк. А Берлин, кажется её родственник. — Ракель Мурильо? А нет. Она же теперь Лиссабон. Женщина кивнула в знак согласия. — Вот чокнутая дура! — сказал он с ухмылкой, которая тут же исчезла, когда в комнату вошёл Андрес. — Ну что, как поживает наш клоунито? — Думаю, что он в порядке. — В таком случае возвращайтесь к остальным. Эх, ты мишень ходячая для тира… Может, хоть на этот раз в твоей голове не будет ветер гудеть? А то у меня порой ощущение, что если бы зомби тебя атаковали, то остались бы голодными, уйдя с разочарованием. Они же мозгами питаются. А у тебя их нет, — добавил Берлин со смехом. — Ладно, ладно, прости, что затронул твою утонченную натуру, нежнейшей души человек. — Пакита, — Андрес приостановил женщину у двери. — О той маленькой услуге никто не должен знать, хорошо? Пакита ужаснулась, поняв, что совершила ошибку, но решила не говорить об этом. — Хорошо, сеньор. *несколько часов спустя* Найроби наблюдала за тем, как Лиссабон совершает очередной «заплыв» за золотом. Да, работа шла быстро, но, тем не менее, всё ещё не была закончена. — Девочки, девочки, вы только гляньте сюда! — отвлёк её голос от раздумий. Лиссабон скинула ласты и музыку и вдруг начала весело двигаться в одном ритме с музыкой, которая играла с радио. Что она делает? Te besa y te desnuda con su baile demencial Tú cierras los ojitos y te dejas arrastrar Tú te dejas arrastrar Ella que será She's livin' la vida loca Y te dolerá Sí, de verdad te toca — Да! — крикнула Найроби и тоже начала подтанцовывать, когда поняла причину радости. Они справились со вторым заданием: вытащили всё золото. Теперь до победы остался только один маленький шаг. И они сделают его. — Что вы делаете? — спросил Берлин, который только что спустился вниз, но в ответ Найроби и Лиссабон только поманили его к себе в бешеном танце. Por eso no bebía De tu copa de licor Por eso te besaba Con narcótico sabor Когда Берлин увидел слитки золота в их руках, то понял причину радости. Танцующей походкой он подошёл к Найроби и Лиссабон и поднял их. — Отпусти! — со смехом крикнули они. Этот момент был действительно счастливым и радостным. *в то же время в центральном холле* Дождавшись, пока Рио отвернётся, Артуро незаметно приблизился к Гандии. — И как долго ты планируешь бездействовать? — спросил он. Гандия повернул к Артуро голову. — Чего тебе надо? — Разве ты не хочешь убить их? — Будешь надоедать — станешь следующим в очереди после того ублюдка Берлина, которого я закопаю, как только выберусь отсюда. — Разве только он? Надо словить всех этих ублюдков. У них есть слабые места, и этим надо воспользоваться. — А ну заткнулись! Оба! — рявкнул Рио, который услышал шум. — У каждого из них есть слабости. Схватишь Инспектора или Найроби — и он будет твоим. С Найроби, может, придётся немного повозиться, но Лиссабон более уязвима. И я знаю, как надавить на неё. Гандиа промолчал, но судя по его выражению лица, ему стал более интересен новоиспечённый собеседник. — Как думаешь, на что пойдёт мать, чтобы спасти ребёнка? Особенно того ребёнка, который ещё не родился. Она хоть и сука, но детей своих любит. И ты можешь посеять панику среди них. Так чёрт, покажи свои яйца и помоги мне вывести отсюда этих людей! Вместе мы можем создать тот хаос, который сейчас нужен. Ты видишь кто нас охраняет? Мальчишка. Которого недавно пытали, и который, должно быть, просыпается по ночам от кошмаров. Тебе ничего не стоит одолеть его. Надо просто освободиться. — И как ты предлагаешь это сделать? — тут же спросил Гандия, махнув руками, которые были скованы. — Не трусь, ты ведь можешь сделать это. Надо только вывихнуть сустав между первой пястной и трапециевидной костью. Работает на всех наручниках. — Будете болтать — разделю нахрен! — отвлёк их голос Рио, который измерял шагами комнату. Через пару минут заложники удивлённо наблюдали за тем, как один из телохранителей управляющего начал подниматься по лестнице. — Стоять! — крикнул Рио, заметив, что один из заложников на свободе, нацеливаясь на Гандию. Тот замер, поднимая руки вверх. — Спокойно, парень, — сказал он тихим, но уверенным голосом. — Я всего лишь охранник. — На землю! — крикнул Рио, с ужасом осознавая, что может произойти, если его не остановить. — Нет. — Я сказал ложись! — И что же ты сделаешь? — таким же спокойным тоном спросил Гандия, понимая, что Артуро был прав. — Убьёшь безоружного? — Если придется — убью! — сказал Рио, пытаясь контролировать эмоции. — Застрелишь отца без оружия, который просто пытается сбежать? Давай. Стреляй. — Я клянусь, я убью тебя, Гандия! — начал кричать Рио, по щекам которого уже текли слезы. — Ты не выстрелишь, — сказал мужчина, поднимаясь по лестнице. Что же, это можно было сделать и раньше. — Увидимся! — сказал он напоследок и скрылся за поворотом. Вечеринка начинается. *в укрытии* Проснувшись, Серхио наблюдал достаточно странную картину: Найроби, Лиссабон и Берлин кружились в диком танце, наверняка что-то празднуя. — Берлин? — Профессор попытался привлечь внимание брата. — Профессор! — ответил он радостным тоном через несколько секунд. На заднем фоне играла музыка. — Что произошло? — спросил он. Радость родных начала передаваться и ему. Ella que será She's livin' la vida loca Y te dolerá Sí, de verdad te toca — Ты слышишь это? Так звучит очередная победа! — Золото у нас? — спросил Серхио, начиная догадываться о причине веселья. — Именно! — крикнул Андрес и продолжил свой танец. — Да! — с криком подскочил со стула Серхио. Они справились, справились. Впереди ещё один маленький шаг — и они снова вернутся к привычной тихой жизни. И тут его внимание привлёк другой монитор. Вернее заложник, который снял наручники и направился к лестнице. Серхио приблизил изображение и с ужасом понял, что его команда оказалась в смертельной ловушке. *цех* — Да, милые мои! Мы справились! — не мог уняться Андрес, понимая, что его план был успешным как никогда раньше. Он не сразу заметил, как к ним подошла Токио. Не просто Токио. Напуганная Токио. — Ребята, — прервала она радостный момент. — Боюсь, что у нас проблема. Гандия сбежал. Лиссабон, Берлин и Найроби посмотрели друг на друга с одинаковым ужасом в глазах. — Твою мать! — синхронно сказали они, понимая, что их ждёт полная жопа.