Вторая жизнь

      Следующие несколько дней Люцифера прошли рутинно, из-за чего на душе осадком закрепилась горьковатая досада. Когда с тобой происходит нечто непредсказуемое, подсознательно ждёшь, что и вся жизнь теперь обязательно должна перевернуться. А Нью-Йорк всё так же гудел по утрам, переполненное метро оставалось таким же душным, а люди — однообразными. Люцифер работал днём, оформляя клиентов в салоне, распродавал остатки партии ночами, и однажды на выходе из клуба заметил в подворотне светлый пучок волос. Даже догнал этого незнакомца, развернул его к себе лицом, но обознался и долго сам себя осуждал потом. Слабость на пустом месте, которую необходимо было чем-то заглушать. Способов отвлечься у Люцифера было предостаточно, но выбор пал на самый действенный, простой и легальный.       — О, боже, боже, боже, да! — острые ногти впились в плечи Люцифера, но тот и не поморщился, вжимая девушку весом собственного тела в постель на последних резких движениях. Вскоре она обессилено обмякла под ним, и он ухмыльнулся, переводя дух.       — Мне пора, — далеко за полночь он встал с всклокоченных простыней, не заботясь о собственной наготе, и зачесал выбившиеся тёмные пряди назад.       — Что? Но я думала, ты останешься хотя бы до утра, — зажав одеяло между ног, девушка протянула его вверх до груди, так что хлопковая ткань врезалась в кожу, и закусила нижнюю губу. — Кто же меня согреет?       — Если ты успела придумать себе, что привлекаешь меня больше, чем ради простого расслабления, сочувствую, — Люцифер окинул насмешливым взглядом округлую задницу той, чьё имя даже не спрашивал, и поднёс к губам стакан с водой. — Впрочем, я в принципе не представляю себе того, кто согласился бы остаться с тобой по доброй воле.       Собираться и уходить под аккомпанемент проклятий всегда было намного удобнее, чем выслушивать жалкие слезливые упрёки. Люцифер ни с кем не искал отношений, потакая лишь собственным низменным желаниям и нуждам тела. Никогда он не был влюблён и через несколько дней не вспомнил бы, проводил последнюю ночь с парнем или с девушкой. Но вопреки всему, Дино, став назойливым исключением, упорно не выходил из головы и был при этом единственным, кто после первой встречи с Люцифером не искал второй. Последнее обстоятельство особенно раздражало.       По возвращении домой той ночью, стоя под тугими, горячими струями воды в душе, Люцифер вдруг уставился на свою ладонь и в памяти вспыхнула картина их прощания. А затем ему приснился сон.       Сначала всё, что он видел — мелькающие перед глазами крылья. Красные, белые, снова красные; перья разлетались в стороны, срываемые мощными порывами ветра и ударами крыльев одно о другое. Осознание, что алые принадлежат ему, пришло быстро и естественно, словно ничего нового в этом не было.       — Тебе нужно намного больше, чем просто сила, чтобы победить меня, — высокомерие резало острее заточенного клинка.       Наконец в ворохе крыльев напротив себя Люцифер увидел Дино, его напряжённый, сконцентрированный взгляд. Тот сдержанно не обращал никакого внимания на все ядовитые комментарии в адрес своих способностей. А секундой позже он устремился спиной вниз к земле, и его белоснежные крылья, подхваченные ветром, вытянулись навстречу Люциферу, который спускался из поднебесья следом. Когда Дино поднялся на ноги, они протянули друг другу ладони для рукопожатия, и...       — Шепфа меня задери, да проснись же ты!       Раздражённый и вместе с этим дрожащий от испуга шёпот раздался над самым ухом. Светало, возможно, было часов пять утра, но проспал он по ощущениям меньше часа. Люцифер ошеломлённо огляделся, не совсем понимая, сон это или уже реальность.       У изголовья его кровати на коленях стояла миниатюрная девушка с очень милым личиком. Длинные прямые волосы спадали по её плечам, плетёный корсет подчёркивал аккуратную фигуру, а за спиной... За спиной раскинулись чёрно-алые крылья. Их взгляды пересеклись, и Люцифер удивился ледяной серости чужих глаз.       — О, чудо, наконец-то, — она выдохнула судорожно, и тут дверь сотряс грохот ударов, заставивший девушку крупно вздрогнуть. — Вставай... Вставай, вставай же, говорю тебе!       — Ты кто ещё такая? — Люцифер привстал на локте, пытаясь экстренно соображать.       Незнакомка открыла было рот, но очередная порция ударов с улицы повергла её в панику, тонкие пальцы ощутимо задрожали, сжимая его предплечье.       — Пока нет времени объяснять. Немедленно поднимайся! — Она почти выкрикнула ему в лицо и резво вскочила на ноги. — Ты должен уходить. Сейчас!       С этими словами она подбежала к окну и птицей выпорхнула навстречу серому небу, а дверь со свистом распахнулась.       Люцифер открыл глаза и жадно наполнил лёгкие воздухом, будто тонул. Сорвав с себя одеяло, он сел и машинально уставился на запертую дверь номера. Бархатную тишину нарушал только треск кузнечиков и саранчи снаружи.       — Твою мать, — на выдохе он обеими ладонями растёр лицо и свесил ноги с кровати.       Из окна тянуло влажным, холодным утренним воздухом. И тут раздался удар. Не стук в дверь, ожидающий, что её откроют, а удар, с помощью пары-тройки которых можно согнуть самую прочную в мире щеколду.       Ни минуты не ушло на раздумья. Одной из причин, по которой Люцифер мыкался по мотелям, была вероятность подобных непредвиденных визитов, и не важно, были они со стороны служителей правопорядка или криминальных ячеек. Последнее, что его интересовало — кто же на этот раз явился по его душу. Схватив заранее на такой случай собранный рюкзак с вещами первой важности, Люцифер на ходу на голое тело накинул чёрную толстовку, влез в брюки и всунул ноги в кроссовки. Более приличная одежда — в рюкзаке, а для быстроты и этого было с лихвой. Перед тем, как выпрыгнуть на пышную лужайку под окном, он предусмотрительно убедился, что снизу его никто не поджидает, — видимо, даже не предполагали возможность побега, — и оттолкнулся от подоконника. Второй этаж — не приговор, а подвёрнутая при этом лодыжка быстро заживёт. И всё-таки Люцифер не убежал, трусливо зажав хвост между ног, а отошёл в тень на безопасное расстояние. Может, прямо сейчас это не имело критического значения, но в будущем он мог бы преподать урок нарушителям своего спокойствия.       Как и ожидалось, с третьего удара дверь сорвалась с петель, словно картонная. В комнату ворвались трое, сжимающие в руках странные изогнутые ножи, и прежде, чем Люцифер успел разглядеть что-то ещё, точно в его направлении сверкнули пылающие красным глаза. Непрошенные гости будто в замедленной съёмке одним мощным рывком переместились на расстояние не больше ста метров от Люцифера, и теперь при свете восходящего солнца нельзя было не заметить увенчанных острыми когтями крыльев за их спиной.       В эту секунду время остановилось.       А потом Люцифера отбросило назад волной ветра такой силы, что он впечатался спиной в стену соседнего дома и вынужден был схватиться за мусорный бак, чтобы не упасть. Прямо перед ним вырос столп пыли не меньше трёх этажей в высоту. Раздался глухой удар, за ним ещё один и ещё. Без возможности хоть что-то разглядеть, Люцифер чувствовал себя беспомощно, но и поделать с этим ничего не мог, пока не прояснится впереди. Он поправил лямку рюкзака на плече, огляделся по сторонам, примечая возможные пути отступления, и тут всё его нутро заледенело: в общем шуме, перекрывая ураганный свист ветра, раздался разъярённый крик, ярко напомнивший голос Дино. Их разговор состоялся больше двух дней назад и всё же Люцифер готов был покляться, что не ошибся. Возможно ли, что именно случайный знакомый был виновником тайфуна? Звуки битвы доносились откуда-то сверху, поэтому Люцифер силился вглядываться в пыльную завесу, задрав подбородок к облакам, когда на однотонном фоне стены из песка и пыли появилась светлая рябь. Она плавно оседала всё ниже и ниже, как листья при листопаде. Точно к ногам Люцифера невесомо опустилось огромное белое перо.       «Проклятье», — он сорвался с места, взрыв мысками кроссовок землю под собой.       Пыль серо-коричневым туманом окутала его, сократив видимость до расстояния вытянутой руки. Со всех сторон обрушились потоки ветра, способные если не содрать крыши с домов, то как минимум изменить направление облаков. Что он мог сделать, находясь более, чем в десяти метрах от происходящего над его головой? Но безучастно стоять в стороне оказалось выше сил. Всё закончилось быстрее, чем он ожидал. Прямо перед лицом Люцифера полыхнуло красным, а затем настала оглушительная тишина.       И… Последовал глухой удар о землю. Всего шагах в пяти от Люцифера, такой мягкий, но показавшийся громче отбойного молотка. Было в нём нечто такое, от чего ноги перестали слушаться, и Люцифер стоял как окаменевший до тех пор, пока пыль не осела, открывая обзор.       Его крылья оказались настолько большими, что одно из них, распластанное по земле, почти доставало до Люцифера маховыми перьями. Вот только они были слишком далеки от ослепительной белоснежности из сна. В нескольких метрах от Люцифера на спине лежал Дино. Волосы его растрепались, отдельные пряди скрывали часть лица. Больше вокруг никого не осталось, и можно было бы радоваться этому, если бы грудь Дино вздымалась дыханием.       Меньше всего Люцифера теперь заботило внезапное столкновение одновременно с четырьмя крылатыми существами. Тягучее предчувствие неисправимой беды мешало мышцам работать как положено, ему казалось, что он двигается в шесть раз медленнее, чем мог бы. Подойдя к Дино, Люцифер посмотрел на него широко раскрытыми глазами и… увидел, как едва различимо, поверхностно двигается его грудная клетка. С губ чуть не сорвался стон облегчения. Казалось бы, этот парень ему абсолютно никто, но… Но.       От груди взгляд скользнул по плечу Дино к противоположному крылу. Ближе к основанию то было безжалостно переломлено, кровь стекала по перьям, пачкала их, и не требовалось медицинское образование, чтобы понять, что с этим надо что-то делать, и поскорее. Второе крыло, пыльное и местами лишённое перьев, в сравнении выглядело куда менее плачевно, а на самом Дино виднелись разве что глубокие ссадины.       Люцифер бессознательно зачесал ладонь в собственные волосы и с силой сжал их у корней. Одновременно с этим спину его прошило адской болью, какой не случалось ещё ни разу. Он буквально не мог вздохнуть несколько долгих секунд, а мир в глазах померк, но именно благодаря этой боли Люцифер смог выйти из немого оцепенения. Превозмогая себя, он отбросил все лишние размышления, сомнения и эмоции на потом, оставив место действию.       Благо, постоянные переезды обязывали иметь пусть не самый красивый, но удобный автомобиль, а в пять утра не так много любопытных глаз могли заметить, как кто-то волочит на себе взрослого ангела к багажнику пикапа. Люцифер разместил Дино на железной поверхности, как мог аккуратно сложил его здоровое крыло и закрыл сверху тентом.       У раннего утра в их случае были как неоспоримые плюсы, так и минусы. По дороге точно не встретишь приставучих патрульных, которым придётся объяснять «какого хрена», но и аптеки все были закрыты. Люцифер решил, что резонно вернуться обратно в свой номер, поскольку нападавших след простыл, и забрал оттуда ещё пару сумок со своими вещами. В их число попала немалых размеров аптечка: спасательный круг на случаи пули в бедре или ножевого, который помогал в основном обходиться без помощи врачей. Закинув всё на пассажирское сиденье, Люцифер обернулся к багажнику так, будто через стенку кабины мог увидеть Дино, повернул ключ зажигания и рывком двинулся с места.       Сколько ни старался он держать мысли подальше от случившегося, а однообразный пейзаж и пустые дороги создавали слишком подобающую почву для раздумья. Сон во сне. Крылья. Схватка (за него?). Дино. Голова вскипела вопросами, на которые Люцифер не знал ответы, и он раздражённо ударил раскрытой ладонью по рулю, на что автомобиль отреагировал визгливым клаксоном. Оставалось надеяться, что это никак не потревожило ангела (ангела ли?) в багажнике, чтоб ему провалиться. Но удивительнее всего было то, что для Люцифера не произошло никакого разрыва шаблона привычной картины мира. То есть, бесспорно, утро выдалось неординарным, но ощущалось это не событием вселенского масштаба (Сон! Крылья! Схватка!), а чем-то более-менее допустимым, как если бы в номер ворвались обычные копы.       Он опустил стекло, позволяя ветру обдувать лицо, и провёл по растрёпанным волосам, зачёсывая их назад. Возможно, сон — не столько сон, сколько воспоминание? Тогда что думать про вторую часть с предупреждением? И кто эта девчонка? Шумно выдохнув, Люцифер потёр лоб, тем самым расправив хмурые морщинки, и засмотрелся на рыжий восход, пока дорога шла прямо. Так или иначе, теперь Дино не сможет увиливать от ответов. Если выживет, конечно, а об этом уж Люцифер позаботится, как должник в уплату за спасение собственной жизни.