A New Life

Все становилось легче. У них все еще были плохие дни, особенно у Сириуса. Для Ремуса это выражалось в отсутствии интереса к вещам, которыми он раньше наслаждался. Он уже не читал так много, как раньше, и пара чувствовала, что, пока они воспитывали Гарри, у них будто не оставалось места для многого другого. Однако месяцы пролетали незаметно, и Гарри, казалось, рос с каждым днем. Он начал говорить и ходить. Все это было так горько и так сладко, и Ремус и Сириус гордились своим приемным сыном, но они также чувствовали эту разрушительную боль, осознавая, что Джеймс и Лили упускают то, как их удивительный сын растет и взрослеет. Самым трудным днем для них двоих был второй день рождения Гарри. Это был день, который должны были застать Джеймс и Лили Поттер. Однако Сириус с Ремусом знали, что они просто не могли провести весь день, оплакивая своих друзей, по плану у них была вечеринка по случаю дня рождения Гарри. Они собирались пригласить старых членов Ордена и детей, чтобы мальчик мог больше общаться с детьми своего возраста. Супруги планировали эту вечеринку в течение нескольких недель, желая, чтобы все прошло гладко. Они заказали торт в волшебной пекарне в нескольких городах отсюда, в форме нюхлера. Были приглашены дети Уизли, Алисы и Фрэнка Долгопупсов, Муди, Хагрид, МакГонагалл, Шеклболт и Дамблдор. И так как было лето, предполагалась прекрасная вечеринка в саду. — С днем рождения, Гарри! — пропели Ремус Сириус Гарри, подходя к нему. Гарри подпрыгивал на своей койке. Они развесили воздушные шары по всей комнате в форме всех его любимых волшебных существ и, конечно же, один в форме золотого снитча. Комнату мальчика они обустроили из свободного помещения, которым никто из них давно не пользовался, и, наконец, доделали ремонт в ней, как раз к его второму дню рождения. — Рем, помоги мне одеть Гарри. Он немного ерзает, а мне нужно убедиться, что мои волосы уложены красиво. — Сириус передал суетливого Гарри своему партнеру и начал расчесывать свои черные локоны, завязывая их в печально известный пучок. Ремус, заколдовал нарисованных оленей сойти с картинки и скакать по воздуху над его головой, а Гарри, смеясь, пытался схватить их своими крошечными пальчиками. — Олень! Смотри, олень! — кричал Гарри, пытаясь поймать животных. — Очень хорошо, Гарри! Но это олени, а не олень, — Ремус щекотал Гарри, пока тот не начал визжать от смеха. — О, мне нравится, как заразительно он смеется, позволь мне! — Закончив со своей прической, крестный подхватил Гарри на руки, кружа его по комнате. Смех Гарри заполнил комнату. Супруги посмотрели друг на друга, улыбаясь одними глазами. Ремус наклонился и заправил выбившуюся прядь волос за ухо. Сириус потянулся и поцеловал своего возлюбленного, после чего заключил их с Гарри в крепкие объятия. — Отпусти меня! — Гарри хихикнул и отпрянул от отца. Сириус и Ремус принялись целовать его маленькое личико, заставляя малыша смеяться еще больше. Первыми прибыли Уизли. Все девять человек вывалились из камина, Фред и Джордж оттолкнули Перси, чтобы первыми броситься к столу с закусками, а Рон сразу подошел к Гарри, чтобы поиграть с ним в саду. Сириус и Ремус, конечно, наложили защитные заклинания вокруг дома, чтобы дети не заплутали. Билл и Чарли пожали руки Сириусу и Ремусу, и Билл рассказал им обо всем, что происходит в Хогвартсе, а затем они вдвоем присоединились к близнецам и Перси. Маленькая Джинни быстро росла, ей уже был почти год. Она только начинала ходить и всегда пыталась болтать с тем, кто ее слушал. Следующими прибыли Аластор, МакГонагалл, Шеклболт и Хагрид. Они приносили Гарри подарки и обнимали его. Особенно МакГонагалл. Она взяла Гарри на руки, осыпала его поцелуями по всему лицу и принесла его любимое печенье. Наконец, заглянули Невилл Долгопупс и его бабушка. Ремус отнес его к Рону и Гарри, чтобы убедиться, что Невиллу есть с кем поиграть. Все трое носились по дому, по очереди катаясь на маленькой метле Гарри. Звук детского смеха по всему дому вызывал у пары теплые чувства. Ремус оглядел всех их друзей и улыбнулся про себя. Он был счастлив иметь всех тех людей в своей жизни, даже если некоторых не хватало. Лили, Джеймса, Алисы и Фрэнка, братьев Молли и многих других. Но в тот момент Ремус пообещал себе, что те, кого они потеряли, никогда не будут забыты его семьей. Гарри вырастет на историях о том, какими сильными и храбрыми были его родители. — Лунатик, уже пора разрезать торт? — Сириус потянул своего партнера за рукав, ведя себя скорее как ребенок, чем как его супруг. Ремус закатил глаза, рассмеялся и объявил, что сейчас начнут резать торт. Гости дружно окружили стол. На деревьях и кустарниках снаружи были развешаны фонари, повсюду были серпантины и украшения. Ремус и Сириус взяли Гарри за руки и подвели к торту. — Прежде чем мы разрежем торт, мы хотим произнести тост. От имени нас троих я хотел бы поблагодарить всех вас за то, что вы пришли сегодня и за то, что вы есть в нашей жизни. Мы так благодарны за то, что вы все здесь и любите Гарри. Итак, мы хотели бы выпить за Гарри, за Джеймса и Лили. Они совершили настоящий подвиг, и их очень не хватает в этот день особенно. За Гарри, Лили и Джеймса! Гости подняли бокалы к небу при словах Сириуса и с горечью выпили. Сириус поднял Гарри, чтобы тот задул свечи, а Ремус сделал волшебное фото, на которой Гарри изо всех сил надул маленькие щеки. На фотографии также было видно, как Сириус украдкой задувает их за Гарри. Все зааплодировали и засмеялись, когда Гарри запустил свои детские ручки в торт, а затем — себе в рот, чтобы попробовать пропитанный кремом бисквит. Все сидели снаружи, солнце только садилось, и каждый чувствовал себя довольным, счастливым и совершенно сытым. Ремус усадил Гарри к себе на колени, обнял и поцеловал в макушку. Вскоре тот начал дремать на коленях у Ремуса. Сириус позаботился о том, чтобы сделать как можно больше фотографий их спящего сына. Сириус поцеловал Ремуса и погладил Гарри по волосам. Остальные начали расходиться по домам, и малыша пришлось отнести в постель. — Жаль, что они не видели этого, Лунатик, — посетовал Сириус, закрывая дверь в комнату Гарри. — Он становится таким большим, и они заслуживают того, чтобы увидеть, как он растет. Это так несправедливо, Луни! — Сириус скользнул вниз по двери, наконец-то позволив себе разрыдаться, пряча лицо в ладонях. Ремус опустился рядом с ним, тоже плача. Сириус схватил Ремуса и прижал к себе. Пара обнялась, чувствуя боль, которую они пытались игнорировать сегодня ради Гарри. Они были так молоды, всего двадцать два года, и уже пережили свою долю печали. И вдобавок ко всему, они еще и растили ребенка. Эти двое были такими сильными в течение последних восьми месяцев, пытаясь держаться вместе, как могли, но они должны были позволить себе почувствовать острую боль. И так они и сделали. Разделив этот короткий момент с любимым, Ремус встал и протянул руку своему партнеру, своему возлюбленному, всему, что у него было, и они вдвоем вернулись в свою комнату, чтобы во сне подавить всю сердечную боль, нуждаясь в том, чтобы завтра снова быть сильными.