Не дай мне упасть

Никогда еще в жизни я так не жалела о содеянном. Всю ночь меня мучил сушняк, и я бегала на кухню за водой, поэтому не выспалась. Домой вчера приехала на такси. Я бы не прочь остаться у Андрея переночевать хоть раз, но он категорически против. Говорит, что люди к нему ходят разные, может не уследить за мной. Вчера с Мишей нехорошо получилось, его ведь и правда, избить могли. И даже не во мне дело, просто видок у него такой, педиковатый. Надеюсь, он дошел вчера до дома целым и невредимым, проблемы мне не нужны. А я вчера отличилась. Какой-то худощавый парень подошел и предложил таблетки. Я была не прочь повеселиться, но потом что-то мне ударило в голову, и я решилась уколоться. Отдала ему все деньги, что были. Он меня и уколол, надо заметить - это того стоило. Никакие таблетки с этим не идут в сравнение. Такого кайфа я давно не испытывала. Как будто заново родилась. А сейчас, утром, понимаю: зря я это сделала. Я ведь даже не спросила, что он колет мне. Может, набодяжил хрени какой и вколол мне, а я потом в больницу слягу. Школа, ты дерьмо. Не я первая это скажу, но все же, ты дерьмо. Скука смертная. Я не знаю, чем себя занять. Пока наша географичка что-то там показывает на карте, я глазами ищу Мишу. Мои поиски не увенчались успехом - его нет. Может, опаздывает или прогуливает? Блять, я, правда, очень надеюсь на то, что его не изнасиловали и не избили. Зато Влад сидит, как и всегда, молчит, что-то там черкает в своей тетради. После трех уроков я решила пойти в столовую и побаловать себя тошнотворным пирожком. За самым большим столиком у окна сидит, так называемая, свита. Тут и Влад, и Аллочка, которая, похоже, пытается с ним кокетничать, но выходит у нее не очень. Пару параллельников и каких-то совершенно незнакомых мне личностей. Нахожу глазами самый неприметный столик вдалеке и направляюсь к нему. Сажусь на стул, и тут же мне в голову прилетает булочка, потом еще одна и еще. Кто-то смеется, а кто-то подходит ко мне и ставит щелбаны. Нет, не те детские и легенькие, а реальные щелбаны, после которых болит голова. Гогот стоит на всю столовую, сейчас в ней только ученики и повара, которым абсолютно побоку, что творится. Неожиданно меня кто-то берет за локоть и выводит из столовой, но даже за дверьми я слышу их смех. Снимаю капюшон толстовки и вижу Юлю. Параллельницу. Девочка с двумя косами, в больших роговых очках, которые занимают большую часть ее конопатого лица. Чего ей надо? - Они поступают неправильно: то, что ты из неблагополучной семьи, еще не повод тебя обижать, - произносит она сочувственным голосом. Я улыбаюсь. - У меня нормальная обеспеченная семья, не беспокойся об этом, – немного зло произношу я. Этой девочке не стоило затрагивать опасную тему. С деньгами в нашей семье все в порядке, а вот отношения… - Оу, извини. Я просто думала… - Ясно, - обрываю я ее. Не хочу продолжать этот разговор. Иду по коридору, Юля тащится за мной. Останавливаюсь слишком резко, и девушка врезается мне в спину. - Что-то еще? - Сложно, наверное, без друзей? - Нормально, - изо всех сил пытаюсь сохранить невозмутимость. Но мое раздражение, кажется, видно невооруженным глазом. - Если хочешь, я буду твоим другом. Мы будем, как и все нормальные подруги, ходить в кино и кафе, сплетничать и делать еще много всего,- говорит она уже повеселевшим голосом. Я обреченно вздыхаю. - Ты ведь все равно не отстанешь? Юля мотает головой, мол, нет. Эту девку тоже никто не любит, за исключением тех случаев, когда нужно списать домашнюю работу. Ладно, если ей так нравится таскаться за мной, то пусть. Уроки закончились, и я направляюсь в библиотеку, перед этим пообещав очкастенькой непременно позвонить ей вечером. Захожу - пусто. Кроме бабки-библиотекарши, никого нет. Ладно, мы люди не гордые, подождем. За то время, пока я ждала Влада в библиотеке, я успела изучить все корешки книг на рядом стоящих полках, побеседовать с баб Тоней (нашей библиотекаршей) и посчитать количество жвачек на стульях и столах. Прошло, наверное, не меньше двух часов, прежде чем в дверях библиотеки появился, его величество, Влад. С равнодушным и немного скучающим выражением лица он садится за стол у окна. Кивком головы приглашает сесть с ним. Как мне хочется высказать ему в лицо все свое недовольство, а потом с высоко поднятой головой удалиться из библиотеки! Но я не имею права себе этого позволить. Влад не Аллочка и, тем более, не Миша. Поэтому просто сажусь на стул напротив него. Отчего-то я сильно нервничаю. Тереблю край своей толстовки, кусаю губы. Несколько раз ловлю себя на том, что начинаю грызть ногти, и тут же мысленно ругаю себя. Ненавижу эту дурацкую привычку. Прошла, кажется, всего пара минут, а мне кажется, что мы сидим и сверлим друг друга глазами несколько часов. Влад не спешит начинать занятия. А я что? Что мне ему говорить? Вот именно, что нечего. Спустя еще несколько минут молчания я все-таки не выдерживаю: - Теперь, когда ты наконец соизволил явиться, я думаю, мы можем приступить к занятиям, - я пыталась говорить спокойно, но, кажется, мою нервозность и раздраженность заметит любой дурак. Парень игнорирует мою реплику и продолжает на меня смотреть. По его лицу трудно понять, о чем он думает. - Слушай, хватит пялиться, – сердито говорю я. Влад вскидывает брови и громко усмехается. - Никто на тебя не пялится, Малова, не льсти себе. Уж лучше бы он молчал. Ненавижу, когда меня кто-либо зовет по фамилии. -Так и будем болтать? Влад проводит рукой по своим темным волосам, а потом снова смотрит на меня. Но уже как-то по другому. Клянусь, если бы я не знала его, то могла бы подумать, что он добрый и дружелюбный парень. - Что именно тебе непонятно? – после недолгой паузы он добавляет, - в математике. Его голос кажется мягким. Куда делся тот высокомерный парень, что зашел сюда пару минут назад? Я, конечно, слышала, что Влад - мастер притворяться и надевать на себя, так называемые, «маски». Но чтобы вот так меняться - это что-то из области фантастики. Не нравится мне он. Я хочу просто поскорее отмучиться и свалить к Андрею. - Все понятно, и в ваших услугах, сэр, я не нуждаюсь, - не успеваю встать, как твердый голос мне тут же приказывает: - Сядь! Мигом сажусь и сглатываю. - Я тебя никуда не отпускал. А что, должен? Ты мне, блять, вообще кто? Отец? Муж? Брат? - Что думаешь, я настолько тупая, что сама не разберусь в математике? - Нет, - коротко отвечает Влад. - Что нет? - Думаю, ты не тупая. О, ну, это хоть что-то. Хочу сказать, что мне пора и я спешу, как он продолжает: - Думаю, ты хочешь, чтобы люди думали, что ты тупая. Это такой способ защиты. Тут он прав. Чертовски прав, да. Но мне не нравится эта тема для обсуждений. Не нравится, когда кто-то лезет в мою душу. Тем более, если этот кто-то - Влад. - Мне не понятны квадратичные функции, - говорю я, чтобы перевести тему. Уголок рта парня приподнимается, и он вздыхает. Все следующее время мы усердно занимаемся исключительно математикой. Он пытается мне объяснить, я пытаюсь понять. Выходит, конечно, не очень. К вечеру я совсем как выжатый лимон. По пути к Андрею я все никак не могу прийти в себя. Неизвестно почему вся трясусь. Постоянно оборачиваюсь. Непонятно откуда взявшаяся паника начинает меня нервировать. Все попытки успокоиться и привести себя в норму не оканчиваются успехом. Только после того, как Андрей наливает мне горячего чаю, я немного прихожу в себя. - Малая, может, у тебя грипп? Бред какой. При чем тут грипп? У меня ж ни кашля, ни соплей. Но как-то плохо, тревожно, что ли. - А хорошо вчера погуляли, да? Друг плюхается на диван рядом со мной. Вспоминая о вчерашней вечеринке, невольно улыбаюсь. Все бы сейчас отдала за чувство той эйфории, что была вчера. Жизнь казалась идеальной. Было так хорошо, что никакими словами это не опишешь. Снова кусаю губу и несмело спрашиваю: - Андрей, слушай… - Че те? - Ты это… у кого наркоту берешь? От моего вопроса Андрей приоткрывает удивлённо рот. Потом, немного поразмыслив, отвечает: - Ну, у Мальвины, а нахрена тебе? – строго спрашивает он. Терпеть не могу, когда Андрей включает заботливого отца, но он все равно не отвяжется, поэтому лепечу ему что-то там про травку и школьную дискотеку. После долгих уговоров Андрей все-таки звонит Мальвине и договаривается о встрече. Иду на нее одна, так как не хочу, чтобы Андрей узнал, что я хочу уколоться. Прихожу в назначенное место - заброшенное здание неподалеку от дома Андрея. Вижу маленького роста женщину с короткой стрижкой. Подхожу поближе, отмечаю её неестественную худобу и бледность кожи. Мне становится не по себе. - Мальвина? - Она самая,- женщина улыбается. Вижу, что она уже навеселе. - Мне нужен героин, - говорю я отчетливо, хотя сама не очень уверена в своих словах. Он мне нужен? Да, нужен. Иначе бы я сюда не приперлась. Мои слова застают Мальвину врасплох. - О как! Я думала, тебе травка нужна, я ее и притащила. Ну ладно, пошли ко мне. - Ты только Андрею не говори ничего. - Да не ссы ты,- женщину, похоже, забавляет вся эта ситуация. Она хватает меня под руку и тащит за собой. По дороге спрашиваю: - А почему Мальвина? - Да, один придурок притащил шампунь какой-то странный, сказал, мол, дорогой, элитный. Попробуй, не пожалеешь. Хер знает, что они туда набодяжили. Но я после этого шампуня еще две недели с синими волосами ходила. Один торчок Мальвиной назвал, вот и прицепилось. - А потом что? - А потом вши завелись, я их и обстригла. По сравнению с тем местом, куда меня привела Мальвина, квартира Андрея казалась просто пентхаусом. Вот что значит свинарник: повсюду грязная посуда, кроватей нет, зато есть порванные одеяла, лежащие на полу. Помимо нас с Мальвиной в квартире никого не было. После того, как я заплатила женщине, она мне принесла шприц с героином. - Слушай, это первый и последний раз, когда я тебя колю, так что смотри, как говорится, и учись. Во-первых, неважно, в каком наркопритоне ты сидишь, лучше иметь свой чистый шприц. По личному опыту тебе говорю, сама видела, как от СПИДа люди умирали. Мальвина уходит на кухню. Возвращается со жгутом. Перевязывает мне руку и ударяет несколько раз по ней ладонью. - Веночки, - говорит она с улыбкой. Не могу на это смотреть. Отворачиваюсь, на что Мальвина хмыкает. Ну что поделать, не люблю я шприцы. Чувствую укол. Блаженство. Чувство эйфории. Жизнь прекрасна. Все проблемы, которые казались значимыми, отошли на второй план. Если идеальный мир существует, то он здесь и сейчас. Оглушающая музыка. Вокруг добрые люди. Хочется смеяться по любому поводу. Так хорошо. И так всю ночь: танцы, смех, немного разговоров. Рай земной. Разве может быть что-то лучше? Неделю спустя. - Я уезжаю, деньги на комоде, - произнесла мать, складывая свои вещи в небольшой чемоданчик. - Угу. - Купишь еды. - Угу. - Кофту какую-нибудь себе купи, ходишь в этой толстовке, как бичиха. Меня позоришь. Себя позоришь, самой не стыдно? - Угу, - вздыхая, отвечаю я. Слышу как щелкает замок и расслабляюсь. Утреннее ворчание матери перед очередной командировкой стало некой традицией в нашей семье. Без этого никак. На телефон приходит смс. «Завтра в 15:00. В библиотеке. Без опозданий. Влад» Ну хоть бы смайлик поставил для разнообразия, нет же. Уже неделя, как я занимаюсь с ним математикой. Он пишет смс, когда занятия, и я прихожу. Ни о чем постороннем никогда не общаемся. Но, надо заметить, объясняет он хорошо. Доступно. Трель телефонного звонка отвлекает меня от мыслей о моем однокласснике. Смотрю на экран. Андрей. Прикусываю губу и нехотя беру трубку. - Да? – тихо говорю я. - Здравствуй, Лика. Как ваше ничего? - Брось, Андрей, ну что ты как младенец. Не обижайся. Обещаю, сегодня я обязательно приду. - Ладно, малая, - друг заметно расслабился, и кажется, сейчас даже улыбается, - я жду тебя сегодня. Не успеваю отключиться, как телефон звонит снова. Я сегодня прям на расхват! - Да? - Здарова, сегодня, как всегда? – спрашивает меня бодрым голосом Мальвина. - Я сегодня не приду. Женщина реагирует на мой ответ как-то странно: она нервно смеется и говорит «Ну ну». Затем бросает трубку. Всю эту неделю я оттягивалась исключительно в компании Мальвины и героина. Эта неделя войдет в список лучших недель в моей жизни, однозначно. Но сейчас, в данный момент, я чувствовала себя неважно. И вообще, надо затягивать поскорее с этой канителью. В школе на перемене ко мне подбежала сначала Аллочка, которая сегодня, видимо, была настроена решительно. Она всеми способами старалась меня задеть, но, видя мое лицо без эмоций, вскоре отошла. Я совсем ей наскучила. Обычно я огрызалась, вставляла едкую фразочку, а сейчас просто молчала. Ей стало неинтересно. Какая жалость! После Аллочки ко мне прискакала моя очкастенькая подруга. Она, обиженная, скрестив свои ручонки на груди, сверлила меня своими глазами. Я каждый день обещаю с ней пойти погулять или позвонить, но всегда забываю. И сейчас чувствую себя немного виноватой. Все-таки эта девочка - единственный человек в школе, который со мной общается. Прежде, чем она открывает свой рот, в моей голове созревает замечательная идея. - Я заглажу свою вину, обещаю, - я поднимаю свои руки в примирительном жесте. - И как же? - подняв одну небрежно выщипанную бровь, спрашивает Юля. - Отведу тебя в одно место, - я снова улыбаюсь, но теперь шире. Я вся в предвкушении. Всегда мечтала напоить какого-нибудь ботаника. Говорят, они, когда пьяные, просто нечто. Сегодня я не человек слова, а человек дела. Мы направляемся к дому Андрея, я вижу, что Юля чуть ли не скачет. Естественно, она рада. Готова поспорить, кроме бокала шампанского на Новый Год, эта крошка себе больше ничего и не позволяла. - Как твои занятия? – спрашивает Юля. - Какие? – не сразу въезжаю я. - Ну, с Владом. - А эти…Да ничего особенно. Он говорит, я слушаю и запоминаю. - Все, что ли? - Да. Отвянь, - резко отвечаю я, и больше вопросов у моей очкастой подруги не возникает. Когда мы наконец заходим в квартиру Андрея, Юля меняется в лице. Я вижу, что ей не очень приятно здесь находиться. Народу в квартире навалом, впрочем, как и всегда. Я легонько толкаю очкастенькую в бок и с улыбкой говорю: - Да не бойся, ты ж со мной. Юля пытается улыбнуться в ответ, но выглядит это нелепо. Я веду ее в зал, где собираюсь познакомить непосредственно с хозяином квартиры. Андрей подходит к нам и, когда он видит мою спутницу, его лицо белеет. Он сглатывает. - Юля? – хриплым голосом спрашивает он. Во бля, откуда он-то ее знает? - Андрей, - робким голосом отвечает очкастенькая и опускает голову вниз. - Вы знакомы? Ответом мне служат кивки голов, сначала от Юли, а потом от Андрея. - Ебать, мир тесен! – говорю я первое, что мне приходит в голову.