Вляпаться во второсортный роман

      Через два дня мы примкнули к остальным заклинателям в городке Суань. Жителей города переселили в безопасные места, чтобы не было лишних смертей. Вокруг городка разбили лагерь заклинатели из разных кланов. Я оставил своих людей устраиваться и прошел к центральной палатке, где собирались все главы кланов и опытные воины. Я занял место, а позади меня стал Шень.       Цинь Мин Дже выступал перед остальными заклинателями и уверял, что демонов и предателя нужно стереть с лица земли. Я только слушал. Хань Юэ отпустил меня и моих людей. Земли клана Лан не пострадали от демонов, ведь реку они не пересекали. Хань Юэ целенаправленно мстил клану Цинь, но демоны бесчинствовали и на других территориях человеческого царства.       Рассвет вокруг городка Суань начался холодным ветром, серыми облаками и едким запахом дыма. От ветра защищали плащи, за облаками обещало взойти солнце, от запаха не спасало ничто. Воздух шершаво царапал глотки, и вдохнувшим его казалось – они больше никогда не смогут выдохнуть этот дым, он останется в лёгких, и воздух никогда уже не будет таким, как прежде. Сердце начало биться ровнее, шторм внутри медленно стихал. И внезапно одиночество, как черная гладь штиля, упало на мою душу. Я открыл глаза. Кошмар не желал отпускать меня, стоял перед глазами как наяву.       Я поднялся с постели и покинул походную палатку. Холодный ветер пробирал до костей, навевая отчаянье. Перекрикивались часовые, заклинатели набирались сил перед боем. Я обнял себя руками и уставился в сторону восхода солнца. Из-за туч лучи не касались земли. Я прикрыл глаза, думая о будущем. Сюжет сильно исказился – я не знал чего ожидать от битвы. Хань Юэ не отступит от мести. Все милосердие, которое хранилось в его сердце, исчезло во время жизни среди демонов. С одной стороны, мне было его жаль, а с другой... Я коснулся его печати на руке, скрытой под перчаткой. Я до конца не понимал действий Хань Юэ. Его сердце - загадка для меня.       Спустя полчаса стали просыпаться остальные заклинатели. Мы собрались снова в палатке главы клана Цинь. Фен Зунь дал слово главному герою, который уже успел опросить всех соглядатаев. Шень стоял рядом, доложив мне о наших сведениях. Цинь Мин Дже подошел к карте, которая была прибита к деревянной подставке, чтобы её всем было видно.       - Враг расположился на противоположной стороне долины, - показал область на карте мужчина. – Сюда стекаются все войска.       Он перечислил все возможные линии развития боя. К сожалению, никто из соглядатаев не смог точно указать количество демонов. Много – это очень расплывчатое определение на войне. Численный перевес на стороне противника.       - Демоны действуют грубой силой и идут напролом, подавляя количеством, - сказал глава клана Яо.       - Предлагаю разделиться на три больших отряда и атаковать войско демонов с разных сторон, - предложил Мин Дже.       Эту тактику главный герой использовал в оригинальном романе. Бой был проигран, погибло много заклинателей, а земля была красной от крови. Я не мог пустить историю по накатанному сюжету.       - Не стоит разделяться, наша сила в единстве, - сказал я. – Лучше подготовиться и ждать, когда демоны подойдут сами.       - Это глупо! Мы не трусы, чтобы выжидать! – возмутился Син Кам Ер.       - Я тоже считаю, что стоять и ждать бессмысленно, - поддержал северного главу Мин Дже. – Нам нельзя подпустить демонов ближе, ведь рядом наша обитель.       В романе демоны прорвали защиту и устремились на гору, почти уничтожив клан Цинь. Главный герой позвал на помощь источник горы и победил демонов, потом его ждал бой с Хань Юэ. Мин Дже победил злодея, заточив его в темницу Бездны, и жил долго и счастливо со своим гаремом. Конец и фанфары…       В реальности все отличается от книжных строк. За эти годы я успел отвыкнуть от мысли, что все вокруг только книжные персонажи. Сейчас я бы с радостью удавил автора за его сюжет и упрямство персонажей. Споры ни к чему не привели. Все решили поддержать Цинь Мин Дже. Я хмурился, выражая недовольство. Меня не воспринимали всерьез.       Демоны напали внезапно, идя напролом. Мы не были готовы. Я схватился за флейту, растянул защитный купол над всем лагерем. Купол я мог держать только несколько минут - слишком большую площадь пришлось прикрывать, надолго никаких сил не хватит. Это дало всем время, чтобы похватать оружие и хоть как построиться. Купол лопнул, как большой пузырь, я пошатнулся от колоссальной затраты энергии. Шень подхватил меня.       - В бой!       После я отбросил флейту в сторону, она стала бесполезной. Я мог только мечом махать, о заклинаниях речи больше не идет. К счастью, остальные заклинатели могут и практикуют. Демоны крушили все на своем пути. Заклинатели разделились на три отряда, как планировалось. У нас не было общего командира - тактический маневр был провален. Я старался экономить силы, но заклинателей рядом демоны выбивали одного за другим, и приходилось выкладываться на полную, чтобы хотя бы сдержать нападающих. Шень сражался рядом. Он побледнел сильнее обычного - расход сил у него большой из-за особенности его меча. Такими темпами ему скоро придётся уйти в отступление.       - Нужно менять тактику, - коротко бросил Мин Дже, держась за раненый бок. - Иначе нас просто сомнут.       - Сейчас это не поможет.       - Как предсказуемо, - скривился Мин Дже. – Вам не надоело со мною препираться?       - Ловите ящерок в пыльной завесе*? – грубо выкрикнул ему.       Мин Дже зло глянул на меня. Переглядывание с главным героем отвлекло меня от атаки трехрукого демона. Его шипастая дубинка прошла по касательной по голове. В ушах резко зашумело, мысли рассыпались клочками и обрывками, голова стала тяжёлой, а мышцы - вялыми и непослушными. В условиях тяжёлого боя с демонами даже маленькая заминка могла стоить жизни. Я ощутил, как от чужого давления закружилась голова, пошатнулся на миг, но все же смог собраться с силами и снести голову трехрукому. Собственные руки гнулись к земле от усталости. Камень под ногами треснул от удара дубинки, хоть и не разбился окончательно. Я схватил за руку Шеня и потянул его в сторону. Над трещиной заклубилась золотистая дымка. Затрепетала, резко выросла в размерах, окутывая собой всех, оказавшихся поблизости. Заклинатели попадали замертво. Мин Дже сильнее сжал в руке меч, уничтожая демонов на своем пути.       - Рассредоточиться!       Мы отступали. Наученные недавним опытом, заклинатели действовали осторожно, проверяя каждую пядь камня под ногами. Демоны не отступали, на них желтый дым не действовал. Я вытащил меч из туши мохнатого существа и наступил на трещину в земле. Сапог застрял в расщелине. Время, на один неразличимый миг растянувшееся и почти застывшее, позволяя во всех подробностях рассмотреть даже зависшее в воздухе желтое пятно, которое рвануло вперёд, словно выпущенная стрела. Я не успел увернуться. Миг – мне обожгло лицо и глаза. От жуткой боли я согнулся и выронил меч.       - Вэин! – прикрывал меня собою Шень.       Я слышал его голос, но не мог пошевелиться. Боль сковала, голова трещала, а глаза будто жгло калёным железом. Текли слёзы вперемешку с кровью. Шень тянул меня куда-то, отбивался от демонов, прокладывая нам дорогу из гущи боя. Я ничего не видел, до боли кусал губы и на инстинктах выставлял щит. Я был уверен, что друг ведет меня к целителям. Он посадил меня и вернулся на поле боя. Я уже ничего не соображал от боли и провалился в спасительный мрак.       Пробуждение сопровождала жуткая боль. Все тело болело, я не мог пошевелить ни руками, ни ногами. На глазах ощутил плотную повязку. Моих губ коснулась чаша с отваром.       - Пейте не спеша, - узнал я голос одного из целителей клана Цинь.       - Не смей лечить предателя! – уже кричал Мин Дже.       Я хотел потереть виски от громкого голоса, но от тяжести цепей не мог пошевелить руками. Цепей? Кисти были закованы в тяжелые кандалы?       - Почему на тебя не подействовал желтый дым? – схватил меня за одежду Мин Дже. – Ты знаешь, сколько мы потеряли людей в бою?       - Я не знаю, - хрипло ответил, ведь заклинатель сдавил одеждой горло.       Силы не откликались, тело, как ватное, тянулось к земле.       - Предатель! – толкнул меня на пол заклинатель.       - Не смей меня обвинять! – повысил я на него голос.       Я попытался сесть, но кандалы и слабость сковывали движения.       - Вот доказательство, что ты спелся с демонами! – схватил мою руку Мин Дже.       Там была печать – другого объяснения я не мог бы дать.       - Демоны не пересекали реки и восточные земли остались нетронутыми. Все остальные территории подверглись нападению! Ты заключил договор с демонами – и это доказательство! – говорил Мин Дже.       - Ложь! – сказал я.       - Глава клана Лан, скажите нам правду! – заговорил Син Кам Ер.       - Нечего тут думать! – не дал мне и слова сказать Мин Дже. – Он давно поддерживал Хань Юэ. Этот мерзкий изменник привел демонов на наши земли!       - Это серьёзное заявление. У вас есть доказательства связи главы клана Лан и отступника Хань Юэ? – подал голос глава клана Яо.       - Хорошая память хуже, чем кончик плохой кисти*, - швырнул мне в лицо письма Мин Дже. – Они переписывались.       - Это не доказывает мою измену! – сказал я. – Я всегда был верен пути меча и не помышлял о предательстве. Я сражался с Вами бок о бок. Вы теперь меня вините в поражении!?        Образовалась тишина. Я восстанавливал дыхание и боролся с головной болью. Еще меня беспокоила повязка на глазах. Я всегда ориентировался на зрение, а теперь все погрузилось в темноту.       - Демоны снова наступают! – вбежал тяжело дышавший заклинатель.       - Готовьте, всех, кто может идти в бой! – приказал Мин Дже.       Я слушал и ждал, когда на меня снова обратят внимание.       - Казним предателя, - сказал Цинь Мин Дже.       - Он глава клана, вы не можете убить его из-за старых писем, - возразил глава клана Яо. – Клан Лан не оставит это без мести, а сейчас каждый заклинатель на счету.       - Я все слышу, - подал я голос.       - Глава клана Лан, Вы побудете под арестом до суда, - сказал Мин Дже. – Клан Цинь гостеприимно предоставит вам лучшее подземелье.       Я скривился, но возражать не стал. Моя жизнь пока вне опасности, а значит, все наладится. Заклинатели ушли, остался глава клана Яо. Я поблагодарил мужчину за помощь.       - Ваш отец был моим близким другом, - ответил мужчина. – Только в память о нем, я просил об отсрочке вашей смерти.       - Вы тоже считаете меня предателем?       - Глава клана должен быть не предвзят и не склонен к поспешным выводам. Сейчас против Вас все доказательства. Если Вам интересно мое личное мнение, то я отрубил бы Вам голову собственноручно.       Я опустил голову. Слова главы северного клана горьким осадком застыли на сердце. Меня сопроводили в подземелье, хотя целитель пытался возразить. Я не сопротивлялся, ведь приходилось бороться с сонливостью и болью в глазах. Оказавшись в сыром помещении, я провалился в мутное забытье.

***

      Я несколько раз проваливался в темноту, боясь, что очередное пробуждение окажется хуже предыдущего. От той боли, что скручивала каждый раз, даже не хотелось приходить в себя, хотелось забытья. Казалось, что в моей голове и в легких бушует пожар. Все остальные части тела я не чувствовал, хотя вполне явно ощущал энергию, текущую по моим венам. Каждый вдох давался с большим трудом. Я не мог двигаться, и оставалось спрашивать себя, что же произошло за время моего заточения с остальными моими людьми.       Как только первые эмоции после пробуждения немного приутихли, я начал вспоминать. Я вспомнил, как меня тащили в темницу, вспомнил одиночество и ужасающую пустоту внутри. Обида и злость ударили в голову, когда темнота перед глазами не рассеивалась. Я снова ощущал жуткую боль в голове и часто терял сознание. Сколько раз я просыпался в темноте и снова засыпал, мне не известно. Тело ломила боль, цепи сдавливали руки. От слабости я не мог выпрямить ноги и поменять положение. Мне было плохо и больно. Мучил голод и жажда. Я начал думать о смерти…       Я спал, но сон мой был неспокойным и, казалось, будто я парю в воздухе. Тело болело. Голова жутко гудела. Попытавшись проснуться, я почувствовал дикую слабость, отчего даже глаза открыть было сложно. Напрягшись, я смог лишь шевельнуть пальцами на руках и простонать.       - Вы очнулись? – кто-то коснулся моего лица прохладной ладонью.       Я попытался ответить, но из горла вырвался только хрип.       - Я сейчас.       Шаги отдалились и снова приблизились. Губ коснулась глиняная чашка. Я жадно пил, смачивая горло. Напившись вдоволь, я снова повис на цепях.       - Глава клана Лан, - позвал меня тот же голос, - я могу ослабить цепи.       Я кивнул, надеясь, что в этой тьме он меня разглядит. Лязг цепей сообщил о новой боли. Руки затекли от нахождения в одном положении. Парень помог мне сесть на подстилку и прислонил спиною к холодной стене. Руки и все тело покалывало от боли.       - Кто ты? – прохрипел я.       - Меня зовут Цинь Су Каен, - сообщил парень. – Возможно, Вы не помните меня, но когда-то Вы спасли мне жизнь.       Я помнил десятилетнего мальчика, который исчез из лагеря. Я спас его с помощью Хань Юэ. Воспоминание о нем отозвалось болью в груди.       - Помню,- слово я выдавил из себя с трудом.       Мне показалось, что парень улыбался. Я соскучился по человеческому общению. Су Каен дал мне в руки тарелку с горячей едой. Я осторожно поднес её к лицу и вдохнул приятный аромат. Густая похлебка приятно согрела уставшее тело. Пока я насыщался, Су Каен рассказал о сражениях с демонами. Уже неделя прошла с того дня, как меня заточили в подземелье. Было два боя, которые заклинатели с треском проиграли. Множество раненых и убитых не успевали утаскивать с поля боя. Целители валятся с ног, а количество раненых становится все больше. Демоны рвут защиту Южной обители и вплотную подошли к горе.       - Я не видел еще столько демонов, - говорил Су Каен.       - Кто командует людьми? – спросил я, возвращая тарелку парню.       - Дядя, Цинь Мин Дже. Южная гора в осаде, демоны чего-то ждут.       - Что случилось с твоим отцом?       - Его ранили два дня назад, он не приходит в сознание, - сообщил Су Каен. – Я боюсь, что останусь сиротой.       - Он обязательно поправится, - подбодрил я его.       - Я оставлю вам воды и немного еды, - сказал он. – Если получится, в следующий раз принесу вам лекарства.       - Спасибо.       Парень ушел, я погрузился в тишину и одиночество. Как оказалось, кроме Су Каена никто про меня не вспоминал. Я бы давно умер от голода и жажды, если бы не он. Теоретически, впадая в глубокий транс, заклинатель мог месяцами обходиться без воды и еды. В моем случае это был не вариант, ведь организм тратил силы на лечение и обогрев тела. Я прекрасно знал свой резерв и медитировать дольше четырех дней не мог. Рядом с источником я мог погружаться в медитацию на неделю. Постоянное чувство голода стало моим спутником в заточении.       Су Каен приходил каждые три дня, как подсказывали мне внутренние часы. Он делился последними новостями, приносил еду, воду и лекарственные настои. Раны на теле зажили, но боль в глазах иногда давала о себе знать. Су Каен менял мне повязки несколько раз, а потом сразу уходил. Я ощущал, что парень чего-то мне не говорит.       Где-то через два месяца после моего заточения, Су Каен пропал. Он не приходил девять дней. У меня закончились все припасы. От жажды и голода я не мог шевелиться. На мои крики никто не приходил. Меня оставили медленно умирать. Страшно расставаться с жизнью, когда она по капле утекает из твоего тела. Я был сломлен и разбит. Каждый вдох давался с огромным трудом. Я смирился с неизбежной смертью, но как и подобает воину, продолжал бороться, через силу снова и снова заставляя себя сделать вдох. Сознание плыло, и когда я уже почувствовал, что оно вот-вот погаснет, мне почудились звуки рядом. Тьма забрала меня в свои объятия…

___

      Половить ящерок в пыльной завесе - аналог "ловить рыбу в мутной воде" - извлекать для себя пользу из чьих-либо затруднений, корыстно пользоваться какими-либо неурядицами, беспорядками, неясностью обстановки.       Хорошая память хуже, чем кончик плохой кисти (好记性不如烂笔头, hǎo jì xìng bù rú làn bǐ tóu) – китайская идиома - записать лучше, чем запомнить.