Последний воин императора

По бескрайнему зеленому полю скакал юноша на вороном коне. Его кудрявые волосы развевал ветер. Он мчался что есть сил, не оглядываясь назад. Доскакав до небольшого поселения среди степи, юноша спрыгнул с коня и побежал к альфе, который вышел из шатра ему навстречу: — Отец, они здесь! — воскликнул юнец, тревожно оглядываясь в сторону степи. — Этот день пришел, — альфа увидел конницу. Десяток воинов Императора. — Они пришли за мной? — испугался маленький волк. — Да, сын мой, — отец глядел в переполненные ужасом глаза. Мужчина обхватил руками лицо ребенка, пытаясь запомнить черты его лица: каждую веснушку, ямочки, крапинки на радужке глаз. — Мы пришли за юношей! Собирайся! Все необходимое ты получишь по прибытии к императорскому двору, — отдал приказ командир. Среди воинов были еще четверо молодых волков. Они были по-разному одеты, разного возраста, и метки их отличались друг от друга, но у них было кое-что общее — перепуганные глаза. Отец подсадил мальчика на коня, вручив ему котомку с вещами, собранную на скорую руку. Отогнул край рубахи и дотронулся до метки сына. — Не забывай, откуда ты родом! — альфа указывал на ветвь рябины под ключицей. Мальчик не смотрел на отца, голова была опущена, а губы дрожали. Он знал, что этот день настанет, но не представлял, каково это — расстаться с родным домом. — На сколько лет вы его забираете? — спросил альфа, переведя взгляд на командира. — Пять лет в императорском корпусе и десять лет службы. — Браааат! — неожиданно закричал маленький омежка. — Возьми это, чтобы помнить меня, — улыбнулся волчонок и протянул амулет в виде когтя на кожаном ремешке. — Я никогда не забуду тебя, — юноша обвел взглядом своих родных, одинаковые шатры и голубое небо у себя над головой. — Я вернусь! Обещаю вам! — сказал молодой альфа, сжимая амулет в руке. Ему было всего десять лет, когда он покинул родные земли. Местом назначения их пути была Империя Даль, которая расположилась на южных землях. Им предстоял долгий путь вдоль стены, которую возвели для защиты империи от воинственных обитателей северных земель. Молодые волки, как и их предки, явятся на службу к своему командиру, носившему потомственное имя воинов, — Чон Чонгуку. Судьбой было предначертано, что Чонгук поведет их за собой. Он будет беречь, защищать и ценить их жизни превыше своей собственной, а если они погибнут, то он проживет свою жизнь, почитая память тех, кто был с ним рядом.

***

Пятнадцать лет спустя… Солнце озарило равнину, поднимаясь с востока. Теплые лучи коснулись деревянных крыш домов небольшой деревеньки, расположенной у реки. На берегу той реки рыбачил мужчина с сыном. — Папа, смотри! — воскликнул маленький волчонок. — Всадники! — волчонок указал рукой в сторону холма, где на вершине зеленой равнины в лучах солнца показались шесть всадников. — Это легендарная шестерка воинов Императора Ди, — ответил отец, закидывая удочку в речку. — Вааа, — восхитился волчонок. — Видишь того воина в красном ханбоке, который едет впереди всех? — Кто он такой? — Это командир Чон Чонгук. Он самый доблестный воин. У него за спиной черная катана, которой он поразил не одну сотню врагов. Люди говорят, что этот меч не знает поражения. — Ничего себе, — привстал мальчик, чтобы лучше разглядеть всадников. — А это кто? Тот, с длинными белыми волосами? — Это Мин Юнги, он полярный волк! — почти шепотом сказал альфа. — Не может быть! Старейшина рассказывал нам, что все полярные волки погибли во время второй северной войны, — мальчик пытался разглядеть получше воина с черной лентой на голове. — Возможно, он последний полярный волк. — Невероятно! — все больше удивлялся волчонок. — А еще среди них есть омега, — улыбнулся отец, сматывая удочку. — Омега? В Императорских войсках? — Да, Ким Тэхен. Говорят, он лучший мечник империи, и тебя не должно сбивать с толку, что он омега. Снесет голову одним ударом, — рассмеялся альфа, напугав мальца. — Отец, а почему их называют легендарными воинами? — Мало кому удается сохранить жизнь за столь долгий срок службы, а эти воины живы. Они выполняют самые опасные поручения империи. Эта шестерка не раз уходила за стену, но раз за разом они возвращались. — Эй, малец! — крикнул подъехавший на коне воин. — Дай воды глотнуть! — Сейчас, — мальчик подбежал к лошади и протянул всаднику кожаный мешок с водой. Волчонок внимательно рассматривал воина: серые короткие волосы; ханбок, перевязанный лентой у пояса; молот за спиной. — Намджун! Поторопись! — окликнул воина Чонгук. — Вы бы не рыбачили так далеко от деревни, место тут неспокойное, — предупредил Намджун старика. — Да знаем мы, но только тут рыба клюет. Куда путь держите? — спросил альфа, прижимая сына к ноге. — За стену, отец, за стену! — Намджун потянул поводья на себя и ускакал прочь, вслед за остальными всадниками.

***

— Хосок! — хлопнул по спине Намджун. — Ты что, заснул? — Отвали, — Хосок перебирал пальцами амулет в виде когтя, висевший на шее. — Последние дни службы, — с улыбкой произнес Намджун. — Уже предвкушаю! — поддержал Сокджин. — Осталось лишь выполнить последнее задание — и вольные грамоты в наших руках! — Ничего сложного, просто доставить советника в империю, — усмехнулся Намджун. — Ага, и не нарваться на северных волков за стеной. Плевое дело, — откусил кусок яблока Тэхен. — Уже завтра все это будет кошмарным сном, — рассуждал Намджун. — Я много думал, каково это будет — вернуться домой. Что я буду делать? Я же ничего не видел в жизни, кроме своей службы. И дом родной смутно помню. — Да там и помнить нечего, думаю, все, кого я знал, давно померли, — рассудил Тэхен. — Когда вернусь домой, возьму красивого омегу в супруги и заделаю волчат, — озвучил свои планы Намджун. — Ну, а ты, Сокджин, что будешь делать, когда служба закончится? — спросил товарища Тэхен. — Если супруг Намджуна и вправду будет красивым, постараюсь как можно чаще навещать их, а Намджун будет дивиться и радоваться, что у него такие красивые дети, прямо как я, — Сокджин и Тэхен в голос рассмеялись. — Ну, а ты, Чонгук, что будешь делать ты, когда служба закончится? — спросил командира Хосок. — Вернешься в столицу? — Хочу покоя, Хо. Столица прекрасна: порядок, цивилизация, прогресс — наведайся в столицу, и сам все увидишь. Люди обрели свободу от своего звериного нутра. Луна больше не пленит их. Другая жизнь! — Мне бы верить во все это так, как веришь ты! — Кончайте трепаться, — огрызнулся Юнги, — я вижу отряд впереди.

***

Советник ехал в карете, запряженной лошадьми. Из охраны было всего несколько воинов. Отряд ехал по проселочной дороге на краю леса. — Жутковато тут, — сказал один из воинов, глядя на густой лес. — Не говори, у меня мороз по коже. — Я слышал все эти жуткие рассказы про северных волков, говорят, они совсем дикие. — Что ты имеешь ввиду? — Они нападают в обличье волков, а не людей, и не знают пощады. Они впиваются клыками прямо в глотку и перекусывают шею жертвы. — Врешь! — Я слышал, что среди них есть оборотень — их вожак, Ыну, — он владеет магией. — Не может быть! — Они подкрадываются незаметно, но перед нападением ты слышишь вой. — Аууу, — послышалось из-за спины. — Твою мать! — перепугался воин. Он обернулся назад и увидел, как остальные заливаются смехом. — Дебилы! — Да ладно тебе, это все дедушкины расска… — неожиданно альфа рухнул с лошади. В его груди торчала стрела. — Нападение! — переполошился весь отряд. Со стороны леса на них посыпалась лавина стрел, и несколько незнакомых воинов с криками напали на сопровождающих. — Готовиться к битве! Защищать советника! — со всех сторон их окружали северные волки, превышая количеством охрану советника. За считанные минуты они перебили почти всех. Чонгук скакал на своем белом жеребце впереди остальных. Он видел бойню, мешанину из людей и волков, что устроили дикари. Достав клинок, он метнул его прямо в голову синему волку, который уже собирался его атаковать. Юнги в один прыжок перекинулся в мощного белоснежного волка. Он перегрызал глотки и ломал челюсти ударом одной лапы. Тэхен прикрывал товарищей с левой стороны. Он один одолел четверых врагов, ловко орудуя двумя мечами в обеих руках, двигаясь словно в танце. — Мерзкие твари, — выругался Хосок, вонзая меч в бьющееся под собой тело, — когда вы успеваете плодиться? — Намджун, найди советника! — крикнул Чонгук, не отрываясь от сражения. Намджун вытер кровь с лица и поспешил заглянуть в карету. Там сидел старик, чья пронзенная стрелой голова была намертво прибита к дверце его последнего в жизни транспортного средства. — Блядь, не успели! — в сердцах выругался альфа, глядя на труп перед собой. Чонгук же стоял напротив синего волка, хромающего на одну лапу. — Превратись в человека! — приказал Чон, наводя острие катаны на волка. — Я не буду убивать тебя, как животное! Обернись в человека! — синий волк лишь продолжал рычать, не слушаясь приказа. Терпение Чона подходило к концу. — Обернись! — вновь крикнул альфа, но волк, не слушая чужих слов, бросился в атаку. Отпрыгнув в сторону, Чонгук перекинулся в огромного черного волка, что своими размерами значительно превосходил противника. Он зарычал и повалил на землю синего волка. От рыка Чонгука поверженный волк заскулил и прижал уши к голове, подчиняясь под натиском альфы. Чувствуя подавляющую силу, он обернулся в человека, вскинув руки вверх. — Зачем Ыну послал вас на Юг от стены? — спрашивал Чонгук, угрожая снести голову катаной. — Давай, пролей мою кровь, и эта земля станет священной для нашего народа, — ответил с вызовом альфа. Чонгук занес катану и рубанул с плеча. Лезвие оставило шрам на щеке альфы. — Мы не животные, как вы! Мы люди! — Чонгук развернулся и направился к своим товарищам, оставив альфу лежащим на земле. — Капитан! У нас тут проблема, — крикнул Сокджин, поправляя волосы. — Море кровищи и мертвый советник императора. — Это не он, — заявил Чонгук, посмотрев на труп в карете и оценив ситуацию. Заглянув под карету, альфа увидел дрожащего человека, что непрерывно бормотал молитвы. — А вот и советник. — К-кто это б-был? — перепугано говорил старик, принимая помощь Намджуна, чтобы вылезти из-под днища кареты. — Это были волки, которые поклоняются луне, — произнес Юнги, стирая кровь со своего меча. Его голос не выражал абсолютно никаких эмоций, ведь эта стычка была для них отнюдь не первой. — Но, я думал, северные волки не подходят к стене? — спросил советник, успокаиваясь от присутствия личных воинов самого Императора. — Как видите, нет, они сильно осмелели в последнее время, — ответил Чонгук. — Что же им нужно? — недоумевал советник. — Им нужны их земли. Их главарь Ыну давно считает, что это земли их предков и они должны принадлежать северным волкам. — Хосок, Юнги! Скачите вперед, мы последуем за вами, — обратился к своим воинам Чонгук, убирая катану в ножны. — Не переживайте, советник, вы доедете до стены в целости и сохранности.

***

Вернувшись на стену в один из императорских корпусов, Чонгук отпустил своих воинов отдохнуть, чтобы вечером отпраздновать последний день их службы. — Чонгук, спасибо, что зашел, нам надо переговорить с глазу на глаз, — поприветствовал Чона советник императора, приглашая рукой присесть. Чонгук сел напротив него, ожидая последующих слов мужчины. Советник подал ему чашу с соджу. — Империя в долгу перед тобой и твоими воинами. Вы отважные бойцы, незаменимые для Императора. Выпьем же за последние дни вашей службы, — произнес небольшую речь советник, поднимая чашу. — День! Не дни, — поправил его Чонгук, смотря прямо в глаза собеседника. — Сам Император выразил свою благодарность за службу. Скажи, твои воины приняли новую веру? — Я не заставлял их, они верят в обычаи своих стай. — Значит, они язычники? Как непрост наш мир. Степные варвары хотят сокрушить новую веру, поэтому Император принял решение оставить земли к северу от стены. — Что?! — вскочил на ноги Чонгук. — Я и мои воины проливали кровь за эти земли, а вы хотите оставить их этим дикарям или, того хуже, синим волкам?! — Тише-тише, мальчик мой, я понимаю твое возмущение, но войско степных волков движется к стене. Мы не можем сейчас дать им отпор. Слишком многое поставлено на карту. — Мы воевали зря, — сжал кулаки Чонгук, сдерживая свои эмоции. — Не зря! Вот ваши вольные грамоты, вы выполнили свой долг, — советник показал на сундук. — Но сначала… — Сначала? — зверь внутри Чонгука рычал и злился. — У императора есть еще одно поручение для вас, — советник, чувствуя, как беснуется зверь Чона, чуть попятился назад. — Вы должны отправиться за стену на север и привести оттуда сына и наследника северных земель. Ему суждено стать следующим советником Императора. — Мои воины пятнадцать лет рисковали своей жизнью ради империи, и сейчас, в последний день службы, вы поручаете им столь опасное, более того, смертельное задание?! Это несправедливо, мать вашу! — Чонгук в гневе перевернул стол, который ударился в стену. Он тяжело дышал, и, казалось, зверь готов был вырваться наружу, стоило его обладателю ослабить контроль. — Вы получите грамоты, как только выполните задание! — протараторил мужчина. — Мы выполнили долг, мои воины не будут выполнять это задание! — Чтобы попасть домой, им придется пересечь всю империю. Без вольных грамот их отправят под трибунал! — Как я скажу им о том, что, вместо свободы, они отправляются на смерть?! — рявкнул альфа, в чьих глазах уже полыхало пламя.

***

Тем временем во дворе играла музыка, соджу лилось рекой, а воины, вымотанные сражениями, наслаждались вечером. — В яблочко! — хохотал Сокджин, метая ножи в мишени, показывая свое мастерство. — Как тебе это удается, ты же пьяный вусмерть? — охреневал Намджун, опустошая очередную чашу и наблюдая за товарищем. — Просто я самый лучший воин во всей империи, — Сокджин распушил хвост, как павлин. — Спорим, Юнги тебя уделает! — бросил вызов Намджун, смотря товарищу прямо в глаза. — Кто? Он? Этот потрепанный пес? — фыркнул Джин. — Да он и в подметки мне не годится. Да я… — внезапно нож пролетел рядом с ухом Джина и попал точно в рукоять ножа, что до этого тот бросил. — Да брооось, — всхлипнул Джин, обращаясь к белому волку. — Ты даже не смотрел, куда бросаешь, — возмущался он, глядя на Юнги, который сидел за столом и точил свой меч. — Ахаха, — загибался пополам от смеха Намджун. — Я самый лучший воин империи, — передразнил Сокджина альфа. — Пошел ты! А где носит Хосока и Тэ? — перевел тему со своего поражения Джин.

***

— Что ты делаешь? Нас могут услышать, — говорил сквозь поцелуи Тэхен. — Мне все равно, — Хосок прижимал к стене омегу, впиваясь в его шею. — Мы были в походе несколько дней, я хочу тебя! — Хосок, стой, — скулил Тэхен, задыхаясь от настойчивых ласк. Руки Хосока блуждали по его разгоряченному телу, разум бил тревогу, что их могут застукать, а тело жаждало большего. — Если ты сейчас же не снимешь штаны, я порву их на тебе зубами, — прорычал Хосок. — Нам нельзя, тут повсюду воины императора. Если ему доложат о нас, мы будем казнены, — ловил воздух ртом Тэхен, потому что руки альфы сжимали его возбужденный и ноющий член. — Отрубленные головы не разговаривают. Хосок закинул омегу на плечо. Альфа кинул Тэхена на кровать и навис сверху. Он опирался руками о кровать, чтобы не раздавить своим весом омегу. Мокрые поцелуи спускались вниз по шее. Голодные губы целовали каждый сантиметр содрогающегося от желания тела. Ловко расстегнув чужие штаны, Хосок обхватил налившийся кровью член рукой и начал медленно двигать вверх-вниз, слегка сдавливая головку. — Ах, — слетел тихий стон с губ омеги. Тело начало поддаваться сладким ощущениям. Хосок поглаживал большим пальцем по головке, губами спускался ниже, осыпая поцелуями живот Тэхена. Проведя языком по всей длине члена, он услышал в ответ глубокий стон. — Хосок, нет, — глаза омеги закрылись, когда он почувствовал, как горячий рот Хосока обхватил его член. Тэхен чувствовал все движения языка. Хосок водил им по головке, периодически заглатывая ее полностью. Рукой он все так же поглаживал ствол, заставляя омегу извиваться. Стоны Тэхена становились все громче и интенсивнее, и ему пришлось закрывать рот рукой. — Просто скажи да, — Хосок продолжал дразнить омегу, зная, что тот все равно сдастся. Разведя его ноги в стороны, Хо продолжал ласкать член Тэхена губами и языком, в то время как его палец проскользнул внутрь Тэхена. Альфа мучил и дарил наслаждения одновременно. Растянув немного Тэхена, он подушечками пальцев нащупал простату и массировал ее, выбивая стоны омеги все чаще и громче. На секунду Хосок оторвался от омеги, чтобы оценить невероятную картину под собой. Альфа обвел языком метку с еловой ветвью под ключицей Тэхена. — Я не могу больше ждать, я ждал десять лет. — Хосок, — проскулил Тэхен, не желая прерывать ласки Хосока. Он сдался этому альфе.

***

— Чонгук! Выпей с нами, друг! — обнял командира Сокджин. — Почувствуй вкус свободы. — Друзья, вы прошли со мной в ад и вернулись обратно. Вы не раз спасали мою жизнь, как и я вашу. Вы выполнили сотни заданий, но сегодня мне придется просить вас выполнить еще одно, — с досадой признался Чонгук, обводя взглядом каждого. — Мы должны выполнить еще одно поручение Империи, прежде чем нас отпустят на волю. — Классная шутка! — истерически засмеялся Хосок. — Ты же шутишь, да? — решил уточнить Сокджин, улыбка которого резко исчезла с лица. — МЫ должны отправиться за стену, чтобы спасти наследника северных земель. — Ты бредишь, да? — возмутился Тэхен, не веря в слова командира. — Мы отдали долг империи сполна, если такой долг вообще был. — Каждый из нас рисковал жизнью, и они просят нас вновь пролить нашу кровь! — перешел на крик Джин. — Я не верю своим ушам, — швырнул стул об стену Хосок. — Мы получим свободу, когда выполним задание! — Я — свободный человек! — повысил голос Хосок. — Я волен выбирать, с кем трахаться и как умирать. — Да-да, все мы когда-нибудь сдохнем. Если боишься умереть от руки степных волков, оставайся! — огрызнулся продолжавший невозмутимо сидеть Юнги. — Если тебе не терпится умереть, я тебе это устрою, — Сокджин кинулся на товарища. — Довольно! — перехватил друга Хосок. — Император не сдержал слово, но Чонгук сдержит, — сказал Намджун, обращая внимание на себя. — Начнем же сборы! Джин, ты с нами? — Конечно, твою мать, — поправил свою одежду альфа. — Отпустишь вас одних — поубивают нахрен. — Хосок? — спросил Чонгук, глядя другу в глаза. — Я с тобой, Чонгук, как и всегда, — Хосок вылил вино из кувшина на землю. — С тобой до самой смерти!