take a lap, loser

Субин уже начинал жалеть о том, что напился этой ночью, когда заходил в зал с чудовищной головной болью. Звуки столкновения волейбольного мяча с полом вообще не помогали успокоить боль. Тем не менее, он не собирался идти на попятную из-за таких эгоистичных причин: каким тогда он будет капитаном? — Субин-ши! — зовет его тренер Ким с яркой улыбкой, когда он замечает его у входа. — Я догадывался, что ты придешь на тренировку. Третьекурсник не может сдержать улыбки, когда подходит к мужчине и глубоко ему кланяется. — Тренер… — Я же сказал называть меня хёном! Субин чувствует, как краснеет его лицо. — Извини, Сокджин-хён… — Джин-хён, — поправляет его Сокджин, щелкнув по козырьку его кепки для убедительности. Ёсан на площадке прерывает передачу, чтобы прокомментировать: — Ты даже нам не разрешаешь звать себя хёном! — Потому что Субин-и не опустошает мои карманы после каждой игры… Эй, разве я сказал, что можно расслабиться? — кричит Сокджин остальным членам команды, которые остановились, чтобы позлорадствовать над видом покрасневшего Ёсана. Он легонько качает головой. — Ты же знаешь, что можешь больше не просить разрешения понаблюдать за тренировкой? Можешь просто приходить, когда захочешь. — О, спасибо! Ну, на самом деле, я пришел… — начинает Субин, когда дверь позади него вдруг снова открывается. Сокджин заметно напрягается, поднимая ладонь, чтобы остановить его. — Чхве. — Он поджимает губы, произнося это, и все в комнате останавливаются. Субин оборачивается и видит либеро без формы и с нахмуренными бровями. Он опоздал на тренировку? Остальная команда тоже пялится на него, так что он опускает взгляд на пол, выражение лица пустое, рука крепко сжимает лямку рюкзака на плече. — Тренер Ким. — Парень кланяется так же, как сделал Субин, но не выпрямляется, держа голову опущенной. — Мне можно посмотреть на тренировку? Кажется, словно время остановилось. Никто не дышит, никто не двигается, и Субин чувствует, будто он вторгается в личный момент между командой и их либеро. — Можно, иди садись на трибуны, — говорит Сокджин наконец, на мгновение оглядев младшего, и возвращает внимание на площадку. — Эй, что я только что вам сказал? Продолжайте разогреваться! Сегодня отрабатываем планирующую подачу, лучше бы вы хорошенько размялись! Несмотря на команду, у всех уходит еще одна минута, чтобы отмереть и подчиниться. Либеро — Чхве, верно? — почти механически идет к трибунам и садится, облокачиваясь на ряд позади него и наблюдая за разминкой команды. Сокджин смотрит в его направлении еще раз, прежде чем повернуться к Субину. — Прости за это, Субин-ши. Что ты хотел сказать? — Я просто, эм… — Третьекурсник отрывает взгляд от парня на трибунах. — Секционной команде не хватает одного игрока на этот сезон, я просто хотел спросить, есть ли у вас свободные игроки? Нам нужен кто-то, кто был бы хорош в обороне. Сокджин оглядывает парней на площадке. — Я и забыл, что за вас играл Феликс… Как насчет Минги? — Эм-м, нам бы лучше кого-нибудь, кто хорошо запоминает отыгранные партии, сэр. Минги… — Они оба поворачиваются к долговязому третьекурснику, пока он ловит мяч лицом, смеясь. — Не совсем хорошо понимает, как нужно играть. — Хёнджин? — Говорят, он взял слишком много часов. — А… Как насчет Сана? — Сан… Сан? — Субин ищет его на площадке взглядом, примечая его помогающим Уёну растянуться, и кивает. — Я мог бы спросить. Я думал, что он в секции по плаванью, но, возможно, графики не будут совпадать. Сокджин еще раз окидывает площадку взглядом, а потом неуверенно смотрит на трибуны. — Ну… может быть, есть еще один игрок, который будет свободен весь сезон. — Либеро? — Субин прослеживает его взгляд, припоминая те бесчисленные разы, когда он видел этого игрока в действии. — Он невероятен. Его выносливость — это не шутки. — Слишком талантлив на свою беду, — вздыхает Сокджин, поджимая губы. — Он захочет играть за секцию? — Не могу сказать. Чхве сложно понять. Субин задумчиво жует губы, понимая, что либеро — их шанс на успех в предстоящих играх. — Хён, можно спросить? — начинает он, наблюдая за тем, как кулаки либеро сжимаются, когда поданный мяч врезается в сетку, но все всё равно благодарят подающего. — Почему он не на площадке сегодня? Он получил травму? — Разве что, травмирована только его гордость. — А? — Ты сам поймешь. Если все еще захочешь завербовать его к себе, дай мне знать, ладно? — Субин кивает в ответ. — Сейчас мы начнем тренировку, можешь присесть. — Сокджин дует в свисток, привлекая внимание команды. — Выстраиваемся, парни! Субин еще раз кланяется, чуть более поверхностно, чем раньше, и направляется на трибуны, занимая свое привычное место в правом верхнем углу. С этого места видно всю площадку и либеро, теперь выпрямившегося и смотрящего прямо перед собой, даже не удостоив его взглядом. И что ты только сделал, Чхве?

~

Когда тренировка подходит к концу, Чхве вскакивает с места и быстро подходит к Сокджину. Он что-то ему говорит, потом снова кланяется, но Сокджин подтягивает его в нормальное положение, отвечая с мягкой улыбкой. Они недолго смотрят друг другу в глаза, прежде чем Сокджин дает свисток, чтобы привлечь внимание игроков. — Прежде чем вы начнете убираться, ребята, Чхве хотел бы вам кое-что сказать, — объясняет тренер кратко, указывая на либеро. — Эй. А ну прекратили двигаться. Игроки дружно останавливаются, кто-то смотрит на Чхве вопросительно, кто-то же полностью его игнорирует. — Давай, можешь начинать. Чхве делает глубокий вдох и медленно выдыхает, растопыривая пальцы, а потом сжимая их в кулаки. — Чонгук-сонбэним, я хотел бы извиниться за то, что действовал по незрелым побуждениям. Я не имел права прикасаться к тебе, но я сделал это. Я благодарен, что ты решил не выдвигать обвинения против меня, когда я так себя повел. — Обвинения? — Тэхён-сонбэним, я глубоко сожалею, что постоянно мешал игре своим эгоизмом и оттолкнул тебя в понедельник. Чонхо-ши, надеюсь, ты сможешь простить меня за то, что я неоднократно вел себя агрессивно по отношению к тебе на площадке. Я прошу прощения у всей команды за причиненное потрясение и за то, что тянул всех вниз. Хоть прошел только день, — Субин понимает, что начал хмуриться сильнее, — я обещаю всем, что за этот семестр не только подтяну навыки, но еще и продемонстрирую свою верность спорту и буду учиться командной игре. Он снова кланяется, на этот раз глубже 90 градусов, и ждет. Субин не уверен, чего ожидать, не уверен в том, как реагировать на услышанное, но то, как Сокджин просиял, дало ему надежду на что-то лучшее. В конце концов, их блокирующий средней линии — Чонгук, вспоминает Субин, — выходит вперед. Он оглядывает Чхве с плотно поджатыми губами и протягивает ему руку. — Очень надеюсь. Нам будет не хватать тебя в этом сезоне. Напряжение, которое скапливалось в комнате, рассеивается, как только Чхве выпрямляется и пожимает Чонгуку руку. Другие игроки говорят что-то подобное, одобрительно кивая ему, и он благодарит каждого по отдельности. Как только все возвращаются к уборке, он идет к выходу. Сокджин ловит взгляд Субина, выжидающе вздернув брови, и произносит: — Сможешь справиться с таким? Субин ухмыляется, кивает и поднимается с места. Вместо того, чтобы ответить ему напрямую, он кричит, спускаясь с трибун: — Чхве, подожди!