Тьма из моих снов

***

Юнги просыпается, когда лучи солнца ярко освещают комнату. Голова немного болит, ну а так, в целом, состояние его было нормальным. Мин думал, что после столь большого употребления алкоголя будет хуже, а так обошлось только одной прочисткой желудка. Видимо коньяк и вправду хороший и на этикетке не наврали. Юнги дёргается, переворачиваясь на спину, и слышит чьё-то тихое сопение. Тэхён. Здесь. Никуда не ушёл. На мгновение Юнги кажется, что это очередной сон (такого содержания сны снились ему очень часто), но потом в голове мелькают все воспоминания вчерашнего вечера: знакомая беседка, разговор с Тэхёном, точнее говорение глупостей и поцелуй. Чёрт. Юнги было стыдно за свою бестактность и свинское поведение, но Тэхён почему-то не ушёл. Хотя, что уж удивляться, Ким слишком добрый человек, чтобы оставить старшего в таком состоянии, даже не смотря на все обиды и распускание рук. Юнги аккуратно встаёт с кровати, чтобы сильно не раскачивать матрас и не будить спящего Тэхёна. Мин укрывает Кима рядом лежащим мягким пледом. Ночь они так и проспали в одежде, видимо, Он сильно придавил Тэхёна, раз уж тот даже не смог ничем укрыться. Может быть, именно поэтому младший не ушёл? Не смог выбраться из объятий? Тэхён немного ежится, зарываясь во сне в плед, а его губы расплываются в лёгкой, умиротворённой улыбке. И Юнги кажется, что он и вправду чувствует себя немного счастливым в эту минуту. Это чувство расплывается таким забытым теплом по всему телу, заставляя уголки губ приподняться. Но это всего лишь иллюзия счастья. Когда Тэхён проснётся, всё снова станет холодным, и боль расплывётся по всей тёмной душе Юнги. Маленький лучик света поглотит тьма. Мин идёт в ванную, чтобы попытаться хоть немного смыть с себя вчерашний позор и прийти окончательно в нормальное состояние.

***

Тэхён просыпается в чужой светлой комнате, совсем не похожей на его собственную. Его сразу же накрывает паника, но потом она исчезает, когда парень вспоминает о том, что вчера он помогал пьяному Юнги дойти до дома, а потом тот придавил грузом своего тела к кровати, не давая уйти. Самого Юнги в комнате не было, а с кухни доносились какие-то грохочущие металлические звуки падения какого-то предмета. Тэхён быстро встаёт с кровати и идёт на источник звука. Теперь Киму мог разглядеть квартиру Юнги в полной красе, ведь вчера вечером из-за темноты ему так и не удалось этого сделать. Чувствовалась практичность старшего: в квартире не было красивых, изысканных предметов роскоши: резной мебели, или же кожаных диванов. Всё было сделано в стиле современности без особых заморочек. — Доброе утро, я, наверное, тебя разбудил, — произносит Юнги, когда Тэхён появляется в дверном проеме. В руке старший держит ложку и что-то помешивает ей в кастрюле, стоящей на зажжённой конфорке плиты. — Я не знаю, любишь ли ты овсянку и кофе, но кроме них в квартире ничего нет. Я слишком редко здесь появляюсь из-за работы. — Доброе утро… — произносит Ким как-то удивлённо. Впервые он видел Юнги у плиты, варящего кашу. — Да нет, всё в порядке. Можно принять душ? — Тэхёну хотелось освежиться, он и так проспал ночь в одежде совсем непригодной для сна. — Да, конечно, в ванной чистое полотенце висит, — говорит Мин, как можно доброжелательнее. Всё происходящее выглядело, словно дешёвый спектакль. Они играли хороших друзей, хотя внутри разрывались от противоречивых чувств.

***

- Вроде получилось съедобно, — произносит Юнги. – Так странно, я так долго работаю в общепите, но мои кулинарные успехи совсем уж шаткие. - Да, нормально, — отвечает Тэхён, улыбнувшись, совсем картинно. Ему хотелось уйти и перестать мучить себя, бороться с переполняющими чувствами. – Ты до сих пор работаешь в кафе? - Да, до сих пор, только на другой точке и теперь уже администратором. Тэхён печально улыбается, вспоминая, как пару лет назад он пытался разузнать хоть какую-то информацию о Юнги на его старом месте работы. Оказывается, старший всего лишь перевёлся в другое кафе. Вся эта атмосфера ложного доброжелательства угнетала. Заставляла обоих сидеть словно на иголках и бояться сказать что-то лишнее, разрушить эту бутафорную идиллию, и снова сорваться на крик и чувства. - Извини ещё раз за то, что я распускал руки и язык, — виновато произносит Юнги. Язык он распускал в прямом и переносном смысле, и от этого было мерзко от самого себя, ведь он заставил Тэхёна целовать себя. И на месте младшего Мин навряд ли простил бы себя за распутство. Но попытаться извиниться всё же стоит, может после этого станет немного легче на душе и совесть успокоиться. Но Юнги точно знал, что легче не станет. — Не только ты один плохо контролируешь себя, когда пьяный, — говорит Тэхён, вспоминая ту злополучную вечеринку, которую стоит бы забыть. После неё Ким дал себе слово, что больше никогда не будет пить. Лучше уж не пить совсем, чем долго жалеть о совершённых действиях в состоянии опьянения. — Поэтому всё в порядке. — Ты нормально себя чувствуешь? — неожиданный вопрос, заданный Юнги, заставляет Кима вздрогнуть. Старшего и вправду интересует состояние его здоровья? Хотя, возможно, это очередное проявление жалости и вины. — Эмм… Да, вполне, к чему такой вопрос? Мин понимает, что после всего случившегося, этот заданный им вопрос о состоянии здоровья звучит слишком глупо, и даже выбивается из их картинно доброжелательной беседы, затрагивая личное. — Просто я до сих пор не могу отойти от того случая в туалете. Я думал, что ты умрёшь у меня на руках. Я думал, что потеряю тебя, — голос Юнги дрожит. Он и вправду боялся потерять Тэхёна тогда навсегда. — А… Это… — Ким запинается, опуская взгляд в чашку с кофе. — Конечно, неприятные ощущения, но жить можно, когда таблетки всегда рядом с тобой, — он старается улыбнуться как можно более счастливо. Когда приступы не накрывают, он может говорить о своей болезни в шутливом тоне, но когда лёгкие и сердце сдавливает резкая боль, кажется, что всё, конец, и даже обезболивающие таблетки не помогут. — Прости меня… Это я виноват. — Хён, хватит извиняться, я же говорил, что ты не виноват, — произносит Тэхён, допивая кофе. — Спасибо за завтрак, я, наверное, пойду. Юнги не простит себя, если снова так просто отпустит Тэхёна. Он должен рассказать всё, что разрушало его морально все эти два года, не взирая на последствия. Возможно, Ким начнёт презирать его ещё больше. — Я хочу извиниться за то, что оставил тебя тогда… Я думал, что так будет легче, мне казалось, что это и вправду единственный правильный исход событий. Я считал, что если послушаю твоего отца, то тебе станет легче: ты опять начал бы уделять больше времени учёбе, поступил бы в университет, в который ты хотел. Исполнил бы мечту своей жизни. А я мешал тебе, отвлекал от всего. — Хён… ты не отвлекал меня никогда. — Если бы я знал о твоей болезни, то я ни за что не оставил тебя. Я соврал тебе о том, что уезжаю. Сам же я перевёлся в закрытую школу и всё время надеялся не встретить тебя случайно на улице. Мне от самого себя было противно все эти годы. Но я надеялся, что смогу забыть тебя, все эти странные тёплые чувства и я почти смог. Но этот гребанный университет, я не знал, что ты поступишь именно туда. А потом вечеринка, и твоё игнорирование. Я сломался. — Хён, не стоит так себя обвинять, — голос Тэхёна звучит мягко, тепло, как-то по-родному. — Если ты меня ненавидишь за всё, что я сделал, я пойму и отпущу тебя. В любом случае, судьба наказала меня за эту ошибку скорой смертью матери, не нужно было врать, что ей пообещали спасительное лечение. Если Тэхён после услышанного отвергнет Юнги, то старший отпустит, теперь уже навсегда. Наступит на свои чувства, переведётся в другой университет, снова сбежит от всех проблем, и будет надеется, что когда-то чувства угаснут, а всё это забудется, и в памяти все события отложатся как прекрасный сон. Всего лишь сон. Вместо ответа Тэхён встает со стола и подходит к Юнги, а затем крепко обнимает его, утыкаясь лицом в шею. - Не отпускай, пожалуйста. Ты нужен мне. - Не отпущу. - Я так хотел быть с тобой в тот сложный период времени, - произносит Ким, не говоря прямо о том, что имеет в виду, но Юнги понимает. Какой же Мин всё-таки дурак. Впервые за долгое время боль, кажется, отступила.

***

— И где ты всю ночь был? — спрашивает отец, когда Ким открывает входную дверь дома. — У Юнги, — правдиво отвечает Ким. Лучше уж начать новую главу взрослой жизни без противной лжи, в которой они в последнее время утопали вместе со старшим. - У Юнги?! — Да. И ты снова прочистишь ему мозги, говоря, что если он оставит меня, то мне станет лучше, да? — недовольно выпаливает Тэхён. Он был зол на отца, узнав всю правду. Неужели отец настолько пал низко, чтобы вредить собственному сыну? Видимо, да. — Снова Юнги… — шикает старший Ким. Тайное всегда становится явным. Как не скрывай, не прячь. Ты уверен полностью, что твоя ложь никогда не раскроется, но правда бьёт поддых в самый неожиданный момент, когда ты этого совершенно не ждёшь, выбивая тебя надолго из колеи. Отец тоже думал, что его ложь во благо никогда не раскроется. И пусть это благо вытекло в прогрессирование болезни. Мужчине было всё равно на моральное состояние сына, главное, чтобы на их семью не смотрели косо, и не оклеймили его и супругу родителями выродка. — Не знал, что ты такой хороший психолог, отец. Только вот не надо больше решать за меня с кем быть мне лучше. — Но ваши отношения против природы, чёрт возьми! Это разрушающая связь, как ты не можешь понять? Старший Ким пытается в последний раз достучаться до сына, поставить на, так называемый, истинный путь. Тэхён молча смотрит на отца. Всё-таки тот никогда его не поймёт. — А может мне нравится эта разрушающая связь? Мужчина молчит, не зная, что сказать. Он проиграл свою битву.

***

— Родители снова пилят меня своими взглядами, — произносит Тэхён, печально вздыхая, опираясь на стену. В последнее время их внезапное сближение с Юнги стало новостью для всего потока, вероятно, потому что Чонгук и Чимин слишком проницательны и сразу поняли, что к чему. Начали даже ходить слухи об их странной, совсем не дружеской связи, ведь многие замечали то, как эти двое смотрели друг на друга. — Почему? — Я сказал, что провел ночь у тебя. Я не хочу, чтобы наша связь снова осквернялась ложью, я устал от неё. А отец… он никогда не примет мой выбор. — Переезжай ко мне, квартира всё равно пустует, — произносит Юнги как-то легко. Такой важный шаг сближения в отношениях, а он так без раздумий его принимает. Хотя Мин просто хотелось наверстать упущенное за два года. Пускай, они и помирились с Тэхёном, но в их отношениях ещё была холодность и недосказанность. — Но Хён… Я не могу. Я не хочу тебя обременять. — Ты ничуть не обременяешь, наоборот мне будет легче, так ты будешь меньше нервничать, а значит приступы будут не такими частыми. Я не хочу, чтобы ты испытывал понапрасну боль из-за того, что твой отец не уважает чужой выбор. Я же всё-таки волнуюсь за тебя. Поэтому ты переезжаешь ко мне, хорошо? Тэхён кивает головой, улыбаясь слишком солнечно и тепло. Быть может, так будет и вправду лучше.

***

- Тэхённа, зачем ты привёл его к нам? — спрашивает старший Ким недовольно. — Я переезжаю к Юнги, и да, учёбу я не заброшу, — произносит Ким, хотя у него нет совсем уверенности, что последнее хоть как-то смирит гнев отца. Киму даже казалось, что отцу плевать, как учится его сын, главное, чтобы тот не носил позорное клеймо нетрадиционной ориентации. Тэхён ожидает, что сейчас начнётся очередной скандал, после которого придётся снова глотать таблетки: - Хорошо, переезжай. Только рассчитывай теперь только на себя, ты же у нас взрослый, — произносит сухо отец. Эти слова почему-то не задевают внутри Тэхёна ничего, видимо, он слишком устал за эти годы от постоянных скандалов и неприятия его ориентации. Старший Ким никогда не смирится. Сейчас же он предпочёл перейти на политику игнорирования, раз уж отвержение ни к чему хорошему не пришло. Тэхёну было жаль мать. Она стояла возле отца, еле сдерживая слёзы, она не была готова отпускать своего сына так рано во взрослую жизнь.