Unnecessary

Первое, что почувствовал Сюаньюй после пробуждения — мягкую и очень удобную подушку. Кажется, в комнате юноши таких не было. Открывать глаза не хотелось, поэтому Сюаньюй позволил себе ещё немного понежиться в этом странном и непривычном уюте. Никто не будил и не кричал, было очень хорошо и тихо. Так, словно перестали существовать все проблемы юноши. Впрочем, это мало походило на правду. Собравшись с силами, Сюаньюй всё же открыл глаза — и тут же их закрыл, посчитав, что сознание играет с ним дурную шутку. Не может же он действительно лежать в покоях Цзинь Гуанъяо, заботливо укрытый одеялом? Нужно выпить очень много вина, чтобы в это поверить. Юноша поворочался, но заснуть уже не смог. В голову полезли привычные тревожные мысли, так что пришлось окончательно открыть глаза. Игнорировать реальность не получилось бы ни в каком случае. Сюаньюй действительно лежал в покоях Яо, на его кровати. Только о том, как попал сюда, юноша не помнил ровным счётом ничего. Может это и к лучшему. — Доброе утро, — привычно мягкий голос заставил невольно вздрогнуть и резко повернуться, приподнимаясь на подушках. Глава Цзинь собственной персоной как ни в чём не бывало полусидел в кровати, читая очередной свиток. Сюаньюй даже моргнул несколько раз, после чего ущипнул себя за руку. А то вдруг всё-таки умер и не заметил. Боль немного отвлекла и юноша убедился, что всё происходящее более чем реально. Только вот понятнее от этого не становилось. — Почему я здесь? Ох, простите, я сейчас уйду, — юноша привычно завозился, опуская голову. Идиот. Он ведь доставил Яо неудобства, вместо того, чтобы принести завтрак. А вот мужчина, казалось, совершенно не удивлён, даже наоборот — ведёт себя так, словно каждый день видит Сюаньюя в своей постели. Юноша, конечно, был бы не против, однако он прекрасно знал, что глава ордена в подобном не заинтересован. И от этого вопросов становилось только больше. Яо отложил свиток, внимательно глядя на Сюаньюя. — Ты вчера заснул в саду и я посчитал кощунством оставлять тебя там, — конечно же мужчина мог так и поступить, но всё же решил не оставлять юношу на улице. По ночам бывает действительно прохладно, да и Сюаньюй не был заклинателем, чтобы переносить такие условия. Юноша удивлённо посмотрел в глаза хозяина, несколько раз открывая и закрывая рот. Это что, шутка такая? — Вы меня… Принесли сюда сами? — зачем-то спросил Сюаньюй, хотя ответ был более чем очевиден. Кто же ещё, если не Яо? От этого внутри очень странно потеплело и юноше изо всех сил захотелось броситься на шею мужчины, чтобы крепко обнять. Но он сдержался, понимая, что и так уже успел совершить немало глупостей. — Да. Будем считать, что у тебя сегодня выходной. Завтрак будет позже, — всё поведение Яо было столь привычным, что Сюаньюй немного успокоился. Его бы уже выгнали, если бы действительно хотели. Но мужчина и слова об этом не сказал, даже из постели не прогнал. Лишь мягко улыбнулся и вернулся к чтению свитка. Если бы Сюаньюю сказали, что однажды утром он вот так вот проснётся рядом с Яо, юноша бы не поверил. Да и сейчас он верил не до конца, всё ещё опасаясь, что его выгонят. Только вот Яо продолжал вести себя совершенно спокойно и невозмутимо. Кто же знал, что Сюаньюй заснёт прямо на его руках — доверчиво прижимаясь и хватаясь за полы ханьфу, как за единственную спасительную ветвь. Яо это не удивило, ведь он давно начал замечать перемены в чужом поведении. Плохо это или хорошо? Сложно сказать, ведь всё зависит от контекста. Сейчас куда важнее было вернуться в помещение, ибо на улице начинало холодать. Мужчина аккуратно поднял юношу на руки, прижимая к себе. Сюаньюй совсем лёгкий, как его только ветром не сдувает? Впрочем, это сейчас не так уж и важно. Яо приносит юношу в свои покои и без задней мысли укладывает его на кровать. Вряд ли кто-то успел заметить, что мужчина принёс слугу в свои покои, но даже если бы и заметили, то глава Цзинь не стал бы оправдываться за свои поступки. Не оставлять же Сюаньюя на улице. Укрыв юношу одеялом, Яо направился к письменному столу. Чем больше работы он сделает сегодня — тем меньше останется на завтра. Эта мысль особенно грела сознание и мужчина приступил к делам. Интересно, что предпримет дальше эта госпожа Ли? Яо были совершенно очевидны намерения девушки и он совершенно точно не собирался ей потакать. Брак только создаст дополнительные проблемы и породнит главу Цзинь со множеством чужих людей, общество которых ему не нужно и не интересно. А выбирать связи Яо предпочитал очень внимательно и придирчиво. И уж тем более не ориентируясь лишь на миловидную внешность и мягкую улыбку. Что стало действительным новым — так это ревность со стороны Сюаньюя. Мужчина давно заметил, что юноша стал гораздо охотнее выполнять все его приказы, чаще улыбаться и виться вокруг. Однако его реакция на очередную встречу с претенденткой на руку и сердце главы Цзинь была необычной. Хотя довольно предсказуемой. Яо видел отстранённость и недоверчивость Сюаньюя ко всему живому, так что вполне закономерно, что мягкость и расположение со стороны мужчины рано или поздно привязали бы юношу к нему. Занятно, что уж там. Теперь возник другой вопрос — соберётся ли Сюаньюй с силами для признания? Яо, по сути, это было не нужно, ибо он и так всё прекрасно видел. В каждом заботливом жесте и робкой улыбке, которые юноша пытался неумело прятать за рукавами ханьфу, подражая главе Цзинь. Мужчина даже делал вид, что не замечает этого, хотя чужое поведение было более чем очевидным. Маленький влюблённый зверёк. Яо не раз оказывался объектом чужой привязанности, всё же он был весьма обаятельным и уважаемым человеком. И некоторые люди даже считали, что знают его достаточно хорошо, чтобы претендовать на близкие отношения, на доверие со стороны главы Цзинь. Удивительная наивность, которая каждый раз забавляла Яо. Однако мужчина никогда не отвечал грубо, наоборот — отказывал очень вежливо, чтобы сохранить доброжелательное общение. Иногда люди просто признавались, иногда просили скорейшего ответа, довольно часто старались выдвигать свои требования. Интересно, чего бы пожелал Сюаньюй? Раздумывая над этой ситуацией, Яо всё же решил отложить документы на завтрашнее утро. Они никуда не денутся, да и мозг сейчас занят совершенно другим. Мужчина поднимается на ноги и тихо идёт к кровати. Так, чтобы не потревожить чужой сон. Мужчина мог бы поступить по-другому, обращаясь с Сюаньюем недружелюбно и жёстко. Но практика уже показала, что изначально выбранная стратегия оказалась верной. Юноша проникся сначала доверием, а потом и более глубоким чувством. И Яо это определённо нравилось. Оставив верхние одежды, мужчина располагается на свободной стороне кровати. Сюаньюй ворочается во сне, но после вновь расслабляется, поудобнее устраиваясь на мягких простынях. Обычно нервный и дёрганный юноша выглядит непривычно умиротворённо, очевидно сказывается пережитый стресс и напряжение. Яо и сам засыпает довольно быстро, даже не беспокоясь о том, что подпустил Сюаньюя слишком близко к себе. Цзинь Гуанъяо не был бы собой, если бы не предусмотрел такой исход. Юноша несколько раз хлопает глазами, стараясь осознать и принять тот факт, что Яо его не прогоняет и, кажется, даже за завтраком не собирается отправлять. И это насколько необычно, что юноша всё-таки не удерживается и широко улыбается, поднимая взгляд на хозяина. — Спасибо Вам, — очень хочется перебраться ближе и обнять, но всё же скованность не позволяет этого сделать. Мало ли, вдруг мужчина разозлится и всё волшебство сегодняшнего утра бесследно исчезнет. Нельзя рисковать крупицами драгоценного счастья. Вместо этого Сюаньюй пододвигается ближе и просто кладёт голову рядом с Яо — хотя бы так он может быть ближе, при этом не причиняя дискомфорта и не отвлекая от дел. — Не за что, — Яо тихо смеётся и опускает одну руку на голову юноши, взлохмачивая его спутанные волосы. Утро определённо выдалось хорошим.