Бальное платье

* * * Шпагу для дуэли каждый выбирает для себя [1] * * * Прошел первый месяц учебы Гермионы в академии. Несмотря на происшествие 1 сентября, никто из преподавателей и студентов, включая Снейпа, который предпочитал вообще не обращать внимания на нее, не проявлял к ней открытой неприязни. Как сказал Билли: "Вся правда остается в двух местах – в кабинете директора и в женском туалете". Билли был единственным человеком, с которым у нее сложились дружеские отношения с первого дня. С остальными она могла поговорить только о погоде и учебных занятиях. Надо сказать, что Гермиона не особо беспокоилась на этот счет. Ее мысли полностью ушли в учебу, и к началу октября она уже не с ужасом вспоминала свой первый бал, а со смирением. Пока что ей легко давалась домашняя работа и учеба в целом, она была довольна своими успехами. И, как бы странно это ни было, больше всего ей нравились Высшие Чары и Заклинания, которые вёл Снейп. Высшая магия предполагала изучение магических формул, рун, специальных движений и обретение полного контроля над разумом и чувствами. Гермиону это очень привлекало, она хотела максимально хорошо освоить этот предмет и в дальнейшем выбрать эту специализацию. Поэтому она старалась не докучать Снейпу, ибо он, Гермиона ошиблась в своих выводах в день их первой встречи, был профессионалом своего дела, и учеба у такого преподавателя – отличное подспорье в изучении данной дисциплины. Помимо основных курсов, обучающиеся должны были выбрать два обязательных дополнительных занятия. Среди них: верховая езда, театральное искусство, игра на музыкальных инструментах, фехтование, живопись, танцы, классическая литература. Творческая сторона не слишком привлекала Гермиону, и она решила записаться на фехтование и верховую езду. Зачем? Она и сама плохо понимала. Пару раз она видела, как Эбигейл и Билли катались возле замка. Да, Эбигейл была нареченной Билли по старым обычаям дворянских родов. Это несколько усложняло их общение. Но тем не менее, Гермиона восхищалась Эбигейл. Ее умением держать себя, ее грациозностью, манерами. Всем тем, что так ценила академия. И, когда она увидела ее на лошади, такую уверенную и изящную, то поняла, что хотела бы так же смотреться в седле. В ней взыграла в какой-то степени зависть, смешанная с восторгом. Ею овладело желание прикоснуться к миру, который она так плохо знала и раньше немного даже презирала: к миру аристократов. Фехтование же она выбрала потому, что оно должно было помочь ей лучше себя контролировать. Концентрация, холодный ум – иногда ей этого не доставало. И Гермиона упрямо решила работать над своими недостатками. Однако каждый выбор имеет свои последствия, даже выбор элективного курса в академии Высшей Магии. Гермиона, погруженная в учебу, не замечала все больше и больше растущую ненависть Эбигейл. Сначала Гермиона отняла у нее всеобщее внимание на балу, потом начала общаться с ее молодым человеком, записалась на те же курсы, что увеличило количество их встреч (и встреч с Билли), и. в конце концов, грязнокровка, пусть и героиня войны, начала подавать надежды хорошей колдуньи и проявлять себя как зарождающаяся аристократка. И нет, Эбигейл не была завистлива. В ней играла гордость и предвзятое отношение к тем, кто ниже ее по происхождению. Нельзя сказать, что у Эбигейл были все основания для вражды. Гермиона воспринимала Билли как друга, а уж как он воспринимал ее, оставалось на его совести. И она не стремилась затмить Эбигейл, Гермиона просто училась, следуя своим принципам и желаниям. Так или иначе, близилось Рождество. И Эбигейл приготовила Гермионе не самый приятный подарок. Однажды после занятий фехтованием Гермиона получила короткую записку со следующим содержанием: "Приходи в полночь в зал 4 на первом этаже. Есть кое-что интересное для тебя. Б.". Как и в Хогвартсе, ночные прогулки по замку были нередким развлечением для Гермионы. Конечно, здесь тоже был комендантский час, а наказания еще строже, но Билли и Гермиона воспринимали это как тренировку навыков скрытности и относились легкомысленно к этому. Билли потому, что уже выпускник, Гермиона – потому что первокурсница. Очередная ночная вылазка не пугала Гермиону, и она со спокойным сердцем, накинув на плечи теплый платок, без десяти полночь отправилась к месту встречи. Билли ждал ее у входа. – Ну и что ты хотел мне показать? – Игриво начала разговор Гермиона. – Первый снег под ночным небом, – улыбнулся Билли. Гермиона слегка опешила. – Оу, эээ, это так... романтично. Билли рассмеялся. – Да пошли уже, нас ждет потрясающий вид на холм с балкона танцевального зала, – он протянул ей руку в галантном жесте. – По-твоему бальный зал не закрывают на ночь? – Закрывают, конечно, но мы пойдем не через главный вход. Давай уже, Грейнджер, соглашайся. Когда меня не будет, ты вряд ли решишься пойти туда одна, или даже... с кем-нибудь, – почему-то последние слова Билли произнес с грустью в голосе. Немного подумав, Гермиона ответила на приглашение. Они довольно быстро, но в то же время тихо, проскочили по коридору рядом с танцевальным залом. Он и был им нужен, потому что там был второй вход на балкон. Вид и правда открывался потрясающий. Голые деревья подсвечивались луной, которая изредка показывалась из-за облаков. Шел редкий снег, прикасаясь к земле, он едва прикрывал черную траву. Почему-то этот вид завораживал Гермиону. В Хогвартсе ей было особо некогда останавливаться и любоваться видами. А теперь Билли открыл ей мир чарующей природы, прекрасной даже в минуты своего угасания, неизбежного подчинения зиме. Гермиона так увлеклась, что не заметила, как сполз ее платок. Билли заботливо поправил его, немного задержав руки на ее плечах. – Нашли романтичное место? – послышался звонкий голос. Билли и Гермиона резко обернулись. На немой вопрос обоих Эбигейл ответила: – Знаете, я два раза в неделю тренируюсь в четвертом зале, мадам Анри разрешает мне. А вы так громко разговариваете, что удивительно, как вас еще не поймали. Гермиона посмотрела на Билли, как бы спрашивая: "А ты, конечно, не знал..." – Мне уже надоело это все терпеть, – Эбигейл вышла вперед, оголяя рапиру, – решим вопрос как аристократка с аристократкой, хотя тебе до этого звания еще далеко, Гренджер. И нет, – жестом пресекая Билли, отрезала Эбигейл, – мы будем драться не из-за парня. Я хочу показать грязнокровке, что такое быть настоящей леди. Кровь закипала в жилах Гермионы. Уже давно никто не оскорблял ее за чистоту крови. – Мне плевать, героиня ты войны, или нет. Твое место в косом переулке у барной стойки. Эбигейл бросила вторую рапиру Гермионе под ноги. – Давай, жалкая пародия на дворянку, попробуй уделать меня, – Эбигейл подняла рапиру. Эмоции Гермионы взяли верх над ее разумом. Стрелки ее наручных часов начали ускорять ход. Подувший ветер сдул с нее платок и начал ласкать волосы девушек. Один шаг отделял Гермиону от дуэли. Один неверный и необдуманный шаг. Всю свою злость Гермиона направила в магию, рапира у ее ног подлетела, и Гермиона быстрым движением схватила ее. Это был первый раз, когда девушке удалось колдовать без палочки. Соперницы, соблюдая правила этикета и рапирного боя, вытянулись, держа одной рукой оружие у лица. Затем резко опустили его вниз с синхронным наклоном головы и заняли первичные позиции. Гермиона мысленно повторяла недавно выученные движения: "Правая нога вперед, колени согнуты, рука вытянута". Эбигейл делала все то же самое, только быстрее и увереннее. Наконец, девушки скрестили рапиры. – Девушки, это очень глупо, с вашей стороны, – очнулся вдруг Билли. По правилам он не мог вмешаться в дуэль, поэтому старался действовать не физически, а психологически, — вы знаете, что вас может ожидать, если администрация узнает об этом! Эбигейл не нападала. Он приняла стойку, изящно согнув в локте левую руку. Гермионе не оставалось ничего, кроме как перейти в нападение первой. Она прекрасно понимала, что ей не одолеть соперницу, по сравнению с ней Гермиона была троллем, который в первый раз открыл для себя палку как орудие обороны. Но не принять вызов, даже с условием того, что он гарантировал ей поражение, она не могла. Страшна была лишь цена этого поражения. Снег белым саваном быстро покрывал балкон. Выдохнув, Гермиона начала аккуратно двигаться. Батман четвёрка. Эбигейл блокировала. Батман сверху вниз. Снова блок. Батман снизу вверх, Эбигейл парировала и только удача помогла Гермионе уйти от укола противницы. Теперь Эбигейл перешла в наступление. В ее руках чувствовалась сила, и несколько раз Гермиона была на волоске от раны. Острия рапир поблескивали в лунном свете. Гермиона снова взяла инициативу на себя, проводя легкую серию ударов. Внезапно Эбигейл поскользнулась на снегу и не сумела отразить атаку, и Гермиона слегка задела ее бедро. На снегу заалела кровь. Злая от дурацкого промаха, Эбигейл мощным выпадом направила рапиру на Гермиону. Луна снова вышла из-за туч, и острие рапиры на мгновение ослепило Гермиону. И тут же она почувствовала, как боль пронзила грудь, чуть ниже ключицы. Она сдавленно охнула и отступила назад, опираясь на колонну балкона. Эбигейл смотрела на нее со смесью удовлетворения и презрения. Она подлетела к сопернице и схватила ее за плечи. – Беги зализывать раны, грязнокровка. Иначе твоя вонючая кровь осквернит весь замок. И Эбигейл тут же скрылась за дверью черного входа. Теперь к уже осевшей на пол Гермионе подбежал Билли. – Она знает, что ты никому не скажешь, – накидывая ей на плечи платок и прижимая им рану, затараторил он, – иначе сама себя подставишь. Я помочь тебе с этим не смогу. Единственный, кому ты можешь сейчас довериться – это профессор Снейп. Иди к нему, он справится с этим, рана не слишком серьезная по виду. Я приберусь здесь. Давай, поднимайся, героиня войны. Его комнаты недалеко, поднимись по главной лестнице на второй этаж, дальше в правый коридор, первый поворот налево, черная дверь. Беги, – в эмоциональном порыве Билли поцеловал ее в лоб и вытолкнул за дверь. [1] - Левитанский Ю. Д. Каждый выбирает для себя. Стихотворение