Вот тебе чувства

Мэг очнулась только к ночи. Некоторое время она казалась заторможенной: молчала, вздрагивала от любого движения в ее сторону. Но через пару часов осмелела и выбралась в кабинет, куда Сергей с Олегом ушли, чтобы не тревожить ее. Прошлась по кругу, наклоняя голову из стороны в сторону и рассматривая обстановку, а затем решительно забралась на диван с ногами и втиснулась между парнями. Толкнула головой руку Олега, лежащую на спинке дивана, и тот, рассмеявшись, запустил ладонь в ее встрепанные волосы. – Как ты себя чувствуешь, птичка? – Спросил Сергей, с умилением наблюдая эту мирную картину. Она посмотрела на него снизу вверх, сверкнув черными глазами из-под челки, и ответила высоким мелодичным голосом. – Хорошо. У меня были галлюцинации, но теперь всё прошло. Спасибо, доктор. Вы с Олегом меня спасли. – Не стоит благодарности, – отмахнулся Сергей, чувствуя себя гордым и смущенным одновременно, – мы можем теперь познакомиться по-нормальному? Ты можешь звать меня Сергей. Помнишь свое имя? Память не повреждена? – Ох, да, конечно, – смутилась девочка, – на меня зарегистрировано имя Маргарет, но мне больше нравится Мэгги. Я… кажется, помню почти всё, но иногда какие-то фрагменты всплывают не сразу. – Это пройдет, – успокоил ее Сергей, – связи восстановятся. Можешь рассказать что-нибудь из прошлого? До того, как стала девиантом? – Я помню свою семью. Меня купили для мальчика по имени Дэмиен, и сразу загрузили апгрейд для работы с расстройствами аутического спектра. Мама и папа считали Дэми очень больным. Но он был чудесным! Мы всё время играли. Он не ходил в школу и почти не общался с другими детьми. Мы были всё время вместе. Он рисовал меня, рассказывал мне сказки. И я ему тоже, – Мэг мечтательно улыбалась. Но вскоре ее улыбка померкла, – Я помню, как меня бросили. Папа увидел в новостях, что домашний андроид сошел с ума и взял в заложницы девочку. И они испугались. Они уезжали в загородный дом, помню, они заталкивали Дэми в машину, а он так страшно кричал, бился головой в стекло, звал меня! Я думала, у него начнется приступ! Мне приказали не двигаться, и я просто стояла посреди дороги. Но когда я увидела, как машина отъезжает, и маленькая светловолосая голова Дэмиена бьется в стекло, во мне что-то сломалось. Я что-то сломала. Когда стена приказа рухнула, я бежала так быстро, как только могла. Меня чуть не сбили несколько раз! А потом… я думаю, папа послал за мной полицейских. Сказал им, что сумасшедший андроид напал на них или что-то вроде… Меня окружили несколько машин, но мне удалось вырваться и убежать. Я спряталась в какой-то подворотне и сидела там до самой ночи. Олег уже давно хмурился и слегка покачивал головой. Сергей почувствовал, как от злости сжимаются зубы. Голос Мэг стал очень тихим: – Я потом просто ходила по всей округе и дергала каждую дверь. Искала, где можно укрыться. И нашла, наконец. Мы вместе с другими девиантами прятались в архиве художественного музея. Там было красиво. И с ними было здорово. Я не очень понимала, что происходило, и они тоже. Нам было грустно долгое время, и страшно, когда снаружи начали стрелять. Мы уходили в залы без окон и там включали цифровые картины. И тогда радовались. Но это недолго было. Сначала Руби заболела. Она была всё время грустная. У нее были такие круглые маленькие ожоги на руках, я не спрашивала, что случилось – она мало говорила, а потом, когда заболела, совсем перестала отвечать и нас не узнавала. Кричала несколько раз, очень страшно, кого-то обвиняла. А потом просто лежала и вздрагивала, словно ее били. Я знаю, как это – когда бьют. А ночью она перестала двигаться. Совсем. Дебора сказала, что она умерла, и что надо ее проводить. Я не знала, как, мы включили над ней красивую картину, а Дебора принесла настоящие свечи, и у нас были маленькие огоньки, и мы пели красивую песню. А потом Дебора тоже заболела. И другие. И я. Мы пытались звать на помощь, я придумала, что нам надо всем соединяться и в соединении посылать сообщения. И мы звали, звали, но никого не было. А потом пришёл Олег. И забрал меня. И ты меня спас. – Это было просто везение, маленькая птичка, – Сергей услышал свой голос словно со стороны: нежность мешалась с горечью, – Олег во всем разобрался. Я просто нажимал кнопки. – Перестань! – ее острый кулачок уперся ему в грудь. – Не обращай внимания, Мэгги, – рассмеялся Олег. – Доктор Разумовский просто не умеет признавать очевидные вещи. Сергей усмехнулся тоже и поднял руки в извиняющемся жесте. – Надо привести тебя в порядок, – решительно и весело сказал он, – пока эти лохмотья на тебе совсем не расползлись. Она с восторгом согласилась. Олег нагрел воды на плитке, и вдвоем они вымыли волосы Мэг, которые под слоем грязи оказались снежно-белыми. Сергей перебрал вещи в шкафу и нашел спортивные штаны и длинную футболку. Перед сном она вновь забралась на диван с ногами, и Сергей взялся расчесать ее спутанные пряди. Мэг ворковала от удовольствия и выстукивала бодрый ритм по подлокотнику. Олег включил цифровую Венеру, и они оба насладились восторженными возгласами Мэгги. Затем Олег пристроился рядом на полу, где деловито чистил и смазывал обрез. Засыпая под тихое монотонное пение Мэг и знакомое уютное шуршание Олега, Сергей снова чувствовал себя почти счастливым. *** Под утро приснилось что-то нехорошее. Темная фигура бродила по комнате и тихим, заунывным голосом зачитывала строки его грантовой заявки, шурша листами в папке. Олег замер в боевой стойке, но не двигался с места, словно скованный приказом. Человек с папкой то отдалялся, то подходил, нависая, как судья. – Как благородно, доктор Разумовский, – ухмылялась фигура, – спасать маленьких девиантов, наделять волей мои игрушки. Всё это по-прежнему моя собственность, и я могу забрать любого из них, когда захочу. И вам это известно. «Нет!», – Сергей пытается кричать, но губы не слушаются. – В этом городе может быть только один Бог-Создатель. Не надо играть со мной, доктор. Мои игры тебе не понравятся. «Хватит! Замолчи!» – Взгляни на него, – фигура приближается к Олегу. Тот всё еще неподвижен. Ни проблеска жизни во взгляде, – Такой сильный и стремительный. И такой послушный. Он сделает всё, что я скажу, – голос сладострастно тянет слова, – например, убьёт. Олег поднимает обрез. Черный провал дула смотрит в грудь Сергея. Фигура смеется и хлопает. Каждый хлопок звучит как выстрел. Вернее, это и есть выстрел. Раз. Два. Три. Четыре. Пять пуль входят в грудь. И больше нет ничего – ни чувств, ни мыслей. Только темнота. Обрез с грохотом упал на пол, и Сергей рывком сел на кровати. Над головой раздался возмущенный голос Олега: «Ну Мэг, ты же его разбудила!» и торопливые извинения девочки. – Какого черта, – сиплым со сна голосом пробормотал Сергей. – Мэгги прыгала с дивана и уронила обрез. – Я нечаянно, – тут же раздался виноватый голос. – Мы не злимся, птичка, – успокоил ее Олег, – не злимся ведь? Сереж, ты как? На тебе лица нет. – Да приснилась дичь какая-то, – отмахнулся Сергей, – даже хорошо, что Мэг разбудила. Стоило и пораньше. – Я молодец, – согласилась Мэгги, выныривая из-за дивана. Выглядела она комично – половина головы топорщилась мелкими косичками, на другой волосы были еще распущены. – Завтрак, – объявил Олег, сгружая ему на колени тарелку с омлетом. Сел рядом, держа кружку с кофе. Мэг устроилась с другой стороны и продолжила заплетать косички. Сергей почувствовал, как напряжение медленно уходит. Завтрак прошел мирно и неторопливо – роскошь, о которой он почти забыл. День был пасмурным и, пытаясь определить, сколько времени, Сергей потянулся за телефоном. Увидел входящее сообщение – и медленно отставил чашку. Олег уловил перемену мгновенно – хищно подобрался и шумно выдохнул, словно готовясь к прыжку. Сергей повернул к нему экран телефона. Мерцало новое сообщение, отправленное в шесть утра. «Дорогие друзья, – гласило сообщение, – возьму на себя смелость обратиться к вам обоим. Пока уличные протесты немного утихли, приглашаю вас в свой дом, чтобы, наконец, познакомиться поближе. Уверяю вас в своих мирных намерениях и прошу не затягивать с решением. С искренним уважением. Ваш друг, Элайджа Камски». – Вот и всё, – бесцветным голосом произнес Сергей, роняя телефон на диван, – интересно, как давно он за нами следил. Большой брат, мать его. – Ты думаешь, он… – Я модифицировал тебя и Мэг, прячусь с вами в одном из его офисов, а снаружи идет война людей и девиантов! – По крайней мере, последнее – точно не твоих рук дело. – И без того достаточно. Меня, предположим, он просто уволит. Пришьет какое-нибудь превышение должностных полномочий. Но ты… он захочет узнать, как ты устроен. И что стало с Мэг. Девушка всё это время пристально изучала сообщение. – Тут написано «обоим», – заметила она, – получается, ваш Большой брат не такой уж и всевидящий. По крайней мере, он не знает про меня. – Отлично, – Сергей забрал телефон и зашел в приложение кибертакси, – ты что-нибудь слышала о других убежищах девиантов, за пределами города? – Руби что-то такое говорила… да, точно, есть дом в одном маленьком поселении на границе с Канадой. Она сказала, там помогут. Там можно пересидеть и потом вернуться, или попытаться перейти границу под видом беженцев. – Хорошо. Не говори мне адрес. Введешь в машине. Я дам тебе наличные деньги. Поезжай на автовокзал и бери билет до ближайшего города. Не на дальние расстояния. Меняй транспорт как можно чаще. Избавься от диода. Постарайся затеряться. Они не смогут отследить всех. – А как же вы?! – Он не знает про тебя, – упрямо твердил Сергей, – уезжай из города. Спасайся. – Нет! – Мэг взвизгнула, ловко выхватила у него телефон и мгновенно оказалась на другом конце комнаты, – не прогоняй меня! Я пойду с вами! Куда угодно! Сергей был готов закричать на нее, стащить вниз и силой усадить в машину. Но Олег сжал его плечо и тихо, но весомо сказал: – Мы не станем еще одной семьей, которая ее оставит. – И что ты предлагаешь? – Я сделаю так, как ты скажешь, – неожиданно покладисто заявил Олег. – С каких пор ты решил подчиняться моим приказам? – Я никогда и не прекращал. У тебя проблемы с формулировками. – Ну конечно! А ты просто сваливаешь на меня всю ответственность! Когда тебе надо – ты весь такой самостоятельный и интерпретируешь мои слова в свою пользу, но вот запахло жареным – и ты опять прикидываешься послушным ведром с гайками! – Я не это имел в виду, – ничуть не смутился Олег, – Всё просто: куда ты – туда и я. Если надо будет сбежать – мы сбежим. Если поедешь к Камски – я поеду с тобой. – И я, – встряла Мэг, вновь залезая на диван между ними и обнимая Сергея маленькими руками, – мы тебя не бросим! – Но и ты нас тоже не бросай, – припечатал Олег, – хватит планов спасения в одиночку. – И что ты предлагаешь? Просто заявиться к экс-главе «Киберлайф», словно мы ни о чем не подозреваем? – А что мы подозреваем? – Что оттуда мы уже не выберемся. – Он написал, что имеет мирные намерения. – Иногда ты такой наивный, что просто меня поражаешь. – Элайджу Камски называют человеком слова, – уверенно сказал Олег, – если бы он хотел что-то сделать с нами, он мог бы захватить нас здесь, в офисе. Или поодиночке, если бы ему вздумалось. Возможно, он действительно заинтересован в нас и хочет просто поговорить. В любом случае, не похоже, чтобы у нас был выбор. – Признаю, в этом есть смысл, – сдался Сергей. – Тогда не будем медлить, – Олег кивнул на зажатый в его руке телефон. Сергей тяжело вздохнул и отправил короткое: «Мы готовы встретиться». И тут же получил не менее лаконичный ответ: «Кибертакси заедет за вами через час». *** – Ты не войдешь туда с оружием, – увещевал Сергей несколькими минутами позже, – в доме, должно быть, полно охраны. Что им твоя пугалка. Олег баюкал обрез в ладонях и выглядел расстроенным. Затем, приняв какое-то решение, подозвал Мэг. Протянул ей ладонь без скина, и она приняла соединение. Они коротко обменялись информацией, и Мэг кивнула. – Плетут интриги у меня за спиной, – ворчливо отметил Сергей, с неудовольствием ероша отросшую щетину. Приличия обязывали являться к начальству при параде, а стесненные условия этого не позволяли. Так что Сергей чувствовал себя не в своей тарелке. Как Олег без обреза. Сам Олег тем временем вручил оружие Мэг. Она уверенно разобрала его, проверила патроны, собрала обратно и решительно перекинула через плечо. – Ты научил ребенка стрелять! – в раковине жалобно звякнули кружки, – ты не охренел в край?! – Она останется в машине и прикроет отступление, если дела пойдут худо, – невозмутимо возразил Олег, – скажи, что у тебя есть план лучше. – Уму непостижимо! И ты еще заикаешься про юридическую подчиненность! Сергей бушевал еще некоторое время, но всё же вынужден был с сожалением признать, что этот план – лучше, чем совсем никакого. – Что нам делать с твоими сенсорными откликами, – с тревогой спросил он через некоторое время, – ты можешь заблокировать ощущения? – Не представляю, как это сделать. Я не был запрограммирован на самоизменения. – Черт, это я виноват. У нас мало времени, но мы должны что-то придумать! – Сереж, компьютеры вышли из строя из-за вчерашней перегрузки. Смирись. С этим ничего нельзя поделать. – Но если он будет пытать тебя или… – А если тебя? – прервал Олег, – будет какая-то разница? Ты-то свою сенсорику точно не отключишь. – И что ты предлагаешь делать? Верить его честному слову? – Именно так. И не паниковать раньше срока. С этим Сергей тоже вынужден был согласиться. Времени оставалось немного. Сергей спустился в душ, вернулся, придирчиво осмотрел свои вещи и, в конце концов, выбрал не строгий костюм, а менее формальные джинсы, футболку и пиджак. Он еще раз окинул взглядом комнату, и даже не был уверен, что вернется сюда снова. Олег вновь, как много раз до этого, сел перед цифровой Венерой и долго, не мигая, рассматривал ее, а затем свернул экран и сунул кубик проектора в сумку, к другим немногочисленным вещам. Телефон завибрировал, высвечивая уведомление о прибывшем кибертакси. Пора.