Кровь и золото

У Гермионы не получалось сомкнуть глаз. Как же ей хотелось заснуть хотя бы на пару часов, но расслабление всё никак не наступало. И без того непростую ситуацию усугубляло не на шутку разыгравшееся воображение. В голову всё время лезли дурные мысли, из-за чего Гермиона совсем не находила себе места. Она ворочалась на неудобной кровати и кусала губы до крови. За окном проносились пейзажи заснеженных окраин города. Интересно, как обстояли дела в 2001 году? Перед путешествием они приняли решение, что Драко останется в её квартире до одиннадцати утра следующего дня. На случай, если по возвращении домой Гермионе понадобится помощь. Но дождётся ли её Драко? Гермиона понимала, насколько опасную авантюру они затеяли, а потому заранее предупредила Малфоя, что если она не появится к назначенному времени, то план с треском провалился. Что же сделает Драко, если Гермиона не вернётся обратно? Может быть, отправится за помощью к её начальнику, Арманду Холлоуэю? Уж кто-кто, а глава Отдела Тайн наверняка знал, что предпринимать в подобных ситуациях. Но в таком случае Малфою придётся признаться, что его семья владела невероятно опасным волшебным предметом. Станет ли он подставляться? Гермиона считала, что маловероятно. За хранение и бездумное использование реликвий, наделённых мощной силой, можно легко схлопотать срок в Азкабане. Драко ведь и сам едва избежал трибунала. Куда ему так рисковать? Но он ведь не станет сидеть сложа руки? Гермиона спрятала лицо в ладонях. Она и сама не представляла, что ей теперь делать. Тогда откуда Гермионе знать, что творилось на душе у Малфоя?! Она пыталась разработать план возвращения домой. Первым делом в голову пришла мысль найти новый маховик времени. Но не простой. Гермионе необходим поистине могущественный маховик, способный вернуть её на пятьдесят лет вперёд. Может быть, стоило обратиться к дедушке или же прадедушке Драко? Вполне вероятно, что в семье Малфоев кто-нибудь да обладал маховиком времени, пускай и не совсем законно. К сожалению, мысль оказалась здравой только на первый взгляд. Гермиона как никто другой знала, что маховики переносили людей только назад во времени. Даже найди она другой, у неё всё равно не получилось бы вернуться обратно. Единственный маховик, способный вытащить Гермиону из тяжёлого положения, канул в лету, и оставил после себя болезненное напоминание. Гермиона почти невесомо провела пальцами по шее. Благодаря мощному заклинанию ей удалось залечить глубокий порез, но след, оставленный маховиком времени, не давал Гермионе покоя. Интересно, какое влияние золотой отпечаток окажет на её тело? Может быть, ничего страшного не случится? Ведь пока что сверкающие линии не давали о себе знать. В любом случае, сначала нужно приобрести волшебную палочку, а дальше уже можно заниматься диагностикой. «Мне хотя бы не больно, — вздохнула Гермиона. — Уже спасибо...» Как бы тяжело ей ни приходилось, Гермиона понимала, что нельзя всё время убегать от реальности. Нужно взять себя в руки и признать, что вернуться домой без чужой помощи ни за что не получится. У неё ещё оставалась надежда на спасение, но только если её отыщет человек из настоящего времени. Гермиона зажмурилась до звёздочек перед глазами. В голову постоянно лезли мысли о Драко. Он ведь наверняка сходил с ума от беспокойства. Гермиона прекрасно понимала, что не имела власти над чувствами и действиями людей из настоящего, но сердце всё равно болезненно щемило. Ей оставалось лишь торчать в прошлом и думать, как справляться дальше. Маховик времени перенёс Гермиону в пятидесятый год. Тому Риддлу только вчера исполнилось двадцать три года. Кто знает, чем он сейчас промышлял. Гермиона никогда не ошибалась в датах. Она помнила, что Риддл не станет убивать Хепзибу Смит вплоть до февраля пятьдесят пятого года. Сам же Лорд Волдеморт пока что работал в антикварном магазине «Боргин и Бёрк». Можно предположить, что одной только подработкой в лавке он точно не ограничивался. Гермиона не сомневалась, что молодой Тёмный Лорд втайне планировал провернуть нечто грандиозное. Она считала, что днём он помогал мистеру Бёрку находить редкие магические артефакты и втридорога продавать их непутёвым покупателям, а уже ночью проворачивал нехорошие делишки. Том Риддл планировал оставаться в лавке вплоть до бесследного исчезновения из Британии. Омут памяти показал, что даже Дамблдор не догадался, где его искать. Хорошо, что в ближайшее время Риддл не собирался уезжать из Лондона. Если верить воспоминаниям из Омута, в запасе у Гермионы оставалось ещё пять лет. Жаль, что её преимущества можно было пересчитать лишь по пальцам. Начнём с того, что Гермиона знала, где работал Том Риддл, и помнила, какого числа он планировал лишить жизни Хепзибу Смит. Вина за убийство ляжет на её домашнего эльфа. Том Риддл собирался околдовать её и внушить домовухе, что именно она оборвала жизнь собственной хозяйки. Вот и всё, чем располагала Гермиона. С губ сорвалось очередное ругательство. Почему нельзя было просто отправить её в сороковые годы? Том Риддл не из тех, кого можно легко одолеть, но с подростком Гермиона точно бы как-нибудь да разобралась. А с младенцем – тем более. Детоубийство – страшное преступление, но Гермиона не сомневалась, что справилась бы. Она ведь знала, кем милый малыш вырастет в будущем. Личный опыт пришёл бы Гермионе на помощь. Теперь же она не знала, каким способом можно победить Тёмного Лорда в самом расцвете сил. И дело вовсе не в моральных устоях. Не то чтобы Гермиона сомневалась в собственных способностях. Она не хотела хвастаться, но и не собиралась отрицать, что обладала серьёзными навыками ведения дуэли. Но речь ведь шла о самом Томе Марволо Риддле, будущем Тёмном Лорде. Он не только старше Гермионы на пару лет, но и совершил уже несколько жестоких убийств. Она начинала постепенно осознавать, что попала во времена одной из самых опасных версий Лорда Волдеморта. Хуже просто не придумать. Том Риддл уже успел доказать, что хладнокровно умеет лишать жизни людей. Именно он приказал василиску убить ни в чём не повинную Миртл. Именно он собственноручно вырезал родственников по линии отца. Но самое страшное, что он уже дважды разорвал душу на части. Том Риддл поместил её осколки в дневник и кольцо. Молодого Лорда Волдеморта окружала смерть, но он пока не превратился в сумасшедшую машину для убийств. Быть может, будущему Тёмному Лорду ещё не хватало опыта, но и юношеской наивностью он не отличался. Том Риддл уже успел взрастить в себе уверенность и заносчивость, но пока что ему приходилось прятать истинную сущность под личиной очаровательного консультанта. Он только начинал вставать на ноги и приобретать некоторое влияние в самых узких кругах. Но хуже всего то, что Том Риддл обладал... бессмертием. Даже если Гермиона вздумает напасть на него в каком-нибудь тёмном переулке, чего она делать ни за что не станет, убить его всё равно не выйдет. Сначала нужно уничтожить крестражи, а уже после приниматься за настоящее тело. Интересно, успел ли Риддл переместить кольцо в отцовский дом? А где он спрятал дневник? Гермиона помнила, что много лет спустя Том Риддл передаст один из первых крестражей Люциусу Малфою, но не знала, где он хранился раньше. Она перевернулась на бок и принялась прожигать окно потерянным взглядом. Гермиона слишком торопила события. Сначала нужно приобрести новую палочку, а дальше уже можно подумать и... О чём? Что, скажите на милость, ей делать дальше? Гермионе что, просто взять и вломиться в «Боргин и Бёрк» и сделать вид, что она как бы случайно наткнулась на Тома Риддла? А дальше-то что? Завязать непринуждённый разговор с харизматичным убийцей? Гермиона невольно вспомнила одну забавную историю, связанную с магазином «Боргин и Бёрк». Как-то раз она заметила Драко возле Лютного переулка и решила за ним проследить. Геомионе стало интересно, что же ему понадобилось в лавке, торгующей весьма сомнительным антиквариатом. Она со смехом вспоминала, как же глупо себя повела. Да уж, актёрское мастерство точно не стезя Гермионы. Но если посмотреть на ситуацию под другим углом, то спустя всего несколько лет они из врагов превратились в товарищей по несчастью. Пускай друзьями их можно было назвать с натяжкой, Гермиона всё раано не стала бы дарить ему на день рождения проклятое ожерелье. Если она собиралась обосноваться в пятидесятых годах, то в первую очередь нужно досконально продумать фальшивую биографию. Придётся использовать любые средства, способные сделать из Гермионы Грейнджер совсем другого человека. Начнём с того, что оставаться англичанкой – плохая идея, а студенткой Хогвартса – тем более. Том Риддл ведь далеко не глупец. Если он покопается в голове, то обязательно вспомнит, что ни разу не видел Гермиону в стенах в замка, и тогда ей точно не сдобровать. Оставалось только притвориться волшебницей из зарубежной школы и придумать новую родословную. «Жаль, что я не владею французским, — подумала Гермиона. — Или болгарским, раз уж на то пошло. Наверное, стоило взять у Виктора хотя бы несколько уроков». Гермиона тяжёло вздохнула. Ничего страшного, биография немного подождёт. Сначала необходимо позаботиться о... «Палочке, — напомнила себе Гермиона. — Сперва верну себе возможность пользоваться заклинаниями, а с остальным разберусь уже по ходу». Если честно, Гермиона до сих пор оплакивала любимую палочку из виноградной лозы. Ну почему она осталась в двадцатом году? Как же обидно! Наверное, палочку уже давным-давно переехала машина, и больше ей никогда не попасть в руки Гермионы. На дворе стоял пятидесятый год. Вряд ли её палочку уже изготовили. Гермиона очень сомневалась, что Олливандер хранил оружие на протяжении сорока, а то и больше лет, и никому его не продавал. Или же надежда оставалась? Но тогда получится, что Гермиона лишит палочки саму себя, только из девяносто первого года. Как же стоило поступить? Гермиона не знала. Сердце уже вовсю раздирали противоречивые чувства. В висках начинало болезненно пульсировать. Утомлённый недавними событиями разум совсем не хотел соображать. Гермиона никак не желала смириться с мыслью, что на пути домой ей придётся вмешаться в ход истории. Кто знает, быть может, её необдуманные действия повлияют далеко не на одну судьбу. Раз на то пошло, стоило ли беспокоиться о покупке своей же палочки? На горизонте маячили проблемы посерьёзнее, нежели внесение изменений в собственную жизнь. А вдруг Гермионе удастся избежать серьёзного вмешательства в дела минувших дней? Может быть, ей наконец-то повезёт? Что ж, надежда умирала последней. Гермиона смотрела в окно, обтянутое тонкой шторкой, и представляла, что бы случилось, появись перед ней глава Отдела Тайн. Да уж, дело не ограничилось бы обычным выговором. Холлоуэй наверняка влепил бы ей огромный штраф. Или чего похуже. Уж кто-кто, а начальник способен на что угодно. Хотя... Кого она пыталась обмануть? Гермиона лучше других знала, что даже Холлоуэй не пошёл бы против закона и точно не стал бы линчевать её прямо на месте. Вот бы он просто запрыгнул в прошлое и вернул непутёвую Грейнджер обратно домой. Конечно же, никто за ней не пришёл. Автобус «Ночной рыцарь», как и говорила кондуктор по имени Мэриэнн, сделал несколько ночных остановок и прибыл в Косой переулок как раз к восходу солнца. Гермиона встретила новый день с ужасным недосыпом и тяжёлым грузом на сердце.

***

«Да благословит тебя Господь, Драко Малфой». Гермиона заметила, что всякий раз думала об одном и том же, стоило руке потянуться за галлеонами в кожаном мешочке. Как и ожидалось, в новогодний день большая часть магазинов оказалась закрыта. Хорошо ещё, что Гермиона сумела снять небольшую комнату в каком-то обшарпанном отеле. Правда, находился он в опасной близости от Лютного переулка, но хотя бы что-то. Ей не нравилась окружающая обстановка, но, к сожалению, выбирать не приходилось. Всё равно нигде уже давно не осталось свободных мест. Бог с ним, с отелем, Гермиона как-нибудь переживёт. Куда больше её волновала россыпь подозрительных магазинов с такими же пугающими сотрудниками за прилавком. Они постоянно косились на прохожих и будто что-то вынюхивали. Честное слово, один хуже другого! Хотя кое в чём Гермионе всё же немного повезло. Из окна её номера открывался вид на приветливые улочки Косого переулка. Они отвелкали от мрачных мыслей и наполняли сердце тёплыми воспоминаниями. Прогуливаясь по заснеженной улице, Гермиона обнаружила несколько палаток с уличной едой. Хорошо, что кто-то решил поработать даже первого января, потому что сегодня ей хотелось разгуляться. Гермиона съела двойную порцию шоколадного мороженого. А что, если не сейчас, то когда? Уже давно пора побаловать себя чем-нибудь вкусненьким. Заслужила ведь! «Да благословит тебя Господь, Драко Малфой», — усмехнулась Гермиона. Она доела мороженое и с удовольствием облизала ложку. Да уж, Малфой точно зрил в корень. Удивительно, но Косой переулок, за исключением небольших деталей, почти не изменился. На оживлённых улицах по-прежнему продавали всякую всячину, ориентированную на пятидесятый год. На подставке, отведённой для самой быстрой и современной метлы, стоял уже не приевшийся Гермионе Нимбус, а «Абсолютная победа-7». Витрины магазинчиков пестрили красивыми платьями и элегантными мантиями. Стиль пятидесятых годов пришёлся Гермионе по душе. По сравнению с её временем, в нём прослеживалась особая утончённость. В остальном Косой переулок со всеми его развлечениями остался прежним. Но вот с покупкой палочки возникли сложности. Гермиона благополучно поцеловала замок в магазин Олливандера. От досады хотелось завыть. «Ну и ладно, — вздохнула она. Табличка на двери гласила, что лавка возобновит работу второго января в девять утра. — Вернусь завтра». Гермиона не знала, чем себя занять. Она уже собиралась отправиться в отель и просто немного отдохнуть, как в её планы вмешалась чудотворная сила. Ноги потянули Гермиону в сторону городской библиотеки. Она не надеялась попасть внутрь, ведь государственный праздник пока никто не отменял, но что, если... Да, открыта! Библиотека оказалась открыта! Лучший подарок на Новый год! — Видимо, всё же есть на свете Бог, — улыбнулась Гермиона. Повезло, так повезло. Она не собиралась упускать заманчивую возможность пошуршать старыми страницами. Гермиона впорхнула в библиотеку на крыльях любви. Она уже предвкушала, сколько интересной литературы ждало её в стенах родной обители. Жаль, что у Гермионы не получилось взять с собой хотя бы несколько книг - она просто не успела завести читательский билет. Но разве какие-то глупые правила способны обуздать пыл любознательной Гермионы Грейнджер? Ни за что. Не дождётесь! Как и ожидалось, в библиотеке не оказалось ни одной живой души. Гермиона направилась к секции с документальной литературой. Стоило поискать дополнительную информацию о системе образования в волшебном мире. Кончики пальцев Гермионы коснулись корешков сотен книг, пока не наткнулись на до боли знакомую обложку. Она узнала «Историю Хогвартса» с первого взгляда. Как же Гермионе захотелось хотя бы на секунду вдохнуть аромат родной книги, но она понимала, что сейчас не время предаваться воспоминаниям. Верно. Пришла пора браться за фальшивую биографию. Для начала стоило подобрать волшебную школу, и уже от неё отталкиваться дальше. Какие школы использовали английский в качестве основного языка? Глаза наткнулись на большой чёрный фолиант. Название на обложке гласило: «Школа Чародейства и Волшебства Ильверморни. Испокон веков до двадцатого столетия». Гермиона ухмыльнулась и с головой погрузилась в то, что получалось у неё лучше всего: изучать и анализировать информацию. Настало время придумать правдоподобную историю своей жизни!

***

Магазин Олливандера ни капельки не изменился. Наконец-то наступило второе января. Прежде чем отправляться за новой палочкой, Гермионе пришлось совершить ещё одну остановку. По пути она забежала в небольшой магазин одежды и купила себе шарф. Гермионе ещё предстояло выяснить, как избавиться от золотых линий на шее, а пока что следовало спрятать их от посторонних глаз. Для большей надёжности стоило бы приобрести какое-нибудь зачарованное украшение - заодно получилось бы скрыть и надпись, выцарапанную Беллатрикс Лестрейндж. Что ж, всему своё время. Сначала нужно позаботиться о палочке. Пыльная лавка, может быть, и не изменилась, зато Олливандер превратился в совершенно другого человека. Несмотря на то, что мужчина скинул лет пятьдесят, Гермиона узнала его с первого взгляда. Растрёпанные волосы и светлые глаза, отливающие серебром, выдавали в нём старого доброго продавца волшебных палочек. Гермиона прошла в середину магазина. Олливандер, занятый работой за прилавком, оживился. Будто он совсем не ожидал гостей. — Приветствую вас, — поздоровался он. Олливандер отложил перо и бумаги в сторону, и добавил: — Чем обязан? — Здравствуйте, сэр. Я бы хотела купить волшебную палочку. Олливандер схватился за сердце. Гермиона немного опешила. Она не понимала, чем вызвана его реакция. Словно она заявилась в магазин, торгующий палочками, и сказала владельцу, что хочет от него ребёнка. Честное слово, чему он удивлялся? Олливандер поднялся со стула и выскочил из-за прилавка. Просьба Гермионы здорово взбудоражила душу мастера. — Вам что, нужна п-палочка? — на всякий случай переспросил Олливандер. — Ну... да, — ответила Гермиона. Она чувствовала, что начинала потихоньку закипать. Почему ей никак не удавалось достать обычную палочку? Казалось бы, ничего сложного, но на её пути всё время возникали какие-то препятствия. Гермиона взяла себя в руки и натянула на лицо небольшую улыбку. Знать бы ещё, чем Олливандера смутила её просьба. Гермиона ведь пришла по адресу. Наверное, Олливандер, работавший с людьми уже долгое время, заметил, что его поведение обескуражило Гермиону, и поспешил ретироваться. — Прошу меня простить, мисс. Видите ли, ко мне почти никогда не заходят взрослые покупатели, тем более в январе. То ли дело летом! От юных школьников просто нет отбоя! К сожалению, в остальное время магазин простаивает и терпит большие убытки. Гермионе стало стыдно за свои мысли. И почему она раньше не догадалась, что застало Олливандера врасплох. Вот же, нашла, из-за чего злиться... — Вот оно что, — ответила Гермиона, и добавила: — Представляете, меня недавно ограбили. Не пожалели даже палочку. Мне рассказывали, что в Лондоне работает профессионал своего дела, поэтому я и здесь. Надеюсь, вы сможете мне помочь. — Ничего себе! — воскликнул Олливандер. — Мне очень жаль. — Он настолько любил своё дело, что история незнакомой девушки тронула его до глубины души. — Подскажите, у кого вы приобрели свою первую палочку? Мне важно знать даже самые маленькие детали. Как же хорошо, что вчера Гермиона решила провести время с пользой. Если бы не поход в библиотеку, она бы уже давно растерялась. — Её сделала Шикоба Вольф, — как ни в чём не бывало ответила Гермиона. Она успела хорошо подготовиться. — Сама Шикоба Вольф? — покачал головой Олливандер. — Получается, вы приехал к нам из Америки? У кого ни спроси, все отзываются о палочках Шикобы Вольф положительно. Но правда ли, что она любит придавать своим творениям причудливый вид? — Вы угадали, мистер Олливандер. Я родилась в Америке, но уже несколько лет живу в Британии, — солгала Гермиона. Что ж, начинать стоило с малого. — И про палочки Шикобы Вольф вам тоже не наврали. Каждое её творение можно смело назвать маленьким шедевром. Не зря Гермиона прошерстила несколько книг о тонкостях изготовления волшебных палочек. Она изучила работы многих известных мастеров и отметила для себя самые интересные дизайны. Дополнительная информация никогда не бывает лишней. — Взять хотя бы мою прошлую палочку. Её как будто обвивали веточки лозы. Поверьте, выглядело очень элегантно! Увы, рассказ Гермионы не произвёл на Олливандера должного впечатления. Он только поморщился и отмахнулся. — Знакомо ли вам утверждение, что внешность весьма обманчива? Я считаю, что судить о силе палочки, основываясь лишь на её внешнем облике, неправильно, — поделился мнением Олливандер. — Ах да, точно... Не сочтите за грубость, уважаемая мисс, но как же мне к вам обращаться? — Можно просто Смит, — представилась она. Кто-то скажет, что Смит считается одной из самых распространённых фамилий в мире, но Гермиона остановилась на ней не случайно. У неё созрел грандиозный план. — Знаете?.. А я согласна, мистер Олливандер. Никогда не знаешь, что скрывается за красивой обёрткой. — Лучше и не скажешь, — улыбнулся он. — Что ж, мисс Смит, давайте приступим к подбору палочки. Да-да, вы не ослышались. Наш магазин обслуживает покупателей по особым правилам. Волшебникам запрещается приносить собственные сердцевины, копаться на полках и выбирать то, что вздумается. Вы спросите почему, ведь слово покупателя - закон? А я отвечу, что чаще всего люди руководствуются стереотипными суждениями. Я же предлагаю каждому опробовать столько экземпляров, сколько понадобится, пока палочка не откликнется на зов волшебника. За много лет работы мастером я убедился в одном: палочка сама выбирает волшебника. — Ах да, я слышала, от чего вы отталкиваетесь, но даже не думала, что всё настолько серьёзно, — улыбнулась Гермиона. Для пущей убедительности пришлось изобразить на лице небольшое удивление. — Честно говоря, многие эксперты считают ваши методы странными. Я же думаю, что они интересные и по-своему необычные. Что ж... — Гермиона бросила взгляд на огромные стеллажи, занятые футлярами самых разных размеров. — С чего начнём? Мне уже не терпится! Олливандер засиял, как полуденное солнце, и радостно хлопнул в ладоши. Он подошёл к стеллажу и достал с полки несколько картонных коробочек. — Мне тоже! Всё-таки не каждый день к тебе приходят взрослые волшебники. Ах, как же волнительно! — воскликнул Олливандер. — Не будем терять времени! Мисс Смит, скажите, какой длины была ваша первая палочка? Хотя нет, постойте! Лучше не надо! Ничто не должно помешать поиску единственной и неповторимой. Мисс Смит, если вам не сложно, выбросите, пожалуйста, руки в стороны... Гермиона сделала то, чего от неё хотели. Спустя мгновение в воздухе появилась рулетка, и с неё начали снимать мерки. Стоило Олливандеру подать Гермионе первую палочку, как лента упала на пол и больше ни разу не использовалась. — Итак, для начала попробуем вишню. За сердцевину взят волос единорога, — объявил он. — Десять дюймов, довольно-таки гибкая. Не стесняйтесь, попробуйте. От неуверенного прикосновения к палочке по телу прокатилась мелкая дрожь. Перед глазами начали проноситься картинки из далёкого прошлого. Гермиона невольно вспомнила, как впервые очутилась в магазине Олливандера. Эмоции от покупки первой палочки ни с чем невозможно сравнить. Пока Гермиона собственными руками творила неведомые чудеса, родители стояли у входа в лавку и радостно аплодировали, испытывая небывалую гордость за свою дочь. Она словно наяву видела, как деревяшка, предложенная Олливандером для проверки совместимости с палочкой, замерцала и превратилась в россыпь нежно-розовых искр. Гермиона дала посетителям магазина возможность насладиться бесплатным фейерверком. Наверное, за все одиннадцать лет жизни она никогда не чувствовала себя настолько счастливой. — Нет, совсем не то... Олливандер вырвал палочку из рук Гермионы настолько стремительным движением, что она непроизвольно вздрогнула. Он спрятал вишню в футляр и протянул ей другую. — Ладно, теперь попробуйте ясень двенадцати дюймов в длину. В сердцевине снова заложен волос единорога. Не успела Гермиона поднять палочку и сделать хотя бы небольшой замах, как Олливандер вновь вырвал оружие буквально у неё из рук. И как он только умудрялся? — Нет, совсем никуда не годится. Может быть, лучше взять... Олливандер подсовывал ей палочку за палочкой, но ни одна не откликалась на зов Гермионы. Десятки безуспешных попыток вынудили его переместиться к соседнему стеллажу. Олливандер не желал сдаваться без боя. — Наверное, я никогда не научусь читать людей, — горько вздохнул он. — Я уж было подумал, что понял, какая палочка подойдёт именно вам, мисс Смит, но, видит Мерлин, я поспешил с выводами. Ведь сам же говорил, что не стоит судить о книге по обложке. И кто меня только за язык тянул? Эх, Олливандер, тебе ещё учиться и учиться. — На что вы намекаете, сэр? — поинтересовалась Гермиона. Причитания Олливандера застали её врасплох. Пока Гермиона пыталась разобраться, к чему клонил хозяин магазина, он уже успел достать новую палочку. Она оказалась гораздо длиннее, чем предыдущие. — И какая же палочка подошла бы мне больше всего? — Я подумал, что вас можно смело относить к категории волшебников, склонных увлекаться чарами или даже зельеварением, — признался Олливандер. — Вы способны находить золотую середину между грубой боевой магией и куда более лёгкими целебными заклинаниями. А ещё вы пользуетесь своими способностями только по делу. Гермиона не удержалась и рассмеялась. — А что, звучит неплохо. Довольно любопытное стереотипное суждение, — улыбнулась она. — Но самое интересное, что вы во многом правы. Олливандер не стал продолжать разговор. Ему уже не терпелось удовлетворить просьбу необычной посетительницы. Олливандер открыл потрёпанный футляр и подал Гермионе длинную чёрную палочку. Она сразу же почувствовала неладное. Гермиона не понимала, что случилось, но сердце словно сдавило невидимыми тисками. Но не идти же ей на поводу у собственных ощущений?.. Олливандер взялся в красках описывать свойства изогнутой палочки. До Гермионы наконец-то начало доходить, что она её уже где-то видела. — Я уже даже не знаю, что вам предложить. Почему бы нам не попробовать грецкий орех? Здесь у нас сердечная жила дракона, двенадцать и три четверти дюйма в длину. Не просто видела, а однажды даже использовала. — Палочка весьма не простая. Она очень прочная и жёсткая. Гермиона схлестнулась с её владелицей в страшной дуэли. После окончания войны она предала палочку, унёсшую десятки жизней, смертельному огню. Палочка, по случайности предложенная Олливандером, принадлежала Беллатрикс Лестрейндж. Гермиона почувствовала, как в животе завязался болезненный узел. К горлу начинала подкатывать тошнота. Она сглотнула неприятный комок и постаралась взять себя в руки. Сейчас не время сдаваться под напором трагических событий прошлого. Да и стоило ли? Гермиона знала, что палочка из грецкого ореха ей всё равно не подойдёт. Но не тут-то было. Удивительно, но теперь палочка гнусной ведьмы дарила Гермионе абсолютно другие ощущения, нежели во время битвы в Хогвартсе. В прошлый раз она пыталась подчинить оружие Беллатрикс своей воле. Гермиона даже применила против неё смертельное проклятие. Конечно же, в подобных условиях палочка испытывала диссонанс и несла лишь разрушения. Чего не скажешь сейчас. Волшебная палочка как будто преобразилась. Она отдавала теплом и легонько щекотала подушечки её пальцев. Что ж, пора испытать палочку Беллатрикс в деле. Не успела Гермиона сделать полноценный взмах рукой, как из неё вылетело облако серебристых искр, похожих на звёзды. В затхлом помещении случился настолько мощный всплеск волшебной силы, что она тотчас же позабыла о любых тревогах. Маленькие огоньки взмыли прямо под потолок, оформляясь в подобие завораживающего ночного неба. Олливандер принялся осыпать Гермиону аплодисментами. — Невероятно! — воскликнул он. Гермиона заметила, что Оливандер улыбался. Наверное, радовался проделанной работе. — Мы наконец-то нашли вашу палочку. Просто идеальное соответствие! В горле снова образовался болезненный комок. — Н-нет, мне она не нужна. Заберите её, пожалуйста. — Даже простые фразы давались Гермионе нелегко. Она сунула палочку прямо в руки Олливандеру и отвернулась. Он чуть не задохнулся от возмущения. — Я... я просто не могу взять эту палочку. — Что значит не можете? — воскликнул Олливандер. Он до последнего оставался непреклонным. — Мисс Смит, вы понимаете, что палочка выбрала именно вас? Гермиона готова была в любую секунду взять и потерять сознание. Противоречия буквально разрывали её на части. Гермиона не хотела держать в руках палочку ведьмы, что пытала Лонгботтомов вплоть до потери рассудка, убила Сириуса Блэка и навечно оставила на её коже ужасный шрам. «Грязнокровка». «Вспомни, что ты находишься в прошлом. Ничего страшного пока не произошло, — послышалось порождение здравого смысла Гермионы. Тихий голос не раз приходил ей на вырчку в морально сложных ситуациях. — Разве палочка виновата, что её прежняя владелица увлекалась Тёмными искусствами? Она всего-навсего попала не в те руки». «Но палочка ведь принадлежала самой Беллатрикс Лестрейндж! Как я могу! — Гермиона решила вступить в борьбу со здравым смыслом. На фоне голоса разума её аргумент звучал, как детский лепет. — Мне к ней даже прикасаться неприятно!» «Да что ты говоришь?» Гермиона оцепенела. Кого она пыталась обмануть? В её руках палочка из грецкого ореха превратилась в смертоносное оружие. Она излучала настолько мощную энергию, что тело Гермионы пробила мелкая дрожь. Казалось, что палочке Беллатрикс самое место в руках Гермионы Грейнджер. «Слушай, — снова послышался поучительный голос. Гермиона хорошо знала этот тон, потому что любила читать им лекции своим непутёвым друзьям. — Разве тебе самой не приятно? Умыкнуть палочку у Беллатрикс Лестрейндж ещё до того, как она родилась, — большое дело». Губа невольно ухмыльнулась. — Ладно, — согласилась она. Олливандер уловил обстановку и засиял, словно начищенное серебро. — Уговорили.