Когда болит сердце

      Дни шли один за другим слишком быстро. Казалось, мы только засыпали, так снова нужно подниматься. Потом завтрак, работа, а вечером — веселье. Конечно, можно было всё закончить за один день, но частями, естественно, проще. Весь лагерь был согласен с этим — никто не пытался возразить, на этом и порешали.       Но даже работа по частям утомляла, поэтому были и такие, кто срывался с места и начинал дурачиться. Правда, всё это продолжалось недолго — они натыкались на уставших учителей, которые тоже принимали в посадке деревьев участие, и, если бежали вновь, то в обратную сторону.       По вечерам мы собирались у костра. А прошлый вечер мы провели у озера всей компанией. У Текно откуда-то взялись карты. Пока учителя занимались своими важными делами, мы успели сыграть несколько партий в Дурака. Не на деньги или раздевание, конечно. Всё в рамках приличия. Всё только ради веселья.       Так проходили наши деньки в лагере. И вот наступила последняя ночь. Мы с Тарном уже завалились в палатку. За стенами нашего укрытия ещё раздавались голоса — далеко не все пошли спать.       — Хорошо, что мы не пили, — улыбнулся Тарн, который несколько минут назад буквально вырвал из моих рук стакан с пивом у всех на глазах. Даже не знаю, кому из нас должно быть стыдно — мне или ему. Когда я попытался вернуть свой напиток, он поднял его над головой. Тогда я решил принять правила этой игры и начал приподниматься. Но этот придурок сначала увёл руку в сторону, а после очередной моей попытки поймать пиво, он и вовсе вылил жидкость на песок. Многие хохотали, а девушки умилялись, мол такой заботливый и всё в этом духе. Я же состроил обиженное лицо.       — Ага, — пробурчал я.       — Ну что ты нос повесил? — он тянется обнять меня, а я поворачиваюсь к нему спиной, но это не останавливает его. — Я же как лучше хотел... — пианист утыкается мне в плечо. — Те, кто пил утром будут похожи на зомби. А я не хочу, чтобы ты плохо себя чувствовал. Понимаешь?       Он был прав на все сто процентов. Нет, даже на сто двадцать. Выпивших ребят действительно придётся в прямом смысле затаскивать в автобус утром. Я немного успокоился, но так и не показал своего лица Тарну, который не переставал меня обнимать. Но мне кажется, он почувствовал, что я немного расслабился, и прижался ко мне крепче.       — Не злишься? — шепнул он мне.       — Не злюсь.       — Тогда почему сидишь до сих пор ко мне спиной? — я промолчал, но сделал ему одолжение — повернулся. — Так-то лучше. Нужно ложиться, — он погладил меня по голове.       — Угу, — соглашаюсь я, когда музыкант отпускает меня наконец-то. Ложусь в свой спальный мешок. То же делает и Тарн, после чего он наклоняется надо мной и целует меня в лоб.       — Сладких снов, малыш.       — Я не малыш.       — Хочешь поспорить?       — Хочу, но не сегодня.       — Обязательно продолжим завтра. А пока что засыпай, — парень кладёт руку на меня, будто бы меня кто-то собирается украсть. Я закрываю глаза и переплетаю наши пальцы.       — Можешь...       — Что? — шепнул он.       — Можешь обнимать меня так всю ночь, пожалуйста?       — Конечно. Спи.       — Хорошо...

***

      — Куда ты так спешишь, Тайп? — бормотал мой парень, сворачивая спальный мешок. Он вроде бы не пил, но разбудить его оказалось очень сложной для меня задачей. А если бы он пропустил стаканчик, то тут хоть оркестр приведи в качестве будильника — не поможет.       — Нам ещё палатку складывать, если ты забыл, — злобно напоминаю я шатену, запихивая всё в рюкзак.       — Блин, точно, — он в ту же секунду ускорился и через пару минут мы уже выползли наружу и начали складывать палатку. Таких ранних пташек, как мы было, скажем, не очень много: человек десять от силы, не считая учителей и гида. Те суетились у своих укрытий, а после — с рупором начали зазывать остальных к сворачиванию нашего "поселения". Я оглянулся пару раз в надежде найти проснувшегося Текно, но тот, видимо, ещё спал.       Окончательно расправившись с нашей частью, мы с Тарном не стали ждать остальных и двинулись к ожидающему студентов автобусу. Тот же мужчина за рулём поприветствовал нас и вежливо пригласил в салон.       — Снова сядем в середине? — спросил я у парня.       — Конечно. Не станем изменять традициям.       — Традициям? — я уставился на него с вопросительным выражением лица, чем заставил его хохотнуть. Но он так и не ответил что там у него — а точнее, у нас — за традиции такие.       Мы посидели в тишине какое-то время. Затем вошла одна учительница и спросила о том, как мы тут оказались. Пришлось поведать короткую и занятную историю о том, как мы очень-очень рано проснулись, по-быстрому собрались и без лишних слов двинулись в салон транспортного средства. Та радостно всплеснула руками и отметила нас в списке присутствующих. Точнее, лучше сказать, в списке не потерявшихся. В скорости автобус наполнился полусонными и голодными студентами, которые изредка бубнили себе что-то под нос и как неживые нащупывали что-то в своих сумках. Вероятнее всего, они искали остатки еды, чтобы хотя бы в ближайший час их желудок не подавал голоса.       Затем началась перекличка. К счастью, все оказались на месте.

***

      Дорога обратно заняла много времени. Или мне так показалось. Музыка, которую включил водитель не бодрила, а клонила в сон. Я прилагал кучу усилий, чтобы не заснуть в сидячем положении, свесив голову, но это было очень тяжело. В конце концов, мой организм сдался, и я, опёршись головой на стекло, начал засыпать. Солнечные лучи давно нагрели автобус, из-за чего меня ещё больше уносило в царство Морфея. Я вздрогнул от прикосновения Тарна — он пытался переложить мою голову на своё плечо.       — Не мучай себя, — он серьёзно посмотрел на меня. — Если хочешь поспать, поспи. Но лучше на моём плече. Окно грязное.       Я был не в силах сопротивляться, поэтому просто принял предложение.

***

      — Тайп, — кто-то тыкнул пальцем мне в щёку. Я сонно поморщился, но глаза не открыл. Однако, человек не останавливался. Затем он и вовсе легко потряс меня за плечо. — Просыпайся, мы приехали. Нужно выходить.       Я оказывал сопротивление всем попыткам меня разбудить. В голове не укладывалось... Куда мы приехали? Зачем? И почему мне нужно выходить? Из-за кучи глупых вопросов я решил прервать свой сон — приоткрыл глаз и оглянулся. «Автобус?» — пронеслось в голове. И тут я всё понял, очнулся. Поднимаю голову с плеча Тарна, потираю глаза, а затем беру свой рюкзак.       Не знаю, сколько мы ехали ещё после того, как заснул, но солнце всё так же жгло. Перед глазами знакомое мне здание — университет. И тут я вновь поблагодарил Всевышнего за то, что общежитие рядом.       Сориентироваться мне помогал пианист. Он буквально тащил меня в общагу, поддерживая под руку, чтобы я не упал. «Боже, спасибо, что ты не бросил меня», — слабо улыбнулся я.       Кабина лифта. Этаж. Дверь. Мы входим. Парень помогает мне устроиться на кровати. Мягкие объятия одеяла и подушки заставляют меня перестать отказываться от такой чудесной возможности заснуть.

***

      Первое, что я заметил — у меня не такой потолок в комнате, не такие стены. Потом я взглянул на постельное бельё.       — Блядь! — вскрикнул я от неожиданности.       — Что такое? — на шум прибежал кареглазый с удивлённым видом.       — Почему я у тебя оказался? Я же должен был быть у себя.       — Я не мог оставить тебя в таком состоянии, — с грустным видом объяснил тот. Я действительно как-то сагрессировал. Теперь мне было стыдно. Он привёл меня к себе, позволил спать на его кровати в грязной одежде, с кухни пахнет чем-то вкусным, и это наверняка ужин для нас двоих, а я так себя веду. Я прикусил внутреннюю сторону щеки и отвёл взгляд. Тот лишь тяжело вздохнул.       — Ты голоден? — он присел рядом со мной. «Как ты можешь быть таким спокойным и добрым, когда я обращаюсь с тобой, как с дерьмом, хоть и неспециально?» — я был зол на себя за свою грубость. В ответ я молча кивнул головой, а тот в свою очередь накрыл мою ладонь своей. — Тогда пойдём. Я приготовил.

***

      — Ты больше не будешь? — спрашивает пианист стоя возле меня.       — Та-а-арн, твои блинчики очень вкусные, правда, но я уже не могу. Прости-и-и... — жалобно взвыл я, чтобы он пощадил меня и не заставлял впихивать то, что впихнуть уже невозможно. Блинчик отправляется в рот пианиста, тарелку парень убирает в раковину, а потом пристраивается там же и начинает мыть посуду за нами двумя.       Последнее время я начал задумываться почему именно он. Я ведь не расценивал себя, как гея, поэтому влюбиться в парня для меня не было обычным делом. У меня даже и ориентации не было. Точнее, стояло по умолчанию «натурал». А потом в мою жизнь ворвался пианист — открыл дверь в туалетной кабинке, всё быстро закрутилось, завертелось... Все люди проходят достаточно много длинных этапов: знакомства, дружба, зарождение чувств, и только потом — отношения. А мы из статуса знакомых чуть ли не сразу в возлюбленных перепрыгнули, игнорируя общеизвестные правила. И всё же... Почему он? Красивый, высокий, заботливый, любящий... И всё это для меня?       Мне захотелось истерично засмеяться, когда я вспомнил, что почти ничего для него не сделал. Тогда лучше спросить почему он выбрал меня. Я проблемный человек, но он терпит мои проявления агрессии и перепады настроения.       С другой стороны, я был очень рад, что всё так случилось. Не думаю, что я смог бы полюбить кого-нибудь другого. Или другую. Тарн — этот Тарн, со своими заскоками и тараканами, но изначально родной.

***

      Шли дни. Мы с шатеном, можно сказать, уже жили вместе то у него, то у меня. С Текно мы виделись часто. Он опять пытался затащить меня в какую-то онлайн-игру, а я в это время противостоял ему как только мог. Остальные студенты отдыхали на полную катушку — с алкоголем и тусовками, но всё хорошее когда-нибудь да заканчивается, и наступает время для учёбы. Разочарованные лица студентов вокруг показывали как "сильно" учащиеся любят университет.       Только я, Тарн и Текно вышли с обеда, так сразу же перед нами оказалась знакомая всем особа. «Боже, снова она. «Какого хуя?» — выругался я мысленно, враждебно глядя на Пуйфай.       — Привет, Тарн, — поздоровалась она с моим парнем, улыбаясь, как всегда, широко. — И вам, мальчики.       — Привет, — ответил пианист, мрачно зыркая на неё.       — Здравствуй, — сказал Текно. Я же просто кивнул.       — Тарн, извини, что так внезапно... Но не пойдёшь ли ты со мной в кино? Знаю, это так спонтанно, но ты подумай. У тебя времени до послезавтра, — она тараторит так быстро, но я успеваю воспринимать информацию. И параллельно успеваю, чёрт возьми, заводиться всё больше и больше с каждым произнесённым ею словом. И вообще, она нас с моим другом вообще не видит? Хоть бы ради приличия отвела Тарна в сторону и поговорила с ним один на один. Или её изначальная цель — вывести меня из душевного равновесия?       — Извини, Фай, — тихо начал Тарн, и я начал ликовать, — но я уже видел этот фильм.       — Оу? Правда? Тогда мы могли бы сходить на др...       — Я в последнее время очень занят учёбой и домашними делами. И вообще, почему ты не на занятиях? Твой университет относительно далеко отсюда, а ты приехала сюда, чтобы... Чтобы пригласить меня в кинотеатр? Пуйфай, тебе следует в первую очередь думать о себе и своей успеваемости, — прямо сейчас я готов кинуться в ноги этому человеку или просто расцеловать его за столь пламенную речь. Он не сказал ничего такого унизительного, но и в то же время размазал девушку по стене. Мне стоит взять у него пару уроков определённо. Та поменялась в лице, как и я. Её «плохо» равняется моему «хорошо», но только тогда, когда дело касается моего любимого. Так-то злая я ей не желаю.       — Жаль... — выдохнула она опечаленно. — Тогда до встречи.       — До свидания, — пробормотал Тарн. Девушка развернулась на месте и удалилась быстрым шагом с территории университета.       — Странная она, — прокомментировал Текно, который также охуевал с происходящего.       — И не говори, — с миной «Как же меня это всё достало» ответил музыкант, поправляя чёлку.       — Кстати, парни, я в туалет, о'кей?       — Конечно, — сказал я. — Подождём тебя у ворот.       — Спасибо, я побежал, — улыбнулся брюнет и уверенно пошёл в сторону здания университета. Мы с Тарном остались одни.       — Тайп, — рука шатена легла мне на талию, — не хочешь сходить со мной завтра в кино?       — На какой фильм?       — На тот, который предлагала Фай. У него уже неплохие отзывы.       — Завтра?!       — Да.       — Но как же учёба?       — После занятий сходим.       — Ну, честно, я не уверен...       — Я сделаю за тебя задания по литературе.       — Хорошо. Мы пойдём, — моментально согласился я. Не то, что б я так сильно не любил этот предмет, просто он занимал много времени.       — Так быстро передумал. Какой ты корыстолюбивый человек, — он расплылся в в милой улыбке.       — Не могу же я отказаться от помощи с литературой. Особенно от тебя— человека, который закрывал её на высшие баллы.       — Говорю же, корыстолюбивый.       — Ничего подобного! Ты сам предложил. Моё дело согласиться.       Вскоре подоспел Текно, извиняясь за долгое ожидание. Мы сказали ему, что всё нормально и пошли в общежитие, так как пар у Тарна больше не было, а нам последнюю отменили.       Когда мы втроём разошлись по комнатам, я начал фантазировать о завтрашнем походе в кинотеатр. «Интересно, каково это ходить с любимым в кинотеатр?» — ответ на интересующий меня вопрос я узнаю уже завтра.