Объятья перед телевизором

Ангел на крик не реагировал, хотя скорее проигнорировал. Он расценивал это как что-то нормальное. Хотя от части так и должно быть, обычно все после печати кричат, всё же это очень больно, твое тело меняется. Но за то потом пассия буквально зависит от своей пары, не может ему никак противиться, выполняет все команды, словно отлично дрессированная собачка. А то, что мальчик вырваться пытался и не почувствовал — все ещё тот слишком был слаб. Вслед Августу смотрит и ухмыляется, с пальцев своих кровь человеческую слизывает. Она намного слаще ангельской. Карать его за это небеса будут. Блондин и с губ своих кровь слизал, ни капельки нигде не оставил, все таки послаще любых конфет, оказывается... Решает проверить, как там человек, идёт к ванной, заправив хуй в штаны. Тихо прислушался к тишине в ванной. Стучит два раза. – Август, открой, пожалуйста, дверь, — и все же что-то от ангельского осталось, а если бы нет, то и не стучался бы, сразу дверь сам открыл и, наверное, снова не в ту сторону. — рехнулся, — Август слышит стуки, сразу отвлекаясь на них. Полотенце на таз завязывает и швабру в руки берет. Жопой чувствует, что у ангела какая-то дурь в голове случились, нужно эту хуйню выбить. Вот зачем поддался соблазну, теперь решать эту проблему. Ещё и эта штука на шее раздражает. Дверь открывает и ангела видит. Швабру все ещё на готове держит, — что за хрень ты сделал? — со злостью смотрит, готовый в любой момент ударить неземное лицо. Только взгляд у зверя довольный, уверенный. Думает, что не ударит его человек? Ага, пусть мечтает. Даже если печать есть, это не значит, что она подействовать должна, человек не ангел. – Август, — хотел уже что-то сказать, но тут же накатывает сильный приступ кашля. Будто бы задыхается, хватается за горло, будто вот-вот откашляет, как кот кусок шерсти. И вправду. Только не шерсть, а жидкую кровь. Прямо на пол. – тьфу.. а она мне понравилась, — рот вытирает и только хуже делает, кровь по щеке размазал. Это вот так ангельский организм реагирует на человеческую кровь. Мгновенно, словно на яд какой-то. Поднимает взгляд на человека и как-то странно улыбается, – Август. Это не то, о чем ты подумал! Выпрямляется и смотрит на мальчика. Сверху вниз. Сколько у них там разница? Да всё равно, но факт, что полубог сейчас смотрит на коротышку, по сравнению с собой, который угрожает ему швабру. – Август успокойся. Ничего не случится, ты человек, на тебя не подействует. "Так вот как мать реагировала, когда отец без разрешения ее своей пассией сделал? Хотя вряд ли. Она же женщина, так ещё и ангел. Вот был бы Август не человеком, то сейчас совсем другое бы происходило..." — но бог остаётся богом, всегда будет стремиться к власти над каждым. А у Эрона после падения походу реально сдвиг в башке, надо бы как-то мозги вправить, чтоб никогда не ломались. Август прибывает в шоке ещё больше, после того как ангел вырвал кровью. Да ещё и размазал по щеке, сейчас блондин выглядел как маньяк. Ничего не случится? Да ангел бы уже на земле валялся, если бы что-то случилось бы, человек ему бы это обеспечил. — подойдешь – я ударю тебя, — Август говорил серьезно, не отрывая грозного взгляда от ангельских глаз, — ты "пассией" меня сделал? Если да, то как убрать эту штуку на шее? — человек бесится. Он, конечно, любит ангела, но его выходки иногда вымораживали. — не двигайся, — кончик швабры был чуть выше ключиц Эрона, если что сделает, брюнет сразу по шее долбанёт. С реакцией у Августа все хорошо, так что если блондин просто попытается забрать швабру, в живот или в пах получит. Человеку было сейчас беспокойно рядом с ангелом, поэтому он решил уйти в другую комнату. Он начал медленно уходить в сторону, следя за руками ангела, которые были близки к кончику швабры. Но Эрон просто стоял на месте, все же осталось что-то от мозгов. Когда Август почувствовал ручку закрытой двери, дёрнув ее, — не смей заходить, — после этих слов, брюнет скрылся в комнате, сразу запирая ее. В глубине души Эрона сейчас творилась война и хаос. Инстинкты боролись с остатками здравого рассудка. Желание обладать и иметь власть против мысли, что после этого Август, скорее всего, отвергнет его. Но пока что он хорошо держался. Проследил, как человек медленно мимо проходит, а потом запирается в комнате. Да блин, что тот так распсиховался, это просто рисуночек на теле, он человек, на него это никак не подействует. А вот на того, кто это поставил – да, но вообще наоборот должно быть... Полубог тяжело вздохнул и подошёл к двери, – Август, пожалуйста, не злись. Ничего плохого не случилось...и не случится, — а вот последнее он обещать не мог. Он уже сам начинал по-настоящему злиться. Его бесила эта ранимость людей. Да черт, укусил и всё, никаких бед. Скатился спиной по двери и сел перед ней, опираясь на неё. Теперь понятно, почему ангелам и богам нельзя с людьми контактировать... Но крылатый сам на это подписался, теперь будет до конца жизни стараться быть нежным с этим человеком, а если точнее, до конца жизни Августа. Долго сидел перед дверью, отчитывая себя за необдуманный поступок... Он всё ещё продолжает любить Августа, ну а то было просто инстинктами, ничего больше, его за это винить нельзя.. Если у ангела был инстинкт получения власти над любимым, то у человека был инстинкт самосохранения. Август, когда только вышел из ванной был напуган, хоть и вел он себя агрессивно. Уйти из среды обитания зверя хороший способ спасения, да и Эрон не мешал ему, так что брюнет быстро сбежал. Но страх все ещё был. Он в действительности боялся, что ангел сделает что-то с ним. Блондин уже без согласия сделал метку, хоть и не действующую. А что будет после? Совсем перестанет его воспринимать как живое, вещью своей посчитает? Человек слышал все, что говорил ангел. Брюнет не был полон злости, ему просто было сейчас некомфортно рядом с ним. Вспомнив, что он грязный, человек начал искать салфетки в школьном рюкзаке. После, найдя их, начал вытирать сперму, кровь и ангельские слюни на шее. "Лучше бы в ванной остался, душ бы принял" — выходить брюнет не собирался первые дня два, чтобы ангел в мозги себе вбил, что так нельзя. Но была загвоздка, блондин мог уйти, посчитав, что человек отвернулся от него. Хотя, есть ли смысл останавливать его? Ай ладно, будь что будет. Взяв их шкафа трусы и штаны, он надел их и сел на кровать, теперь прожигая дверь взглядом. Эрон ни на шаг от двери не отходил, все время перед ней сидел, лежал, иногда спал не крепким сном. Это было похоже на то, что тот либо охраняет Августа, либо наоборот, держит его в плену. – Август… прости...— иногда полубог бормотал что-то тихо, по двери пальцем постукивал. Знал он одного ангела-хранителя, который влюбился в своего опекуна. Его изгнали в ад, веснушчатый собственными глазами видел, как ему крылья отрезали. Жаль, тот был хорошим. А человеку память стёрли, ведь тот ангел вступал с ним в контакт, разговаривал. Мужика жаль. Но теперь сам Эрон неохотно начал понимать, почему тот ангел стал таким мягким. Почему блондин вспомнил какую-то ненужную хрень, а не самое важное? – Август…впусти, — голос его был жалким. Казалось, тот даже раскается, но надо это было только, чтобы человек добровольно его впустил и простил. На самом же деле его глаза всё ещё голодно горели. Но в них больше нет того самого оттенка голубого, остался только серый. Нет больше того хрустально блика... Раздражает. Августа так бесит этот жалостливый тон ангела. Не собирается он его впускать, понимает, что тот ещё не полностью очнулся. Только прям уши режет интонация ангела, его постукивания в дверь. Человек сидел молча, придерживая руками швабру. Ангел мог спокойно выбить дверь, так что оставаться на стороже было необходимо. "Нужно уйти отсюда" — неожиданно для себя подумал брюнет. Можно ведь и вправду уйти на время, квартира брата свободна и ключ от нее есть. Только как будет держаться ангел во время этого? Хотя ладно, это всего на один день, завтра вечером он вернётся. Встав с кровати, Август берет вещи из шкафа, начиная одеваться. Найдя ключи на одной из полок, кладёт их в карман. Выходит, все ещё держа швабру в руках наготове. Видит уже стоящего ангела, -не подходи, -так же медленно идёт к входной двери, не отворачиваясь от ангела ,берет куртку и обувь. Выходит, из квартиры, запирая ангела снаружи ключом, чтобы тот не вышел, хотя тот мог с лёгкостью выбить дверь. Эрон грустно вздыхает и долго смотрит на запертую дверь. Идти за Августом совсем не хочется. Полубог разочарован... Заходит в спальню и ложится на кровать. Чувствует запах человека и улыбается. И именно сейчас он неожиданно вспоминает, думая про Августа, что забыл свой подарок ему в хижине. Да он вообще про него забыл, сделал и припрятал...вот идиот... Но уходить из дома не хотелось. Насколько ушел человек? Успеет ли блондин сделать второй, точно такой же, подарок? И тогда крылатый вспоминает, что тот уходил с сумкой, значит, день точно его не будет. Недолго поразмыслив, он садится на кровать и свое крыло к лицу притягивает. И начинает выщипывать несколько пёрышек, совсем маленьких, даже не чувствует, с размером одну треть мизинца. В руке теперь пять штук маленьких деловых перьев. А дальше дело пошло... Веснушчатый весь день о любимом думал, иногда голова болела, но не сильно. Кажется, он привязал Августа не к себе, а самого себя к нему.... Придя в квартиру брата, человек первым делом пошел в душ, отмывать свое тело. В зеркале он рассматривал печать на шее, — хотя бы выглядит как татуировка, главное, чтобы в школе не увидели, — брюнет учился в одной из лучших школ, в которой была определенная дисциплина в плане внешнего вида. Ну ладно, за воротником спрятать получится. После душа Август завалился спать на диван. Так и проспал он весь день, до обеда следующего дня. Еды и в этой квартире не было, все же она пустовала где-то недели три. Человек решил вернуться, не всю же жизнь игнорировать ангела. По пути домой брюнет зашёл в магазин, накупив там еды и сладкого для ангела. Поднимается на лифте, открывает квартиру, проходя после на кухню. Раскладывает продукты в холодильник, потом идет в спальню с булочкой с шоколадом для ангела. — на, — кидает булочку на кровать рядом с ангелом. Ангел, услышав как поворачиваются ключи в дверной скважине, обрадовался. Хотел выйти, но передумал, вдруг человек всё ещё вооружен. Но тот заходит спустя несколько минут и кидает булочку рядом с ним. Крылатыйй довольно улыбнулся, в руках он держал что-то на подобии браслета из собственных перьев. Точнее, это была толстая нитка с желтоватыми перьями. – у меня тоже для тебя есть подарок, блондин протягивает ладони с подарочком на них, – надеюсь, тебе понравится, — и не понятно, притворяется ли полубог или действительно мозги себе вправил. Никак не понять, кажется, и так, и так. Блондин булочку взял и со всех сторон осмотрел, вдруг отравить его хотят после такого. А на Небе такое не редко случалось. Разочарованные пассии, будучи привязаны к паре, отравляли их, чтобы освободиться. Но на самом деле это сложнее, чем казалось, сделать плохое к своей привязанной паре, это словно выйти против самого себя и своей природы. После такого бывает, они и сами умирают... Август с подозрением посмотрел сначала на ладони ангела с браслетом, а потом в его глаза. Решил и этой штукой его к себе приковать? Но все же взял, ближе рассматривая подарок. Улыбнулся, было видно, что украшение сделано вручную, — спасибо, — фыркнул человек, выходя из комнаты. Но рядом с ангелом ему находится все ещё было не по себе, не был уверен, что тот осознал всю проблему. Всего день его не было, но он надеется, что ангел не тугодум и за это время все понял. Ему ещё хотелось запереть того в комнате, на всякий случай, но решил не делать этого. Да не станет больше Эрон кусать его, наверное. И вообще, это были просто инстинкты, тут он сам не причем. У него это от природы заложено, он не виноват. Вот так и жить с полубогом... Эрону грустно, что любимый почти отверг его. Разве он сделал что-то настолько плохое? Блондин продолжал сидеть на кровати, скрестив ноги. Раненое крыло ближе к лицу придвинул и посмотрел на место ранения. Быстрее б зажило.... Хочется летать, хочется свободы.... Август заметил лужу крови у двери в ванную. — пиздец, — он начинает тереть лоб рукой. Перешагивая лужу, заходит в ванную, в которой было ведро с тряпкой. Набирает ведро наполовину водой, начиная вытирать слегка мокрой тряпкой лужу. Хотя бы человек выспавшийся, так бы оставил все как есть или заставил бы ангела убрать все. Но радует, что блондин не ушел. Закончив с лужей, Август идёт на кухню, заварить чай. Нужно хоть как-то показать ангелу, что он больше не злиться. Даже браслет уже надел. — выпей, — подает знак ангелу, что он в комнате. Ставит кружку чая на край стола ближе к ангелу, рукой на которой был браслет. Но ангел смотрел на него, так что он ещё свои волосы той же рукой поправил, для наглядности. Но лицо было спокойное, не одной эмоции. После этого Август вновь вышел из комнаты. Блондин с блаженной улыбкой на спину человека посмотрел и даже руки на грудь свою положил. Словно сердце сейчас выскочит. Но тот снова вышел, эх. Но Эрон все равно был рад. Повернулся к чаю и нахмурился. Рядом лежала та булочка. Но есть и пить это он не спешил. Хоть организм его крепкий, яд не возьмёт, но всё же после этого ослабнет, тогда человек, если постарается, сможет грохнуть его. Почему он думает об этом? Наклонился к чашке и понюхал, вроде ничем таким не пахнет, да и на вид нормальный чай. Решив рискнуть и довериться человеку, отпил немного. Горячий, но терпимо. И на вкус обычный чай... Точно не хочет убить? Тело бросает в жар. Чай внутри разливается, так тепло. Но оказывается этот жар не из-за чая... У него у самого температура поднялась, голова такой тяжелой стала, как и веки. Это что творится? Что, и вправду отравил? Но нет, дело совсем далеко не в чае… Эрон догадался, что скорее всего это из-за метки... Неужели если связать себя с человеком, то настолько плохо будет? Но ответить на свой же вопрос он не успел. Закрыв глаза, лёг на спину. Глаза болят. Голова болит. Горло болит. Всё тело болит. Да блять, так ещё и душа болит? Звать на помощь или нет? Подумал, что это пройдет само по себе. Ошибся — не пройдет... Это не простуда, не обычная человеческая болезнь... Почему такого не происходило с теми, кто метил свою пассию? Только, потому что они были ангелами? И снова же ответить не успел, в сон провалился тут же. Август сел на диван, начиная сверлить дырку в двери спальни. Блондин даже булочку не съел, неужели не доверяет. Прошло несколько минут, обычно за это время ангел съедал все, но человек был совсем не уверен, что этот раз такой же, как обычные. Печать загорелась, — че за...— человек взялся за шею, где была метка, прошипев. Из-за чего она начала подавать хоть какие-то знаки? С ангелом что-то? С этой мыслью Август забежал в комнату, увидев ангела, лежащего на спине и скорчившийся, видимо, от боли. Человек положил руку на его лоб, тот был горячим. Стало ясно, что у ангела жар, но с чего вдруг? Температура была слишком высокой, ее нельзя было сбить жаропонижающим, только хуже бы стало. Поэтому тот быстро побежал за полотенцем и водой, возвращаясь со всем в комнату к ангелу. Начал протирать его не слишком холодным мокрым полотенцем, но Август был совершенно не уверен, что ангелу от этого легче станет. Он протирал лицо, шею, плечи, все остальное тело. Больше всего охлаждал лицо, вот оно реально горело. Всё тело горело, кажется, сейчас сварится... Но он почувствовал что-то мокрое. Это было холодное мокрое полотенце, но крылатый не чувствовал никакой прохлады. Он еле как открыл глаза и посмотрел на Августа и широко улыбнулся. – Люцифер, это ты? — не, ну реально горел как в аду. Но больше интересно, почему он так рад встрече с Люцифером....Руку протянул и погладил по щеке, усмехнулся, – Люцифер, почему я в аду? Я же должен был переродиться... — совсем от жары бредит. А ведь даже не видит он сейчас толком, перед глазами толстая пелена, всё так размыто. А в ушах словно толстый слой ваты... Даже дыхание горячее. Такого резкого перехода температуры его тело не выдержит, хоть он и сын бога Солнца. Рука упала, на колено человека. Сил уже держаться не было, глаза закрылись. Но самая большая проблема в том, что хер знает, чем это он заболел. — точно крыша поехала, — после еле слышимых слов ангела, Август заволновался ещё больше. Что блять с Эроном? Спутал его с падшим ангелом, а сейчас вообще отключился. Это все из-за метки, точно. Все из-за того, что Август человек, вот и подействовало именно на ангела. Бесит, знал брюнет что хуйни натворил блондин. Только человеку нужно решить это как-то, но охлаждение совсем не помогает. Облить его может? Хотя, лучше будет если ангел поспит...или нет? Мысли в голове брюнета сменялись с одной на другую. Может лечь рядом с ним? Видел Август как-то в фильмах такое, что парочки друг друга теплом тел лечат. Да хуйня какая-то, это не поможет. Мозг Августа был готов взорваться. Что блять делать. В прошлый раз сон помог, да и сам ангел вырубился. Решил человек оставить его с холодным полотенцем на лбу, на всякий случай. Свою голову на постель положил, оставаясь сидеть на полу. Единственным доказательством, что Эрон все ещё жив, это было его тяжелое дыхание. Будто дышать что-то мешает, в горле что-то застряло. Наверняка, ему сейчас снилось, будто он в аду. Бормотал что-то невнятное. А потом вовсе очнулся... Глаза разлепил еле, столько сил потребовалось, и оглянулся, – Август… — и даже в предсмертном состоянии он зовёт его. Зовёт любимого. А ведь из-за него, частично, это сейчас происходит, – Август, — таким тихим голос говорит, хрипит. Пальцами ищет его руку. Берет его за ладонь и голову в сторону поворачивает, посмотрев на него. Все лицо красное, но, вряд ли, это из-за смущения. Смотрит на Августа грустным взглядом и из последних сил улыбается. – я люблю тебя, — ломаным голосом произносит. Просто хочет напомнить, просто хочет, чтобы тот помнил это всегда... И всё, на этом все силы бороться со смертью иссякли. Глаза медленно и нехотя закрываются, хватка руки ослабла... Встаёт на зов ангела, смотрит в грустные, даже мертвые глаза. Руку его крепче сжимать начинает, чувствует что-то не так. Слеза катиться, когда Эрон сказал, что любит его слабым голосом. Август недоумевает, не верит в происходящее. Что, черт возьми, происходит? — Эрон, — руку безжизненную сжимает, а вторую на щеку ангельскую кладет, — эй, Эрон, очнись, — ужас в глазах, слезы водопадом литься начинают, — Эрон, Эрон! — не верит, что ангел так легко откинулся. Быть такого не может, все просто очередной кошмар, — Эрон, ты же просто заснул, да? Ты же не можешь умереть... — уже двумя руками лицо блондина держит, не принимает реальность. Все просто сон, страшный сон, — Эрон, открой глаза, пожалуйста, — ближе ползет, руки трястись начинают. Тихий ужас внутри, печать горит, но Август не чувствует. Только слезы льются, в глазах растерянность, сознание не принимает всего этого. Все выдумка, Августу просто все сниться, все ложь, — Эрон Эрон Эрон, — звать продолжает, будто смысл есть. Ангельское лицо приподнимает, сам ещё ближе располагается. По щекам гладит, волосы с лба поправляется, — ты же не мог умереть, да? Ты не можешь так меня оставить, — обнимает тело безжизненное, по затылку гладит, — я люблю тебя, Эрон, люблю, — лицо в руках держит, после губами, соленными бездушных губ, касается, со всеми чувствами, которые сказать не успел. Он не дышал... Сердце больше не билось. Тело понемногу теряет жар, холодеет. По организму больше не бежит кровь... Тело за короткое время с ужасно жаркого превращается в ледышку. Ничего не чувствует, ничего не знает. Лишь видит белый свет... Проходит пара минут. Что-то тут не так... Но что же? Ангел не рассыпается! Возможно, это из-за того, что он только наполовину ангел, и наполовину бог, а боги вообще-то не умирают. Либо из-за того, что... все ещё жив? Но тело все ещё как ледышка. Да и не дышит он, сердце не бьётся. В чем же тогда причина? Проходит две минуты после поцелуя. Но эти минуты длятся словно вечность. Всё точно так же. А вот печать на шее горела, да ещё как. Словно солнце, ярко-ярко светилась, время от времени мигая. Быстро потухало и так же быстро загоралась снова. Вместе со смертью доминанта печать должна была исчезнуть.... Но не тут-то было, Эрон не может просто взять и умереть. Он силен, и морально, и физически, сломать его не так-то просто. Если бы в комнате была абсолютная тишина, то можно было бы услышать, как бешено бьётся сердце. Но он всё ещё не просыпается... глаза закрыты. Но уже ангельская кровь бежит по венам, дыхание слабое можно почувствовать, совсем слабое. Будто что-то все ещё мешает дышать. Но на самом деле нет...Вроде все признаки жизни уже есть, но просыпаться он не хочет...В чем же тогда проблема?? И почему тот вообще не умер? Это конец? Оторвавшись от губ, человек посмотрел на любимого. Он столько не сказал ему. Он мог извиниться за агрессию и провести с ангелом целый день. Но из-за глупого страха не смог. Человек ненавидел себя. Он заключил в объятье холодное тело любимого, начиная плакать ещё сильней, хоть и казалось, что уже некуда. Это конец.