Seven steps away (семь шагов от тебя)

Бывает так, что взрослые не знают, для чего они живут. Петунья Дурсль не знала, почему каждое утро поливает свои белые нарциссы, которые каждый раз были истоптаны кем-то с прошлой ночи. Вернон Дурсль не знал, почему каждый вечер закрывает красное лицо газетой, даже несмотря на то, что ненавидел чтение. И сам почтальон, что приносил ему эти помятые газеты, не до конца осознавал, зачем работает разносчиком макулатуры. А вот соседка, Арабелла Фигг, что жила в седьмом по счёту доме, знала. Поэтому в ночь на шестое ноября она переполошила всё семейство Дурсль громким стуком в дверь. — Откройте, мистер Вернон! Мне очень нужно войти в дом! — её скрипучий голос заставил жирного мужчину на пороге скривить губы. Он нехотя шаркнул бледно-зелёной тапкой по паркету и дал женщине войти. — Что привело вас в такой поздний час? — недовольно пропыхтел Вернон, морща нос. От соседки несло запахом кошачьей шерсти и дешёвого корма. И вся она была похожа на большой мешок с кошачьими подушечками. Огромный плащ цвета земли и маленькие глазки только подтверждали это. — Мне нужен мальчик. — Зачем вам видеться с моим любимым сыном? — недоверчиво начал глава семейства, но, проследив за взглядом миссис Фигг, поправился: — Моя жена не жалует гостей после семи. — Я не потревожу вашу жену или сына. Мне нужен Гарри. — Зачем? — мясистая рука преградила женщине путь. Никто в семействе Дурсль не любил говорить о сынишке Лили. Его считали чем-то позорным, недостойным для глаз общества, потому и прятали ото всех как можно дальше. — Пустите меня к мальчику, — проигнорировала вопрос женщина и попыталась перелезть через огромного Вернона. На её лице читалось удивительное для пятидесяти лет беспокойство. — Послушайте, миссис Фигг, — процедил явно недовольный Дурсль. Он перегородил путь своим грузным телом и сдвинул брови так, что те едва не слились в одну сплошную полосу цвета пшеницы. — Я не потерплю незваных гостей в своём доме! Так что проваливайте-ка… — ВПУСТИ ЕЁ! Мужчина замер, давясь своими же словами. То был не шёпот, что тихонько напевал ему на ухо, а страшный рык израненного зверя. Всего лишь на одно мгновение, но Вернон мог поклясться, что увидел красные глаза в отражении двери в прихожей. И этого мгновения было достаточно, чтобы они навсегда впечатались в его скудное сознание. А миссис Фигг тем временем успела прошмыгнуть за огромную спину и распахнуть дверь пыльного чулана. На её губах застыл испуганный от вида бледного ребёнка «ах», а руки быстро влили в детский рот какую-то красную жижу из стеклянной колбы. — Что вы там делаете?.. — раздалось из коридора. — Немедленно покиньте мой дом! Но Арабелла даже не подняла головы. Её чёрные глазки были прикованы только к маленькому тельцу, из которого вот-вот могла исчезнуть жизнь. — Покиньте мой дом! — продолжал орать мужчина, грозными шагами направляясь к чулану под лестницей, из которого с мальчишкой на руках выскочила тощая Фигг. — Что… Что вы делаете? — начал давиться собственным возмущением Дурсль. — Как ты смеешь врываться в мой дом и обкрадывать меня, старая кошёлка?! Он поднял руку в желании отвесить женщине неравную пощёчину. Но вдруг почувствовал, как в ногу впились чьи-то когти. С удивлением Вернон обнаружил у своих колючих тапочек шипящего кота, размахивающего лапой. — Гарри вернётся домой тогда, когда поправит своё здоровье, — с каплей тихого злодейства произнесла Арабелла и покинула серенькое здание, прижимая мальчика к своей груди. За ней ушли две пары лап и дрожащие от слабости чёрные туфли.

***

Дом миссис Фигг был похож на большой клубок кошачьей шерсти. Серые волосы были посюду: лежали на коричневом паркете, мешались с пылью на тумбочках, торчали из колючего покрывала. Лёжа под ним, впервые за три дня Гарри открыл глаза и удивлённо начал озираться. Комната была для него незнакома — слишком коричневая и большая для его коморки, а уши резало громкое тиканье. Прищурившись, мальчишка с ужасом заметил голову кота на тумбочке. Его огромные глаза моргали в такт секундам, а в пасти из стороны в сторону качался медный маятник. Гарри тихонько вскрикнул и закрылся одеялом. Место, в котором он проснулся, было страшным. А когда что-то прыгнуло к нему на простынь и начало топтаться по груди и животу, то Поттер и вовсе затаил дыхание. — Мяу-у, — прозвенело на всю комнату. Дрожащими руками мальчик отогнул край одеяла и столкнулся со зрачками тонкими, как спичка. Перед ним была та самая кошачья голова. Он с ужасом представил, как она скатывается с тумбочки и прыгает, как мячик, к нему на постель, отчего в горле застрял еле сдерживаемый крик. — Мяу-у. Пасть широко раскрылась, и на нос Гарри грохнулись его очки. Он тут же подскочил и, быстро надев их, уставился на рыжего кота на одеяле. Он был самым обычным: с лапами, хвостом и туловищем. Именно эти лапы и топтались по нему минутой ранее. А голова на тумбочке была всего лишь деревянными часами. — Ты меня напугал, — облегчённо выдохнул мальчишка и потянул руку к рыжей спине, чтобы погладить. Но кот, едва Гарри его коснулся, сомкнул клыки на рукаве его рубашки и потянул мальчишку вниз с кровати. — Что ты делаешь? — не понял тот. Он хотел вырвать ткань из чужой пасти, но вместо этого упал вперёд. Хватка кота была неественно сильной. — Подожди! — взмолился Гарри, приподнимаясь на локте и с ужасом смотря на пол. Кровать была такой высокой, что казалось, будто до паркета лететь два этажа. А наглый кот в ответ по-человечески хитро сузил глаза и, не выпуская из зубов рукав, сиганул вниз. Поттер грохнулся следом, больно ударяясь о паркет. — Зачем? — проскулил мальчик, смотря на то, как лапы с чёрными подушечками маршируют в дальний угол комнаты. Животное остановилось в метре от стены и, изогнувшись полукругом, истошно зашипело. — Что там? — с усилием перевернувшись, Гарри уселся на полу. В том месте, куда кот махал когтистой лапой, были очертания угрюмой тени. Чем ближе Поттер подползал к ней, тем отчётливее видел чёрную фигуру, опустившую голову к полу. — Мой Лорд? Мужчина медленно поднял голову, смотря на Гарри потускневшим взглядом. Он выглядел по-настоящему несчастным с этими еле розоватыми глазами и полопавшимися капиллярами, с этой слабо согнутой коленкой, на которую он опирался, полный безнадёги и уныния. — Что с вами? Вам не хорошо? — спросил мальчишка. — Я был плохим человеком, Гарри Поттер, — начал Марволо с тяжёлым вздохом. — Поэтому меня и заточили в эту тюрьму. — Заточили? Гарри не знал такого слова, но оно звучало очень важно. — Привязали к тебе, — объяснил мужчина. — Твоя мать прокляла меня и навеки привязала к тебе, чтобы я больше не мог творить зло. — М-моя мать?.. — переспросил мальчишка. — Да… Она была красивой женщиной с большим сердцем, — с тяжестью в голосе продолжил тёмный маг. — Защищала мир от тех, кто причинял боль людям. Великая волшебница. Ты перенял от неё лучшее: доброту, мягкость, сострадание… Всё то, чему я так и не смог научиться за свою долгую жизнь… — он опустил голову вновь и замолчал. В этом молчании Гарри ощущал чужое сожаление. Он терпеливо продолжал смотреть на чёрную фигуру Лорда, ожидая, пока тот ответит что-нибудь ещё. Но в комнате было слышно лишь тиканье. — Простите, вы… — Я не могу смотреть тебе в глаза, — ответил тёмный маг, вновь оживая. — Почему? — не понял мальчик. То, как вёл себя призрак, было странным. В нём не было прежней уверенности, гордости и силы. И если каждый раз он вызывал в ребёнке восхищение, то сейчас был похож на догорающий фитиль дешёвой свечки. — Потому что это всё моя вина. Я… — он шумно выдохнул, будто проглатывал какой-то ком. — Вы?.. — настороженно повторил Гарри. Перед ним будто бы должна была раскрыться пугающая тайна. — Что вы сделали?.. — Потому что я убил твоих родителей, Гарри, и сделал тебя сиротой, обрёк на жизнь с тётей и дядей. Всё это время я считал, что это моё наказание «быть рядом с тобой», и не догадывался, каково было тебе. Я злился на тебя за то, что ты живой, что я прикован к тебе без возможности уйти. Но когда я увидел, как ты умираешь… — его голос на секунду дрогнул. — Я понял, как я ошибался. Моя свобода не стоила твоей жизни. В комнате повисла тяжёлая тишина. Только тиканье часов непрерывно царапало ушные перепонки. Марволо продолжал сидеть с опущенной вниз головой, смотря, как тонкий ветерок перемещает по паркету пыль. В момент, когда один из сереньких комочков укатился далеко вперёд, он заметил маленькую тень. Она неуверенно шагнула к нему, протягивая бледные ладошки, и обвила ручками плечи. — Что ты делаешь? — удивился мужчина. — Обнимаю вас, — ответил Поттер, не замечая, как его рука проходит сквозь чужое плечо. — Я видел, как тётя Петунья обнимала Дадли, когда тот сделал что-то ужасное, и говорила ему: «Я тебя прощаю», — он привстал на носочки, надеясь, что его объятия будут казаться крепче, и тихонько прошептал: — Я прощаю вас, мой Лорд. За искренним порывом и своим добрым сердцем мальчишка не заметил, как в глазах мужчины появилось ликование. Конечно, он не чувствовал вины за отнятые жизни грязнокровной суки Лили Поттер и её муженька Джеймса и не был знаком с такой вещью как раскаяние. Весь этот маленький спектакль был только для того, чтобы заполучить доверие сиротки Гарри. — Спасибо, Гарри Поттер, — произнёс он без прежнего сожаления. — Теперь я всегда буду рядом, чтобы направить и защитить тебя от злых людей. — Это необязательно… — Нет, — резко прервал Лорд, пугая мальчика внезапной переменой настроения. И, видя его замешательство, тут же предал голосу прежнюю мягкость: — Тебе не нужно чувствовать смущение или неловкость. Мои порывы искренни, — он улыбнулся самой сладостной улыбкой, отводя от себя всякое подозрение, и с нежностью добавил: — С этого момента мы всегда будем вместе — только ты и я против целого мира. Только ты и я… Получив ответную улыбку, Марволо перевёл взгляд алых глаз на рыжего кота, сопящего на кровати. Он видел его уже много раз у дома Дурслей. Поганец следил жёлтыми глазами за ним и мальчишкой. Теперь Тёмный Лорд знал, кому доносит эта маленькая тварь, и издали догадывался, что старуха Фигг не просто так каждую ночь впускает в комнату сову с маленьким свёртком в лапках. Кто-то давал команды Арабелле и присылал ей зелья от колдо-простуды мальчика. — Скажи, Гарри, ты любишь кошек? — невзначай спросил ребёнка тёмный маг. — Нет, — замотал головой Поттер. — Они воняют и кусаются. Вот этот, — он указал пальцем на рыжего кота и тихо произнёс, боясь разбудить животное, — столкнул меня с кровати. — Вот как… Наверное, он доставляет много проблем миссис Фигг, которая так великодушно забрала тебя к себе на время. Ты же хочешь отблагодарить её? — Да, это будет правильно… — Тогда давай избавим эту добрую старушку от такого непослушного животного. Ложась в кровать, сумасшедшая кошатница не знала, что на утро уже не найдёт питомца ни у миски, ни на подоконнике в гостиной. О том, что ночью в стенах шерстяного дома что-то произошло, свидетельствовала лишь кучка земли, откуда-то взявшаяся в саду.