Глава 3. Крошево
27 апреля 2023 г., 00:05
Из всех мест, где Нагиса мог бы обучать её синхронизации с Евой, это оказалось бы последним в списке ожиданий Лэнгли. Она думала, что они отправятся в штаб-квартиру, где её, для начала, отчитают за побег, ну или сразу в ангар, что, если честно, было бы предпочтительнее. Но юноша с седыми волосами привёл её к берегу озера, образовавшегося в кратере. Это оказалось неожиданно.
Полдень был в самом разгаре. Замершее в зените солнце припекало нещадно, а ветра не было. Из-за этого, вода оставалась спокойной, словно гладкое голубое стекло. Вся муть, поднятая взрывом, давно уже осела на дне, создавая иллюзию кристальной прозрачности. Воздух тоже был чист, из-за чего Аске без труда удалось рассмотреть сглаженные страшным жаром и покрытые копотью скалы на противоположном берегу. Немое свидетельство выигранной не ею битвы. Какой позор. Даже вспоминать больно.
— Ну и, мы закончили? Да, здесь очень красиво, но... зачем мы сюда пришли? — нетерпеливо спросила девушка, когда Каору просто замер у кромки воды, заложив руки за спину и устремив взгляд в ведомую лишь ему даль. Он выглядел таким красивым и отрешённым. Бесконечно-далёким, хотя стоял на расстоянии вытянутой руки и Аска легко могла бы его потрогать, если бы захотела.
— Я могу называть тебя просто Аской? — спросил парень неожиданно. — Или лучше всё же Аской-сан. А может мисс-Сорью?
— Точно не последнее, — рыжеволосая скривилась так, будто съела лимон. — Звучит ужасно. В остальном... делай что хочешь.
— Очень хорошо. Тогда и ты зови меня просто Каору, — улыбнулся парень, заложив руки за голову, и повернувшись к ней.
— Так зачем мы здесь? — повторила свой вопрос Сорью уже более раздражённым, вибрирующим от нетерпения голосом.
— Ну что же, Аска замри на мгновение, — его голос обрёл властность и застигнутая им девушка замерла в неподвижности.
— Что такое? — настороженно спросила она, подозревая какой-то подвох. — У меня, в волосах жук или что-то в этом роде?
— Нет-нет, — успокаивающее взмахнул ладонями беловолосый юноша. — Всё в порядке. Просто... не двигайся ни на минуту
Лэнгли подозрительно прищурилась, но подчинилась оставшись в прежней позе. Она чувствовала себя предельно-глупо, а потому даже позволила себе оглядеть окружающее пространство в поисках скрытой камеры или прячущегося за валуном Синдзи. Ну а что — могло быть и так, учитывая насколько эти двое сблизились. Они не обсуждали этого придурка напрямую, но рыжая слышала кое-что от Мисато. И не сомневалась в том, что после её бегства, свободную (её между прочим) комнату занял этот белёсый хмырь.
Мальчишкам вполне могло прийти в голову разыграть её. То есть... не то чтобы Аска правда в это верила, но допускала такую возможность.Учитывая пассивный характер Синдзи его можно было подбить на что угодно. А от Каору можно было ждать чего угодно.
Тем не менее в обозримой видимости не было никого, кроме цикад безжалостно жужжавших в высокой траве. Их тонкий, раздражающий гул смешивался с нежным плеском воды, заполняя тишину ясного полдня. Это место казалось таким безмятежным...
— И? Чего жду? — пробормотала Аска, задумчиво глядя вдаль. Она не и заметила, что простояла в тишине куда дольше минуты.
— Очевидно, что ценность ожидания для тебя потеряна, — с притворным сожалением вздохнул Каору. При этом голос раздался словно издалека. Сорью с недоумением покосилась на пустое место рядом с собой, и, обведя берег глазами, обнаружила парня, сидящим на расколотой статуе ангела, торчавшей из воды. Это было одно из тех классических архитектурных произведений, на которые она досыта налюбовалась в Германии, изображавших героя одной из библейских легенд. Часть головы вместе с лицом была отколота, правое крыло — повреждено, в то время как левое сохранилось идеально. Вот на нём-то и примостилось Пятое Дитя.
Он сидел на его сгибе, как на жердочке, согнув одну ногу в колене и опираясь о неё локтём, а вторую свесив над водой. Окутанный блеском солнечных бликов, но весь сиял в своей безупречно выглаженной рубашке и белоснежных кроссовках.
— Позёр, — презрительно бросила Аска, скрестив руки на груди. Ответа не последовало, но она махнула на это рукой, и продолжила возмущаться. — Я могу ждать чего-то, когда знаю, каким будет результат. Ожидание в неведении это совсем другое.
— Разве всегда должно что-то происходить? — улыбнулся Каору, поглядев сверху вниз. — Неужели ты не можешь хотя бы раз оценить момент спокойствия? Если ты попробуешь, то почувствуете себя намного лучше. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
— Серьё-о-озно? — протянула Аска, трагически закатывая глаза. — Это и есть план? Как стояние здесь поможет синхронизации?
— Ты можешь просто попробовать. Несколько минут тишины и неподвижности точно не убьют тебя, Аска, — пожал плечами Каору.
— За последние пару дней у меня было гораздо больше тишины, чем жалкие «несколько минут», — не согласилась рыжеволосая.
— Это не одно и то же, — улыбка парня оказалась обезоруживающей и она решила попробовать. На своих условиях, конечно же.
— Вот и славно. А теперь заткнись. Я тут, между прочим, пытаюсь последовать твоему дурацкому совету. И я не могу успокоиться, пока ты не заткнёшься, — проворчав это, Аска закрыла глаза. Каору больше не нарушал тишину, заполненную звуками природы.
Стрекотание цикад, вздохи морского прибоя заполнили разум девушки, знавшей прежде только гнев и адреналин. А через некоторое время на неё нахлынуло чуждое прежде умиротворение, заставившее её чувствовать себя комфортно. Настолько, что через некоторое время она села сначала на корточки, а затем и просто на разогретый солнцем камни, подогнув юбку. Реальность утомила её и девушка была рада отрешиться от неё. Раствориться в мире, который её окружал. Пусть и на очень короткое время.
— Ну-у, — промурылкал Нагиса с истинно кошачьими нотками в голосе. — Так ведь намного лучше. Не правда ли? Ты согласна?
Открыв глаза, Аска обнаружила парня рядом с собой. Теперь он сидел так близко, что почти касался своей брючиной её голой ноги. Пожалуй, он сейчас был даже слишком близко, но тревожило её не это. А скорость с которой перемещался беловолосый. В первый раз ему удалось забраться на статую, пока она просто смотрела в другую сторону. А теперь — спуститься оттуда и подсесть к ней. Бесшумно. Особенно учитывая, что она слышала каждый шорох, а ангел стоял в воде. На приличном удалении от берега.
— Может быть, — не стала спорить рыжая. — Но в любом случае, это не решило всех моих проблем. Просто отвлекло. На время.
— По крайней мере, они больше не давят на тебя столь тяжким грузом, — продолжал убеждать её в обратном малиновоглазый.
— Как смысл делать что-то, если никто не ценит тебя за это? — с трудом встав на ноги, Аска поглядела на бледного юношу без привычной ненависти. Он правда пытался помочь ей. Искренне хотел, но не мог. Никто не мог. Это касалось только её и Евы-02.
Внезапные воспоминания о собственной несостоятельности как пилота пронзили её словно нож, лезвие которого глубоко погрузилось в живот. Она действительно отвлеклась. Забыла о проблемах, а теперь они навалились на неё с новой. Всё стало ещё хуже! А тут ещё и Каору решил подлить масла в огонь, деградировав до уровня Синдзи и начал задавать неуместные вопросы.
— Скажи... тебя правда так расстраивает, что меня назначили пилотировать твою Еву? — каким-то образом раскаяние в голосе Каору и мельком оброненное им признание принадлежности Евы ей, разозлило Аску даже больше, чем даже ненужность сказанного. Горло перехватило и она низко опустила голову, скрываясь от назойливого взгляда за оранжевой чёлкой. Она не могла позволить этому так закончиться. Не могла позволить этим надутым индюкам из Nerv так легко себя заменить куклой и выскочкой-неудачником.
— Не смеши меня, чёртов ублюдок! — оскорбления сами срывались с губ и она буквально шипела, сверкая сапфирово-голубыми глаза с чистым, почти убийственным гневом: — Никто, кроме меня, не может пилотировать Еву-02! Ты понял?! Моя проклятая замена!
— Прости... — Каору во многом можно было обвинить, но только не в отсутствии чуткости. Стоило Аске продемонстрировать гнев и моральную уязвимость, как он сразу потупился, растеряв всю самоуверенность и привычный шарм. Он правда переживал за неё.
— И никогда не забывай об этом, чертов ты дегенерат! — девушка уже почти привычно ткнула кончиком пальца ему в грудь.
— Так ты из-за меня ушла из дому? — голос парня звучал так расстроено что Сорью решила успокоить его. Правда на свой лад.
— С чего бы мне убегать из-за кого-то столь незначительного? — съязвила она, обесценивая альбиноса. Этот трюк был одним из любимых в её арсенале и превосходно действовал против Синдзи. — Просто... я не могу больше жить с ними под одной крышей.
— Почему? — Каору не сводил малиновых глаз с Аски, наблюдая, как эмоции отражаются на её лице, словно на ярком и красочном экране, транслирующем множество оттенков человеческого духа. При этом в его взгляде ощущалась зависть или... голод.
— Я ненавижу святого Синдзи, который может водить свою Еву, а я — нет. Ненавижу чувствовать на нем запах Рэй, этой чёртовой куклы, которая спасла меня. Да лучше бы я умерла, чем это! И я ненавижу эту шлюху Мисато! Она обещала заботиться обо мне, но бросила в самый неподходящий момент. Я не могу мыться с ними в одной ванной, принимать еду за одним столом, даже дышать одним воздухом! Потому сбежала, а вовсе не из-за тебя, чёртов идиот. Сначала пряталась у Хикари, целыми днями играя в видео-игры, а когда это не помогло заглушить мою ненависть, я ушла и от неё тоже. Спряталась здесь ото всех, словно в раковине.
— Ты любишь Синдзи? — ни с того ни с сего спросил Каору, заставив Аску покраснеть до кончиков рыжих волос. Отвечать на такое... нет даже думать о подобном было почти так же ужасно, как если бы из под воды сейчас выбрался Ангел и растерзал её.
— Что ты такое говоришь, извращенец?! — взвилась он, отдёрнувшись от Каору как от зачумлённого. — Издеваешься? Дурак что ли?! Чтобы я любила Синдзи? Эту напрасную трату хромосом? Да впервые увидев Еву он расплакался и отцу пришлось засовывать его туда чуть ли не силой! Трус! Я ненавижу его! Ненавижу всех!! Но больше всего я ненавижу себя!!!
Каору молчал. Не из страха перед возможной яростью девушки. И даже не из участия, хотя именно оно сейчас отражалось на его бледном лице. Всё было просто — он ждал.Он уже достаточно подтолкнул её в правильном направлении и теперь ждал, когда девушка сама сделает следующий шаг. Решила раскрыться и выйти из своей скорлупы она должна была сама. По собственной воле.
— Что, даже не спросишь почему? — насела она на внезапно замолчавшего парня. — А я скажу тебе! Потому что меня все ненавидят. Моя мать покончила с собой, когда я была ещё совсем маленькой. А отец... отцу плевать на меня! Всем на меня плевать.
— Это неправда, — с абсолютной уверенностью в своей правоте возразил парень, а когда раскрасневшееся, перекошенное злобой лицо Аски повернулось к нему, аргументировал. — Мне не плевать. И не думай, что ты единственный, кто прошёл через это.
Ещё вчера темпераментная немка ударила бы его за подобное заявление, но сейчас, она дала ему шанс всё объяснить.
— Мои родители погибли во время Первого Удара, — сказал он, но даже если ему было грустно, на его лице оставалась улыбка.
— Ты ненавидел их? — спросила Аска, а когда Каору качнул головой, пришла в замешательство. — Тогда чему улыбаешься?!
Она была растеряна. Он пережил то же, что и она, но тем не менее улыбка не сходила с его лица, даже когда она его ударила.
— Потому что я не хочу грустить, — просто ответил он на её вопрос. — Я хочу жить счастливо. И ты в своей душе хочешь того же.
— Да с чего ты взял? — защитная реакция Аски была почти инстинктивной. Она не могла признать правду, даже когда видела её отражение в малиновых глазах юноши. Она не могла показать свою уязвимость перед каким-то малознакомым молодым человеком.
— Потому что ты здесь. Со мной. Ты могла прервать свою жизнь и я бы не остановил тебя, потому что кто я такой, чтобы идти против твоего желания? Но ты здесь и причина не в трусости. Это твоя воля к жизни. Тебе не удалось погасить её в себе до конца. Надежда всё ещё тлеет в тебе, Аска Сорью Лэнгли. Она прямо здесь... — коснулся рукой груди рыжей красавицы. — ...внутри.
— Извращенец! — дала по пальцам и скрестила руки, защищаясь от того, что с её стороны выглядело как домогательство.
— Ты хочешь снова стать счастливой, Аска, — проникновенно сказал Каору, погладив девушки по щеке. — А я помогу тебе. Научу, как снова Синхронизироваться. Просто.. вернись, пожалуйста. Я понимаю, что тебе больно, но ты лучшее что есть у Nerv.
Аска замерла, уставившись на Каору с недоумением и беспомощным ужасом. Она не знала что делать и как реагировать? Не понимала, почему не может просто отмахнуться от беловолосого парня, как делала это со всеми остальными? Но прикосновение его руки к лицу что-то сделало с ней. И так уже порядком потрескавшаяся ментальная защита девушки наконец-то сломалась несмотря на все её искренние усилия. А тяжёлое от боли сердце забилось свободно. Впервые за очень долгое время.
«Нет! Нет, черт возьми! Не смей плакать, Аска» — безуспешно увещевала она себя, но не могла остановиться. Слёзы всё-таки навернулись, а туго сжатая пружина внутри неё распрямилась, сметая всё на своём пути. Чувства прорвались наружу потоками слёз. Когда-нибудь это должно было случиться. Она не могла прожить жизнь, делая вид, что ничего не болит! Какого черта она должна была быть идеальной? Почему она была обременена сверх всех остальных? Почему взваливала на себя ответственность, в то время как придурки вроде Синдзи бежали от неё. Ведь её никто не заставлял. Она сама сделала это с собой!
Последние остатки скорлупы обратились крошевом и Аска позволив слезам течь свободно. Она плакала о жизни, от которой отказалась ради десяти лет настойчивости, самоотверженности и преданности проекту, который принёс ей столько ненужного горя. Она плакала о своей матери, плакала об отвергшего её Кадзи и из-за того, что единственным лучиком света в её жизни оказался совершенно незнакомый человек — Каору. Тот кто бережно обнимал её дрожащие плечи, успокоительно поглаживая по голове.
Поначалу Аска вырывалась, но быстро затихла и сама прижалась к юноше. Стресс последних дней, недоедание общая усталость дали о себе знать, а потому выплакавшись рыжеволосая красавица лишилась чувств, провалившись в спасительное забытье.
— Воистину человеческие сердца хрупки, как стекло. А их тела и того хрупче, — задумчиво и с долей снисходительной иронии. пробормотал замаскированный Ангел. Держа человеческую девушку на руках лн прикидывал — что же ему делать с ней дальше?
