Прости меня

—ЭТО ЧТО?! - Напуганный до чертиков, Бэррон уже собирался сделать прыжок со второго этажа, как в комнату начал кто-то ломиться. —Бэррон, блять. В ВАННУЮ, ШЕВЕЛИ ПОРШНЯМИ! - Не меньше напуганный белорус сиганул в ванную комнату, на криках зазывая Бэрри. Тот от безвыходности послушался. —Ко-Коля, это кто? - заперевшись в комнате, парни пытались перевести дух, что плохо получалось. —Мне то откуда знать, сам подумай. Похоже на террор Белого дома. С окна ты... - Николай отдышался, садясь в углу комнаты, опираясь на холодную настенную плитку серого цвета, —С окна ты конечно рано прыгать собрался, со всех сторон здание оцепили. Только вот...КАК террористы проникли вну... —БОЖЕ МОЙ! - Из коридора послышались звуки выстрелов и женские крики. В дверь не переставали стучаться, и кажись, она вот-вот слетит с петель. в здании сработала система сигнализации, но было уже очень и очень поздно. —Если мы сейчас умрем, то хочу.. - Американец сел рядом, немного приобнимая своего "друга" —Хочу что бы т-ты знал... Ты мне очень и очень нравишься. Да, кажется глупо, но все же... - Уже не особо обращая внимания на обстановку дома, парень закончил свою тираду, с надеждой наблюдая за реакцией Лукашенко-Младшего: Удивление, и легкая ухмылка. В такие важные моменты в жизни Николай был достаточно скуп на эмоции, хотя внутри бушевал океан волнений и недопониманий. —Почему раньше не сказал? - А вот и словесная реакция. Такая же холодная, как и обычно. —Хотя, не важно. Я раньше мог сомневаться в своих чувствах к тебе. Думал, пройдет, но нет. Теперь, когда я уверен в них, могу сказать точно - Ты стал для меня чем-то большим, чем лучший друг. И я рад что э... - Не успел Коля договорить, как дверь все же сломали. Теперь от смерти их отделяли пара секунд, и щеколда на двери в ванную. —Господи..Раз уж у нас такая предсмертная исповедь, давай согрешим последний раз. - В душе, он был удивлен: за дверью было человека три, не меньше. Но никто так и не додумался до того, что бы проверить ванную. —Что ты имеешь в виду? - Бэррон уже не мог собрать все мысли и расставить все по полочкам. —Поцелуй меня. —Ч-чего? - Он был очень сильно ошарашен предложением белоруса. С одной стороны, ему этого безумно хотелось, но с другой, это была безумнейшая Идея. На подумать времени не было, поэтому забравшись на Колю, Бэррон...Поцеловал парня. Это был первый, и как они думали, последний серьезный поцелуй для обоих. Их языки сплелись воедино. Одна рука лежала на горячей груди, в которой бешено стучало сердце, что казалось скоро выпрыгнет. Вторая же оглаживала четкую линию подбородка и стирала слезы, что предательски полились из глаз Лукашенко от переизбытка эмоций. Коля же одной рукой бережно, как последний раз перебирал пряди волос американца, что были очень мягкими. А вторая рука задержалась на талии парня. Оба выпустили свои чувства, что держали ни много ни мало - неделю точно. Но и этого, как кажется, небольшого отрывка времени хватило, что бы они сейчас сидели, и наплевав на смерть, что медленно, но верно подбиралась к ним, целовались. —"Его губы..На вкус как ваниль... Боже, это лучший день в моей короткой жизни!" - успел подумать про себя Николай, как буквально в паре сантиметров от них с грохотом приземлилась выломанная дверь. Мужчина в черной форме, вломился в комнату, следом за дверью. Удивившись отсутствию криков, и вообще занятостью "обитателей" ванной, он достал рацию, не опуская новенький Кольт-1911 с цели. —Тут сынишка Батьки, или как его там очень весело проводят время с сыном Трампа. С другим государством нам проблемы не нужны, что делать?! —"Заложники. В овальный кабинет. У тебя минута" - Далее послышалось ужасное шипение, и повышенный тон мужчины. —Подъем, голубки. А точнее, Бэррон. Ты, - он обратился к Николаю, что отстранился от Бэррона, - Ты лучше иди куда нибудь, пока не пристрелил.       Смирившись с судьбой, американец с сожалением в глазах поднялся и хотел сдаться, но... —ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП! - Николай Александрович преградил Трампа-Младшему дорогу.       В ответ со стороны террориста послышалась тишина, а потом громкий звук, даже два. Мужчина упал вниз, как и взгляд Лукашенко. Только потом до него дошла адская боль в плече, и только потом осознание того, что ему прострелили плечо. Служба спецназа подошла практически вовремя. Бэррон же уже был готов ко всему, но благодаря дорогому человеку, его даже пальцем не тронули. Этот самый дорогой человек сейчас лежал без сознания, а из левого плеча текла струйка крови, которая пачкала и так помятый пиджак ярко-василькового цвета. —КОЛЯ?! КО-ОЛЯ!!! - Трамп упал на колени перед безэмоциональным телом парня. Сердце еще билось, да и пульс был слабым, но заметным. Дальше сознание помутнело, и наступила пустота.

Я остался жить в том моменте, когда обнимал его, смотрел в его глаза И на секунду подумал...Что он стал моим, Но рано или поздно, Нам всем Приходится Проснуться.