♦Чернолесье♦

Вечером Роуз ни словом не обмолвилась о той ночи, когда Рей покинула планету, даже не стала задавать вопросов о произошедшем на Уйтере и на «Финализаторе». Их лёгкий разговор — будто долгожданная передышка, после такого невообразимого количества приложенных усилий, чтобы отвести подозрения. В основном это пересказы того же самого, что Финн уже успел рассказать Рей. Роуз рассказывает ей, как Финн поцеловал её, когда они дошли до живописного вида во время прогулки по восточным горам. Чуи принес ещё печенья от Маллы. Четырнадцать человек проспали два дня назад. В ночь перед возвращением Рей большая часть народа в лагере была разбужена голой Ковой Нелл, кричавшей у костра главного круга. Потребовалось три человека, чтобы привести её в чувство от того, что они посчитали ночным ужасом. Высшее командование провело общее совещание, когда По вернулся из Уйтера, заставило его встать в середину круга и признать перед всем Сопротивлением, что он потерял Рей. Его не упрекали и публично не наказывали: унижение от необходимости произнести перед всеми, что он неправильно обращался с одним из их самых ценных «приобретений», уже было достаточным наказанием. Роуз и Финн видели, как он ходил в лес один под покровом темноты, незадолго до эпизода с Нелл. Рей спрашивает, много ли Лея говорила во время совещания. Не так много, как обычно, нет. Один раз Д'Эйси пришлось окликнуть её три раза, прежде чем она ответила. И когда она ответила, то сказала что-то про то, чтобы отправить сообщение Хану Соло. Роуз оставляет Рей, чтобы навестить Финна, но не говорит, где будет встреча. Она прощается с Рей, подмигивая и подшучивая, что той следует подождать на мостике, чтобы узнать, не нужна ли По компания в его ночных приключениях. Рей смеётся и говорит, что, скорее всего, ляжет спать пораньше, всё ещё не чувствуя себя отдохнувшей после предыдущих дней. Она смотрит на закрытую дверь в течение нескольких минут после ухода Роуз, сидит на кровати, положив руки на колени, и дожидается более позднего часа, чтобы привести свой план в действие. Она раскапывает джедайские тексты из-под половиц, сидит, скрестив ноги, на своей кровати и листает страницы. Ранний вечер переходит в ночь. Её попытки сосредоточиться и медитировать неизменно безуспешны, она отвлекается на звуки снаружи. Пара часов проходит, прежде чем звуки лагеря становятся приглушённым шёпотом, люди устраиваются спать. Рей не уходит, пока третья луна не проползает над южной полосой деревьев. Рей не переодевается и не накидывает плащ, направляясь прямо в кладовку, чтобы в тишине попытаться открыть связь с Кайло. Она пересекает первый мостик, который ведёт к древесному домику Ковы Нелл и Ку Миллхэм, замечает, как свет из их открытого окна прорезается на площадку, словно направленный луч. Она торопливо проходит мимо, бросает быстрый любопытный взгляд, вспоминая рассказ Роуз про Нелл. Рей останавливается, делает пару шагов назад, чтобы убедиться в том, что она действительно видела… Кровать Нелл видна из окна, темноволосая женщина лежит на спине, полностью обнажённая, голова Миллхэм между её раздвинутых ног. Одной рукой Нелл дёргает Миллхэм за тёмно-русый хвостик, а другой впивается в плечо женщины. Нелл стонет с закрытыми глазами, запрокинув голову. Расстёгнутый лётный костюм Миллхэм собрался на талии, и Рей видит небольшие царапины на её спине. Да. Она действительно увидела это. Рей не понимает, почему её тянет ближе, почему ноги несут её к открытому окну, а не прочь. При свете Рей видит, как блестит пот на лбу Нелл, как порозовели её обкусанные губы, как качается голова Миллхэм, когда у Нелл начинает дрожать одна нога. Тяжёлые выдохи Нелл переходят в тихие стоны и вздохи, когда та двигает бёдрами. Рей успокаивает дыхание, её щёки горят, пунцовая от осознания того, что она не должна вторгаться в этот интимный момент между этими двумя женщинами. Но она не может отвести глаз от своего сокровенного открытия и не может отрицать ту тяжесть, которую оно в ней вызывает. Рей вздрагивает при воспоминании о том холодном вечере в пустыне, когда она, накинув плащ на плечи, сидела за песчаной насыпью и впервые наблюдала за гуманоидной женщиной с жёлтыми волосами и ровными бёдрами. Рей иногда возвращалась в течение тех одиннадцати месяцев к палатке, которую сдавала той на Джакку, и почти всегда наблюдала, как она развлекает партнера — точнее партнершу, хотя порода могла быть разной. Рей была уверена, что в какой-то момент женщина поняла, что она бывает там, и иногда задавалась вопросом, не делала ли она некоторые вещи напоказ. Рей так и не узнала её имени, но вспомнила её светлые волосы, собранные в хвостик, как у Миллхэм. Нет звуков приближающихся шагов, и Рей переминается с ноги на ногу, её леггинсы будто прилипли к коже. Она молча вздрагивает, проскользнув большим пальцем под пояс брюк и опуская руку ниже, между бёдер. Она подходит ближе. Нелл открывает глаза и смотрит прямо на Рей через окно. Она улыбается и крепко хватает Миллхэм за голову, сжимая свою грудь другой рукой. Её рот открывается, и слова звучат неестественно, гораздо ниже, чем обычный женский голос, даже гортанно: «Иди сюда». Рей слишком шокирована, чтобы что-то ответить, и, просунувшись в комнату, захлопывает ставни, прежде чем поспешить прочь. Они не закрылись, так как она сделала это с неверной стороны, и, оглядываясь назад, Рей видит, как луч света увеличивается перед лестничной площадкой по мере того, как окно снова открывается. Она прижимает руку к груди, чувствуя учащённое сердцебиение, бежит к складу, не в состоянии понять, отчего она такая возбуждённая и взвинченная одновременно. Рей вспоминает слова, услышанные накануне в своём древесном домике, пытаясь найти какую-нибудь связь между переливами и интонациями голосов, но не может прийти ни к какому выводу. Рей не включает свет, когда входит в кладовку без окон, и запирает дверь на замок, ругнувшись, когда задевает голенью угол ящика, пересекая комнату. Рей нащупывает рукой стену, медленно идёт и начинает ориентироваться. Она прислоняется спиной и садится, вытянув ноги перед собой, адаптирует своё зрение к темноте. Она медленно выдыхает в этом уединённом убежище, успокаивается и спрашивает себя, что же её так пугает. Она закрывает глаза и снова видит Нелл и Миллхэм, слышит свои собственные тихие шаги, приближающиеся к открытому окну. Она знает, что рассматривала предложение Нелл ещё до того, как оно было озвучено. Рей напоминает себе, что она пришла сюда с определённой целью, чтобы попытаться открыть связь и расспросить Кайло о треккере. Однако чувствует, как тесно в груди, и подтягивает колени ближе с навязчивыми мыслями как о возбуждении от наблюдения за двумя женщинами, так и о том, как Кайло запер её в камере на полу транспортника. Рей пялится в деревянную стену напротив, в помещении в темноте тишина и покой, лагерь изолирован от этого маленького личного местечка, где она едва может рассмотреть даже себя. Она вздыхает и вспоминает, как встретилась взглядом с Кайло в камере и покраснела, когда он попросил сказать ему, чего она хочет. И, по крайней мере, здесь, в этой пустой комнате, она может позволить воспоминаниям развернуться в фантазию, дать себе несколько мгновений, чтобы избежать поднятых бровей и любопытных взглядов вокруг. Только через некоторое время она понимает, что снова задевает костяшками пальцев промежность между своих леггинсов, прижимая их, чтобы потереть ткань там, где начинается пульсация между ног. Рей кусает губы, когда касается клитора, стимулирует себя дальше и вздыхает при мысли о том, чего она хочет… одна в этом тёмном убежище, где она может услышать только собственное дыхание, оставшись без каких-либо визуальных напоминаний о том, что она должна чувствовать вину за всё это. И вот её рука постепенно спускается под пояс леггинсов и нижнее бельё, она погружается во влагалище, чувствуя, как под пальцами собирается влага. Она нажимает указательным пальцем, — тем, что с мозолями по краю подушечки, — чтобы потереть им клитор. Она распределяет влагу и вздрагивает от своих движений, задевает шероховатостью пальца, что заставляет её ноги напрягаться. Рей фыркает, стянув штаны и повозившись с лодыжками, и напоминает себе, что заперла дверь. Она складывает леггинсы у ног, и вскоре за ними следует нижнее бельё. Она выпрямляется, прислонившись спиной к стене, её ноги раздвигаются и опускаются, открываясь только для её собственных прикосновений. Она коротко напевает, перебирая в голове различные предыдущие сценарии, останавливаясь на самом опасном из них. Она ловит себя на том, что воспроизводит события из «Финализатора». Одно бедро вздрагивает, когда она сдвигает подушечки пальцев, затухающее эхл изменённого ощущения бежит вниз и через неё. 🌊…И ей становится стыдно думать о том, как ей жарко, даже сейчас, когда она одна в этой тёмной комнате, зная, что никто никогда не узнает, что она думает о том, как он изливает свою тьму внутрь неё, удерживает ноги, чтобы убедиться, что всё останется на месте… Кончи в меня, Бен. Рей позволяет себе приглушённый стон и понимает, что произносит его имя, а мурашки бегут по рукам и вниз по ногам. Воздух в комнате застыл и повис. В конце концов, ей не нужно будет пытаться открыть связь. Она оглядывается и не видит Кайло в темноте, сгибает два пальца глубоко внутри себя, слышит свой голос. Потратив сегодня столько времени на то, чтобы спрятаться, она хочет, чтобы он знал, что именно слышит, что Сила действительно свела их вместе в тот момент, когда она растягивает свою киску и выдыхает его имя. Несмотря на умеренный климат, её пробирает озноб, вызванный осознанием того, что за ней наблюдают, но она не знает, откуда.🌊 Что ты делаешь. — Рей. Когда Кайло произносит её имя, всё в комнате замирает. Всё меркнет, за исключением еле слышных скользких звуков её двигающейся руки. Раздаётся небольшой треск, когда она передвигает ступни, чтобы раздвинуть колени ещё шире. Она слышит только, как замерло его дыхание, теряя концентрацию и продолжая заниматься собой. Как будто он совсем забыл, как дышать, прежде чем сказать: «Не останавливайся». Ей кажется, что она видит силуэт какой-то фигуры, сидящей в дальнем углу комнаты, руки вытянуты вперёд, словно управляют приборами. Она поворачивается к нему лицом, кусает губы и смотрит сквозь полуприкрытые веки. Ей интересно, не стало ли у него темно из-за неё, может ли он видеть только намёки на движения её рук и может ли чувствовать её желание, сгущающееся по их связи так же, как она может чувствовать его. Рей подаётся бёдрами вперёд к своим влажным пальцам, с трудом увеличивая скорость, поскольку она также продолжает пытаться стимулировать себя снаружи. Даже её собственные руки кажутся такими далёкими. — Бен, — выдыхает она, закрывая глаза и прогоняя тихий голосок, который говорит ей, что она ведёт себя глупо, делая себя уязвимой и слабой. — Где ты? Рей задыхается, когда внутри неё накапливается чужеродное ощущение, необъяснимое проникновение двух длинных и знакомых пальцев. Нет чёткой и правильной формы, всё как будто размыто, лоскутами, но сходство достаточно близкое. Она сводит бёдра, и странная пустота проходит через неё, когда она сжимается вокруг абсолютного ничего. — Ты... ты чувствуешь это? — Его голос звучит удивлённо. «Форма» толкается сильнее, когда он спрашивает. Грудь Рей опускается, когда она чувствует, как что-то царапнуло её разум, но не отталкивает его, а сжимается, когда это ощущение сгибается внутри неё так же, как она сама делала только что. — Да, я чувствую. На клиторе ощущается давление, не связанное с её пальцами, которыми она кружит поверх. Слова застревают в горле, дыхания не хватает. Она вздрагивает, её ноги снова раскрываются, когда давление нарастает и опускается вниз, скользя по чувствительной коже и снова толкаясь внутрь. На этот раз «форма» толще, и, хотя она не расположена правильно, чтобы подступиться, она снова позволяет этому свету проникнуть в её разум, прежде чем он толкнётся именно туда, где ей больше всего нужно. Рей теряет связь с тем местом, где она находится, её голос становится громче несмотря на то, что она не может разглядеть, стоит ли кто-нибудь за пределами помещения без окон. — И это, — размышляет он вслух, словно вводя данные в логи. — Да-да, я могу, — и она не сдерживает свой горячий запинающийся выдох, позволяя ему обернуться в низкий стон, когда «форма» толкается, чтобы снова задеть это место. Она складывает картину — он заглядывает в её разум, чтобы найти путь, вероятно, так и было всё это время, и она мимолётно беспокоится, что не замечала этого до этой ночи. Является ли это технически бесчестным способом сократить путь? Но на самом деле её это не волнует. Рей погружает пальцы обратно во влагалище, внутрь и назад, когда он повторяет то же самое с «формой» внутри неё. Она может чувствовать свою руку сию же секунду, в то время как фантомные ощущения приглушены и отдалены. Она подольше останавливается на ощущении новизны этих противоречивых и приходящих сил, наполняющих её. Её носик морщится, когда она слышит, как в какой-то момент пальцы выскользнули, резко вдыхает, когда он направляет грубый толчок глубоко внутрь. Она снова переводит свои желания в слова, слегка задыхаясь в конце фраз. — Я хочу кончить на тебе, — шепчет она, мониторя запертую дверь на периферии. — Пусти меня наверх, поскакать на… — Нет. — Его ответ короткий. — Нет, не сейчас. Её пальцы ходят кругами по клитору, она ёрзает ступями и поправляет колени. Фигура в комнате перемещает свой вес на невидимом сидении. Рей вздыхает и откидывает голову на стену, упираясь взглядом в потолок, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Я сейчас подойду и сяду на... — Нет. Я в полёте. Как это в полёте? — Просто поставь корабль на холостой режим. — Но ты… Ты сейчас идеальна. Вот так. Любопытство в его голосе заставляет её замолкнуть. Наступает момент тишины, когда между ними что-то происходит. Рей чувствует, как тепло приливает к щекам, когда понимает, что она ему нравится именно такая. Ему нравится находить к ней ключики и заставлять её умолять о его члене, наблюдать, как она полностью находится под его контролем. Она сомневается, давать ли ему такую власть, пересматривает их предыдущее общение на «Финализаторе». Ощущение возвращается к клитору, выбивая всё больше звуков из её горла. Темнота комнаты собирается вокруг неё, когда давление всё глубже пробирается в её сознание. Она видит, как фигура двигает что-то на невидимой приборной панели, облокачивается назад, и обе руки убираются с рычагов. Одна тянется к ней, и на этот раз она чувствует, как темнота комнаты надвигается на неё, над ней, сквозь неё. Её разум приоткрывается, лишь немного. Рей сжимается, когда чувствует приближение, вздрагивает с каждым толчком отдалённого ощущения, чтобы дать ему понять, что она способна чувствовать его манипуляции внутри себя. Она теряется где-то между лихорадочным возбуждением и стыдом за то, что позволила ему контроль над собой. Она закрывает глаза и расслабляет плечи, чувствуя еще одно прикосновение к границе своего сознания. Она пробует его кожу на своем языке, и жужжание из леса льется в её уши. Она отбрасывает своё сопротивление и открывает губы, позволяя Кайло и его тьме проникнуть внутрь. 🌊Он стоит за ретрансляционной башней и смотрит на неё, сидящую у открытого окна. Она смотрит на поляну и полосу деревьев, её рука свободно свисает между ног, она закрывает глаза. …Он видит, как она собирает воедино все существующие их общие ощущения, и останавливается на своём маршруте по периметру, чтобы отказать в удовлетворении любопытства в том, каково было бы трахнуть его через их связь. …Он садится на кровати Рей, осматривает комнату, взгляд замирает на Роуз, лежащей на спине, её рука над головой. Он наклоняется к лунному свету, льющемуся в открытое окно. ...Он наблюдает за Рей с закрытыми глазами, пока она скачет на его члене в камере, её рубашка задрана над грудью, её влагалище сжимается вокруг него, прежде чем он просит её замедлиться. …Он наблюдает, как Рей оглядывается на древесные домики, на пару человек, склонившихся над картой у главного круга лагеря. ...Он видит, как она, затаив дыхание, вспоминает, как просила его войти в неё, растирала собственную влагу, прежде чем он появился в кладовке.🌊 Рей становится громче, когда темнота прижимает её к земле, её ноги и таз будто свинцовые, словно она проваливается вниз. Её глаза расширяются, когда до неё доходит, что он может видеть все в эти моменты, и что тревога открывается в её груди, когда она понимает… Он видит её окружение. И он видит, что она хочет от него дальше. Кайло выходит из её и его воспоминаний, и Рей разворачивается, чтобы посмотреть на его тёмную фигуру в углу, её тело извивается под собственным прикосновением по мере приближения к завершению. Она не может различить положение его рук, но может определить, что он всё ещё сидит, откинувшись назад, и пытается выровнять дыхание. Рей прислушивается к движениям за закрытой дверью. Ей кажется, будто её ухватили за плечо, ощущение пробегает по шее. — Тебе это нравится. Это не вопрос. Он уже знает. Рей утвердительно кивает и закрывает глаза, когда давление сжимает её шею. Внезапно она сильно прижата к стене, комната, кажется, опускается вокруг неё, а из её горла вырывается сдавленный вздох. Её зад слегка приподнимается над полом, спина вжата в стену. Её придушивают, но не так мягко, как тогда в древесном домике, и толчок «формы» внутри неё тоже не нежный. Её сбившееся дыхание окутывает чувства мрачным туманом, заставляя напряжённо сосредоточиться на тепле между ног. Она открывает глаза и смотрит на свои руки, когда ей дают несколько секунд на воздух. Трепет паники пробегает по её груди, когда она понимает, что они не полностью под её контролем, что её собственные намерения опираются на нечто тёмное. — Ты пришла спросить меня о треккере. Она смотрит, как её левая рука надавливает вниз и внутрь, толкая три пальца, как трение того далёкого ощущения, которое заставляет её чувствовать себя наполненной. Она позволяет ему запустить правую руку под рубашку, надавить и потереть её сосок, затем провести рукой вниз до влажного клитора. Тяжёлое осознание того, что туман опускается ещё сильнее, что она охотно дозволила ему проникнуть в свой разум, а также в тело. И на краткий миг ей становится страшно. — Ты летела на Кашиик. Он отпускает её, подстёгивая Рей произнести слова, не совсем её собственные. — Бен, где ты. Пожалуйста, пожалуйста, позволь мне взять тебя, — её лицо раскраснелось от потока воздуха, наполняющего лёгкие, когда она говорит, и от того, как странно забавно, что это именно то, что он хочет услышать. — Пожалуйста, приди ко мне, мне нужно, чтобы ты был внутри меня. — Твои воспоминания подтверждают это. Ты даже не пыталась подчистить хвост. Привела меня прямо к себе и своим друзьям, играющим в солдатиков в лесу. Она чувствует покалывание в горле, когда он произносит эту фразу из её собственных внутренних размышлений. Она снова прижимается к стене и закрывает глаза, пока трёт себя, а утолщённая «форма» толкается внутрь неё. Беспокойство в груди превращается в согласие, когда тьма ползёт по её венам, позволяя ей рухнуть в странность этого соития и просто чувствовать. — Недалеко от Баламака, где я любезно предложил своё время, чтобы помочь с организацией сдерживания мятежников. — Он делает паузу. — Не потому, что меня это как-то интересует, а потому что поблизости есть кое-что особенное. Диссоциироваться от тревожного сожаления легче, чем она думала, и от нависшего осознания того, что она вручила своему врагу карту, и от возмущённого вздоха совести, напоминающего ей не бежать навстречу затопляющей тьме. Но это так, крифф его возьми, хорошо. Он садится и наклоняется вперёд. — Маленькая джедайка, взращённая песками пустыни, которая подумывает о том, чтобы убежать в лес, чтобы найти там то, что взывает к ней. Похоже на кого-то, кого ты знаешь? Его тон самодовольный, но за его словами слышится дрожь, как будто он не уверен в их выборе. Рей чувствует, как будто начинает исчезать, когда теряет опору в виде пола древесного домика. — Она не придёт ко мне, но не рассказала своим друзьям о треккере, потому что хочет, чтобы её выследили. Совсем одна, среди деревьев, её тугая маленькая киска такая влажная и готовая для меня. Но она не думает, что он может чувствовать это сейчас, ведь он уже спрашивал, может ли она чувствовать его. Может ли он вообще слышать, как она, те моменты, когда её движения порождают лёгкий влажный звук? — Я вижу её прямо сейчас, под серым сиянием за окном, как маленький маячок, висящий в пустоте космоса. — Это звучит... странно. — Позволяет мне смотреть, как она играет и играет со своей хорошенькой киской, пока не начнёт умолять об оргазме. Ощущение внутри неё меняет фокус и перемещается обратно на комочек нервов. Она заметно вздрагивает, когда продолжает намеченный курс, стараясь сдержать свои собственные безрассудные слова. — Крифф, я так близко, я... — её дыхание снова успокаивается. — Маленькой джедайке не придётся долго ждать, чтобы единолично меня заполучить, меньше суток. — Он задумывается на секунду. — Я не могу перестать думать о ней и о том, как она прекрасно насаживается на меня, как ей нравится смотреть, пока я её трахаю. Её губы приоткрываются, пульсация между ног достигает отчаянных пределов. Её сердцебиение ускоряется, когда она представляет глянцевый блеск своей влаги на его члене. Она близко, она чувствует, как пульсация обрывается, и стонет, теряя путь к своему оргазму. — В полном одиночестве, ища монстров в лесу и ожидая, когда её самый любимый придёт к ней. Тогда она раздвинет ноги и попросит меня заполнить это пространство между ними, умоляя, чтобы я брал её и пометил как свою. Всё её тело сейчас горит только от одной мысли о том, как сильно она этого хочет. У Рей складывается впечатление, что рассказ больше для него, чем для неё. Она не понимает, как могла так долго находиться на краю пропасти, паря за гранью собственного горизонта событий. Она бы уже кончила, если бы была одна. Тихий скулёж срывается с её губ: неизвестно, сама ли она издала его или её вынудили. — Она дрожит для меня, её сладкие мягкие бёдра желают, чтобы я был между ними и вбивался в неё прямо сейчас. Рей сильно вздрагивает, намереваясь идти вперёд, думая, что она вот-вот пересечёт этот предел, когда её снова возвращают назад. — Она чувствует, как маленькая капелька наливается под пальцами, и думает о том, чтобы это происходило подо мной и для меня. Её тело так сильно просит того, в чём ей отказывает разум. Слова срываются с её губ, но исходят откуда-то извне. — Пожалуйста, мне нужно... Бен, пожалуйста, войди в меня и сделай своей. И она понимает, что задыхается, когда произносит это, её грудь вздымается и опускается вместе с дыханием при этих мыслях. Она не уверена, что сможет вынести разочарование из-за того, что снова не достигнет пика, и удваивает усилия. «Форма» заполняет её полностью внутри и вынуждает изогнуться, переместить руки к груди, сразу чуть ниже пупка. Её освобождение задерживается одновременно с прикосновением к её сознанию. Он останавливает её, чтобы она продолжала растягивать этот процесс. Что одновременно сводит с ума и ошеломляет — недостаточно, слишком много. — Скоро, маленькая джедайка. Я так скоро буду весь твой. Как долго он будет играть аккорды на её теле, манипулировать условиями её возбуждения и оттягивать её завершение, сидеть здесь, предаваясь какой-то личной фантазии, пока она продолжает тереть и доводить себя, затаив дыхание. Она чувствует капельки пота на лбу, напряжение в бёдрах, сжатых до изнеможения, томление от фрустрации пляшет на её лице. Когда он отпускает её, чтобы она могла сделать вдох, слова Рей её собственные. — Крифф, Бен, просто позволь мне уже кончить. — Тебе стоило только спросить. — Она клянётся, что даже его голос ухмыляющийся. Её тело выгибается, голова откидывается назад к стене, когда её слегка приподнимают, и в голове становится пусто. Чёрная капля падает и растекается по чистому белому экрану, собираясь в лужицу, когда она закрывает глаза и чувствует, как вздымается её грудь от беспокойных движений дрожащих ног. Он отпускает её горло, но продолжает прижимать. В комнате повисает тяжёлая тишина, хладнокровно обнажившая предательские звуки, которые она издаёт, когда кончает. На несколько коротких мгновений она отпускает последнюю удерживающую нить, позволяет тьме поглотить её изнутри, поглотить полностью. Она хватает воздух ртом, когда ощущает прилив влаги между ног. Сжимает бёдра, чтобы скрыть доказательство своего оргазма. Дыхание восстанавливается, она смущена безобразием, просочившимся на пол. В воздухе витает любопытство, которое заглядывает в её мысли, прежде чем Рей трясёт головой, прогоняя его. — Ты никогда не делала этого раньше. — Похоже, он доволен собой. Нет смысла отрицать. Рей чувствует легкий холодок ночного воздуха поверх влажного влагалища, наклоняется вперёд, чтобы найти свою одежду, и размышляет о том, как ей тут прибраться. — И ты всегда хотел посмотреть, сможешь ли ты это сделать… сделать это с кем-нибудь, не так ли, — резко говорит Рей, ободрённая желанием восстановить своё положение между ними после того, как позволила ему вторгнуться в её тело. В его ответе нет никаких колебаний. — Да. — У тебя столько лет опыта использования Силы, и ты никогда не пробовал... — Она предвидит, что её сейчас перебьют, и удивляется, услышав, как фраза обрывается. — Ты уже должна знать, что страсть — это не путь джедаев, — отвечает он, не принимая во внимание, что вряд ли такая тема разговора возникала между ней и Люком. — И что физические... искушения отвлекают от процесса овладения Силой. Для Рей это звучит как оправдание отсутствия такой возможности, но она не произносит этого вслух. Она чувствует, как легкая дрожь пробегает вниз, пока она натягивает нижнее бельё вверх, и ткань царапает её натруженную и чувствительную кожу. — Я собираюсь получить реванш за это, — заявляет она, надев леггинсы. — Меньшего я и не ожидал. Рей откидывается назад и смотрит прямо в угол комнаты с Кайло, совершенно уверенная, что встретится с ним взглядом. — Я совершенно серьёзно. — Я знаю. Покажи мне завтра. Она бросает взгляд на запертую дверь и закусывает губу. Он сказал, что будет там менее чем через сутки, и Рей не восприняла это всерьёз, предполагая, что это была часть сцены из его фантазии. — Конечно же, твои верные подчинённые ждут на Баламаке, — с некоторой долей насмешки произносит она. Слышно лёгкое дуновение, как будто она сказала что-то смешное. Но это не совсем смешок. — В течение нескольких дней — нет. Не обращай внимания на детали. Рей стискивает зубы, понимая, что он говорит серьёзно. Её грудь сжимается от тревоги, глаза опускаются в землю, когда она чувствует возможность быть напрямую ответственной за гибель Сопротивления. — Значит, ты можешь убить моих друзей. Стереть нас с лица земли раз и навсегда. Она обхватила колени руками, чтобы хоть чем-то занять их. Она позволила ему зайти слишком далеко, позволила тьме сгуститься и накинуть её на себя, как тяжёлое одеяло, и она забыла, что ей нельзя доверять. Желудок делает кульбит, когда она напоминает себе, что это она позволила ему. И на самом деле даже не потребовалось долго убеждать. Она даже не пыталась оттолкнуть его, хотя знала, что могла бы... — Нет. Рей смотрит в ответ. Наблюдает, как Кайло снова садится, протягивая руки рычагам на невидимой приборной панели. Ноги меняют положение, плечи оседают, когда он протягивает руку, чтобы удержать невидимый контроль. Это напоминает Рей о том, как странно и затруднительно их положение на самом деле. Он продолжает: — Ты уже приняла решение отправиться в лес. Ты надеялась, что, найдя меня и переспав, твоё мнение изменится, и что сможешь заставишь себя забыть об этом. Но ты же знаешь, что нет, и ты бы ушла после рассвета, независимо от того, приду я или нет. Рей сглатывает. Как много он видел? — Маленькая джедайка не должна быть одна. И она не будет одна. — Кайло… Но ей не дают возможности возразить, и на этот раз именно он разрывает связь между ними. Воздух поднимается, угол опустел, тёмной фигуры Кайло больше нет в комнате.

🌳🌳🌳

Рей смотрит на спящую Роуз. Солнце только начинает подниматься над лагерем. Женщина тихо спит, положив руку на грудь, и Рей осторожничает, чтобы не разбудить её. Она набивает найденный в кладовке рюкзак ворованными пайками, двумя аптечками, своим плащом, парой смен одежды, спальником, а также сломанным сейбером и текстами джедаев. Она сворачивает палатку и привязывает её сверху. Она несколько раз поправила половицу под кроватью, прежде чем удовлетворилась результатом, закинула рюкзак на плечи и поместила бластер, который дал ей По, в кобуру на бедре. Роуз тихо вздыхает, когда Рей проходит к двери. Она раздумывает, не оставить ли ей записку, чтобы Роуз не беспокоилась о ней, но это может только усилить её тревогу. Рей кивает и говорит «оставайся в безопасности» молчаливому древесному домику, прежде чем выйти к одноместным комнатам. Она поворачивает в противоположную сторону от домика Нелл и Миллхэм, где нынче окно плотно закрыто. Рей нервно перекатывает рюкзак по плечам и идёт к домику Леи, не обращая внимания на ранний час. Что-то подсказывает ей, что генерал не спит. Она проводит рукой по верёвочным мостам, чувствуя ровный гул энергии леса даже сейчас, затем останавливается. Рей колеблется несколько секунд, прежде чем постучать костяшками пальцев по двери древесного домика, и отправляет свой разум в то пустое белое пространство, когда она слышит, как Лея шаркает внутри. Дверь слегка приоткрывается, и Рей видит небольшую часть спартанских покоев генерала, а также стол, покрытый картами. Лея улыбается. — Доброе утро, Рей. — Доброе утро. Лея, я... я прошу разрешения покинуть лагерь. Когда Лея встречается взглядом с Рей, наступает тишина. — Не на другую планету, — уточняет Рей. — В лес. На несколько дней. Существует так много всего, чего я не понимаю в Силе, и я не могу найти необходимый покой, чтобы заниматься поисками ответов здесь. — Рей напоминает себе, что это не ложь. — Там что-то... там что-то зовет меня. Я знаю, вы тоже это чувствуете. Выражение лица Леи остается мягким, когда она медленно кивает и опирается рукой на дверной косяк, размышляя над тем, что Рей говорит ей. Она смотрит в пол, и Рей ожидает попытки вторжения, но ничего не происходит. Рей ожидает, что столкнется с каким-нибудь протестом или, по крайней мере, дополнительными вопросами, но их не последовало. Лея снова смотрит на Рей. — Приведи моего сына домой. Сердце Рей уходит в пятки. Она решает не разнюхивать то, что Лея уже знает, хотя последующие слова Рей звучат как невозможное обещание, которое она никогда не сможет сдержать. — Приведу. — Да пребудет с тобой Сила. Дверь тихо закрывается.

🌳🌳🌳

— Рей! Пересекая поляну, она слышит своё имя, оборачивается и видит торопящегося к ней Финна. Она дожидается, пока он догонит её, вцепившись руками в лямки рюкзака. Его руки хватаются за колени, когда он останавливается рядом с ней, как будто он бежал издалека. — Куда, куда ты идешь? Рей открывает рот, чтобы заговорить, но поначалу не произносит ни слова. Она тщательно подбирает слова, не желая вызывать у него подозрений. — Я на несколько дней отправляюсь в поход в одиночестве, чтобы немного отдохнуть и почитать тексты. Я ещё многого не знаю. Финн смотрит в сторону леса, будто в его голове проносятся недавние воспоминания. — Послушай, я знаю, что тебя не было несколько дней и... — он замолкает, словно не хочет говорить лишнего. — Не знаю, стоит ли тебе туда заходить. Она старается не раздражаться из-за его беспокойства. — Со мной всё будет в порядке. — Там что-то есть, Рей, — говорит он решительно, как будто не хочет, чтобы его подталкивали к дальнейшим объяснениям. — Позволь мне пойти с тобой. — Нет, это... то, что я должна сделать сама. — Она смотрит на Чернолесье, начинающее светлеть под восходящими солнцами. — Я в порядке. Поверь. Забавно слышать, как она произносит эти слова, зная, что уже однажды солгала. Финн вздыхает и чешет голову, смотрит в землю и затем обратно на Рей. — Ну, если тебе что-нибудь понадобится, запусти сигнальную ракету или что-нибудь в этом роде. Всё, что угодно. — Хорошо. — Она делает шаг вперед, чтобы быстро обнять его, на мгновение прижимает к себе и вдыхает запах затасканной ткани его куртки, сладость его кожи. Без задержки Рей отпускает его и уходит. По пути она поворачиваясь, чтобы улыбнуться и помахать Финну ещё раз. — Будь осторожна, — кричит он ей вслед. Рей кивает, но больше не оборачивается, прислушиваясь к своим тяжёлым шагам. Она чувствует границы той же самой тьмы, которой она позволила Кайло накрыть себя, то же самое чувственное любопытство, побуждающее её раскрыть свою собственную силу. Она не пыталась избежать её и не пыталась бороться — она бежала прямо навстречу к ней и позволила ему полностью овладеть собой через неё. Её предполагаемая сила интригующая, но опасная, манит, но устрашает. И она хочет её для себя.

🌳🌳🌳