Предчувствие

      В воздухе отчётливо чувствуется повисшее напряжение. Абсолютно все взгляды сейчас прикованы к Юнги и его спутнику, которого вот уже несколько дней все считали героически погибшим и никак не ожидали увидеть таким довольным, да ещё и стоящим рядом с Мином. Юнги прекрасно их понимает. Он вообще, чего только не надумал, когда увидел знакомую фигуру несколько часов назад в том богом забытом магазинчике на окраине. Юнги мельком смотрит на своего спутника, чтобы оценить степень его напряжённости и понять, стоит ли ему постараться разрядить обстановку, и едва ли не давится от возмущения. Чонгук, стоящий рядом с ним, выглядит совершенно расслабленно. Он улыбается остальным ребятам лишь уголками губ и обводит их любопытным взглядом. Ни капли волнения или неудобства от такого внимания к своей персоне он не испытывает. По крайней мере, если и испытывает, то очень умело это скрывает. — Это тот, о ком мы все подумали? — первым прервал тишину Сокджин, подходя ближе к Юнги и не сводя при этом настороженного взгляда с парня рядом с ним. — Да, это Чонгук. Я говорил про него, — кивает Юнги, пожимая протянутую Джином руку. — Не знал, что ты уже всё рассказал обо мне своим друзьям. Мы даже толком не успели познакомиться, а они в курсе всех событий, — усмехается Чон, прекрасно слышавший их разговор. — О чём он, Юнги? — удивлённо приподнимает брови Сокджин. — Не обращай внимания. Это главный его минус — очень много болтает, — раздражённо шикает Мин, оборачиваясь к своему спутнику. — Веди себя прилично, хватит уже твоих шуточек. Ответа не следует. Чон лишь поднимает руки в миролюбивом жесте и молча кивает. Юнги ничего не остаётся, кроме как тяжело вздохнуть и снова повернуться к Джину. — Оставлять его одного было бы плохой идеей, поэтому я решил взять его с собой. — А мог бы просто взять, — снова подаёт голос Чонгук. — Заткнись, — раздражённо трёт переносицу Юнги, даже не оборачиваясь. Остальные предпочитают промолчать на эту реплику, поскольку сразу после сильного удивления испытали теперь и неловкость. Хосок даже начинает посвистывать, оборачиваясь по сторонам с серьёзным лицом. — А почему у всех такой траурный вид? — беззаботно интересуется Чонгук, разряжая собственноручно созданную неловкую обстановку. — А чему мы должны были радоваться? — огрызается в ответ Чимин, который сам не может объяснить почему, но испытывает последние несколько минут раздражение от присутствия в их компании новенького зазнайки. — Никто ведь не умер пока, — пожимает плечами брюнет, переводя взгляд прямо на Чимина. — Разве этого не достаточно для того, чтобы радоваться? Вокруг снова повисает тишина, пока эти двое не сводят друг с друга глаз. Под напряжёнными взглядами ребят Чимин обдумывает, стоит ли говорить сейчас какие-то гадости в адрес этого Чонгука, которые так и вертятся у него на языке, или лучше всё-таки воздержаться и не поддаваться эмоциям. Глядя на спокойное и наигранно дружелюбное по отношению к нему лицо Чона, Чимин решает не играть в его игры и не идти на поводу у эмоций. Если этот засранец хочет его зачем-то вывести на открытый конфликт, то такого удовольствия ему предоставлять не нужно. — В этом ты прав. Мы рады за тебя, — также наигранно улыбается в ответ Пак, подводя черту под этой едва не разгоревшейся ссорой. Где-то рядом облегчённо выдыхают Тэхён с Хосоком. Юнги с Джином лишь устало переглядываются, понимая друг друга и без слов. С Чимином придётся пообщаться после этого всего незапланированного общего сбора, чтобы узнать в чём дело. Ссоры внутри лагеря ни к чему хорошему не приведут и это очевидно для всех. — Как обстановка в городе? — Намджун предпочитает задать ещё один важный вопрос, чтобы окончательно снизить накал страстей. Остальные же постепенно начинают возвращаться к своим делам. Чонгук тоже решает не стоять над душой, а вместо этого осмотреть лагерь. Отдав рюкзак с провизией Хосоку, он бросает взгляд на троицу и делает у себя в голове выводы. Джин, Юнги и Намджун очевидно мозговой и аналитический центр их группы. Без их знаний, умений и рационального мышления с большой вероятностью их было бы здесь раза в два меньше. Хосок кажется ближе к этой троице, но выглядит человеком, не слишком уверенным в своих решениях и не готовым брать ответственность за чьи-то жизни. Чонгук делает вывод, что скорее всего он страхует их, но предпочитает следовать, а не вести за собой. Что касается Чимина и Тэхёна, то они явно больше полагаются на ловкость и выносливость. Они хороши в том, где не нужно просчитывать на множество шагов вперёд, а нужно просто делать. В целом, не без доли самодовольства Чонгук подводит итог, что его первоначальные наблюдения за этими ребятами и лагерем снаружи, лишь подтвердились сейчас, когда он оказался внутри. Отвлекает его от собственных мыслей лишь ощущение, что за ним тоже кто-то наблюдает. Причём взгляд, прожигающий дыру у Чона между лопаток, совершенно нельзя назвать дружественным. — Ясно, значит не кроха, — негромко проговаривает сам себе под нос, усмехаясь и непринуждённо оборачивается, чтобы посмотреть в глаза тому, кто так несказанно «рад» его присутствию. Встретившись взглядом с Чимином, брюнет совершенно не удивился. Пак в свою очередь недовольно поджал губы и отвернулся, возвращаясь к своему занятию и помогая Тэхёну разгружать рюкзаки с провизией. Чонгук на это лишь усмехается, не придавая особого значения. Однако делает у себя в голове пометку о том, что стоит выяснить, чем же так не угодил этому невысокому рыжеволосому парню, раз тот так на него реагирует.

***

      Вечером все, кроме находящихся на дежурстве Намджуна и Чимина, собрались в общей комнате, чтобы обсудить план своих дальнейших действий. После полученных словесных пиздюлей от Юнги, Чонгук всё-таки дал ему обещание обойтись «без своих дурацких шуток хотя бы сегодня». Именно поэтому он особо и не участвовал в разговоре, а лишь слушал остальных. В какой-то степени Чонгук находил это занятие даже полезнее, чем продолжать дразнить Юнги при всех и наблюдать за тем, как у того от раздражения даже вздувается венка на виске. Хотя вот о том, что ему нравится больше, пришлось бы поспорить, конечно. Разговоры в основном были о том, как прошла вылазка Юнги за провизией, какова обстановка в ближайших кварталах к лагерю, после затянувшихся сложных погодных условий, как обстоят дела с оружием и патронами. Тут, кстати, очень пригодилась счастливая находка Чонгука в том магазинчике, за что Чон получил одобрительный взгляд от Юнги и Джина. О том, что рано или поздно разговор всё равно зайдёт о нём, Чонгук тоже прекрасно знал. Юнги предупредил его об этом ещё по пути в лагерь, да и сам высказал желание узнать о его чудесном спасении. История об этом счастливом избавлении от смерти была лишь вопросом времени и Чонгук был к этому готов. — Кстати, Чонгук, — Джин снова повернулся в его сторону. Это был второй раз за весь разговор. — Не расскажешь нам о том, как ты выжил? Не подумай, просто интересно было бы узнать. Мы, честно говоря, тебя уже успели похоронить. — Всё нормально, я бы на вашем месте подумал точно также. — И всё-таки. Как тебе удалось уйти оттуда целым и невредимым? — снова возвращается к тому, с чего начал Джин. — И почему сразу не вернулся к нам, мы ведь были совсем рядом с лагерем, — добавил Юнги, также переводя взгляд на Чона. Бросив короткий взгляд на Мина, прежде чем начать говорить, Чонгук заметил в его глазах настороженность и что-то ещё, что не смог точно распознать, но что дало ему понять, что Юнги всё ещё не торопится доверять ему. Будь это кто-то другой, то скорее всего обиделся бы от такого к себе отношения. Всё-таки не в том положении, чтобы выбирать кому верить, кому нет. Но Чонгука увиденное наоборот даже радует. Меньшего от Юнги он и не ожидал. А кому не приятно, когда его ожидания оправдываются? Чонгук тоже был увиденным удовлетворён, но открыто это демонстрировать не стал. Лишь лёгкая усмешка скользнула по его губам. Никто, кроме Юнги, этой усмешки не заметил, а если и увидел, то не придал никакого ей значения. Однако Мину этого было достаточно для того, чтобы понять, что его проверяют и пока результатами проверки довольны. Недоволен остался только сам Юнги фактом существования этой проверки себя. Ощущать себя каким-то подопытным кроликом в глазах этого выскочки не казалось ему чем-то приятным. Но и спрашивать о том, чего Чон добивается, было бы бессмысленно. Очень быстро взвесив всё в своей голове, Юнги предпочёл занять позицию наблюдателя и самому понять в каком направлении дует этот ветер и чем это ему грозит. Такое решение было очень читаемым для Чона и в очередной раз его порадовало. Этот Юнги действительно хорош, как он и думал.