Залечу до смерти!

      — Прочь от него!       Словно со стороны слышу собственный отчаянный крик и смутно осознаю, что чуть не бросился оттаскивать их от Ланса голыми руками.       Монстры немедленно оставили добычу и сбежали через окно, как застуканные мамкой нашкодившие детишки, но мне на них плевать. Лихорадочно ищу в бездонном брюхе зелья исцеления.       — Малое исцеление.       Заливаю ему в рот сразу три бутылька — слабое свечение дает понять, что зелье подействовало. Тело перестает распадаться на пиксели, но, прежде чем я успеваю с облегчением вздохнуть, мой взгляд падает на его ноги. Ужасающие раны даже не думают затягиваться. Кровь уже залила весь пол и продолжает бить чуть ли не фонтаном.       — Малое исцеление! Малое исцеление! — кричу заклинание снова и снова, но кулдаун ещё не откатился. — Какого чёрта? Целитель с единственным лечебным заклинанием. Зря я прогнал тех монстров. Почему именно сейчас?       Кровотечение не останавливается, и тело снова начинает распадаться.       Спаиваю Лансу ещё пару зелий исцеления, обвиваю его шею руками и что есть силы впиваюсь в его губы. Активируются «исцеляющий поцелуй» и «восстанавливающие объятия». Это останавливает распад, но я чувствую, как по бедру течет струйка его крови.       Судорожно пытаюсь что-нибудь придумать. Мысли бьются в припадке, как безумные скачут по черепной коробке и рикошетят от её стенок. Повторяю малое исцеление так часто, как позволяет откат, не прерывая поцелуй ни на секунду.       Не отпущу! Не могу потерять его сейчас. Если бы я только пришёл раньше. Задержался, упустил, не уберег. Не хочу, чтобы он узнал, что я допустил подобное.       …       Когда на лужу крови, перед моими глазами, потекла лава лучей закатного солнца, я понял, что лежу так уже несколько часов. Рук не чувствую и шея затекла, очень хочется пить.       [Недостаточно маны]       Беспощадная система словно забивает последний гвоздь в крышку гроба.       Сердце пропускает удар, дышать становится невыносимо трудно. Дрожащими руками извлекаю несколько зелий маны. Нельзя прерывать поцелуй! Осторожно приподнимаю голову рыцаря, выливаю зелья ему в рот и пью, как из чаши.       Ты вообще собираешься возвращаться, гад?       Что такого могло случиться, чтобы Ланс вышел внезапно, без предупреждения, да ещё так надолго? Хотя… Чего я паникую? Он ведь воскреснет в храме, как только вернётся в игру.       Даже если так, не хочу отпускать его ни на секунду.       Прижимаюсь ещё крепче, будто это усилит эффект исцеления.       …       Время идёт. Уже полностью стемнело и ощутимо похолодало. Подцепив ногой одеяло с лежанки, я подтягиваю его к себе и укутываю нас с Лансом. Не знаю, зачем я это делаю. Вряд ли будет теплее, учитывая, что мы оба насквозь промокли и лежим в луже его остывшей крови.       В голову лезут мысли одна страшнее другой.       Если я опять простыну, уменьшится ли сила исцеления? Что если я не смогу его спасти? Войдет ли он в игру в ближайшее время или через день? Неделю? Месяц? Как долго я смогу продержаться под штрафами от злополучного кольца? А если он вообще не вернется?       Всё тело одеревенело и промёрзло. Даже свежая кровь, вытекающая из раны, уже не кажется теплой. Интересно, получится ли закинуть Ланса на лежанку, не прерывая поцелуй?       Я должен вылечить его любой ценой!       Он всегда защищал, беспокоился, даже совершал невозможное ради меня. Тогда в храме он в одиночку зачистил данж, чтобы вытащить меня из этой отвратительной ловушки. Хотя первые этажи мы зачистили вместе, последние три — ядовитые ламии, дальнобойные гарпии, быстрые амазонки… Если задуматься, такое вообще возможно в одиночку? Какой у него тогда был уровень, кажется, двенадцатый? У рыцарей большой запас здоровья и самые высокие показатели защиты, но относительно низкая сила атаки. Несмотря на это, он как-то прошёл все три этажа в одиночку. Должно быть, он сильный… слишком уж сильный.       В Оленьей крепости, когда королева телепортировала нас в храм, Ланс, беспокоясь обо мне, тут же примчался следом. Пешком или на лошади он бы вряд ли преодолел такое расстояние даже за день, а, учитывая, что никаких высокоуровневых и тем более уникальных артефактов у новичка быть не должно, он… слишком уж быстрый.       Даже когда Ланс выходил из игры, он не оставлял меня без присмотра. Его торговый бот — Тройка спас мне жизнь на обратном пути из крепости. Хоть он сначала и напугал меня до усрачки, но где бы я сейчас был без того зелья исцеления? И при побеге из храма так выручил нас с повозкой. Я как-то задумывался о покупке бота, но они показались мне неимоверно дорогими для своего функционала. Те боты, что я видел, были способны только на ограниченное количество однотипных действий. Вроде фарма ресурсов, крафта или торговли в лаке. При этом они делали это на заданной ограниченной территории, передвигаясь на длинные расстояния только вместе с хозяином. Тройка намного круче! При разговоре с ним даже не догадаешься, что он бот. Может водить повозку, несмотря на то, что даже игрокам это позволено только с сорокового уровня. Такой многозадачный, живой и… слишком уж умный.       Почему я раньше этого не замечал? Поглощенный своей странной проблемой с выходом, совсем перестал замечать странности вокруг. Когда Ланс вернется, его ждет суровый допрос с пристрастием… если Ланс вернётся.       …       К рассвету кровь на нашей одежде запеклась, и я не смог бы отлепиться от Ланса, даже если бы захотел. Усталость стягивает веки, и я впиваюсь ногтями в свои ладони, чтобы не уснуть. Поцелуй приобретает металлический привкус.       …       Замечаю, что перестал чувствовать ноги. Пятно солнечного света обошло всю комнату и добралось до моей спины. Так тепло и приятно, но я мечтаю, чтобы оно скорей убралось. Когда холодно, не так хочется спать.       …       Сонливость мгновенно испаряется, когда раздаётся шум у двери.       Монстры? Крокодилы привели подмогу? Способен ли я сейчас сражаться?       — Ёшки-кошки! Что творится-то, — встревоженный голос старой кошки отзывается во мне ноткой слабой надежды.       Не могу ответить, даже повернуться к ней не могу и только жалобно стону, не отрываясь от Ланса.       — Ты там жрешь его что ли? — проходит в комнату кошка, заглядывая мне в лицо. — Какой странный способ лечения. Погоди секунду, сейчас помогу.       Погремев черепками, старушка взяла что-то с полок и склонилась над ногами Ланса.       — В первую очередь должно остановить кровотечение, — комментирует она, звеня доспехами рыцаря. — Сколько жизни в него не вливай, она тут же прямо на пол вытекает. Я ведь тоже целитель и кое-что в этом смыслю. Вдвоем-то мы его быстро заштопаем.       Дальше она полностью погрузилась в своё занятие и только еле слышно бормотала себе под нос:       — Наложить жгут. Пережать артерии. Удалить некроз. Удалить осколки кости. Прижечь. Инфекций нет. Заражения нет. Перевязка.       Обработав все раны, она перебралась выше и положила обе руки ему на голову с двух сторон. На моё вопросительное мычание она ответила:       — Не переживай, его жизнь больше не утекает. Сейчас я нормализую его энергии, и ты сможешь прекратить своё непрерывное лечение.       Ладони старушки засияли мягким тёплым свечением, и лицу Ланса вернулся привычный цвет.       — Вот так, — крякнула старая кошка, перекладывая руки с головы Ланса на мою, — теперь можно и тебя подлатать, но сначала отдохни.       В глазах потемнело, и я провалился в глубокий сон.       Мне снилось, как я безжалостно истребляю рогатых крокодилов, разрывая им пасти голыми руками. Снилось, как вернулся Ланс и вымаливает у меня прощение, встав в позу догэдза — сидя на коленях, опустив голову до земли — а я, задрав нос, строю оскорбленную невинность. А потом снилась удаляющаяся спина Ланса, до которой я никак не мог дотянуться. Бежал со всех ног, но не двигался с места. Кричал что есть мочи, но не издавал ни звука. С таким немым криком, застрявшим в горле, я и проснулся.       — Кошмары? — спросила старушка, протягивая мне миску. — Вот, выпей воды.       Нервно оглядываюсь и вижу рядом с собой мирно спящего Ланса. Всего перевязанного и резко пахнущего травами, но со здоровым цветом лица. Облегченно выдохнув, беру миску из рук старой кошки и смачиваю пересохшее горло.       — Спасибо! — неловко киваю ей. — И за воду тоже. Ты спасла нам жизнь.       — Ты спас мою дочь и мой народ, — хмыкнула она, — это я должна тебя благодарить. Прости, что не доверяла тебе. Теперь я вижу, что ты достоин.       — Достоин чего?       — Ты рисковал собой, чтобы спасти незнакомых котов, — не обращая внимания на мой вопрос, продолжала старая кошка. — Несмотря на моё недоверие и поведение деревенских котов, сдержал данное тобой слово. Получив в руки власть, ты не воспользовался ей в своих целях и не потребовал награды. Когда твой друг оставил тебя, ты не отвернулся от него. Знаешь, ты пробыл здесь два дня, непрерывно вливая в него свою энергию. Не каждый способен на такое.       — Ты явно что-то неправильно поняла, ­– смущенно отвожу глаза, — я делал это не за спасибо, мне были нужны территории и вассалы.       — У меня есть для тебя кое-что ещё, — довольно кивнула кошка.       — Ты сказала, что ты целитель, — с надеждой в голосе, осторожно спросил я. — Можешь обучить меня? Несмотря на мой уровень, у меня ещё нет наставника, поэтому я был таким бесполезным, — сжимая кулаки до отметин на ладонях, с досадой отвожу взгляд от раненого рыцаря.       — Я никогда не брала учеников, — задумчиво ответила старая кошка. — В тебе есть потенциал, но примешь ли ты моё учение? Видишь ли, оно отличается от того, что ты ожидаешь. Этот мир отвергает мои методы, они считаются неверными, запретными. Из-за моего пути мне даже пришлось отказаться от статуса старосты, покинуть деревню и поселиться здесь отшельником.       — Ты вылечила мою простуду, — смотрю на неё со всей серьезностью, — остановила кровотечение и обработала раны моего друга. Скажи лишь одно, ты можешь вернуть ему ноги?       — Можно прирастить обратно отрубленную конечность, однако никто не сможет отрастить новые кости, это противоречит законам природы, — покачала головой старушка и загадочно улыбнулась. — Никто кроме меня! И тебя, если станешь моим учеником. Законы природы, логики и этого мира больше не будут тебя ограничивать.       Отшельница с мрачным прошлым из скрытой деревни, она лучший учитель которого я могу найти со своей меткой убийцы. К тому же, скрытые наставники могут обучить тайным техникам, недоступным в обычных условиях. Смогу нарушить законы природы и отрастить Лансу ноги? Как тут можно отказать?       Я сполз с лежанки и поклонился:       — Прошу, стань моей наставницей!       — Ты не пожалеешь о своём решении, — встала со стула и гордо расправила плечи старая кошка. — Эти закостенелые снобы, называющие себя наставниками, не могут и малой доли того, чему я могу тебя научить. К примеру, эти консерваторы в самых смелых снах не могут предположить, что можно вылечить старость. Однако взгляни.       Кошка развела руками, и её тело окутало мягким свечением. На моих глазах её фигура начала вытягиваться, кожа разглаживаться, а тело наполняться энергией молодости. Через минуту передо мной стояла уже не дряхлая карга, а горячая красотка с аппетитными формами. Высокая грудь гордо выпячена вперед. Густые лоснящиеся кудри горят в лучах солнца, как нимб ангела. Упругая белая кожа сияет здоровьем и чистотой. Толстый полосатый хвост с крючком на конце в нетерпении хлещет по крутым бедрам.       — Подбери челюсть, мальчик, — рассмеялась красотка-Рурия, — обучение начнем после завтрака. А сейчас, приготовь его!       Я полез в сумку, чтобы достать припасы, приготовленные Лансом в дорогу, но, увидев это, Рурия зашипела и шлепнула меня по руке.       — Совсем глупый? — сверкнула она глазами. — Завтрак нужно убить непосредственно перед едой! Освежевать так быстро, чтобы он молил о пощаде не меньше, чем за час до подачи на стол. А теперь иди в лес и найди нам самый вкусный завтрак, — указывая длинным изогнутым когтем на выход, просветила неразумного Рурия.       — Да, учитель, — немного прифигел я, но все же, приняв такое положение дел, помчался выполнять поручение.