Мисс Свон переезжает в Сторибрук/ Miss Swan Goes to Storybrooke

17 марта 86 дней до начала Нил и Реджина вместе распахивают двери штаб - квартиры, их лица пылают и сияют, а Сабина…издает вопль, когда Локсли входит следом за ними.  — Мы в деле, — объявляет Нил. — Заявление принято и мы официально участвуем в голосовании!  — Да! — Говорит Руби, поднимая руку и Нил дает пять ей и Мулан, прежде чем подхватывает Эмму и целует ее. Это происходит быстро и энергично, Эмма не хочет, чтобы они показывались перед его друзьями, но сегодня она дает ему небольшую поблажку. Она нервно смеется и отстраняется, смущенно смотря на Реджину. Реджина обнимает Тамару и совсем не смотрит на Эмму. Другие могли бы предположить, что Эмма получила эту работу только из-за того, что встречается с Нилом, но они никогда не говорили ни слова об этом, в то время как Реджина набрасывается на нее везде, где только может. Не важно, что Эмма член их сплоченной предвыборной команды. Неважно, что она работала почти безостановочно в течение последних нескольких недель, изо всех сил пытаясь координировать добровольцев и заручаться поддержкой избирателей, чтоб получить столько подписей, сколько они могут. Руби поручила Эмме взять на себя ответственность за организацию предстоящего барбекю, чтобы поддержать их всплеск удач и дальше, возможно, тогда их работа действительно получит некоторую огласку. Кандидат может спасти дюжину детей из горящего здания, но Киллиан Джонс просто подмигнет репортеру и выиграет цикл новостей. Руби не раз жаловалась на это. «Бойфренд» Реджины или… кто он там в прессе, дал им статью и интервью, но в Сторибруке нет никого моложе пятидесяти лет, кто читал бы местную газету. Им нужны радио и телевидение, а пока их нет. Дело в том, что Эмма усердно работает, но Реджина все равно прогуливается с ехидной критикой и дразнящими замечаниями типа: «Почему-то я всегда могу работать в обеденный перерыв, в отличии от некоторых». В прошлый четверг она задрала нос и вообще специально не подходила к Руби и Эмме. Эмма начинает подозревать, что Реджина специально придирается к ней, чтобы выпустить немного пара. Это создает небольшой перерыв в работе пусть на несколько минут, но все равно отвлекает от настоящих соперников, Бланшар или Джонса. Иногда бывают моменты, когда Реджина смотрит на нее с Нилом, нахмурив брови, и взгляд ее темный и глаза источают подозрительный блеск. Она смотрит на Эмму как на головоломку, которую пытается разгадать и этот холодный, властный взгляд заставляет Эмму дрожать. Эмма кипит, потому что она еще никогда так ненавидела кого-то в течении такого долгого времени, как она ненавидит превосходную задницу сводной сестры Нила. Так что, это абсолютное облегчение, что сегодня Реджина была поглощена разговором с Мэриан и Робином Локсли, она даже не остановилась, когда проходила мимо, чтобы сердито посмотреть на Эмму. Прошло уже несколько часов с тех пор как Реджина уехала подавать прошение, а Эмме уже не хватает их уникального общения, которое обычно происходит в течении дня. Но самое важное на сегодня то, что они в избирательном бюллетене. — Это надо отпраздновать! — Восклицает Робин, все они ликуют, у них кружится голова от первого большого шага в этом процессе. — Выпивка за мой счет, и никто не заходит в офис до полудня, Реджина, — Он ласково произносит ее имя и Мэриан Локсли обвивает рукой талию Реджины целуя ее в щеку. Реджина закатывает глаза на них обоих.  — Мне придется украсть ее ключи — говорит Нил, и он делает фирменный выпад, который Эмма хорошо знает, воровской ход, который показывает как ключи Реджины болтаются в его пальцах. Реджина хмурится, Нил сияет.  — Я буду работать дома до полудня, — соглашается она. Рука Нила расслабляется, и через мгновение Реджина выхватывает ключи, ухмыляясь им всем.  — Я собираюсь напоить тебя, — радостно говорит Нил, а затем поворачивает голову, чтобы найти Эмму. — Мои девочки. Вы слишком много работаете. Эмма встречает взгляд Реджины смело, не смущаясь ее презрения, она отвечает Нилу, не отрывая глаз от Реджины:  — Ночь вне дома звучит отлично. Губы Реджины кривятся. Тамара хихикает.  — Вам двоим стоит немного расслабиться, — говорит она и Реджина прожигает ее силой своего взгляда. Тамара единственная посторонняя женщина в команде, но Реджина никогда не обращалась с ней так, как она позволяет себе это с Эммой. Тамара много лет была соседкой Нила по комнате в колледже, они были полными противоположностями, как выразился один из преподавателей политологи, но всегда прекрасно ладили. Она относилась к Реджине как младшей сестре Нила задолго до того, как они стали сводными братьями и сестрами, они познакомились, когда Тамара приехала в город и помогала Нилу с курсовой. Эмма не может представить Реджину милой и уступчивой, за исключением таких моментов, как этот, когда Нил оттащил Реджину от Мэриан, чтобы та могла положить голову ему на плечо. Это выглядит странно мягко для женщины, которая вся состоит из острых краев и сформованных кривых и взгляд Эммы прикован к ней. Затем Реджина замечает, что Эмма наблюдает за ней и ее спина выпрямляется, Эмма опять становится объектом презрения.  — Может ей давно пора спать? — говорит она. Реджина никогда не упускает случая напомнить им, насколько Эмма моложе Нила. Эмма задается вопросом, как бы Реджина отреагировала, если бы узнала, как молода была Эмма пять лет назад, когда она впервые встретила Нила. Так или иначе, Реджина найдет способ, чтобы зацепить Эмму и сделать ее виноватой  — Будь милой, — говорит Нил Реджине, подзывая Эмму. Эмма на это лишь приподнимает бровь, и он добродушно вздыхает обращаясь ко всем остальным. — Ну так как? Давайте-ка послушаем нашего кандидата. И вот они оказываются на заднем сиденье машины Реджины, Эмма зажата между Нилом и Руби, а Джасинда и Реджина болтают впереди.  — Проблема с телевизионными роликами заключается в том, что их никто не смотрит, если только они не вложили деньги в гонку, — говорит Джасинда. — Мы должны сделать рекламу. — Она вздыхает. — Сейчас везде речь идет о Бланшар, и если мы появимся чуть позже, то… Робин будет выглядеть как плохой парень. — Мы аутсайдеры, — соглашается Реджина. Она звучит угрюмо. — Никто никогда не подумает о Бланшар как о злодейке. Джасинда кладет руку на плечо Реджины.  — Детка, — говорит она сочувственно. Это непонятная вещь, для Эммы, кто в предвыборной команде искренне любит Реджину, а кто нет. Джасинда — одна из подруг Реджины это то, что удалось узнать Эмме, а Сабина и Джасинда - это комплект. Сабина держит маленькую пекарню в квартале от штаб-квартиры кампании и Джасинда берет на себя ее работу когда ее нет в штабе. Эмме кажется, что они соседки по квартире и живут в более убогой части города. Она, наконец, чувствует, что начинает узнавать большую часть команды и она медленно находит себе место рядом с ними. Руби - старая одноклассница Реджины со школы, которая присоединилась к кампании в основном потому, что она боялась, что проведет остаток своей жизни в роли официантки в кафе ее бабушки. Мулан была соседкой Нила в детстве, но именно Робин и Мэриан привел ее в команду. Их адвокат Кэтрин Мидас — еще одна одноклассница Реджины, а казначеем кампании является женщина с сомнительным именем Круэлла Девилль, которую Реджина вытащила откуда-то и наняла. И Эмма… это та, о ком беспокоится Реджина больше всего. Эмма пристально смотрит на затылок Реджины, пока они едут к бару, из-под подголовника сидения выглядывают коротко остриженные темные волосы. Реджина похожа кинозвезду, роковая женщина, которая легко оставляет за собой след убитых горем мужчин, она умеет строить планы и манипулировать. Она ходит в брючных костюмах в предвыборном штабе, это опасно привлекательная женщина, которая знает об этом и искусно пользуется этим, чтобы запугивать окружающих. Но Эмма никогда не была запуганной девочкой, она вылезает вслед за Руби из машины, выпрямляясь и отряхивая куртку, когда Реджина встает из-за руля и произносит:  — Какое удовольствие отдыхать сегодня вечером с тобой — язвительно протягивает Реджина, и ее голос понижается до угрожающего мурлыканья. — Не встревай в драки, пока мы с кандидатом. Это тебе не Таллахасси. Что? Эмма резко поворачивает голову, чтобы посмотреть на нее.  — Ты что проверяла мое прошлое? — требовательно спрашивает она. Да, у нее было несколько драк в баре в Таллахасси, много лет назад, когда она только приехала туда. Однажды она провела ночь в пригородной тюрьме, отсыпаясь после похмелья и ее отпустили с предупреждением. Как, черт возьми, Реджина узнала об этом? По крайней мере, она ничего не знает о Портленде. Если бы она знала о Портленде, то не стала бы ждать пока они выйдут из машины, чтобы упомянуть об этом. Эти записи, к счастью, засекречены. Реджина вздергивает подбородок, царственный силуэт на фоне заходящего солнца, и Эмма ненавидит ее еще больше в этот момент, чувствуя себя маленькой и незащищенной, еще один кусочек ее прошлого вынырнул для Реджины, чтоб она потеряла еще больше уважения к ней. Как будто у нее с самого начала что-то было. Не то чтобы Эмме было наплевать, испытывает ли Реджина к ней хоть какое-то уважение.  — Эй - Это Нил, обходящий машину, чтобы прижать Эмму к себе. Но Эмма не двигается, она напряженна и неподвижна. Нил смотрит на нее искоса. — Что случилось, Эм?  — Мы немного поболтали о ее прошлом, — чопорно говорит Реджина, и лицо Нила бледнеет. Эмма сглатывает, глядя вниз. Когда она поднимает глаза, Реджина смотрит не на нее, а на Нила. — Хочешь поделиться с классом, Белфайр? — Она протягивает это имя, которое Нил никогда не произносит. Черт. Эмма чувствует напряжение между ними. Это из-за нее, она чувствует предательство и боль, после слов Реджины. Реджина сердится на Нила, и Эмма попадает под перекрестный огонь.  — Реджина — говорит Нил и замолкает. — Я не знаю, о чем ты, думаю, мы уже все выяснили, но… Реджина хватает его за руку и тянет за собой, Эмма плетется за ними, когда они входят в бар.  — Ничего, — говорит она тихим голосом. Эмме приходится напрячься, чтоб расслышать их. — Я ничего не выяснила, и я знаю, что ты думаешь, что защищаешь ее.  — Ничего страшного, — быстро говорит Нил. — Послушай, ты знаешь все, что имеет значение. Я бы не скрывал бы что-то от тебя, если бы у меня не было для этого причины. Понятно? Реджина молчит, а Нил неуклюже шаркает ногами, обнимает ее и направляется к столику. Мэриан и Мулан толкают друг к другу два стола. Реджина не двигается со своего места, Эмма задерживается в тени двери наблюдая. Нил не лжет, это точно, но он скрывает от Реджины больше, чем показывает, и Эмма чувствует отвращение. Может быть, это из-за того, что Реджина стоит, скручивая пальцы вместе и закрывая глаза, словно пораженная тайнами Нила. Она встряхивает головой, пытаясь прийти в себя, и проходит мимо Реджины в комнату. Реджина мгновение спустя следует за ней, и она демонстративно садится за стол подальше от Нила, падая рядом с Тамарой в маленькой кабинке, которая окружает один из их столиков. Робин занимает свободное место рядом с ней, они весело болтают, и Эмма видит, что Реджина начинает расслабляться. Эмма сидится рядом с Нилом, который, кажется, встревожен.  — Ты в порядке? — бормочет она, но достаточно громко, чтоб он ее услышал.  — Да, — говорит он, но бросает еще один виноватый взгляд на Реджину. Она отказывается смотреть в его сторону. — Мне…мне жалко, что Реджина не знает…ну, ты понимаешь. Портленд. Эмма пожимает плечами, не желая говорить об этом больше, чем это необходимо.  — Хочешь, я принесу выпить? — Она несет напитки с помощью Сабины, которая несет стаканы и бутылку от бара к столу. Они все немного устали в офисе, и сейчас все расслаблены и громко разговаривают, несмотря на брата и сестру, задумчиво сидящих по обе стороны стола. Эмма раздавала напитки, стараясь как можно лучше следить за заказами. Она работала в баре, училась у бармена, который считал, что у нее есть потенциал. Зарплата была маленькая, постоянные ощупывания со стороны клиентов и она сбежала через три недели. Но этого было достаточно, чтобы произвести впечатление на людей за столом.  — И, наконец, французский 75 для Реджины, — провозглашает она, ставя его перед Реджиной, которая злобно смотрит на нее. Остальные охают. Эмма моргает, заметив последний напиток на подносе.  — Я пропустила кого-то?  — Это моей любимой жене, — говорит Джасинда, улыбаясь Сабине, и берет бокал с подноса, когда та садится рядом с ней.  — Жена? — Изумленно повторяет Эмма. — Я думала, вы соседи по комнате. — Так что, может быть, она знает все же не про всех. Сабина фыркает:  — Да, это так, у тебя есть проблемы с лесбиянками? — невинно спрашивает она. — Что? — бормочет Эмма, садясь. — С чего бы тебе… я не это имела в виду  — Это многое объясняет О…ну, ты знаешь, — лукаво говорит Тамара, и Эмма смотрит на нее в упор, она сбита с толку тем, что происходит за столом.  — У меня нет проблем с лесбиянками! — Говорит Эмма, сбитая с толку и краснеющая без особой причины. — Идите и любите друг друга, как хотите… Голос Реджины прерывает ее неуверенную речь:  — Довольно, — говорит она, и стол замолкает в смущении. Эмма моргает, озадаченная тем, что только что произошло, и беспомощно смотрит на Нила. Он все еще дуется, уставившись в свой стакан и не обращая внимания на разговор. Робин откашливается.  — Ну, я тоже поддерживаю лесбиянок, — говорит он величественно. — И вся наша замечательная команда тоже. Когда Мэриан впервые предложила мне баллотироваться в мэры, я не думал, что смогу это сделать, но у меня теперь есть шанс. Когда вы все со мной, я не могу представить, что мы когда-нибудь проиграем. - Он поднимает руку с бокалом — За всех вас! Звенят бокалы, и выпивка опрокидывается. Робин откашливается, по дружески обнимая Реджину за плечи, она выглядит испуганной, а затем смущенной. Глаза Эммы сузились.  — И конечно же, наша доблестная воительница, которая с самого начала посвятила этому делу все свое время — говорит он, сияя. — За Реджину Миллс, бесстрашного лидера. Мэриан улыбается, Тамара поднимает бокал, Руби и Сабина приветствуют ее и все поднимают бокалы. Реджина краснеет в свете бара, и только Нил слишком рассеян, чтобы произнести тост, допивает свой напиток. Эмма начинает поднимать бокал, но тут же замечает взгляд Реджины, которая наблюдает за ней прищуренными глазами. Вместо глотка Эмма слегка наклоняет стакан, едва поднимая его и Реджина ухмыляется ей. + Робин все еще обнимает ее, тяжело давя на плечи, и Реджина не знает как ускользнуть, не привлекая к себе внимания. Это один из баров Сторибрука, который стоит по обе стороны дороги. Обе стороны города, не привязываясь ни к одной из крайностей Сторибрука, чистый и тускло освещенный в котором легко быть незамеченным. Здесь Реджина всегда знает о том, что происходит, о каждом потенциальном скандале, который только в процессе создания. Она снова смотрит на Нила и Эмму, изо всех сил пытаясь понять, что между ними. Нил прячется. Несмотря на все его несчастные романы, одно оставалось неизменным в них: он всегда, говорил Реджине, что происходит. Реджина десятки раз спасала его от самого себя, рисковала гневом матери, чтобы помочь ему. А теперь… Теперь, когда на карту поставлено нечто большее, чем репутация Нила, он решил защитить Эмму и отгородиться от Реджины. Он ведет себя как маленький, он знает что заслужить доверие Реджины тяжело, а чтоб потерять его многого не надо. Нил это знает. И что, черт возьми, может быть настолько важным, чтобы скрывать от нее. Реджина допивает свой напиток, большая рука Робина все еще тяжело обнимает ее, и она резко говорит:  — Налью себе еще, — пользуясь случаем, она встает и освобождается от его хватки. Мэриан идет за ней по пятам, что-то бормоча. Мэриан самая близкая, подруга Реджины. Остальные называют себя друзьями, но это не больше, чем просто знакомые. Реджина держит их на расстоянии, осторожно, чтобы не выдать себя слишком сильно. Мэриан была такой же, как они, далекой подругой из квартала, которая жила там уже несколько лет. Она старше Реджины и вышла замуж за британца… («британец» — довольно обаятелен, это была не слишком выгодная партия — сказала мама) Она отчаянно хотела, чтобы Реджина вышла замуж. Замуж хоть за кого-то и чтоб переехала в большой дом, который находился бы в опасной близости от другой стороны города. Но семь лет назад, Реджина была изгнана из своего дома так же аккуратно, как мать выкидывает завядшие розы из вазы, Нил отправился на поиски себя, а Реджина тогда просто хотела … позвонить Папе. Она приехала тогда к Локсли с заплаканным лицом, и Мэриан провела ее внутрь, угостила какао и кокосовым супом, который навевал воспоминания о папином доме… О семье толпившейся вокруг нее и смехе и любви которая была совсем не похожа на строгость матери и их тихий дом. Она рассказала Мэриан все, и заснула рядом с ней на диване той ночью. И так продолжалось несколько ночей, она оставалась у Локсли, пока не уехала, как папа, который сбежал из города, который построила мама. Она не возвращалась до тех пор, пока ее не пригласили домой на свадьбу Голд-Миллс. Она общалась только с Мэриан и вела редкие разговоры с Нилом между деловыми поездками. Нила не было на свадьбе, это было разочарованием, но Мэриан была там, и Реджина находилась рядом с ней и Зеленой на протяжении всей свадьбы, потом она снова ушла так быстро, как только могла, терпя слащавые заявления от матери. Мэриан слишком много пережила с ней, когда Нила не было рядом, и Реджина расслабляется только в ее присутствии. — Что происходит? — Шепчет Мэриан, заправляя Реджине волосы за ухо — Если это Сабина играет в игры…  — Нет, — говорит Реджина, качая головой. — Нет, все в порядке. Я просто… — она вспоминает Эмму и первый день, неужели Нилу удалось что-то сделать без ее контроля? Абсурд. Но всегда есть подкрадывающиеся неуверенность в том, что люди действительно видят ее такой, что даже Мэриан может подумать, что она слишком остро реагирует на то, что Нил что-то скрывает от нее. — Наверное, это был долгий день — наконец говорит она, бросая взгляд туда, где сидел Нил, потягивая напиток из бутылки, Эммы рядом не было, что странно, обычно она как будто приклеена к нему. Мэриан не возражает и не настаивает:  — Возвращайся к столу, когда будешь готова, — мягко говорит она.- Немного выпивки пойдет нам на пользу. Ты так много работала, ормигита. - Регина не отвечает, она чувствуя себя потерянной, Мэриан сжимает ее руку и отступает к столу. Нил снова пьет, слишком много, и в обычную ночь Реджина уже поборолась бы с ним. Она все равно жаждет остановить его, инстинкт матери возникает из-за мужчины на шесть лет старше ее, ей приходится заставить себя отвернуться, отодвинуться от их столика туда, где она может побыть несколько минут в одиночестве. Вместо этого ее грубо отвлекает от мыслей, смех, который она сразу узнает, несмотря на то, что никогда не слышала его лично.  — Ну же, любовь моя, ты же можешь сказать мне, что такая пленительная девушка делает одна в таком пабе, как этот, — мурлычет Киллиан Джонс с тем притворным акцентом, который он выбрал себе для роли в Питере Пэне, и Реджина морщит нос, отодвигаясь. Лучше избегать любой конфронтации между кандидатами, это только привлечет внимание прессы. Затем девушка, к которой он пристает, отвечает, и Реджина замирает.  — Я не говорила, что я здесь одна, — говорит Эмма. - ее голос звучит тихо и весело. — Я только сказала, что сама себе заказываю выпить.  — Ну, это чепуха, — величественно говорит Джонс. — Позволь мне оплатить твой счет, дорогая. И вот Эмма снова собирается унизить их своим невежеством, собирается сделать из них дураков. Компания с их противником. Реджина напрягается, застыв на месте задаваясь вопросом, может это то, что ей нужно, чтобы избавиться от Эммы. Уволить ее, покончить с этим ядом. Покончить с отношениями, которые у нее с Нилом, и она уедет из города. Проблеск сомнения вспыхивает в ее голове, прежде чем она успевает продумать план, внезапное вспоминание о том, что Эмма многое сделала в штабе. Руби отлично ладит с людьми, но у Эммы есть мотивация и время, которого не хватает Руби, стремление продолжать работать и придумывать что-то новое, вместо того чтоб идти по сценарию. Могут ли они позволить себе потерять Эмму? «Черт возьми. Конечно, они могут, потому что она собирается уничтожить их». Эмма расслабленно прислоняется к двери, все еще с ухмылкой, играющей на ее губах, и Джонс наклоняется, принимая это как предложение. Эмма задумчиво постукивает пальцем по его груди и говорит:  — Знаешь, чего я на самом деле хочу? Джонс почти мурлычет. Реджина смотрит с отвращением. Эмма говорит, все еще ухмыляясь:  — Я хочу точно знать, почему ваши политические предложения, благоприятствуют продолжающемуся дисбалансу в налогообложении в этом городе. И что вы сделаете с высоким уровнем подростковой преступности в Сторибруке? — Она поднимает глаза, вглянув через плечо Джонса, самодовольно встречаясь взглядом с Реджиной. Брови Реджины взлетают вверх, прежде чем она успевает скрыть свое удивление. Джонс злится. Эмма ждет, абсолютно спокойная и Джонс бормочет: «сука», — и идет прочь, но тут кто-то врезается в него, и толкает изо всех сил. Это Нил, глаза у него уже налиты кровью и дикие, он смотрит на Эмму и затем на Реджину, Реджина упирается ладонью в грудь Джонса.  — Нил, - разочарованно произносит Эмма. Нил снова толкает Джонса, и глаза Джонса проясняются.  — Нил Голд! — говорит он, потому что это гребаный маленький городок в Мэне, и конечно все друг друга знают. — Я помню тебя. Ну… я помню твою мать.- Он говорит это так непристойно, что тут же ловит кулак Нила, который оттолкнул его к стене позади.  — Пошел ты, — рычит Нил, его голос невнятный и злой. — Убирайся нахрен от моей девушки, ты сукин сын. - Он снова поднимает кулак, сжатый и дрожащий, и на этот раз он почти бьет Джонса. Но Джонс пригибается и сильно бьет Нила, прижимая его к стене, пока голова Нила не откидывается назад. Реджина выкрикивает проклятие, предупреждая Джонса, но Эмма движется вперед, обхватывает пальцами запястье Джонса, выкручивает его с удивительной силой и Джонс взвизгивает от боли. Он замахивается на Эмму другой рукой, но Эмма пригибается, бьет его коленом в живот, бьет кулаком по подбородку, дает ему легкий пинок, который опрокидывает его на землю.  — Запомни правило: «не флиртуй с оппозицией», — холодно говорит она. Реджина смотрит на нее, слегка покраснев от той легкости, с которой Эмма расплющила мужчину. Она сделала это так, как будто она делала это раньше, неуклюжая женщина, которая трижды грациозно спотыкается по пути к своему столу и это…это что-то. Черт возьми, это ЧТО-ТО. Реджину интересует Таллахасси, неужели Эмма дралась там с мужчинами вдвое больше ее и побеждала их с этой дерзкой ухмылкой? Почему в баре стало вдруг так жарко? Молча Эмма просовывает руку под Нила, который теряет равновесие у стены, и изо всех сил старается поддержать его.  — Ну же, идиот, — устало говорит она, и Нил кряхтит и поскальзывается. Реджина вздыхает, присоединяется к ней с другой стороны от Нила, чтобы помочь.  — Давай отнесем его ко мне в машину, — говорит она, чувствуя себя немного неловко. Вспышка вины за сегодняшний вечер. Она не должна была поднимать эту тему сегодня, это должен был стать их победный вечер. — Пока нам не запретили заходить в этот бар из-за твоего маленького трюка. - Она снова краснеет, сама того не желая. Эмма с любопытством смотрит на нее и потом смеется. Они выбираются из бара, ночь прохладная, мартовские температуры настолько холодные, что Регина дрожит без куртки.  — Это действительно выводит тебя из себя, что я не выставила себя дурой сегодня вечером, не так ли? Регина отказывается отвечать. Она щелкает ключами, чтобы открыть дверцу машины, и они затаскивают Нила в салон, пристегивая его к пассажирскому сиденью. Реджина закрывает за ним дверь и обхватывает себя руками оглядываясь вокруг, она смотрит в стеклянное окно бара и проверяет свой сотовый. Пока что нет вспышек, никаких журналистов, ни одного человека с телефоном, загружающего отснятый материал в Твиттер. Это позор. Есть несколько жителей Сторибрука, которые были бы рады видеть Киллиана Джонса избитого девушкой. Она чувствует внезапное тепло от этого, а затем еще одно тепло, оседающее на плечах, Эмма набрасывает куртку на плечи Реджины.  — Ты дрожишь, — говорит Эмма, вглядываясь с ее лицо, и щеки Реджины снова горят. Она усмехается, сбрасывая куртку так, что она падает на землю.  — Я скорее подхвачу воспаление легких, это лучше, чем если б кто-то увидел меня в дешевом кожаном чудовище, — говорит она, чувствуя себя немного увереннее. Эмма только смеется над ней, поднимая куртку и все еще чувствуя головокружение от своей победы.  — В тот день, когда я вернулась домой с агитации я вспоминала лица и имена всех, с кем мы встречались, всех кто может пойти против, — самодовольно говорит она. - Ты знаешь этого Лероя из больничного тюремного персонала? У него есть своя страница в Facebook с тремя поклонниками. Одна из них-это монахиня. Реджине требуется вся ее сила воли, чтобы не рассмеяться.  — Скажи мне, что я не плачу тебе за это, за шпионаж за избирателями? — многострадальчески спрашивает она. Эмма Свон сегодня вечером-это что-то другое, что-то светлее и хорошее. Может быть, все дело в джине. Эмма ныряет в машину, ее золотистые волосы рассыпаются по спине, глаза сверкают и блестят, красивая. Реджина вздрагивает и снова дрожит. Определенно джин. Она задается вопросом, стоит ли ей вообще садиться за руль, но ее разум снова проясняется, когда она отводит взгляд от Эммы, когда она перестает думать о ней. Эмма сосредотачивает взгляд на дороге.  — Ты мне вообще-то не платишь, — говорит Эмма, возражая, даже когда они прекрасно ладят. — Кандидат нанял меня, помнишь? Ты хотела, чтобы я ушла.  — Я все еще хочу, чтобы ты ушла, — бормочет Реджина, не отрывая глаз от лобового стекла. Когда они трогаются, она ловит в зеркале заднего вида пристальный взгляд Эммы и сглатывает. — Я не знаю, чего ты здесь добиваешься, — она бросает взгляд на Нила, крепко спящего в кресле пассажирского сидения, — Вы же расходный материал. Нил никогда не встречается с девушкой дольше месяца или около того, самое большее-два. Что ты будешь делать, когда вы двое расстанетесь? Эмма откидывается на спинку сиденья, ее взгляд в зеркале заднего вида становится жестче.  — Я работаю в кампании, не потому что встречаюсь с Нилом, — говорит она, и это такая наглая ложь, что Реджина позволяет себе рассмеяться, — Я работаю в кампании, потому что он думает, что у меня все получится. - Она говорит это с хрупкой уверенностью, с таким чувством, что она может разбиться, если Реджина слегка подтолкнет ее. Мстительная часть Реджины хочет подтолкнуть ее сейчас, чтобы посмотреть на тщательно сконструированную Эмму. Но она этого не делает. Может быть, это тоже Джин.  — И насчет Нила ты тоже ошибаешься, — говорит Эмма.  — Это та часть, где ты говоришь мне, что он не защищает тебя, солгав мне? — спрашивает Реджина. Эмма вздыхает.  — Он не защищает меня, — эхом отзывается она. — И он не лжет тебе. Он просто… не хочет об этом говорить. - Она колеблется, и Реджина снова вспоминает что это неприятная реальность, что Эмма Свон знает этот секрет, а Реджина - нет.  — Это только один секрет, и это важно для него, почему ты это не понимаешь? Эмма говорит с надеждой, неуверенно и мягко, как никогда раньше. Слишком много барьеров пало сегодня ночью, и Реджина уже знает, что за последним из них скрывается что-то опасное, что-то, что может скомпрометировать даже больше, чем сама кампания.  — Нет, не понимаю — решительно говорит Реджина, и они молча едут к квартире Нила.