Аудитория №13.

      С того великого дня, как я узнала, что наш препод по инглишу хочет жестко трахнуть меня на столе, прошел всего день. И этот день был великолепным из-за того, что я не видела чертового извращенца. Но не видела я его не потому, что я совершенно обнаглела и решила прогуливать пары, а только лишь по той простой причине, что наступили выходные.       Вчерашние вечер и день прошли на удивление тихо, что совершенно мне не характерно. С утра мы с Машкой прогулялись по торговому центру, чуть ближе к обеду у меня была долгожданная запись на маникюр. Потом мы сходили в кафешку, а вечер провели в компании Стаса и их с Машулей родственников.       Стасян был двоюродным братом моей подружки, и, хоть он и был безумно весёлым и отрывным, высокомерием от него разило за версту. В общем, роли богатеньких избалованных детишек мы с моими друзьями отыгрывали на все сто.       Мама Стаса умерла, когда тому было четырнадцать, а его папа, который в одиночку с того момента занимался его воспитанием, работал судьёй.       Семья у моего друга была обеспеченная, а неприкосновенность как к сыну судьи давно развязала ему руки. Плюс ко всему, после смерти тёти Наташи, Стасу многое позволяли, вот он и делал, что хотел. Да, несмотря на то, что его батя вершил судьбы людей, чувак он был отменный. Весёлый, добрый и невероятно любил Стасика, как единственного сыночка от любимой покойной жены.       А вот родители моей драгоценной Марии были очень строгими и педантичными. Отец её, Сергей Дмитриевич, был уже в возрасте, ему было уже под шестьдесят с лишним и когда-то он был военным, что знатно так сказалось на Машкином воспитании.       Девчулей она была ответственной, в меру строгой и до безобразия порядочной. До такого безобразия, что мне иногда хотелось обозвать её чертовой задроткой и хорошенько врезать по милому личику.       Вчера у Марийки Остаповой была знаменательная дата — ей исполнялось двадцать. Ну, и так как просить её родителей закатить тусу – дело гиблое, мы просто собрались на шашлычки у них на даче самыми близкими. В число самых близких друзей Марии входили Киря, Крис, Стасян, ну и, собственно, я, куда ж без меня-то.       Ну, а сегодня, отпросившись у мамули ко мне с ночевкой, Мария решила вытащить нас четверых в клуб. Эта идея мне, конечно же, нравилась куда больше, чем тихие посиделки в кругу родственников, где даже детское шампанское было под запретом, поэтому сейчас, в восемь часов вечера, я уже была готова к полному разносу.       Клуб «Отрыв», находившийся в двадцати минутах езды от моего дома, принадлежал родителям Кирюхи и Кристинки, поэтому проходили мы туда без проблем и, более того, нам даже иногда был предоставлен VIP-столик, если он был свободен, к которому прилагались еще и официанты.       Веселились мы, конечно же, как всегда до полного разноса. Сначала мы пили, потом танцевали, потом опять пили и танцевали, а потом просто пили, потому что сил танцевать уже не было. И уже когда мы с ребятами дошли до той кондиции, в которой смело выполняли любые желания из «правда или действие», Кристинка разошлась не на шутку.       Машку, нашу бедную пай-девочку, она заставила станцевать на нашем столе, благо, никто особого внимания на это не обратил, видимо, привыкнув к тому, что разные чуваки, заказывающие VIP-столики вечно творят всякую дичь. Кирилла, её родного братца, убедила склеить гея у бара, который на него половину вечера глазел, а вот у Стасика, который единственный поступил по-умному и загадал правду, она выудила его самый постыдный секрет из детства.       Однажды в фантик из под его любимой конфетки, Машка подложила собачьи экскременты, которые он на радостях чуть не сожрал. Не такая уж и постыдная история, у меня есть и похуже.       А потом пришла моя очередь выполнять желание и я думала, что сейчас будет что-то реально жестокое, пока Крис не выдала плёвое: — Поцелуй парня, который первым заговорит с тобой, пока будешь сидеть у стойки.       Я была рада, что она не попросила меня залезть на сцену и начать перед всеми раздеваться. Была рада, что мне не придется звонить маме и признаваться, что я в клубе пьяная в доску. И была просто безумно рада, что в этот раз я не буду разбивать окно чьей-то квартиры, машины или витрину магазина. Да, я исполняла подобные желания раньше, но снова ехать в полицейский участок за, как выражается мой личный тиран, «дебош» не особо хотелось.       Я действительно слишком уж часто виделась с капитаном последние полгода, он мне даже уже стал, скажем так, вторым лучшим другом, после Машки.       Был бы он помоложе, я бы даже с ним замутила, но, почему-то казалось, что у такого красавчика не могло не быть жены. Слишком уж он был хорош собой, а его брутальности и харизме можно было только позавидовать.       Стоило мне только подойти к барной стойке и присесть на стул, как на моё плечо упала чья-то рука и я тут же плотоядно ухмыльнулась. Вот и моя жертва, не прошло и минуты, как на горизонте кто-то нарисовался.       С этой дьявольской ухмылкой я развернулась в сторону парня, который вдруг осмелился подцепить такую, как я. Многие обычно знают, что у них просто нет шансов, поэтому и не лезут. Но каково же было моё удивление, когда перед собой я увидела свой ночной кошмар. Николай Александрович.       Чертов мент, в кабинете которого я бываю каждую неделю за свои грёбаные «проступки». Чёрт, и чё мне делать теперь?! Ну всё, Крис, с этого дня я ненавижу тебя ещё больше, чем раньше.       — Подольская, — он вздохнул, убирая с моего плеча руку. — Так и знал, что мне не показалось. И когда же тебе успело исполниться восемнадцать, раз шляешься в такое время еще и по таким злачным местам?       — Да прям сегодня, капитан, — на веселе и с чуть заплетающимся языком промямлила я и вцепилась в воротник футболки мужчины, притягивая его к себе и целуя.       Он от такой наглости чуть опешил, но на моё удивление не оттолкнул, а наоборот слегка приобнял за талию и стал отвечать. Теперь была моя очередь впадать в недоумение. Буквально через секунду я взяла себя в руки и, прекратив поцелуй, отошла от симпатичного полицейского на пару шагов.       — Вы о-о-очень приятная компания, кэп, и мастерски целуетесь, но меня ждут друзья, — я растрепала его темно-русые волосы и, заигрывающе подмигнув, развернулась на каблуках, произнося напоследок свою фирменную конкретно для этого человека фразу: — Чао-какао, капитан.       Но уйти мне не дали. Мужчина поймал меня за руку в тот момент, когда я сделала первый шаг в сторону нашего столика, и развернул обратно. Его серые глаза изучающим взглядом прошлись по моим ногам и я почему-то впервые в жизни пожалела, что надела что-то открытое.       Нет, это не был наряд проститутки с трассы, в котором я пришла в университет в пятницу, но платье было достаточно коротким, чтобы у любого парня в этом клубе на меня встал, а в сочетании с длинными каблуками я вообще считала себя секс-богиней. Ну да, моё чсв немного завышено, и что с того?       — Ты же знала, что несовершеннолетним незаконно посещать ночные заведения?       — Пока полиции нет – всё законно! — перекрикивая музыку, я весело рассмеялась и забрала свою руку из хватки мужчины. Он улыбнулся и подошёл на пару шагов ближе ко мне, склоняясь к самому уху.       — Но полиция уже здесь, милая, — он чуть отстранился, заглядывая в мои глаза и я сразу же поняла, что не одна здесь выпила пару лишних бокалов.       — Какая жалость, — наигранно протянула я, приближая своё лицо к его до того момента, пока наши губы не остались всего в нескольких миллиметрах друг от друга. — Наденете на меня наручники?       — И сниму это чёртово платье, — на одном выдохе произнес он и припал к моим губам. Кажется, сегодня не он моя жертва, а я – его.