Dark days

      Накала шла, нервно побивая себя хвостом по бокам и постоянно гневно оглядываясь на Джаури, что шёл за ней вслед, виновато понурив голову. Сахиджи шёл рядом с ними, с сочувствием глядя на принца. Не поздоровится же ему! А зная гнев Накалы, так и вовсе можно распрощаться с бедолагой провинившимся Джаури. Но Сахиджи, да и сам Джаури, надеялись, что сегодня младшему принцу повезёт, и помимо жесткого выговора Накала не использует свою тяжелую лапу…       Остановившись на поляне около Скалы Предков, залитой лунным светом, Накала со злобой посмотрела на Джаури, после чего, чуть мягче, проговорила:  — Сахиджи, можешь идти. Я должна поговорить со своим братом наедине.       Джаури умоляюще взглянул на Сахиджи, его глаза так и кричали: «Не бросай меня здесь с ней!». Но, увы, Сахиджи ничем не мог ему помочь. Лишь с сочувствием покивав принцу, он поспешил удалиться к Скале Предков, дабы самому ещё больше не разгневать Накалу и не усугубить ситуацию для бедняги Джаури.       Накала ещё долго молчала, не в силах что-либо сказать. Она лишь долго, с прищуром смотрела на брата, желая расколоть этот орешек, который никак не раскалывался. Джаури уверенно смотрел на сестру, хотя это давалось ему с большим трудом, ведь выжигающие всё на своём пути глаза Накалы, полные зла и возмущения, пугали любого, даже огромного крокодила, жившего в водопое. А ему предстоит пережить этот взгляд, так ещё и вести диалог с сестрой…       Накала нервно зарычала, наконец-то вымолвив:  — Объяснения. Быстро.       Джаури вздохнул, закатив глаза. Если он скажет правду, то от него уж точно даже мокрого места не останется. С другой стороны — солжет, то Накала это уж точно поймёт, тем более он не знал, какую часть из их с Милимой разговора она слышала. Поэтому он скажет правду, но не всю. Идеальный план. Голубоглазый, гордо распрямившись, вымолвил:  — Я помогал старейшине прайда Пустынных Долин не умереть от обезвоживания.       Накала тяжело вздохнула, потупив взгляд в пол. Вот и что с ним делать? Львица взглянула на брата взглядом, который доселе был ему незнаком: то ли волнение, то ли гнев, то ли горесть прошлого выражал этот полный разочарования и сожаления взгляд. Зеленоглазая процедила:  — Ты ведь ходил туда не только для этого, да? — Джаури продолжал смотреть на неё немигающе взглядом, после чего еле заметно кивнул. Принцесса судорожно вздохнула, буркнув: — Та львица, всё дело в ней…  — Милима не виновата! — неожиданно для самого себя рявкнул Джаури, встав и посмотрев на сестру, впервые снизу вверх. Откуда столько злобы и готовности заступиться? Откуда это желание защитить, невиданно скорое колочение сердца? Отчего? Такого раньше не было… помолчав, лев наконец продолжил: — Она просто хочет помочь своему прайду. А я дурак, вот и всё.       Накала горестно усмехнулась, фыркнув:  — Значит, ты это признаёшь?       Джаури молчал. Долго молчал, глядя в зелёные глаза сестры. Сказать, или нет? Съязвить, или сказать правду? Арх… как же так! Почему же так сложно! Встрепенувшись, лев наконец вымолвил:  — Что я должен признать?       Накала усмехнулась. То ли от горя, то ли от недоумения, но последовавшие слова ошарашили принца.  — Ты её любишь?       Джаури задумчиво отвёл взгляд, смотря на звёздное небо, располагавшееся прямо над ним… любит? В каком смысле любит? Как подругу? Как хорошую львицу? Или именно так, под чем чаще всего подразумевают слово любить. «Люблю ли я её?» — задал вопрос сам себе лев, изумленно поняв смысл тех необычайных изменений, которые происходили, когда он был рядом с ней. Бешено стучащее сердце, в кои-то веки уходящее хамство, и непреодолимое желание всё время быть рядом и долго, не отрываясь, смотреть в её карие глаза… это была любовь. Не хотелось врать самому себе, но это так. Странное чувство, наполнявшее его вот уже который день с головы до кончиков пят. Любовь, и врать здесь бесполезно, это было безнадежно. Взглянув на Накалу полными уверенности глазами, Джаури громко ответил:  — Да, это так. Я её люблю.       Накала удивленно взглянула на брата, у неё буквально отвисла челюсть. Она ожидала любого ответа: будь то очередная язвительная отмазка, или оскорбление, либо же просто перевод темы. Чёрт, да она бы с большей вероятностью поверила, если бы он рассказал о том, что видел на границе страуса, стоящего на носороге, поющих песню в честь короля и королевы Земель Древа Жизни! Но не это! Не правду она ожидала, даже скорее хотела слышать. Она удивленно вскинула брови, переспрашивая, мол, правда ли это, надеясь на то, что брат засмеётся и вновь укорит её в глупости. Но Джаури смотрел на неё совершенно спокойно, совершенно уверенно, словно хотел рассказать об этом давно. Бурая тяжело вздохнула.  — Ты совершаешь очень большую ошибку, Джаури… — в её голосе не было былого гнева, лишь скорбь и печаль, которые взялись из неоткуда. Принц ожидал совсем другой реакции, как минимум, скандала, но его не последовало. Голубоглазый фыркнул, с презрением протянув:  — Тебе-то откуда знать… — шоколадный со злобой шлепнул себя хвостом по боку, начав нервно ходить из стороны в сторону. Его переполняли небывалый гнев и ярость, лев процедил: — Ты не можешь знать какого сейчас мне. Ты не знаешь, что значит жить с грузом на сердце, а именно осознанием того, что твоя единственная любовь может умереть уже завтра, просто оттого, что не хватает воды! Просто оттого, что эти предки витают на облаках и не могут послать им хоть каплю дождя! — лев зарычал, сдерживая очередной порыв гнева, но тут он вновь продолжил: — Ты не знаешь, какого это, скучать ночами, лёжа в пещере в одиночестве, когда рядом нет той, за которую готов отдать жизнь. Тебе неизвестно чувство, когда ты идёшь вопреки закону! Ты не знаешь, не знаешь, не знаешь!  — Заткнись! — рявкнула Накала, на её глаза навернулись слёзы. Брат и сестра ещё долго стояли, глядя друг на друга полными отчаяния глазами. Джаури не понимал, не знал, почему эти слова приносят Накале боль. Она ведь всего этого не знала. Спустя роковое молчание, принц подавленно выдавил:  — У вас с Сахиджи всё и всегда было хорошо. Вы можете быть рядом и никто не против: ни закон, ни наши родители. Ты не можешь знать, что я чувствую.  — А ты не можешь знать, что я пережила. — процедила Накала, уже спокойнее глядя на брата. Её лицо стало каменным, холодным и безразличным, словно совсем потеряло чувства. Пугающий ледяной взгляд изумрудных глаз до мурашек пугал. Джаури осторожно сделал шаг к сестре, вполголоса пролепетав:  — Я могу узнать, если ты мне расскажешь. Даже если так, то ты меня понимаешь, как никто другой!       Накала тяжело вздохнула.  — Понимаю. И знаю, чем это кончается. — принцесса с болью стиснула зубы. — Я была дурой, точно такой же, каким дураком ты являешься сейчас. Подумала, что влюблена, подумала, что он влюблён. А он… — зеленоглазая горько зарычала. — А он вонзает когти в спину, бросая в одиночестве, и не появляясь много лет. И ты мучаешься, утопаешь в догадках: жив ли, мёртв? Любит ли, или нагло пользовался? Стоило ли оно того? А любовь уходит, гаснет, как луч надежды. Но вскоре вспыхивает искра любви, новая, настоящая, которая уже не затухает.       Львы стояли в молчании, с грустью глядя на звёзды. Накала роняла одинокие слёзы, катившиеся по её щекам. Джаури лишь с грустью вздыхал, понимая: сестра была права. Подобное до добра не доведёт… «Но что, если чувства живы?» — пронеслось в голове у принца. — «Что, если так случается далеко не всегда?» Голубоглазый вздохнул, протянув:  — Спасибо, что рассказала. Но я боюсь, что ты ошибаешься в этом, сестра. — его глаза сверкнули надеждой. — В сказках конец обязательно счастливый. И у нас с ней он будет.       С этими словами принц встал, направившись в сторону Скалы Предков, которая была совсем недалеко. Накала проводила его грустным взглядом вслед, после чего тяжело вздохнула, опустившись на землю и подняв голову к звездному небу: где-то там, на звёздах, живут духи великих королей прошлого… Но даже они не могут помочь её брату понять столь простые вещи.       Безнадежно встав, львица поплелась к Скале Предков, чтобы набраться сил перед завтрашней встречей с гостями.

***

      Солнце взошло над горизонтом, успев подняться уже довольно высоко и стремительно близясь к зениту. Кучерявые облака плыли по небу, приятно разбавляя голубизну лазурного неба нежным, а иногда и сконцентрированным белым цветом. Саванна начала оживать: стада травоядных вышли на поиски пропитания, а именно молодых побегов травы, птицы вовсю летали по небу, ловя насекомых, прежде чем наступит невыносимая жара к середине дня. Королевская семья львов направлялась к границам… их было семеро. Король, королева, два принца, принцесса и её возлюбленный, а также племянница короля. Все они шли вперёд, друг за другом, иногда перешёптываясь и переглядываясь, с надеждой смотря вдаль: а что, если там мелькнёт знакомый силуэт? Было бы здорово!       Накала шла задумчивой и серьезной, глядя вперёд, словно не видя пред собой ничего, кроме собственных мыслей. Рэмбо беспокоило состояние сестры, Сахиджи тоже, но все попыткам поговорить с Накалой не помогали, ибо она лишь натягивала маску улыбки, говоря, что всё нормально. Джаури же находился в точно таком же настроении, как и его сестра. Лишь Витани радостно скакала около дяди с тетей, задавая вот уже, наверное, сотый по счету вопрос. Но Кову и Киара терпеливо давали ответ на каждый, а у золотистой их появлялось с каждым разом всё больше.       Рэмбо, удручённый плохим настроением Накалы, решил подбодрить сестру и узнать, в чём дело. Красногривый, спешно оббежав стоявших справа от него Джаури и Сахиджи, приблизился к сестре, вполголоса прошептав ей на ухо:  — Эй, Накала, можем поговорить?       Зеленоглазая резко обернулась и, увидев два с детства знакомых карминовых глаза, тяжело вздохнула.  — Если ты насчёт моего состояния: всё нормально, Рэмбо. Я просто немного скучаю… — бурая замялась, ища отговорку. — По тёте. Я вновь вспоминала её всю прошлую ночь…  — Ах… так вот, в чем дело… — недоверчиво пробормотал Рэмбо, прекрасно понимая — сестра лишь ищет способ отвязаться от него. Не то, чтобы он не скучал по тёте — просто уже давно отпустил, да и Накала тоже. Неужели появление Витани младшей так сильно её потрясло? На вряд ли. Нужно было узнать истинную причину. Будущий король заглянул в изумрудные глаза сестры, ласково пролепетав: — Я же знаю, что это ложь, Накала. Расскажи правду. Обещаю, я никому не скажу!       Принцесса неуверенно взглянула на золотистого, проронив:  — Точно?       Красногривый уверенно кивнул.  — Клянусь!       Накала лишь вздохнула, отвернувшись и глядя на голубеющее над ними небо. Ещё нужно было подобрать слова… как объяснить брату, что вчерашний разговор с Джаури (об этом тоже нужно было как-то сказать) разбудил в ней воспоминания о старом друге? Да и вообще, вспомнит ли, и что подумает? Она ведь не любила его, любила тогда, но не сейчас. Сейчас — ненавидела, и мечтала задать вопрос: «Где ты, чёрт возьми, пропадал?!» Но такой возможности не было. Вдохнув воздуха, Накала начала:  — Дело в том, что вчера мы с Сахиджи забрали Джаури с границы между прайдом Пустынных Долин и Землями Прайда. Он там общался со львицей из их прайда… — бурая замялась, пытаясь припомнить имя, и ей это удалось. — Её звали Милима. Так вот, когда я проводила воспитательную беседу с Джаури, он признался, что… в общем… любит её. — Накала перехватилась дыхание. Рэмбо ошарашено глядел на неё, не веря услышанному. Но сестра и не думала останавливаться, продолжая: — Я не кричала, я лишь в отчаянии умоляла его не совершать этой ошибки, не любить того, с кем не можешь быть. Ведь сама знала эту боль. В общем… я… — принцесса сглотнула, вполголоса прошептав: — Я вспомнила Амбера. И ещё раз убедилась в том, что ненавижу его за то, что он ушёл. Может, умер… неважно. Его уже нет, он в прошлом.  — Вот только теперь воспоминания гложут тебя в настоящем… — подытожил Рэмбо, Накала с грустью кивнула. Золотистый прижался к сестре, улыбчиво протянув: — Э-эй, сестричка, всё будет хорошо. Это всё уже в прошлом, ты же сама сказала. У тебя есть Сахиджи, который готов поддержать и защитить, я, Джаури, Витани, мама, папа… зачем тебе эти дурацкие воспоминания, которые приносят только боль, терзая сердце на части?  — Незачем… — грустно усмехнулась Накала, благодарно лизнув брата в лоб. — Спасибо тебе, Рэмбо, ты меня очень выручил… ещё раз спасибо!  — Да не за что! — усмехнулся Рэмбо, после чего львы, уже в молчании, но с улыбками на мордах продолжили путь.       Джаури с презрением смотрел на окружающую его семью: все были рады приходу гостей-родственников… где же его радость? Голубоглазый нервно посмотрел на солнце, оно совсем скоро взойдёт к зениту. Милима будет его ждать… а ведь еще нужно будет успеть принести воды! Арх, эти родственники всегда так не вовремя! Ладно, встретит, и быстро побежит к Милиме, вчерашний разговор с Накалой только ещё раз убедил его в том, что чувства к кареглазой красотке крепнут с каждым днём. Он смиренно продолжил идти вперёд, даже не пытаясь притворяться, что всё нормально.       Но тут, спереди донёсся радостный возглас королевы:  — Они здесь, они идут!       Накала тут же радостно побежала вперёд вместе с Рэмбо, вырвавшись к гостям даже быстрее родителей. Король и королева пытались не отставать, сохраняя былое достоинство, но улыбки на мордашках скрыть было невозможно. Витани побежала вслед за двоюродными братом и сестрой, радостно взвизгнув:  — Ура-а-а! Догонялки!  — Это не догонялки, — усмехнулся Рэмбо, чуть сбавив ход, дабы пояснить. — Это — встреча старых друзей.  — Да? — чуть разочарованно опустила уши Витани, вздохнув. — Эх, а лучше бы догонялки…       «Какие догонялки в почти 3 года?» — удивилась Накала, но вслух говорить ничего не стала, ведь впереди показалась радостная мордашка её сестры.  — Ананда! — закричала Накала, несясь навстречу принцессе Земель Древа Жизни. Крупная, массивно сложённая принцесса дальних земель небывало похорошела. Её бурая шубка с золотым отливом стала жёсткой, но искрилась на солнце, вишнёво-алый кончик хвоста чуть подрагивал от волнения и радости, а зелено-карминовые глаза искрились от счастья. Стройное тело и мощные лапы, а также красующаяся метка Земель Древа Жизни на плече… она была прекрасна. Добежав друг до друга, сестры крепко обнялись, оценивающе смотря каждая на свою сестру. Они обе изменились за эти долгие годы, лишь глаза оставались прежними, как и былой нрав. Ананда, высоко подняв уши, радостно воскликнула:  — Накала! Сестрёнка, как я рада тебя видеть!  — Ты бы знала, как я рада! — продолжала улыбаться Накала, не смея отпустить сестру ни на шаг от себя. Каким прекрасным было то самое чувство, когда ты вновь видишь того, кого так долго мечтал увидеть. Вот уже на всех порах поднесся и Рэмбо, золотистый стал явно крупнее своей двоюродной сестры, но не намного. Да и в целом Ананда была побольше любой среднестатистической львицы — гены, ничего не поделать. Тут же вслед за принцем подбежал и Сахиджи. Красногривый усмехнулся:  — Вау, как ты выросла! Не думал, что за такую красотку меня хотели в детстве отдать замуж!       Четверо львов посмеялись, но раздался недовольный, бурчащий голос и взгляд голубых глаз прямо в спину:  — В смысле замуж? Она же твоя сестра! Сами же говорили…       Взор всех четырёх львов устремился на выскочку-льва, Накала тяжело вздохнула, закатив глаза, Рэмбо усмехнулся. Лишь Ананда с интересом разглядывала подростка, вглядываясь в его очертания мордашки и на шикарную светлую гриву. По крайней мере, Джаури хотел так думать. Ананда сделала шаг вперёд, видимо, совсем не обидевшись на льва, после чего вопросительно сказала:  — Ты же Джаури, да? Младший брат Рэмбо и Накалы?  — Да. — уверенно кивнул голубоглазый, усмехнувшись. — А что, восхищена моей красотой? Рада, что у тебя есть такой замечательный двоюродный брат, да?  — Нет, — язвительно улыбнулась Ананда, Джаури удивленно вскинул брови. Что ещё за наглость? Да как она смеет?! Не успел он вставить и слова, как принцесса Древа Жизни продолжила: — Хотела поглядеть, кого предстоит учить моему отцу. Сочувствую тебе, мой дорогой. Без ума — очень плохо… ну а ещё и с завышенной самооценкой — тоже.       Джаури удивленно наблюдал, как ловкие колкие уловки вылетали из уст его двоюродной сестры. Неужели нашёлся достойный соперник? В кои-то веки? Это было весьма удивительно. Бурый усмехнулся, протянув:  — Мне тоже приятно познакомиться с тобой.       Ананда усмешливо закатила глаза. Тут же все четверо повернулись в сторону четырёх, наконец-то встретившихся, правителей. Киара и Кову радостно приветствовали Кайона и Рани, переговариваясь и ликующе перешёптываясь. Позади правителей Древа Жизни стояла разношёрстная команда зверей: медоед, два гепарда, бегемот, орёл и цапля. Джаури сразу же смекнул, что это и был тот самый отряд хранителей Кайона, рисунки которых он видел в баобабе Раффики. Принц усмехнулся. Что же это за львиная гвардия, в которой лишь один Лев? И это они его собираются учить? Голубоглазый очень сомневался, что это чем-то поможет. Вот если бы Аскари, предводитель самой первой львиной гвардии, тогда — другое дело. Но, увы, придётся довольствоваться тем, что есть. Принц нервно взглянул на солнце, что стремительно шло всё ближе к зениту. Ах, только бы успеть! Так не хотелось подводить Милиму…       Витани, боязливо поглядывая на незнакомцев, стояла в стороне ото всех. Львица была весьма пугливой: осторожно смотрела на Кайона, поражавшего своими размерами, мощью, и величием. Эти лев и две львицы были теми самыми незнакомцами, с которыми её отец говорил не вступать в разговор. Накала подошла к золотистой сестре, подбадривающе толкнув её носом в бок:  — Эй, не бойся! Они — наши друзья, а значит и твои тоже!  — П-Правда? — неуверенно выдавила Витани, чуть улыбнувшись. Накала коротко кивнула. Львица с фиолетовыми глазами приподняла уши, пойдя вперёд навстречу Ананде, пускай по-прежнему неуверенно. Распрямившись, Витани громко поприветствовала львицу:  — Здравствуй! Меня зовут Витани, я племянница короля Кову!       Ананда удивленно взглянула на Накалу, та лишь тихонько хихикнула. Она ведь ещё не рассказала принцессе Земель Древа Жизни о произошедшем и была рада видеть эту удивлённую моську. Сглотнув, дочь Кайона уверенно ответила:  — Добрый день, Витани. Рада познакомиться. Мое имя — Ананда, и я старшая принцесса Земель Древа Жизни, дочь короля Кайона.       Львицы кивнули друг другу, после чего пошли в сторону стоявших Джаури и Рэмбо. Но тут к голубоглазому льву подошёл Кайон. Красногривый король приветливо улыбнулся своему племяннику:  — Приветствую тебя, принц Джаури. Моё имя…  — Да, да, король Кайон… — тяжело вздохнул принц, закатив глаза. — Я знаю, кто ты и зачем ты здесь. Не нужно констатировать всем и так известные факты.  — Вот как. — удивленно вскинул брови Кайон, устремив недоумевающий взор на сестру и её супруга. Король и королева Земель Прайда неловко улыбнулись, красногривый тяжело вздохнул, продолжив: — Хорошо. Раз так, значит не стоит тянуть и мы уже сегодня начнём нашу тренировку.       «Вот чёрт…» — подумал про себя Джаури, закусив губу. — «Надо их как-то отвлечь от меня»  — Что вы, ваше величество! — натянул маску улыбки принц, почтительно кивнув королю Древа Жизни и подойдя ближе к королеве. — Вы наверняка очень устали после долгого перехода к Землям Прайда… вам просто необходим отдых! Мы обо всём позаботимся!       Кайон хотел было ответить, но в разговор вступила Рани. Львица, ласково потеревшись о золотистый бок мужа, пролепетала:  — Милый, нам и впрямь нужен отдых.  — Да, позанимаетесь завтра. — подтвердила подошедшая к гостям Киара, улыбчиво кивнув Джаури. Голубоглазый принц с облегчением выдохнул: мама была на его стороне, пускай и не знала об этом. Кайон задумчиво скорчил брови, после чего со вздохом кивнул:  — Ладно, вы правы. Не стоит волноваться ни о Землях Древа, ни о наших занятиях. Ещё всё успеем.  — Это точно, — кивнул Кову, подошедший к правителям. Львы улыбнулись, после чего все вместе отправились к Скале Предков.       Киара окинула взглядом шедших за львами хранителей Земель Древа. Львица настороженно спросила, глядя на брата и его супругу:  — Хранители пришли сюда, вы — тоже. Кто остался на защите Земель Древа Жизни?  — Ночной Прайд, Тули и её львицы, — пояснила Рани, успокаивающе глядя на Киару. Та недоумевающе вскинула бровь:  — Тули? Что ещё за Тули? — в голове королевы промелькнула мысль о том, что это — остатки прайда Гордости, но подобное пришлось исключить, ибо Нала с её отщепенками все ещё бродила где-то в Аутлэнде… Рани ответила:  — Это львица и её остатки прайда. Им очень повезло наткнуться на нас на обратном пути с Земель Прайда после нашего первого визита, ибо они планировали идти к Древу Жизни по четырём звёздам.  — Что невозможно, ибо эта звезда может привести к Древу Жизни только в пустыне, около скал перед тундрой. — пояснил Кайон. Рани благодарно кивнула супругу, продолжив:  — Так вот, они рассказали, что ушли от своей мстительной предводительницы искать новой жизни на Землях Древа, ушли, чтобы искупить вину за пролитую кровь себе подобных. Им повезло встретить нас. Они искренне извинились за то, что напали на нас тогда, пояснив, что это всё по приказу Налы. Мы с Кайоном решили дать им шанс.       Красногривый улыбчиво кивнул:  — И теперь они почетные участницы Ночного Прайда.       Киара вздохнула, улыбнувшись, и взглянув на своего брата:  — Ты же сразу понял, что они из прайда нашего отца?  — Ну конечно! — кивнул Кайон, усмехнувшись и закатив глаза. — Я не мог не узнать тех, кто нас растил.       Брат и сестра ещё раз обнялись, обменявшись радостными взглядами, после чего всё собравшееся вновь семейство направилось к Скале Предков. Как хорошо, что они снова вместе, снова рядом… как хорошо, что всё так складывается.       Незаметно для остальных Джаури покинул общую толпу, скрывшись в высокой траве прямо в тот момент, когда королевские семьи стали подходить к Скале Предков. Сегодня он не пропустит встречи с Милимой… особенно теперь, когда наконец-то всё понял. Понял свои чувства к ней.

***

      Закат. Заходившее за горизонт солнце одаривало саванну своими последними тёплыми лучами, прежде чем скрыться за горизонтом на всю ночь.       Накала, Сахиджи и Ананда шли вдоль границы с бывшим Чужеземьем, то есть теперь прайдом Пустынных Долин… Накала с улыбкой и смешком слушала рассказы Ананды, иногда прижимаясь к шедшему рядом Сахиджи. Львы наслаждались компанией друг друга. Да, сейчас их было трое, — Рэмбо был на уроке правления вместе со своим отцом, — но это никак не сбавляло радости события. Было приятно вновь общаться друг с другом после долгой мучительной разлуки.       Сахиджи ни на шаг не отходил от Накалы, постоянно подтверждая её слова, чем бы они ни были. Ананда лишь умилялась сестре и её возлюбленному, постоянно повторяя, что они — прекрасная пара.  — Вы такие милые, — в очередной раз повторила она, улыбаясь и закатывая глаза. — Я тут же вспоминаю своего Шинди…  — Оу! — радостно воскликнула Накала, ухмыльнувшись: — Что за Шинди?  — Да, кто он такой, раз смог пленить сердце нашей Ананды? — ехидно улыбнулся Сахиджи. Принцесса закатила глаза, с любовью начав:  — Ну… это мой возлюбленный. Будущий король Древа Жизни… он такой смелый, сильный, отважный, а ещё тот романтик. А его глаза… ух, такие красивые, такие глубокие и проницательные! В общем, мой идеал! Как жаль, что он остался на Землях Древа за главного. Как сказал мой отец: «Пусть будущий король готовится к новой роли!»       Накала хихикнула, с усмешкой протянув:  — Я уже мечтаю познакомиться с этим Шинди! Он и впрямь победитель, раз смог добиться твоей взаимности! Так ещё и признания твоего отца…       Ананда смущенно отмахнулась, неловко отведя взгляд, после чего с улыбкой протянула:  — Видимо, Сахиджи тоже победитель, раз смог добиться твоей взаимности и признания твоих родителей!       Медный Лев гордо распушился, вздёрнув голову, Накала усмешливо лизнула его в нос. Синеглазый довольно заурчал, прижавшись к возлюбленной, Ананда вновь расплылась в улыбке. Но тут она подняла уши торчком, ощетинившись и оскалившись:  — Вы это слышали?! — вполголоса прошептала она, Накала не поняла, о чем говорит сестра, но когда этот звук, — хруст и тихие шаги с громким дыханием, — раздался снова, она тоже приняла боевую стойку, безмолвно кивнув сестре. Львы встали кругом, стоя спиной друг к другу, тем самым готовясь, если что, защищаться. Сахиджи тихо зарычал, вполголоса протянув:  — Возможно, это патруль прайда Пустынных Долин. Мы же сейчас около их территорий…  — Сомневаюсь, — фыркнула Накала. — Отец говорил, что они до восхода луны и носа из своих убежищ не высовывают.  — Мудро, если ты живешь в пустынях… — умозаключила Ананда, после чего насторожилась. — Но тогда кто это может быть?       Львы переглянулись, лишь пожав плечами. Накала после недолгих раздумий предложила:  — Давайте разделимся и найдём источник звука.  — Я за. — кивнула Ананда, Сахиджи задумался, после чего вздохнул:  — Да, хорошая идея. Главное далеко не отходить друг от друга, чтобы, если что, суметь защититься.  — Хорошо. — дала знак Накала, после чего трое львов, держась ближе земли, разошлись по разным сторонам.       Накала шла по сухой траве, чувствуя лапами её покалывающие кончики на своих мягких подушечках. Хруст продолжался, с каждым разом становясь всё сильнее… всё-таки выслеживать она умела, поэтому уверенно шла вперёд. Как вдруг услышала, что за её спиной кто-то сделал шаг. Львица обернулась, оскалившись, когда увидела скрывавшийся под высокой травой силуэт льва. Она тихо зарычала. Незнакомец долго стоял, молчал, словно ничего не мог сказать, будто оглядывал стоявшую перед ним львицу. Сквозь траву Накала лишь смогла увидеть два сиявших оливковых глаза и отдельными кусками янтарную шерсть, поблёскивавшую в закатных лучах солнца, а также молочно-шоколадную гриву. И вот, этот лев наконец проронил:  — Да уж, принцессе Земель Прайда не стоило заходить так далеко от своего дома…       Накала зарычала, услышав эту фразу, но потом нечто вновь промелькнуло в её сознании. Нечто знакомое, что-что, что было очень давно, свершилось когда-то. Но тут до неё дошло. Округлив глаза, львица, не веря в происходящее, дрожащим голосом проронила:  — Амбер?       Лев лишь кивнул, сделав шаг вперёд. Янтарная шерсть, мощное, мускулистое, но исхудавшее тело, грива, развевающаяся на слабом ветру и знакомые оливковые глаза, сиявшие в свете закатного солнца. Это был он. Он вернулся. Но в душе бушевала настоящая буря…