Dark days

      Рассвет. Солнце только поднялось над горизонтом, озарив саванну тёплыми утренними лучами, и раскрасив мрачную атмосферу ночи в тёплые краски. Скала предков была в своём привычном великолепии: могущественная и величественная, озарённая самыми первыми рассветными лучами, она извещала всей саванне о наступлении нового дня. Прайд львов, верных и доблестных защитников своих земель, уже был на лапах.       Король Кову сидел на самом краю Скалы Предков, глядя на своё просыпающееся королевство: всё было таким мирным и радостным, таким прекрасным и безмятежным, таким, каким он и представлял себе давным-давно, в детстве, но он не знал, что для достижения этой цели придётся убить отца той, что стала для него любовью и смыслом всей его жизни… но теперь всё было хорошо, все были счастливы, все, наконец, были вместе. Вот, теперь он сидит на этой скале, истинный, признанный, уважаемый король, а рядом — его любимая семья. Все были вместе, все были рядом, кроме одного…       Киара и Накала, взволнованно оглядываясь по сторонам. стояли чуть со спины от Кову, иногда обмениваясь взглядами или краткими фразами. Дочь и мать выглядели напуганными и нервными, словно что-то было не так: и это было истинной правдой.       Принц Рэмбо не появлялся на скале с самого вечера, он не провёл ночи здесь, а вновь бесследно, надолго исчез, никому ничего не сказав. Это расстраивало весь прайд, особенно короля, отца ветренного сына…       Киара, тяжело вздыхая, подошла к супругу, ласково положив голову ему на плечо. Кову сразу же заметил знак внимания со стороны возлюбленной, постаравшись выдавить на лице улыбку, дабы она за него не переживала так сильно. Но королева переживала. Она села около короля, потеревшись о его мордашку, на что лев ответил поцелуем ей в носик. Львица вздохнула, с грустью проронив:  — Ты в порядке?  — В полном. — со вздохом ответил Кову, вновь посмотрев на восходящее вдали солнце, опустив взгляд к каменному полу. Где же Рэмбо? Куда он мог подеваться? А главное — зачем?.. Все эти вопросы крайне волновали короля, он мечтал только об одном — поскорее бы его любимый сын вернулся.       Киара ласково взглянула на него, прошептав:  — Нет, ты не в порядке. — королева лизнула супруга в лоб, после чего заглянула в его изумрудные глаза: — С ним всё будет хорошо, он вернётся, нужно просто дать ему время…  — А что, если не вернётся? — взволнованно спросил Кову, встав и нервно начав ходить взад-вперёд по пологому склону. Он очень любил своих детей, и старшего сына в том числе, Рэмбо всегда любил свой дом, так что зачем ему сбегать, так ещё и будучи с титулом будущего короля? — Нет, здесь точно что-то не то, с ним что-то случилось… я не могу понять, что именно! — лев неожиданно закашлялся, пытаясь тяжело, болезненно набирать в грудь воздух, что получалось у него не очень хорошо. Киара, уже привыкшая к подобным приступам мужа — такое происходило вот уже пару дней подряд, — лишь с горестью глядела на него, ведь знала, что тут ничем не сможет помочь. Сразу же после первого приступа короля отвели к Раффики, он деловито пояснил, что это — весьма опасная болезнь, ослабляющая организм, но благодаря регулярному приему трав через некоторое время Кову сможет полностью восстановиться. Только вот когда это время наступит… Ещё болезнь не была заразной, так что вся королевская семья продолжала легко общаться с больным.       Наконец-то король перестал кашлять и, всё ещё ослабленный, тихонько выдавил:  — Я… я должен его разыскать. Отправлюсь в утренний обход главных мест Земель Прайда и всех животных расспрошу по пути насчёт Рэмбо… — он вновь встал, закашлявшись, но в этот раз приступ не был столь долгим. К королю тут же подбежала Накала, дочка подставила отцу плечо и когда тот наконец-то взглянул на неё, львица строго проговорила:  — Нет, отец, ты никуда не пойдёшь. Раффики сказал, что тебе нужен отдых. — грустный взгляд льва ранил львицу в сердце, но она не могла иначе. Смягчившись, Накала чуть ласковее добавила: — Мы с Анандой и Вит сами отправимся в утренний обход. Это будет особенно полезно для Витани, сможет получше узнать наши земли.       Кову с облегчением выдохнул, благодарно кивнув дочери:  — Спасибо, Накала… — после этого король насторожился, хмуро добавив: — Но кто же тогда займётся поисками Рэмбо?  — Каламу справится с этим лучше всех нас. — заверила отца Накала, прекрасно зная, насколько зорки все птицы, и Каламу в том числе. Она поспешно подбежала к краю Скалы Предков, около которой было расположено невысокое деревце, где было свито весьма крупное гнездо, в котором спал молодой орёл. Накала протянула лапу, осторожно пихнув пернатого по крылу — когда-то оно было изранено и искалечено, но сейчас полностью окрепло и срослось, орёл вновь мог свободно летать по саванне. От толчка львицы Каламу проснулся не сразу, поначалу он лишь сонно пробормотал:  — Рэмбо… дай ещё чуток поспать…       Накала с грустью усмехнулась, вновь толкнув пернатого, на этот раз, чуть посильнее:  — Это не Рэмбо, это Накала.  — Накала? — орёл сонно поднял голову, сквозь слипающиеся глаза посмотрев на львицу. Он тут же настороженно вздернулся, пробормотав: — А где тогда Рэмбо?  — Для этого тебя и бужу… — тяжело вздохнула принцесса, начав пояснять: — Рэмбо бесследно пропал вчера вечером, не ночевал на Скале Предков, мы все за него очень боимся: не случилось ли чего-нибудь? Ты, — она ткнула лапой в белую грудку пернатого. — Зорче любого из нас, на своих крыльях ты быстро сможешь прочесать все Земли Прайда и их окраины. Ты должен помочь нам найти Рэмбо! Прошу!       Орёл тут же стал серьёзным, расправив два темно-коричневых крыла. Он коротко кивнул Накале, проговорив:  — Я на всё готов ради друга. Вернусь, только найдя его! — с этими словами пернатый взметнулся в воздух, легко разрезая голубое небо острыми крыльями, и издав орлиный крик. В небе он был как рыба в воде, мастерски управлялся со своими крыльями, глядя на всю саванну свысока…       Накала грустным взглядом провожала его вслед, надеясь, что орёл поможет найти её брата. Когда Каламу скрылся за горизонтом, Накала, тяжело вздохнув, вернулась обратно к своему прайду, позвав за собой двух сестёр:  — Витани, Ананда, за мной.       Львицы переглянулись меж собой и вместе пошли за принцессой. Их ожидал очень долгий обход с многочисленными расспросами, лишь бы нашлись нужные ответы…

***

 — Мисс, доброе утро! Простите, вы случайно не знаете, куда мог пропасть золотистый красногривый лев возрастом с меня вчера вечером? Вы видели его? Нам очень важно знать всё-всё!       Антилопа гну с недоумением глядела на зеленоглазую принцессу, продолжая жевать подсушенную траву. Губа её двигалась медленно, всё это пережёвывалось так затянуто, словно антилопа специально тянула время. Но Накала терпеливо ждала, неловко улыбаясь. Им не только нужно было совершить обход, который сам по себе очень важен, а также расспросить всех прохожих зверей о Рэмбо — она боялась, как бы им успеть управиться хотя бы до вечера, а то такими темпами закончить можно только к ночи…       Наконец, антилопа прожевала траву, проглотив её. Она, также медленно и неспешно, ответила:  — Нет, милочка, я не видела никакого золотистого красногривого льва вчера вечером… да и ночью тоже. И сегодня утром… я спала!       Принцесса тяжело вздохнула, в принципе, и не надеясь на другой ответ. Большинство травоядных ночью спят, ведь хищники не дремлют, так что увидеть льва в ночи для них — весьма проблематично, даже если он и проходил рядом. Нужен был кто-то, способный видеть в темноте, хотя бы в позднем вечернем свете, и не спящий ночью… Задача становилась ещё труднее. Разочарованная, Накала бросила тихое:  — Спасибо за всё…       После чего направилась в сторону стоявших двоих подруг. Витани и Ананда с глазами, полными надежды, смотрели на неё, но бурая львица лишь отрицательно покачала головой:  — Опять ничего. Такими темпами мы провозимся до ночи! Надеюсь, Каламу повезёт больше, чем нам.  — Конечно, такими темпами мы ничего не найдём! — смело воскликнула Витани, кивнув головой в сторону виднеющейся вдали безграничной саванны: — Нужно искать на границах! Если Рэмбо хотел сбежать, то он сделал бы это за пределами Земель Прайда!  — Нет, — твёрдо ответила Накала. — Он не стал бы сбегать по собственной воле так надолго. Нужно поискать свидетелей среди жителей Земель Прайда, да и обход никто нам не отменял…  — Нет! — отчаянно выкрикнула Витани, встав нос к носу к сестре. — Мы будем искать Рэмбо! Он же наш брат! Эти расспросы не помогут, нужно действовать прямо сейчас! На кону, возможно, его жизнь!       Накала усмешливо посмотрела на золотистую львицу, язвительно фыркнув:  — Где же ты будешь его искать? Бегать вдоль всех Земель Прайда и кричать: «Рэмбо! Рэмбо!»?  — Может даже и так! — обиженно рявкнула Витани, умоляюще протянув: — Ему нужна помощь! А мы сидим тут, сложа лапы…  — Мы не сидим тут. — фыркнула Накала, с презрением взглянув на молодую львицу. — Мы пытаемся разумным способом помочь в поисках Рэмбо, а также помочь королю! Он доверил нам утренний обход!  — Да, но Рэмбо важнее! — продолжала настаивать Витани, свербя сестру гневным взгядом, Накала со злобой смотрела на неё в ответ. Казалось, львицы вот-вот кинутся друг на друга, и было ясно, что Накала легко одержит победу над не умеющей ни сражаться, ни охотиться сестрой. Ананда осторожно втиснулась между львицами, выкрикнув:  — Девочки не ссорь…  — Заткнись! — в один голос перебили её двое других львиц, и Ананде пришлось, с грустью опустив уши, оставить их на разборки вдвоём. Сама она принялась лишь ожидать, кто и когда друг другу уступит — подобное наверняка должно произойти совсем скоро. Ну… она на то надеялась. Накала и Витани продолжали спорить, не сбавляя градус напряжения:  — Ты львёнок! — в гневе зарычала Накала, Витани удивленно ахнула, зарычав:  — С чего же это я львёнок?!  — Потому что ты ломишься вперёд, не думая о последствиях! Все мы были такими, когда были львятами! — пробурчала Накала, надеясь, что это повлияет на её сестру. Но Витани лишь с грустью потупила взгляд в пол, отступив назад.  — Ты считаешь меня маленькой и несмышлёной, так? — спросила она, глядя на Накалу таким взглядом фиалковых глаз, что даже не усмиряемой принцессе показалось, что Витани в чем-то была права… но это бред. Накала промолчала, продолжая сверлить её взглядом зелёных глаз, но в этой битве явно побеждала золотистая. Витани разозлилась, и уже громче выкрикнула: — ТАК?! Всё так, да?! Я лишь маленький несмышлёный львёнок по твоему мнению… да все так считают в прайде! — она всхлипнула, но сдержала подкатившие слёзы. Витани развернулась к сёстрам спиной, направив свой неспешный шаг вперёд. Она остановилась, напоследок выкрикнув: — Если… заботиться о родных и близких и делать для них всё — значит быть львёнком, то да, я львёнок. И горжусь этим.       С этими словами Витани сменила ходьбу на бег, пустившись вперед, куда глаза глядят, лишь бы побыстрее убраться с этого места.       Накала лишь гневно смотрела ей вслед, и, когда львица была уже достаточно далеко, со злобой выкрикнула:  — Ну и куда ты побежала, дурочка?! Беги! Пусть тебя съедят бродяги на границах, будешь знать, как спорить со старшей сестрой!       Ананда взволнованно посмотрела на Накалу, подойдя ближе к ней, медноглазая львица тихонько выдавила:  — Может… нам стоит пойти за ней? С Витани может что-то случиться, если она окажется одна!  — Да ничего с ней не случится, — фыркнула Накала. — Сейчас сразу же побежит плакаться на Скалу Предков… она не настолько смелая, чтобы одной отправиться на поиски Рэмбо за границы Земель Прайда. — зеленоглазая принцесса вздохнула, сделав мимолетную паузу, чтобы разгрузить мозг от нахлынувших разом событий. Ананда с грустью смотрела в сторону, куда только что убежала Витани. Принцесса Древа тяжело вздохнула. Лишь бы с её, как оказалось, двоюродной сестрой не произошли неприятности. Выдохнув, бурые львицы направились вперёд, продолжать расспрос и утренний обход. Но, подходя к следующей точки назначения, Накала остановилась, потупившись.  — О, нет… — сквозь зубы процедила она, гневно свербя глазами дерева и силуэты, которого около этого самого дерева и плясали. Ананда прищурилась, закусив губу. Она поняла, отчего Накала сразу же так занервничала и разозлилась. — Амбер… — прорычала зеленоглазая принцесса, оскалившись, после чего тяжело выдохнула, приняв вид полного безразличия, и равнодушно кинула: — Пойдём, Ананда. Здесь нам точно ничем не помогут.       Ананда хотела было возразить, ведь им нужно было спросить бывших чужеземцев о Рэмбо, но потом вспомнила о своих странных чувствах по отношению к янтарному льву прошлым вечером, поэтому, дабы не предавать своей любви к Шинди, а также не выбешивать Накалу, было проще просто забыть про Амбера, как будто его нет. Да, так надо.       Львицы развернулись, приготовившись отправляться в путь, но тут, неожиданно, янтарный лев сам подошёл к ним, окликнув:  — Принцесса Накала, принцесса Ананда! Нам нужна ваша помощь!  — О, Айхью… — злобно прорычала под нос Накала, но, понимая, что сегодня они заменяли короля, всё-таки решила узнать, в чем дело. Ведь суть обхода заключалась в том, чтобы решать проблемы жителей Земель Прайда. Увы, Амбер тоже таковым являлся… постаравшись вновь натянуть безразличную маску, львица резко развернулась, направив тяжёлые шаги ко льву. Ананда, тяжело вздыхая, пустилась вслед за сестрой, дабы если что вовремя разнять молодых хищников и предотвратить драку.       Накала взглянула на Амбера, подавляя все свои эмоции, ненависть, и злобу, постаравшись спокойно (что у неё не получилось, ибо вопрос был больше похож на укоряющую насмешку) спросить:  — Что нужно?       Ананда лишь приветливо улыбнулась, пытаясь прятать взгляд. Может, удастся разобраться мирно, без переходов на личности? К Амберу, только завидев двух львиц, подбежал Киа. Пятнистый гиен с подозрением взглянул на принцесс, но ничего говорить не стал, предоставив слово янтарному льву.  — Нам нужна помощь. Сегодня утром в норе, в которой спали гиены, обвалился потолок и ее полностью засыпало землей.  — Вот как? — усмехнулась Накала, сдержанно добавив. — Мне жаль.  — Спасибо за соболезнования! — чуть улыбнулся Амбер, обрадованный тем, что Накала хотя бы не гнала его взашей. Хотя, возможно, причиной тому была важность её сегодняшнего поручения… вздохнув, янтарный лев продолжил: — В общем, нам нужна новая такая нора, с позволения его величества, конечно. Когда можно будет с ним встретиться?       Накала призадумалась: им нужен был её отец… утром он будет отсыпаться за бессонную ночь, днём отправиться на лечение к Раффики, а вот вечером сможет помочь гиенам. Львица холодно ответила:  — Сегодня вечером король будет свободен. Приходите к Скале Предков, уже там на месте решите этот вопрос.  — Огромное спасибо, принцесса Накала! — радостно воскликнул зеленоглазый, закивав, но бурая смерила его таким презрительным взглядом, что он аж вздрогнул от холода когда-то столь тёплых глаз. Он обязательно должен сделать их тёплыми, как раньше… но как?       Ананда, до этого не вмешивающаяся в разговор, подошла ближе ко львам, после чего, будто невзначай, спросила:  — Слушай, Амбер, а вы случайно не видели золотистого красногривого льва, пробегавшего рядом в районе вчерашнего позднего вечера?  — Ты имеешь ввиду вашего брата Рэмбо? — вопросительно загнул бровь Амбер и, получив кивок от обеих львиц, задумчиво ответил: — Нет, не видел. Вчера здесь вообще никто вечером не проходил, кроме пары летавших в ночи сов. Но это явно не ваш брат. — со смешком добавил он. Накала вздохнула, после чего развернулась, кинув короткое:  — Спасибо за ответ.       Ананда ещё недолго постояла, неловко улыбаясь и глядя на Амбера, но тот глядел на Накалу. Наконец, когда сестра оказалась уж больно далеко от неё, ей пришлось пойти следом за Накалой, оставив Амбера смотреть им обеим вслед.       Янтарный лев, тяжело вздыхая, проводил львицу взглядом до горизонта, и когда те были уже совсем далеко, Киа, усмешливо закатив глаза, спросил:  — Всё ещё любишь Накалу, так?  — Так… — тяжело вздохнул он, вновь посмотрев в ту сторону, где она скрылась. Ах, он отдал бы всё, лишь бы она его наконец простила! Но взрывной характер львицы и её гордость, смешанная с обидчивостью и злопамятностью давали на то очень мало шансов. Киа обречённо вздохнул:  — И в этот же момент не замечаешь, что тебя любит совсем другая львица.       Амбер вопросительно взглянул на гиену, вскинув бровь. Пятнистый едва сдерживал смех, и, поднявшись на задние лапы, со смешком потрепал шоколадную гриву льва:  — Ты конечно умный, Амбер, но в любовных делах ведёшь себя как несмышлёный львёнок.       После этого Киа поспешил удалиться к своим сородичам, оставив Амбера наедине со своими мыслями. Кого он имел ввиду? Неужели… нет! Ананда любила его? Что за глупости, это точно чушь! Как может принцесса, будущая королева Древа Жизни, влюбиться в какого-то там бродягу? Тем более, он слышал, что у неё уже есть какой-то… Шанди? Нет, Шинди. Да, точно Шинди. Зачем же ей нужен Амбер?       Но может… может она и любила его, ну, или хотя бы импонировала, но он любил только Накалу, и точка. Ему не нужна была чья-либо любовь, кроме её… или… арх, всё слишком сложно, он не знал наверняка!

***

      Тихое, сонное, позднее утро, но не для этих двоих… солнце стремительно поднималось, но они не спали всю ночь напролёт. Летели по пустынным пустошам, свободные, словно птицы, хотя видимых крыльев не было. Но эти крылья отрастали, стоило им только оказаться вдвоём, рядом, соприкоснуться тёплыми шкурами… и вот, сердца их бьются в унисон, а они «парят» над землей, два влюблённых земных идиота.       Но вот, они приземлились, но не из-за угасших чувств, а из-за того, что оба свалились с лап от усталости — бег по песчаным холмам всегда так утомлял… но любимое существо под боком придавало сил, вновь вселяло смысл всего, что сейчас происходило, хотя по сути все до этого было бессмысленно. Это для себя понял Рэмбо…       Тяжело дыша, он вновь закрывал и открывал глаза, каждый раз видя влюблённый взгляд двух темно-синих глубоких самоцветов: таких холодных, но в то же время обжигающих ярким пламенем, прекрасных, как два океана. Серебристая шерсть львицы в ярком солнечном свете казалась ему алмазной, сотканной из тысячи крупиц, заботливо свитой неведомой райской птицей.  — Вита… — прошептал он, глядя прямиком на львицу. Она взглянула на него, подползши по рассыпчатому песку ближе к нему:  — Да, Рэмбо?  — Ты прекрасна, как никогда, — протянул он, любуясь её красотой. Шелковистая серебристая шерстка, тёмно-синие глаза, и впрямь как два самоцвета, что оправдывали её имя, мягкие изгибы тела и темно-серая кисточка хвоста. Она была красива, но в то же время мускулиста. Ещё бы! Львице-путешественнице без прайда никогда нельзя расслабляться…       Вита смущённо посмотрела на него, махнув лапкой:  — Да брось, ты гораздо красивее меня… Наверняка Земли… Земли Прайда, так ты говорил? — убедилась в правоте своих догадок львица, и получив спешный кивок продолжила, подняв голову с песка и лёгши на живот, опираясь на лапы. — Наверняка Земли Прайда горды иметь такого замечательного, умного и красивого будущего короля.       Рэмбо погрустнел, отведя взгляд в сторону, дабы не видеть недоумения Виты. Но та и впрямь недоумевала. Она вопросительно взглянула на него, чуть ласковее протянув:  — Эй, разве это не так?  — Не так… — хмуро пробормотал Рэмбо, тяжело вздохнув. — Умный и замечательный — точно не про меня… я прогуливаю уроки по правлению своего отца, совершенно не слушаю советов, которые он мне безвозмездно даёт каждый день. Не бываю со своей семьей, отчего-то всегда тянет побыть одному. Разве это поведение настоящего принца, будущего короля?       Вита лизнула красногривого в щеку, с сочувствием пробормотав:  — Ох, Рэмбо, я не знала… неужели это всё из-за меня?  — Нет, что ты! — поспешил оправдаться Рэмбо, прижавшись к серебристой щеке львицы в ответ. Прикоснувшись к ней, по его телу тут же разлилось приятное будоражащее тепло, и лев, тяжело вздохнув, продолжил: — Я… я с самого детства чувствовал, что король — не совсем та судьба, которая должна была мне быть уготована. При этом я всегда безумно любил своих родителей, сестру и младшего брата, своего пернатого друга Каламу. Но меня никогда не тянуло править, и я старался лишь для того, чтобы мной гордились мама и папа… а теперь… а теперь я жалею, ведь мне так и не удалось узнать, кто же я на самом деле. А менять свою судьбу — уже слишком поздно…       Вита положила свою серебристую лапу на его лапу, посмотрев в его глаза: глубокие, задумчивые, полные печали.  — Я знаю, что ты чувствуешь, мне это знакомо. Я ведь не с рождения была путешественницей-одиночкой, когда-то я жила в таком же прайде, как и ты. Охотилась с другими львицами, подчинялась приказам короля… я никогда не чувствовала, что я на своём месте. Душа хотела совсем иного. И однажды я ушла, навсегда покинув прайд, свою семью. И только когда обрела свободу, я познала истинное счастье. Поверь мне, Рэмбо. Есть те, кому по душе жизнь в прайде, а есть те, кому нужна свобода. Я нашла своё место, может, и тебе пора?  — Я был бы рад… — тяжело вздохнул Рэмбо, печально опустив глаза. — Но я не могу разочаровать своих родителей, свой прайд, ведь все они на меня надеются. Поэтому я должен принять свою участь, и стать королём. — мрачно подытожил он. Вид его был печален, как никогда. Вита прижалась к возлюбленному, прогоняя нахлынувшую грусть своим присутствием, он не был одинок. После этого Рэмбо чуть улыбнулся, посмотрев на Виту: — Быть может, мне стало бы проще смириться со своей участью, если бы рядом со мной всегда была ты… свободная.  — Ты имеешь ввиду… стать королевой? — неуверенно спросила Вита, чуть отстранившись от льва. Рэмбо коротко кивнул. Вита нервно закусила губу, отрицательно закачав головой: — Нет… я не хочу вновь терять свободу, ведь править — значит постоянно быть на одном месте, изо дня в день переживать одну и ту же рутину. Я этого не хочу, Рэмбо, как бы сильно я тебя не любила, я больше не потеряю приобретённой когда-то свободы.       Рэмбо горестно вздохнул, ничуть не удивленный ответом возлюбленной.  — Я понимаю… — со вздохом пророкотал он. — Но я не хочу тебя терять, не хочу терять частично приобретённую свободу.  — Быть может, ты всё-таки хочешь овладеть этой свободой полностью? — вдруг проронила львица, серьёзно посмотрев на льва. Тот замолчал. Резко замолчал… наступило гложущая их обоих тишина. Неожиданно, Рэмбо встал с земли, начав с презрением оглядываться по сторонам, прислушиваться и принюхиваться. — За нами следят. — хмуро пробормотал он, Вита, закатив глаза, устало вздохнула:  — Рэмбо, ты опять пытаешься оттянуть этот разго… — но не успела она договорить, как сама заметила на своей шкуре пристальный взгляд фиолетовых глаз. В глазах Рэмбо промелькнул страх, и он, сглотнув, воскликнул, глядя в сторону следившей за ними львицы:  — Витани, Айхью тебя подери, что ты тут забыла?