Крыша

Утро Питера ощущалось болезненным похмельем. Вчера он заигрался, опьяненный успехом. Заигрался - и смело пересёк слишком много границ. Сейчас, перекатывая в руках чашку чая, сложно было простить себе такое. Зубы сводило от болезненной неловкости. Слишком откровенные прикосновения, слишком много самоуверенности в суждениях. В памяти осел пораженный взгляд Баки, когда под железной рукой оказались мягкие волосы, смех (насмешливый? ироничный?) от излишне позёрской просьбы оставить свечу. Всё это было чересчур. Впрочем, если бы был выбор, эту часть он повторил бы снова. Не добавляла радости и ночь. Она была, пожалуй, самой сложной из всех случившихся. Изо всех сил держа вырывающегося с отчаянным воем суперсолдата, Питер успел поверить, что хуже уже не будет. Баки, в какой-то момент, наконец расслабился, открыл глаза - и... тихо, в деталях, начал рассказывать о смерти Стива, переживая её снова и снова. Несколько ужасающих секунд Питер просто сидел и слушал - судя по неразборчивому бормотанию, Баки раз за разом всё глубже нырял в реальность, созданную Гидрой под его коды, чтобы выжечь любые идеи о надежде и будущем - Капитан Америка в который раз направлял самолёт вниз, чтобы разбиться, затем фантазия разворачивалась и едва найденный Стив погибал от его рук, затем приходил Танос, забирая его снова. Его и всех, кто когда либо был дорог - их забирали одного за другим, изощренно высвечивая детали, а Баки не мог даже пошевелиться, шепотом перебирая их имена, пока последние отголоски не стихали, рассыпаясь пеплом… Питер вздрогнул, услышав своё имя. Физически удерживать человека, который воюет с призраками из своей головы это одно. Что делать, когда после войны не осталось никого, он не знал. Баки лежал, немигающе глядя куда-то вдаль, едва дыша, повторяя раз за разом такие знакомые имена. Прошитые воспоминания цеплялись за него с утроенной силой, будто осознавая, что гвозди, на которых всё держится, здорово истончились. Питер чувствовал как внутри нарастает его собственная дрожь, отчаянно хотелось плакать. Он не подписывался на такое, но планировал вынести - откуда-то было ощущение, что это тот самый час, который темнее всего, но он - перед рассветом. Именно поэтому, после, утром, он даже не услышал, как Баки, выскользнув из кровати, ушел. Проснулся от второго будильника и, в полудрёме, попросил Карен отменить водителя, планируя сегодня остаться дома. Стоило собрать себя в кучу - завтра намечался его первый совет директоров. *** Ближе к полудню пришла Валентина и, пока она готовила ему невероятной монструозности сендвич, Питер, радуясь возможности потренировать русский, рассказал о новом контроллере и его возможностях для Баки. Женщину это растрогало до слез - пускай принцип работы ей был непонятен, но основная идея неимоверно впечатлила. Объяснить все детали было сложновато и разговор немного затягивался. Поэтому, в какой-то момент она, спохватившись, ласково потрепала Питера по плечу и оставила его работать, а сама, подхватив вещи, направилась к выходу, часто стуча невысокими каблуками. В следующий раз Питер поднял от ноутбука голову когда по квартире стал разноситься умопомрачительный запах свежей выпечки, а пирог с карамелизованными сливами аккуратно перекочевал из духовки на изящную тортовницу, явно только что принесенную Валентиной. Она обняла его на прощание, ещё раз промакнув платочком уголки глаз, и поставила рядом стакан со свежим лимонадом. Когда презентация была почти закончена, Питер, потягиваясь, скатился с дивана, размышляя стоит ли наконец сходить в душ - или, экономя ресурсы планеты, уже отложить это на вечер. Город за окном светился фонарями, а часы обескураживающе показывали начало десятого. Сам того не заметив, он просидел за ноутбуком весь день. В коридоре ожил лифт, выпуская кого-то в тяжёлых ботинках. Питер развернулся на звук, потягиваясь всем телом. - О, привет, парень! - От Баки пахло кофе, ветром и немного потом, волосы выбивались из хвоста заставляя своего обладателя стоически смотреть сквозь них, создавая образ “я гроза половины мира, но спасу каждого застрявшего на дереве котика”. Делиться впечатлениями он начал ещё от дверей, чего за ним обычно не водилось, - были сегодня на стрельбах и этот твой контроллер показал себя в деле по полной. Когда ты говорил, что он адаптивный, я кажется не осознавал масштабы. Привычный удар протезом в стену, по ощущениям словно кости переломало, но стоило посмотреть на руку, увидеть, что все в порядке - и боль просто ушла! Мозг калибрует ощущения, сверяясь с тем что видит... Думаю, это займет ещё какое-то время, но мелкая моторика в разы круче! - Остановившись, он пристально огляделся, - ээээмммм, а ты выходил сегодня на улицу? Питер пожал плечами, разминая затёкшие спину и шею. Потянулся, вставая на цыпочки, будто пытаясь достать руками потолок. Зевнул и чуть нервно улыбнулся: - Нет… Но насчет этого... У меня завтра….хммм… В общем, я пообещал себе, что если получится с твоей рукой, то я пойду разрабатывать следующие проекты. - Баки внимательно наблюдал: судя по тому как парень начинал частить, предстояло что-то важное и нервное, но Питер всё ещё надеялся подать его как средне-рядовое событие. - Короче, так как получилось, я написал мисс Поттс, но для моего проекта по аккумуляторам цунами нужен внушительный бюджет. Это надо проводить через совет директоров, а ближайший завтра, а потом Рождество, новый год…. Короче, следующий совет будет только в феврале - я с ума сойду от безделья и надо успеть на завтрашний. Поэтому… Послушай мою презентацию, а? Готовил тут почти весь день и голова уже не варит. Я раньше, конечно, делал доклады, но никогда перед…. - Никогда перед взрослыми людьми - поднял Баки бровь и сел на барный стул, расстегивая глухую мотоциклетную куртку. - Ок, давай. А Питер неожиданно замер не совсем понимая куда смотреть. На внутренний мандраж перед завтрашним днем накладывались воспоминания вчерашнего вечера, вызывая своеобразную интерференцию - руки так и чесались убрать выбившиеся пряди, а расслабленная и уверенная поза, из которой, тем не менее, Баки было бы удобно перетечь в боевую стойку, завораживала, оставляя стоять на месте. В воздухе вызревало молчание - нужно было продолжать начатый разговор… О чём там они? Он сглотнул и наконец отвёл глаза, доставая голопроекторы из аккуратно поставленного Валентиной рюкзака. Отвёл взгляд, собираясь с мыслями: - В общем. Я хочу рассказать, что цунами это одна из важнейших проблем человечества. И по сути это поперечная волна огромной мощности. На границе фаз - между жидкостью и газом. Но люди давным давно пользуются генераторами, получая энергию из волн. И я задумался: какими характеристиками должен обладать волногенератор, способный поглотить большую часть энергии цунами? - Питер слегка развёл руками, словно приглашая публику в дискуссию. Баки внимательно слушал, не отводя взгляда, его скинутая куртка позабыто лежала у стула, а хрупкий на вид паренёк напротив, в несуразно огромной, на несколько размеров, большей, футболке и розовых пижамных штанах, говорил о будущем. О том, что было из картинок и книг, с выставок, на которые они в детстве порой сбегали со Стивом, поглазеть на хромированные части машин, производящих чудеса. Сейчас весь этот мир просвечивал через внимательные карие глаза, звучал в чуть сбивчивой речи, потоком утягивал за собой. Цунами, кто бы мог подумать? Он дёрнул плечом, сосредотачиваясь на смысле вопроса, но Питер, не дождавшись ответа - а скорее даже не ожидая его, продолжил: - Итак, основной параметр - огромная прочность. Эти аккумуляторы, способные поглощать полученную энергию и компенсированные по принципу… Доклад был просто под завязку набит терминологией и формулами. Монструозными, в несколько строк - Питер, явно гордясь, называл их “изящным решением”. Всё это примерно один к одному было перемешано с шутками, полными отсылок к современной поп-культуре. На четвёртом за три минуты упоминании то ли Евангелиона, то ли Тихоокеанского рубежа, Баки закрыл лицо руками: - Питер, прошу тебя, давай меньше Звезд смерти. Там же не у всех есть дети-подростки. Питер оскорбленно засопел, осуждающе воззрившись на него: - Это не… Я думал, им наоборот так понятнее будет…. Баки сжал губы и зажмурился, качая головой: “без шансов”. Парень нахмурился. Перевел взгляд на презентацию… и, немного помолчав, продолжил уже медленнее, параллельно с рассказом убирая засилье картинок из комиксов. Буквально за пару минут, это был уже более чёткий рассказ о трёх намеченных этапах проекта: начальные испытания в лаборатории и искусственных бассейнах, монтирование волногенератора и прилагающихся аккумуляторов на линиях субдукции литосферных плит и, в конце концов, формирование глобальной сети энергоснабжения, позволяющей сбалансированно распределить эту мгновенно полученную энергию для всех потребителей. После сражения за еще полдюжины слайдов с формулами, которые Баки просил заменить чем-то менее пугающим, а Питер до последнего отказывался, пытаясь доказать их крайнюю необходимость, они всё же заключили перемирие. На экране оставались финальные данные с запланированным бюджетом - Баки слегка присвистнул от приблизительных расчетов стоимости и экономического эффекта. Питер же, воодушевившись проделанной работой, финализировал доклад расписывая перспективы. Это можно было слушать в пол уха, позволяя себе снова залюбоваться парнем: - … естественно, проект "Глубокая глотка" может иметь беспрецедентное воздействие на мировые рынки. Мгновенное перераспределение энергии сильно повлияет на электросети, заставляя поставщиков сильно играть с базовой нагрузкой… Баки поперхнулся свежеотрезанным куском пирога: - Какой проект?! - он старательно пытался не заржать и во все глаза смотрел на недоумевающего парня. - Ну, это ж надо было как-то назвать - Питер пожал плечами. - А что? Божепомоги. Оставаться невозмутимым дорогого стоило: хотелось то ли весело материться, то ли внезапно перекреститься, но Баки, закусив губу, нашел в себе силы лишь очень ласково заметить: - Я говорил уже,что у тебя крупные проблемы с названиями, да? - А как ты предлагаешь его назвать? - фыркнул Питер. Он считал название прикольным и очень точным. А Баки просто не хотел быть тем человеком, который откроет перед этой незамутненной душой всю ширину коннотаций этого выражения. . - ..эта штука поглощает огромное количество энергии, так что глубокая глотка вполне... Баки, с титаническим трудом сохраняя нейтральное выражение лица, мазнул взглядом по лежащей на столике книге Стругацких и выдохнул: - Знаешь, назови лучше “Харибда”. И звучит неплохо, и смысл сохраняет. Питер, закончив презентацию, переместился на диван и теперь сосредоточенно хмурился, внося финальные изменения. Наверное, Баки стоило, наконец, поднять куртку, повесить её на место и пойти переодеться... На этой мысли он запнулся от внезапной догадки. На всякий случай стоило уточнить ещё один момент: - Пит, а в чем ты собираешься завтра идти на это твое собрание? - В смысле? - Парень перевёл на него взгляд и чуть пожал плечами. - Ну, в рубашке и джинсах. - То есть ты собираешься идти на собрание надутых корпоративных индюков одетым в джинсы и футболку, которые купил в стоковом магазине? И хочешь при этом, чтобы тебе доверили сумму, равную годовому бюджету небольшой страны? - Баки уточнил, иронично поднимая брови. Скорости Питеру было не занимать - на подвижном лице в момент пронесся очередной вихрь эмоций: непонимание, осознание и снова паника. - Баки…. Я… я не подумал. Черт-черт-черт!!!! Я…. Ты поможешь мне выбрать? У меня есть пару… - Питер унесся к себе. - Поможешь, правда? - Снова донеслось из дальнего конца коридора. Через минуту он появился в белой футболке с игривой надписью о поиске гипотенузы и синих, потертых на бедрах джинсах. Ещё из коридора заметил вопросительно поднятую бровь и, даже не доходя до гостиной, нырнул обратно. Следующими были черные вельветовые штаны и серая бесформенная футболка, явно на несколько размеров больше. - Уже лучше, но…- Баки смотрел скептически, - есть ещё варианты? Питер стащил футболку, критически глядя на вешалку с одеждой у себя в комнате. С огромной благодарностью вспомнил о Валентине, стирающей и развешивающий футболки, так, чтобы они не мялись. Подумав снова - вытащил в гостиную весь свой небогатый гардероб, бросив его на журнальный столик и часть рядом на ковер. Баки, в ожидании следующего дефиле, заваривал кофе в турке на кухне. Повернулся на шум и замер: Питер, дрыгая ногами, втряхивал себя в коричневые карго, судорожно роясь в ворохе разноцветных футболок. От этого простого в своей обыденности движения что-то кольнуло внутри. По-юношески гладкая, матовая кожа, подчёркивала рельефность сильных рук, по тонким складкам на животе тут же захотелось провести языком, пробуя на вкус. Казалось, он будет, как молочная пенка на капучино - эластичным и таким же горьковато-сладким. Ища что-то - абсолютно очевидно, отсутствующее - в куче, паренёк сгибался почти вдвое и сложно было представить, существуют ли пределы его лёгкой гибкости... На Питера было невозможно не смотреть. Он же, не подозревая какую реакцию вызывает, в конце концов сдался, поднимая голову и выпрямляясь: - Черт, Баки, я и правда не подумал. Совсем. Вылетело из головы… сейчас поздно, но завтра я смогу куда-то заехать, наверное. Ммм, ты не знаешь каких-то магазинов, где можно купить костюм? Никогда раньше этого не делал. Ну то есть мы с Мэй покупали, конечно, но я не очень следил, куда она меня водила. Хотя я могу позвонить ей, наверное, и есть же костюм с выпускного. Но там фрак и это будет как-то странно, да? - он как обычно генерировал слова, не останавливаясь ни на секунду. Баки смотрел в полные отчаяния глаза. Грудь парня тяжело и загнанно вздымалась, кадык ходил ходуном и его хотелось ловить языком, вылизывать, пробовать пот на вкус…. Боже, да сосредоточься, чёрт возьми! Питер облизнулся, и пришлось с тихим стоном отвернуться, пытаясь занять себя хоть чем-то, только чтобы не смотреть сверху вниз на это воплощение всколыхнувшихся эротических фантазий. - Во сколько доклад? - голос звучал глухо. Вмешивая в молоко ваниль, было сложно не думать о таких вещах, как выпирающие над ремнем тазовые косточки и впадинки под ними. - О... В два. - Питер обернулся, чтобы собрать одежду. Позвонки грудного отдела позвоночника проглядывали через гладкую кожу на спине. Да твою ж мать… Баки сцепил зубы, злясь на самого себя: - К часу у тебя будет все что нужно, - произнес он всё так же глухо, подтолкнув кружку с напитком к Питеру. Потемневшие серые глаза встретили сияющий восхищением взгляд напротив, - и, бога ради, надень уже футболку