Страх

      Тодзи встал на колени перед алтарем и поставил рамку с фотографией Чоко рядом с фотографией матери. Он дважды хлопнул в ладони и склонил голову.       Прости, мам. Я не смог ее защитить. Теперь прошу тебя позаботиться о ней. Слезы застилали ему глаза. Я ее подвел.       Он вытер слезы и вытащил маленькую коробочку из-под алтаря. Открыв ее, он вытащил сверток и развернул его. Это танто было единственным приданым его матери, потому что родители отреклись от нее. Он вытащил клинок из ножен и внимательно осмотрел лезвие.       Больше я ее не подведу.

______________________

      Школа превратилась в медленную пытку. Синдзи сидел, положив голову на ладонь и закрывая ей ухо. У доски учитель бубнил что-то про Второй Удар.       — Метеор упал возле горной цепи в Антарктиде, — говорил он. — Наблюдатели, ставшие свидетелями его падения, заявляли, что, не будь этих гор, они все были бы убиты.       Разве Рицуко не говорила, что выжил всего один человек?       — В результате климатический сдвиг вызвал широкомасштабные изменения погодных условий и таяние обеих полярных ледяных шапок. Низины по всему миру были затоплены, как и большие города вроде Токио. Завтра мы рассмотрим изменения в обществе, вызванные этими событиями.       Остальную часть лекции Синдзи прослушал. Он уже понимал, что эта версия никак не пересекается с рассказом доктора Акаги. Внезапный шум голосов дал понять, что урок наконец-то кончился.       — Так, давайте-ка потише! — громко сказала староста класса, Хораки.       На плечо Синдзи легла чья-то рука, и он, обернувшись, увидел рядом с собой Судзухару Тодзи.       — Икари, — Тодзи подвинулся ближе. — Мне нужно поговорить с тобой после уроков.       Синдзи вздохнул. Он выработал привычку игнорировать спортсмена; у него остались не самые приятные впечатления от их единственного разговора.       — Мисато требовала, чтобы после уроков я сразу шел домой.       Тодзи болезненно сжал его плечо.       — Это очень важно.       — Эй! — Аска схватила Тодзи за запястье и оттащила его. — Отстань от него!       — Не лезь, рыжая, — нахмурился Тодзи.       — Меня зовут Аска, — нахмурилась она в ответ. — Икари — пилот NERV. Относись к нему с должным уважением.       Тодзи вырвал руку.       — Не бухти, я так и сделаю, — он развернулся и ушел. Синдзи облегчённо выдохнул.       — Спасибо, Аска.       — Надо же кому-то постоять за такую тряпку, — ответила она.       — Вот уж утешила.       — Без понятия, почему они взяли в пилота такого труса дрожащего. Придется мне теперь за тобой приглядывать, — она хмыкнула. — И, кто знает? Может, меня назначат тренировать тебя.       — Тренировать?       — Ага. У кого же учиться, как не у самых лучших?

______________________

      — Икари.       Синдзи поморщился. Он-то думал, что смог улизнуть, но Тодзи, похоже, поджидал его. Спортсмен вышел из переулка и встал перед ним, скрестив руки. Повернувшись к нему, Синдзи ответил:       — Да, Судзухара?       — В прошлой битве ты убил мою сестру.       — Тодзи, она была уже мертва, — Синдзи не нравилось, к чему это шло.       — Лжец! — крикнул Тодзи. — Я видел, как она шла! Она была жива! А потом ты убил ее! — он подошел к Синдзи, не размыкая рук.       — Разве ты не заметил, как она изменилась? Не видел, каким чудовищем стала? — теперь и Синдзи перешел на крик. — Она собиралась убить Аску!       — А тебе на нее не плевать? — лицо Тодзи побагровело от гнева. — Вы друг друга терпеть не можете! — по его щекам текли слезы, но он не обращал на них внимания. — Чоко стоила двух таких, как она!       — Она стала Древним богом. Она расправилась с Рей, расправилась с Аской и собиралась убить меня! Я должен был ее остановить! Она бы и тебя убила!       — Лжец! — Тодзи резко замахнулся. Синдзи отшагнул, уклоняясь от удара, но потом увидел металлический блеск в другой его руке. Тодзи наотмашь рубанул танто, рассекая ему живот. Из раны брызнула кровь; Синдзи прижал ладони к порезу, пытаясь сдержать ее.       Тодзи отшагнул и поднял клинок, целясь в шею Синдзи.       — За мою сестру.       Вдруг его запястье обхватила хрупкая ладонь; он распахнул рот и выронил танто.       — Нападать на пилота неразумно, — Рей говорила даже безразличнее обычного.       — Пошла ты, су…       Рей развернулась, выворачивая ему запястье, и Тодзи упал на спину. Он перекатился и встал, подняв кулаки; Рей шагнула вперед и выбросила вперед руку. Основание ее ладони попало ему прямо по переносице, и у Тодзи комично откинулась голова. У него остекленели глаза; он свалился на колени, а потом и носом в землю.       На место происшествия запоздало прибежали два охранника. Один из них держал наготове пистолет, но второй, держа ладонь над кобурой, жестом задержал его.       — Ситуация под контролем, — сказала Рей. — Я сделала всё за вас.       Охранник убрал пистолет в кобуру и сказал:       — Простите, мы запоздало среагировали. Можете доложить об этом командующему Икари.       — Я предпочту умолчать. Вы действовали быстро; просто я оказалась быстрее, — Рей повернулась к Синдзи. — Насколько сильно ты ранен?       Он пошевелил рукой и расстегнул рубашку.       — Адски больно… но, похоже, серьезно он не навредил, — он коснулся раны и поморщился.       — Прекрасно, — Рей наклонилась и помогла ему встать. — Если бы пришлось везти тебя в больницу, надо было бы переносить брифинг.

______________________

      — Рана почти зажила, — Рей сняла пропитанную кровь повязку. — Кажется, доктор Акаги упоминала, что ты восстанавливаешься так же быстро, как и я.       — Да. Но всё равно больно.       — И будет болеть сильнее, — Рей вытащила моток марли и начала его разматывать. Она сложила его в несколько слоев, чтобы сделать подушечку, прикрывающую всю рану, после чего приложила ее к его животу. — Подержи.       Он поднял руку и ненароком задел ее ладонь. Рей отдернулась, как ошпаренная. Она посмотрела на него, и он сглотнул, увидев страх в ее глазах.       — Прости.       — Физический контакт неизбежен. Не нужно извиняться, — она отвернулась, взяла медицинский скотч и оторвала полоску. — Мне нужно закрепить повязку.       Ее руки работали быстро, прижимая скотч к плоти, а взгляд не отрывался от работы. Наконец, она отпрянула.       — Это лучшее, что я могу сделать, и, вероятно, этого будет достаточно.       — Спасибо, — он посмотрел на свои колени. — Я знаю, что ты меня на дух не переносишь. Я бы и сам всё сделал…       — Я переношу тебя на дух, пилот Икари, — она встала и отряхнулась. — Мне просто это… неприятно.       Он посмотрел на нее и вяло улыбнулся.       — Это уже куда лучше, чем раньше.       — Ничего не изменилось, — она вновь надела маску. — Я просто научилась сдерживать свои реакции, — она указала на дверь из ванной. — Мы заставляем гостью ждать.       Он кивнул и встал. Она вышла из ванной в гостиную, а Синдзи направился на кухню и взял поднос с чашками. Он поставил завариваться чай сразу после того, как они вернулись в квартиру, понадеявшись, что это разрядит обстановку.       — Наконец-то вы закончили, — проворчала Аска.       Рей не ответила, усевшись на диване как можно дальше от Аски. Синдзи поставил поднос на стол и расставил чашки. Аска прочла записку, оставленную на столе.       — Написала, что будет ровно в шесть. Сейчас уже шесть пятнадцать! Нет в вас немецкой пунктуальности! — она фыркнула. — Вы, японцы, вообще за временем следите?       — Мы предпочитаем помнить о манерах, — тихо сказала Рей.       — О, так у тебя голос есть? — Аска ухмыльнулась. — Я-то думала, манекенам его не добавляют.       Синдзи склонил голову, молясь, чтобы Рей не взбесилась. Увидев, как она быстро — и без особых стараний — победила Тодзи, он действительно боялся за жизнь Аски. Но Рей не стала отвечать на подкол и продолжила пить чай. Аска с отвращением уставилась в чашку.       — У вас чай зелёный!       — Он и должен быть.       Его надежды разрядить обстановку чаем явно пошли прахом.       — И пахнет стрёмно! — она огляделась. — Тут пиво есть?       Синдзи фыркнул в чай.       — Ты несовершеннолетняя, — заметила Рей.       — И что с того?       — В Японии алкоголь можно употреблять только с шестнадцати лет, — хотя Рей ни лицом, ни тоном не показывала своего осуждения, было ясно, что на Аску ей плевать. — А тебе нет шестнадцати.       — Я лишь наполовину японка!       — Ты в Японии.       Аска, должно быть, осознала, что обречена проиграть в этом споре, и сменила тему.       — Ну и на кой черт я сюда притащилась?       — Капитан Кацураги велела тебе прийти.       — Спасибо, кэп, — она нахмурилась. — Что это за брифинг такой, что его на дому проводят?       — Капитан Кацураги сказала лишь то, что дело связано с тренировками.       — Ага! — Аска победоносно подняла кулак. — Теперь всё ясно! Меня пригласили научить вас тонкостям боя в ЕВЕ!       — Маловероятно.       — Это же очевидно! — она ткнула в Синдзи. — Он — сопляк, который не умеет драться, — затем она показала на Рей. — А тебя размазала девятилетняя девочка!       Рей прищурилась.       — Могу я напомнить, что ты не справилась с первым же Древним, с которым вступила в бой? Тогда как я сталкивалась с двумя и победила одного из них?       — Ага, как же! Так победила, что Синдзи тебя спасать пришлось! — Аска замолчала, явно вспомнив, что и ее пришлось спасать. Рей же не думала останавливаться.       — Пилот Икари продемонстрировал, что он — лучший пилот. Почему ему нужно опускаться до твоего уровня?       — Меня тренировали бороться в ЕВЕ с восьми лет!       — Шесть лет впустую.       Лицо Аски слилось с ее волосами; она открыла было рот, но в этот момент решил вмешаться Синдзи.       — Хватит!       Его голос прекратил спор; обе девушки повернулись к нему: Аска — с презрением, а Рей — с равнодушием.       — Мы обо всём узнаем, когда придет Мисато, — он опять налил себе чай.       — Я должна извиниться за сказанное вчера, — сказала Рей. — Я высказалась поспешно.       Синдзи моргнул.       — Всё нормально, Рей. Я понимаю, почему ты так сделала.       — Мне следовало подобрать более подходящие слова, чтобы выразить свое мнение.       Он проглотил чай, надеясь, что тот смягчит укол.       — Я дома! — донесся из коридора голос Мисато.       — С возвращением, — хором ответили Синдзи и Рей. Синдзи чуть подпрыгнул, а Аска прыснула.       — Вижу, вы тут уютно устроились! — Мисато бросила на стол папку и грохнулась в кресло. — Ну, что, сразу перейдем к сути брифинга? Командующий Икари сообщил мне, что теперь нападения Древних богов стоит ожидать каждые две недели. Он предполагает, что двое Древних даже нападут одновременно. Мы впервые знаем, к чему примерно готовиться.       — Откуда он узнал? — спросила Рей.       — Сказал, что нашел пророчество в какой-то книге, — отмахнулась Мисато. — Что-то про астрологию.       — Двое? — нахмурился Синдзи. — В прошлый раз три ЕВЫ едва справились с одним.       — И этим доказали, что имеющиеся методы тренировок устарели. Мы попросту не знаем, как правильно обходиться с ЕВАМИ.       — Я знала! — подпрыгнула Аска. — Знала! Меня прислали исправить недочеты в подготовке пилотов, так? Ну, я готова и горю желанием начать в любой момент!       — Отлично! Вот это настрой! — улыбнулась Мисато. — Потому что с завтрашнего дня ты вместе с пилотом Аянами начнешь тренироваться под четким руководством пилота Икари.       Повисло ошеломленное молчание.       — Das ist Unmöglich! — Аска покачала головой. — Ты же шутишь, да? Прикалываешься надо мной?       — Увы, нет. Мы знали, что ты долго и упорно тренировалась, — Мисато вздохнула. — К несчастью, тренировалась ты не в том направлении. Теперь Синдзи должен будет это исправить.       — Почему он? — трясущимся голосом спросила Аска. — Почему?       — Пилоту Икари удалось добиться уровня синхронизации в тридцать девять процентов с первой попытки, — идеально спокойным голосом сообщила Рей. — Он постоянно демонстрирует свои способности в бою. И он уже помог мне с пилотированием.       — Нет! — Аска развернулась, перелезла через спинку дивана и ворвалась в ванную. — Я отказываюсь! — она захлопнула дверь. — Unmöglich!

______________________

      Синдзи стоял на балконе, свесившись через перила, и смотрел вниз. Пятнадцать этажей. По два метра на каждый, тридцать метров в общем. Лететь одну целую семьдесят пять десятых секунды при ускорении девять и восемь без учета сопротивления воздуха. За такой миг он точно не успеет передумать.       — О чем задумался? — спросила подошедшая Мисато. В руке она держала непочатую банку пива. Он вздохнул.       — Вселенная надо мной издевается?       — Возможно, — хмыкнула Мисато. — Она над всеми издевается; ты-то чем лучше?       — Помолвку с Рей я ещё могу выдержать. Это глупая затея, но к тому времени, когда мы сможем пожениться, мы будем достаточно взрослыми, чтобы отказаться, — было бы у него что-нибудь в руке, скажем, камешек или крышка от бутылки; ему хотелось что-нибудь бросить. — Я могу свыкнуться с пилотированием ЕВЫ, но при этом мне вроде как нужно поддерживать хорошие отношения с другими пилотами. Одна из которых — моя невеста, которая меня на дух не переносит, а вторую я только что косвенно унизил.       Мисато задумалась над его словами.       — Ты клонишь к тому, что всё становится только хуже?       — Да.       Мисато помолчала, а потом сказала:       — Знаю, тебе не хочется, чтобы я говорила о тебе и Рей, но я считаю, что ты слишком строг к ней. Что до Аски… — она вздохнула и открыла пиво. — Ты прав: вам обоим будет нелегко. Но попытайся посмотреть на ситуацию ее глазами.       — Я как раз смотрю! — Синдзи повернулся к ней. — В ее глазах я бесхребетный тюфяк, который посмел подумать, что лучше нее!       — Ты действительно лучше нее.       — И это только сильнее ее злит! — Синдзи покачал головой. — Почему я? Рей наверняка тоже могла бы ее тренировать.       — Ты будешь тренировать и Рей.       — Она в этом не нуждается. И мы оба знаем, что она обо мне думает. Ты ее слышала. Я — ошибка, трус и ничтожество!       — Ну, как бы то ни было, таков приказ. Он поступил от твоего отца, и я с ним согласна, — Мисато от души отпила пива. — Завтра ты начнешь тренировать девочек. Аска будет жить здесь, пока не закончатся тренировки.       — Капитан Кацураги, — на балкон вышла Рей.       — Да?       — Если Аска остается здесь, то где она будет спать?       Мисато пожала плечами.       — Наверное, в твоей комнате.       — Можно я тогда перенесу мой футон на балкон?       Мисато улыбнулась.       — Не нравится она тебе, да?       Рей помолчала и ответила:       — Меня корежит с ее самоуверенности. Особенно когда для нее нет оснований.       — Ладно, — Мисато улыбнулась еще шире. — Можешь перенести футон в комнату Синдзи.       — Мисато! — распахнул рот Синдзи. Рей подумала и кивнула.       — Это приемлемо, — она посмотрела на Синдзи. — Ты же ведь не станешь будить меня, если приснится очередной кошмар?

______________________

      Синдзи робко постучал в дверь ванной.       — Аска. Можно войти?       Ответа не было. Синдзи посмотрел на Мисато и Рей, потом — на дверь, и еще раз постучал.       — Аска!       Никакого ответа.       — Она одета, — Рей открыла глаза. — Если ты зайдешь, она не станет тебя бить.       — Ты-то откуда знаешь?       — Назовем это женской интуицией, — сказала Мисато.       Синдзи открыл дверь ванной и зашел внутрь. Аска сидела на табуретке, обхватив руками колени. Синдзи сел рядом с ней, на пол.       — Уходи.       — Аска, не я это придумал.       Она промолчала — лишь крепко прижала к себе колени. Синдзи решил пойти другим путем.       — Почему ты пилотируешь ЕВУ?       Молчание. Он вздохнул и встал.       — А ты?       Он остановился и посмотрел на Аску.       — Не знаю… Может, так мне кажется, что я кому-то нужен?       — Не ври мне, Икари! — она сердито покачала головой. — Будь это причиной, ты бы со мной сейчас не говорил.       Он вздохнул и сел обратно.       — Не знаю, хочу ли я обсуждать…       — Ну так и не думай, что мне этого хочется! — ее гнев не утихал. — Если уж пришел поговорить, то раскрой рот и скажи что-то связное.       Он поколебался, а потом выпалил:       — Я боялся.       Она явно ожидала чего-то иного.       — Отец впервые за восемь лет сказал мне что-то приятное. Я боялся подвести его. Тогда же я впервые увидел Рей, всю перебинтованную, но готовую идти в бой.       — Ты боялся, что ее сильнее ранит?       — Нет. Я боялся, что она посчитает меня трусом, — он опустил голову. Аска подсела поближе к нему и спросила:       — А почему до сих пор пилотируешь?       — Потому что боюсь подвести Рей, Мисато и доктора Акаги.       Она какое-то время сидели молча, а потом Аска спросила:       — Хочешь знать, почему я пилотирую?       — Если хочешь рассказать.       — Ты же свою историю выложил. Я отвечаю тем же, — она долго собиралась с мыслями, прежде чем сказать: — Моя мать хотела, чтобы я пилотировала ЕВУ.       — Ты занимаешься этим ради нее?       — Не особо, — она вздохнула и пошевелила пальцами на ногах. — Mutti разработала клипсы А20. Помогла разработать ЕВУ-02. Она хотела, чтобы я ее пилотировала. Но… — она сглотнула. — Когда я стала постарше, она… изменилась. Перестала обо мне заботиться. Я погрузилась в тренировки, чтобы привлечь ее внимание. Но ничего не сработало, а потом ее не стало.       Аска шмыгнула, и стерла слезу.       — Теперь это всё, что у меня есть. Одна лишь ЕВА. Я до сих пор пытаюсь доказать Mutti, что могу быть той, кого она хотела, — она посмотрела на него. — Но если ты кому-нибудь об этом сболтнешь, я тебе яйца вырву и в глотку запихну, понял?       Он нервно улыбнулся.       — Да. Понял.       — Ладно, — Аска встала. — Раз уж мне приказано пройти твои никчемные тренировки, пора бы уже к ним приступить.

______________________

      — Они живые?       Мисато кивнула.       — Я сама узнала об этом только во время последней битвы. Без брони они весьма мерзко выглядят.       — Важно помнить, — сказал Синдзи, — что у них есть собственные нужды и желания. Они готовы сотрудничать, но в ответ ждут нашей помощи.       — Нашей? — Аска покачала головой. — Нашей как пилотов или нашей как человечества?       — Пока что я это не выяснил, — Синдзи вздохнул. — Сёгоки называет нас сновидцами.       — Как и твой отец, — добавила Мисато.       — Правда? — он отвел взгляд. — Ну, Сёгоки сказала об это первой и ей я доверяю больше, чем отцу. Зерогоки пока что сказал только одно слово, — он посмотрел на Рей. — Он что-то тебе говорил?       — Нет, — Рей покачала головой. — Сёгоки общается со мной охотнее, чем моя собственная ЕВА.       Аска нахмурилась.       — Зерогоки, Сёгоки… Вы говорите так, будто это их имена, а не номера. Зачем? Это же глупо.       Синдзи подался вперед.       — Думаю, им хочется, чтобы мы, пилоты, их воспринимали. Они хотят чувствовать себя нужными. У нас есть имена, а ЕВ воспринимают… как машин, — он ткнул в Аску пальцем. — Ты должна дать имя своей ЕВЕ.       — Дать имя?       — Солдаты дают имена винтовкам. Пилоты дают имена самолётам. Но ЕВА, в отличие от них, не станет тебе помогать, пока ты будешь всего лишь управлять ей. Пока ты не во Сне.       — В каком смысле? Я же вижу сны, — Аска поежилась. — Плохие сны.       — Это разные вещи, — он ткнул в нее пальцем. — Дай ему имя.       — С чего ты взял, что это он?       — Сёгоки называла его своим братом.       — Так. Раз у вас всё настолько банально, назову-ка я его Нигоки, — Аска хмыкнула. — Быстро вышло!       — Ты думаешь о нем, как о Нигоки или как о ЕВЕ-02? — тихо спросила Рей.       Молчание Аски всё сказало за неё.       — Капитан Кацураги.       — Как официально, — хихикнула Мисато. — Ты прям вжился в роль наставника. Что нужно?       — Клипсы А20. Можно нам их использовать?       — Возможно. А зачем? Вне LCL они бесполезны.       — Думаю, нам нужно в них спать. Кое-чему я научился из снов, — он фыркнул. — Хотя после них остаётся больше вопросов, чем ответов.       — И как тебе помогут клипсы А20?       — Они позволяют нам общаться с ЕВАМИ, позволяют… сливаться с ними. Может, с ними мы будем лучше понимать наши сны, — он пожал плечами. — Не знаю, помогут ли они, но…       — Ну, посмотрим, что я смогу сделать. Возможно, даже не придется много бумаг заполнять.       Аска достала сумочку и вытащила из нее четыре клипсы. Синдзи распахнул рот.       — Откуда…       — Это прототипы, — она вяло улыбнулась. — Я храню их со смерти Mutti. Их всего четыре, но, думаю, можно будет надевать их и по одной.

______________________

      Вместо спальной майки Рей решила надеть мужскую рубашку. Скромнее от этого она выглядеть не стала, но Синдзи сомневался, что это было ее целью. Альбиноска вообще не стеснялась своей наготы. Синдзи затащил в комнату ее футон и положил его в полуметре от своего.       — Ты неэффективно используешь пространство.       Он оглянулся.       — Тебе, может, и всё равно, а мне бы не хотелось случайно коснуться тебя ночью, — он поморщился. — Ты же явно хочешь, чтобы я тебя не касался.       — Ты тоже не рвешься меня касаться.       — Всё не так. В смысле… — он вздохнул. — Всякий раз, когда я тебя касаюсь, ты впадаешь в панику. Я не хочу причинять тебе боль.       Рей подошла к нему и схватила за запястье. Он чуть отдернулся, но потом посмотрел ей в лицо. Оно оставалось спокойным.       — Это не я впадаю в панику, — заметила она. — А ты убегаешь, — ее взгляд изменился, чего никогда бы не случилось месяц назад. — Ты боишься меня.       — Наверное. Прости.       — Здесь не за что извиняться. Я была груба с тобой, — она вновь надела маску и отпустила его. — У меня не было причин вести себя иначе.

______________________

      Перед ним находилось вопящее чудовище. Сотни вязких щупалец метались во все стороны, десятки глаз смотрели из черных глубин и множество разинутых ртов, заполненных острыми зубами, алчно скрежетали. Перед существом стояли три женщины. Рей. Аска. Его мать. Он шагнул к матери, но, не успел он приблизиться к ней, как ее талию обвило щупальце, и существо поглотило ее.       — Мама!       Рей обернулась к нему.       — Иэ! Шуб-Ниггурат!       Второе щупальце обернулось вокруг Аски. Она радостно вцепилась в него и тоже пропала во тьме.       Синдзи побежал к чудовищу; слезы наворачивались ему на глаза.       Появилось третье щупальце, и Рей повернулась к чудовищу. Она подняла руки, пока щупальце обхватывало ее тело.       — Иэ… Зи’тре Шуб-Ниггурат…       Ее голос был тих, но все равно разбудил его. Он открыл глаза и слепо посмотрел в сторону Рей. Ее лицо было покрыто испариной; она судорожно тряслась, мотаясь из стороны в сторону и сбрасывая одеяло.       — Рей?       — Шуб-Ниггурат иткулхат натрам бигор’а… — ее голос надломился и стал громче. Он поежился. Она говорила какую-то чушь, но он видел слезы в ее глазах. Он протянул к ней руку, но потом замер.       Кошмар… Ей они тоже снятся. Как-то раз я видел один из них…       — Зи’тре Шуб-Ниггурат иткулхат!       Его нерешительность исчезла; лицо девушки скривилось, как будто она собиралась закричать. Он подобрался к ее футону и положил руку ей на плечо.       — Рей. Проснись.       Она перекатилась к нему и обняла, уткнувшись носом в его рубашку; рыдания сотрясали ее тело. Он поколебался, а затем обнял ее и не двигался, пока ее рыдания не утихли.       Она взглянула на него; в ее глазах пели боль и страх, а также глубокое одиночество. И на краткий миг ему показалось, что они действительно связаны, что он действительно мог ее понять.       Внезапно она оттолкнула его, отбежала в дальний конец комнаты и прижалась к стене, дрожа.       — Прости, Рей, — он вновь опустил взгляд. — Тебе снился кошмар.       Она посмотрела на него. Маски на ее лице до сих пор не было, и он ощутил укол стыда. Она взяла себя в руки и вернулась на свой футон.       — Спасибо.       Она протянула руку и накрыла его ладонь.       — Ты не убежал.