Научи меня быть счастливым (Teach me to be happy)

      Арми уже несколько часов лежал без сна, глядя в окно.       «Вот как получается, Тимми, теперь я ждал, когда проснётся солнце, и видел, как рождается новый день. Одно осталось неизменно. Я проснулся, а тебя нет. Тебя нет даже на нашем мысе».       — Арми!       — О, ты пришёл.       — Пришёл.       — Зачем пришёл?       — Зачем?!       — Зачем. Мучить меня?       Арми слышал, как Тим, этот Тим, не его Тимми, вздохнул:       — Наверно, мне лучше уйти.       — Стой! — Арми резко сел в кровати и развернулся к Тимми. — Не уходи. Хотя бы ты не уходи.       — Так мне остаться?       — Пожалуйста. Раз я не могу поговорить со своим Тимми, позволь поговорить хотя бы с тобой.       Тим кивнул и сделал шаг в направлении кровати.       — Нет! Стой! — Арми отодвинулся на самый дальний край кровати. — Что? Что ты на меня так смотришь? Я не хочу чтобы ты снова исчез.       — Исчез.       — Исчез. Ты всегда исчезаешь, когда я хочу дотронуться до тебя.       Тим приподнял бровь и указал пальцем на другой край кровати.       — Да, да. Конечно, — Арми поджал ноги, чтобы, не дай Бог, случайно не коснуться Тимми.       Тим, сев на кровать, подтянул ноги к себе и обнял их руками.       Арми хмыкнул:       — Ты даже сидишь, как мой Тимми.       Тим улыбнулся и кивнул.       — Боже, ты весь он.       — Это плохо?       — Нет. Это хорошо. Это очень хорошо.       Они молчали.       — Я скучаю по моему Тимми.       — Он тоже по тебе скучает.       — Правда?       — Угу.       Арми поджал губы и едва сдерживал слёзы.       — Боже, Тим, я был таким дураком.       — Был? — Тим улыбнулся.       — Есть. Я такой дурак. Я думал, он просто набирается опыта, чтобы потом применять его с другими, — Арми сморщил нос и передёрнул плечами. — Меня от одной мысли коробит, что моего Тимми обнимает и целует кто-то другой. Господи, я думал он тоже использует меня. Использует для удовлетворения своих нужд. А он… Он просто влюбился в меня. Он влюбился, а я ничего не видел. Все видели, а я нет. Он так боялся потерять меня, что позволял мне делать с ним такие вещи! — Арми схватил голову руками.       — Он позволял делать с ним все эти вещи, потому что доверял тебе. Потому что он знал, что ты ничего плохого с ним не сделаешь. Потому что он видел, как ты заботишься о нём.       — Нет, — Арми помотал головой. — Нет. Ты говоришь это, потому что я так думаю. Потому что ты моё пьяное воображение.       — То есть, твой Тимми такого бы не сказал?       — Я очень хочу чтобы он так сказал.       — А что ещё ты хочешь, чтобы тебе сказал твой Тимми?       Арми посмотрел на Тима:       — Хочу, чтобы он сказал, что он простил меня.       — Простил тебя?!       — Я знаю, то что я сделал… За такое трудно простить. Если вообще можно.       — Это хотя бы было хорошо?       — Господи, ты правда он. Только мой Тимми может искренне интересоваться хорошо ли мне было, когда я трахал другого парня.       — Ну, так это было хорошо?       — Это было ужасно!       — Почему?       — Это был не ты! — выкрикнул Арми. — Это был не мой Тимми. Не мой Тимми. Он больше не мой.       — Он твой. Арми, он твой. Он всегда был твоим. С первого момента вашей встречи. Он был твой, как только услышал твой голос. Он был твой, как только увидел тебя. Он был твой, как только ты коснулся его…       — Пожалуйста, замолчи!       Они оба молчали.       — Ты правда думаешь, что он простил меня?       — Он простил тебя.       — Почему? Почему он простил меня?       — Потому что понял, что он тоже виноват в том, что произошло.       — Он виноват, что я трахал другого парня?       Тим кивнул.       Они снова замолчали и смотрели друг на друга.       — Арми, я хочу чтобы ты обнял меня.       — Нет! — вскрикнул Арми и вжался в спинку кровати.       — Ты не хочешь обнять своего Тимми?       — Я очень хочу, очень. Но как только я коснусь тебя, ты опять исчезнешь.       — А если нет? — Тим подвинулся ближе к Арми.       — Пожалуйста. Тим, я не готов тебя отпустить.       — Не отпускай, — Тим уже был на расстоянии вытянутой руки.       — Тим, я не могу.       — Я коснусь тебя, — Тим уже протягивает руку к лицу Арми.       — Я не хочу тебя терять, я не хочу тебя терять, — Арми закрыл глаза.       Он не может видеть, как Тим исчезнет. Больше не может.       Арми чувствует тепло на своей щеке. Он поворачивает голову и губами касается ладони, лежащей на его лице. Он вдыхает.       «Не может быть. Нет. Нет».       — Нет. Этого не может быть.       — Может быть ты откроешь глаза?       — Ты не исчезнешь?       — Нет.       — Обещаешь?       — Обещаю.       Арми делает глубокий вдох и открывает глаза:       — Ты правда он? Ты правда мой Тимми? — слёзы текут из его глаз.       — Правда, — Тимми вытирает большим пальцем скатившеюся слезу. — Я твой Тимми.       — Ты не исчезнешь?       — Нет. Я больше никуда не уйду, — Тим берёт его лицо в ладони. — Тебя нельзя оставлять одного. Посмотри, какой беспорядок ты устроил в гостиной.       — Тим, прости меня. Прости, — Арми положил свои ладони на ладони Тимми.       — Я простил тебя. Простил. В тот же день простил.       — Почему?       — Потому что в том, что ты сделал, я виноват.       — Ты не виноват.       — Если бы я тебе сказал, ты бы не сделал то, что сделал. Ты бы не сомневался во мне. Я должен был тебе сказать. Должен. Арми, я никогда не использовал тебя. Мне даже в голову это не приходило. Я просто испугался, что если скажу, что люблю тебя, ты бросишь меня. Я бы этого не пережил. Я эти два чёртовых дня еле пережил. Я…       — Ты что? — Арми тряхнул его за плечи.       «Что он только что сказал? Что он сказал?»       — Тим, что ты только что сказал?       — Я много чего сейчас сказал.       — Ты сказал, что ты меня… — Арми смотрел в глаза Тимми. — Ты просто хочешь успокоить меня?       Тим помотал головой.       — Ты… Ты меня…       Тим кивнул.       — Это правда? Это не плод моего пьяного воображения.       — Это правда. И чтобы ты в этом не сомневался… — Тим встает с кровати и тянет за собой Арми за руку.       — Куда мы идём?       — Избавляться от твоего пьяного воображения. ---       — От меня, что так воняет?       — Скажем так, морским бризом ты не пахнешь.       — Прости. Мне было не до принятия ванн с маслами.       — О, сарказм! Давай, раздевайся!       Арми снял с себя футболку и штаны и стоял перед Тимми абсолютно голый. Тим бегал глазами по всему телу Арми.       «Господи, я думал больше не увижу это».       — Что-то не так?       — Всё так. Так, как я это оставил. Давай! — Тим мотнул головой в сторону душевой кабины.       — Тим, это правда?       — Правда, правда. Тут всё так же прекрасно, как два дня назад, — Тим сделал движение указательным пальцем, очерчивая тело Арми.       — Ты что, тоже пил эти два дня?       — Я то, как раз, не пил.       «Я почти ничего не ел. А Арми ел?»       — Арми, ты хоть ел что-нибудь?       Арми пожал плечами.       — Это значит?..       — Я не помню. Наверно, нет.       — Сейчас — я тебя вымою, потом — накормлю. Мне не нужен твой голодный обморок.       — Тим, ты не ответил.       — На что?       — Ты это ты? Ты — правда? Я не сплю? Потому что в прошлый раз я тоже думал, что это ты, а это был сон.       — Арми, я — правда. Я не сон, — Тим взял Арми за руку и потянул в душевую кабину.       — Я это я. И чтобы ты поверил, что это не сон, — Тим прикусил губу и…       — Твою мать! — вскрикнул Арми и дёрнулся на Тимми.       Тим прикусил губу и крутанул кран с холодной водой. Арми вскрикнул и дёрнулся на Тимми, потому что оказался под ливнем ледяной воды. Арми дёрнулся на Тимми и вдавил его в стеклянную стену кабины. Вдавил и прижал всем своим телом.       — Это правда ты! Правда мой Тимми! — Арми почти плакал.       — Твой, я твой, — Тим обнял Арми за талию.       — Мой. Только моему Тимми в голову могла придти такая идиотская идея, — Арми обнял его за плечи.       Арми обнял и Тим впервые за эти два дня расслабился. Расслабился и сделал огромную ошибку, потому что Арми, обняв его, резко развернулся и толкнул их обоих под воду. *       «Ведёт себя как маленький ребёнок. Большой маленький ребёнок. Мой большой ребёнок. Это надо было додуматься засунуть меня под ледяную воду. Я же тот ещё мерзляк. Сам-то сидит в одном полотенце, еле прикрывшись, и даже ни одна мурашка не пробежала».       Тим стоял между ног Арми, сидевшего на кровати, и вытирал полотенцем его волосы. Арми, видимо, это нравилось, потому что Тим видел, как он закрыл глаза, улыбался и старался прижать голову к рукам Тимми.       — Вот, теперь ты выглядишь как человек, — Тим отбросил полотенце в сторону.       — Тим, я… — Арми посмотрел на свои руки, теребящие полотенце на бёдрах. Он явно хотел применить их по другому назначению.       — Господи, Арми, да сделай это уже, — Тим взял руки Арми и положил к себе на талию. — Чего ты так испугался?       — Я подумал, ты этого не хочешь.       Тим взял лицо Арми в ладони.       — Почему я этого должен не хотеть?       Арми пожал плечами.       — Меня бы здесь не было, если бы я этого не хотел.       — А может быть, ты здесь, потому что я хочу, чтобы ты был здесь.       — Я здесь, потому что я хочу этого!       — Тим, я хочу, чтобы ты был не просто здесь. Я хочу, чтобы ты был со мной.       — Я с тобой. Разве ты этого не видишь?       — Вижу. Поэтому ты повернулся ко мне спиной, когда снимал мокрую одежду?       — Нет, не поэтому. И не поднимай так красиво свою бровь. Боже, Арми, я просто стесняюсь быть голым перед тобой.       — Ты что? Голым. Передо мной.       Тим уже чувствовал, как его щёки стали краснеть:       — Да, стесняюсь!       — И поэтому ты завернулся в полотенце под самые подмышки?       — Нет. Мне просто холодно.       — Теперь тебе холодно.       — Знаешь что, у меня же нет такой растительности на теле. Эй!       Арми шлёпнул его по заднице:       — Не хами.       — Я не, — Тим прикусил губу и положил руки на плечи Арми. — Арми, сделай так ещё.       Тим опустил глаза. Он не мог смотреть на Арми после своей просьбы.       — Тим, ты хочешь?..       Тим быстро кивнул, не дав Арми договорить.       — Так, — Арми опять шлёпнул его по заднице.       Тим дёрнул бёдра вперед и сильнее схватился за плечи Арми.       — Тим, посмотри на меня.       Тим сделал глубокий вдох и осмелился встретиться взглядом с Арми.       — Тебе это нравится? — Арми поглаживал ушибленный зад Тимми.       Тим молчал.       — Нравится? — Арми опять шлёпнул его.       — Боже, да! — Тим вздрогнул от неожиданности.       — Тим?! — Арми положил руку на голень Тимми и начал поднимать её выше, выше, выше.       Чем выше поднималась рука Арми, тем сильнее Тим сжимал его плечи. Голень, колено, бедро. Остановка. Арми смотрит на Тимми с вопросом в глазах. Тим может только кивнуть. Рука Арми залезает под полотенце и вот она уже на заднице Тимми поглаживает и сжимает. Поглаживает, сжимает и…       — Мой Бог!       Делает шлепок. Арми хмыкнул и снова шлёпнул. Тим вонзил ногти в его кожу.       — Нравится? — опять поглаживает.       — Нравится? — сжимает.       — Нравится?       Тим напрягся, он ждал шлепка. Ничего. Только проглаживание. Проглаживание. Проглаживание.       — Арми! Шлёпни меня уже! — требовал Тим.       — Ой, мы уже не стесняемся?       — Арми!       — Так? — Арми шлёпнул.       «Наконец-то!»       «Что он так самодовольно улыбается? Я что, сказал это вслух?»       — Тим, я могу?.. Я хочу, — Арми дёрнул за полотенце Тимми, оставляя его абсолютно голым. — Малыш, а тебе это действительно нравится.       Они оба смотрели на член Тима.       — Очень нравится, — Тим потянулся рукой, чтобы обхватить свой член, но Арми схватил его за запястье. — Арми?!       — Если ты хочешь, чтобы я делал это? — Арми отвесил хороший шлепок по заду Тимми.       — Боже!       — Не трогай себя, — Арми возвращает руку Тимми себе на плечо.       — Ты решил пошутить?       — Если ты считаешь это смешным, — Арми пожимает плечами и поднимает руки в сдающемся жесте.       — Нет! — крикнул Тим и сильнее схватился за плечи Арми.       Арми вернул одну руку на талию Тимми, другую положил на его зад.       — Тим, я не буду это делать, если ты это хочешь, потому что я этого хочу. Я это сделаю, если ты этого хочешь.       — Я хочу.       — Тим, ты хочешь. Ты.       — Арми, посмотри на меня, — Тим переместил свои руки с плеч Арми на лицо. — Я хочу. И всегда хотел. Я хотел с тобой общаться, поэтому ответил на твоё смс. Я хотел тебя увидеть, поэтому приехал к тебе в клинику. Я хотел побыть с тобой, поэтому согласился приехать к тебе домой. Я влюбился в тебя, поэтому ты был моим первым. Я доверял тебе, поэтому позволял делать все эти вещи с собой. Я, я сделал большую глупость, поэтому ты сделал то, что сделал. Я виноват в этом, поэтому мне не за что тебя прощать. Я люблю тебя, поэтому хочу быть с тобой. Я скучал по тебе, поэтому я здесь. Я хочу это, но я тоже не буду делать это, если ты этого не хочешь.       Они молча смотрели друг на друга.       — Тим, скажи это опять. Я хочу это слышать.       — Арми, что конкретно из всей моей тирады, ты хочешь, чтобы я повторил?       — Скажи самое главное, — Арми притянул Тимми к себе и уткнулся лицом в его грудь.       Тим закопал свои пальцы в волосах Арми:       — Я люблю тебя.       Арми поцеловал его в грудь и прижался ещё сильнее.       — Арми, мне тоже нравится обниматься с тобой, но не могли бы мы закончить то, что начали?       — Дай-ка я посмотрю, — Арми отстранился от Тимми и немного отодвинул его.       Отодвинул и посмотрел:       — Да. Определенно мы можем! *       «Теперь между нами не должно быть ничего невысказанного. Нам нужно всегда говорить то, что мы думаем. Нам нужно всегда спрашивать, что мы хотим знать».       Тим стоял на кухне с чашкой кофе в руках, прислонившись спиной к кухонной стойке. Он согревал пальцы от чашки и смотрел на Арми, который завтракал. Он смотрел на своего Арми, который ел приготовленный ему завтрак.       — Вкусно? — Тим подошёл к Арми и положил руки ему на плечи.       — Вкусно. Спасибо, малыш, — Арми положил свою ладонь поверх руки Тимми.       — Кушай, кушай. Тебе понадобится много сил, чтобы убрать весь этот беспорядок, — Тим поцеловал его в макушку.       — Прости, — Арми убрал свою руку и опустил голову.       — Эй, — Тим обошёл Арми, встал к нему лицом, прислонившись к столу, и поднял его лицо за подбородок, — ты чего?       — Прости, что навёл такой беспорядок у нас дома.       — У нас?       — У нас, — Арми кивнул и положил руки на талию Тимми. — Если ты хочешь?       — Хочу. Я хочу нас.       — Иди сюда, — Арми усадил его к себе на колени.       Тим, сев боком, положил голову на плечо Арми и взял его за руку.       — Арми, можно я немного поплачу?       — Можно, — хихикнул Арми и стал поглаживать его спину. — Только не увлекайся, как в прошлый раз, — и поцеловал его в макушку. *       — А-аа.       — Да, да, это.       — Хорошо!       Тим сжимает покрывало на диване в кулаке и изгибает спину.       — Боже, Арми! Твои руки!       — Малыш, тебе действительно это нравится! Мы занимаемся этим почти два часа, а твои стоны становятся только громче.       — Лучше скажи мне, почему мы не делали этого раньше?       — Кто бы знал, что тебе так нравится массаж стоп.       — Ай!       — Малыш, больно! Прости! — Арми целует стопу Тимми.       — Нет, нет. Это не больно. Приятно! Иди сюда! — Тим хватает Арми за предплечье и тянет на себя. — Я чувствую себя хорошо, — он обнимает Арми за шею и притягивает его как можно ближе к себе. Тим не хочет отпускать Арми. — Мне всегда хорошо, когда ты рядом.       — Мне тоже, — Арми тоже обнимает Тимми и прячет лицо в изгибе его шеи.       — Арми, я не хочу больше недосказанности и недомолвок. Арми, я хочу задать тебе вопрос.       Арми кивнул.       — Я задам тебе вопросы. Ты можешь не отвечать. Просто скажи мне, что не ответишь, — Тим начинает рисовать пальцем круги на спине Арми.       — Тим, ты о чём?       — Я хочу спросить. Я всегда хотел знать.       — Что?       — Этот твой пунктик не сделать больно. Ты всегда боишься, что сделал мне больно, что можешь сделать мне больно. Почему? Ты кому-то сделал больно и теперь?.. — Тим замолчал.       «Нет. Арми просто не может сделать больно. Тем более так, что это будет его мучить».       Тим берёт его лицо в ладони и смотрит ему в глаза:       — Арми, ты не можешь никому сделать больно.       — Тебе сделал.       — Я не про эту боль. Ты же понял про что я.       — Я понял. И опять ты не прав. Или ты уже забыл? — Арми погладил задницу Тима. — Твоя задница уже забыла это? — Арми сжал пальцы.       — Блядь! — Тим начал извиваться под Арми.       — Я могу, — Арми поднёс губы к уху Тимми и прошептал. — Я могу больше, но только если меня просят.       — Чего? Ты… Ты… Латекс, плётки и всё такое?       Тим замолчал, покраснел и стал крутить воротник футболки Арми. Он покраснел от того, что поймал себя на мысли, что он был бы не против, если бы Арми…       — Даже не думай об этом!       — Что?       — Мы это не будем делать в ближайшее время.       — То есть будем, — Тим шагал пальцами по руке Арми, поднимаясь к плечу, — не в ближайшее? — затем к уху. Он схватил мочку и начал играть с ней.       — Тим, — простонал Арми.       — Если в ближайшее время мы это делать не будем, может быть, сделаем что-то другое?       — Другое?       — Угу.       — Какое другое?       — Такое разное.       — Разное?       — Разнообразное.