Слабый герой

— И для вас, дорогие зрители, мы снимаем сейчас репортаж прямо рядом со входом в лучшую геройскую академию Японии — UA! — громко вещала в микрофон журналистка, пока мужчина-оператор старался удерживать ровный кадр в прямом эфире. Мимо них уже в спешке шли первокурсники, стараясь прикрыться рюкзаками и книгами. Однако женщина смогла выцепить одного из подростков, бойко протягивая ему микрофон. — Добрый день, от лица федерального канала поздравляем вас с поступлением! Скажите, это правда, что в этом году впервые среди поступивших на геройский факультет есть человек без причуды? — Пошли нахер! — заорал в камеру блондин. Зрители невольно отпрянули от трансляции, с неприязнью смотря на вздувшиеся вены на лбу подростка и красное лицо. По другую сторону монитора телевизора где-то дома Мицуки Бакуго недовольно цокнула и толкнула мужа в бок со словами: «Весь в тебя, посмотри!». Мидория шагал быстрыми, но резкими движениями. Он чувствовал, будто бы задеревенел от множества камер. Ну и, если быть совсем честным, Изуку так и не успел предупредить маму о том, куда он поступил. Все, на что он надеялся — это оттянуть сложный для всех разговор до последнего. Чем дольше ему удастся продержаться, тем лучше. Да и вдруг Изуку сам через месяц вылетит, зачем же маму заранее пугать. Поэтому и шаг был широким и резким. Не смотря на страх, трепет и волнение брали верх в его душе. Глаза широко распахнулись и в их зелени отразились высокие стеклянные здания и деревья. У самых крыш висел знакомый и манящий логотип «UA». Сердце от волнения сжалось и губы растянулись в улыбке. Мидория Изуку — будущий герой. Он все же поступил, не смотря на все вокруг. Сегодня на нем была оригинальная школьная форма, а в кармане лежал ученический пропуск. Мимо проходили такие же первокурсники со смехом и радостью в глазах. Они все станут героями, и Мидория вместе с ними. Резкий толчок в плечо вернул Изуку в реальность. Мимо прошел Бакуго, горбясь и скрепя зубами. Вена на его лбу все еще пульсировала, хотя лицо приобрело уже привычный бледный оттенок. Кацуки нагло толкнул его плечом, напоминая о месте Изуку, и тараном шел вперед. В отличии от Мидории, Бакуго в своей манере оделся свободно: галстука не было, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, штаны чуть спущены, как у дешевых рэперов. Кацуки всем своим видом показывал, что даже UA — это не уровень его способностей. — Смотри, куда прешься, Деку, — отчеканил Бакуго, стремительно удаляясь вперед. — Да кажется, что это ты меня толкнул, Кач-чан, — неловко хихикнул Мидория, семеня за ним, но стараясь оставаться на расстоянии. — Я поздравляю тебя с посту… — Пошел нахер, — прорычал блондин, не оборачиваясь. — Это место превратилось в помойку, если даже тебя взяли. — Так и ты тоже прошел экзамен, — невпопад ответил Мидория и тут же об этом пожалел. Бакуго наконец обернулся и буквально бросился вперед на одноклассника с кулаками, крича оглушительное: «Сдохни, мразь беспричудная!». Мидория смотрел, как медленно в него летела чужая рука и как на ней же появлялись маленькие шуршащие искры. Подросток, и сам не успев понять как, укатился рывком в сторону. На место, где он только что стоял, вылетели искры и послышался оглушительный взрыв. Все школьники вокруг замерли. Кто-то из девушек закричал и побежал за учителем. Бакуго выпрямился, злобно сверкая глазами. Мидория не готовился в первый учебный день брать с собой какое-либо оружие, поэтому его руки немного подрагивали. Он может только уворачиваться. Боже, да Изуку не мог ничего: это драка муравья и тигра. Но они с Бакуго находились не в обычной школе, а в геройской академии. — Остановись, первогодка, — сказал чей-то низкий голос. Мидория обернулся на своего спасителя и расстроенно выдохнул. Это был душный очкарик с экзамена, который сказал ему заткнуться. Впрочем, сейчас он просил о схожем Бакуго. — Если ты не хочешь получить первый выговор или даже вылететь в первый же день, то остановись. Уголки губ Мидории дрогнули, но он сдержался. Злорадствовать сейчас не стоит — прилететь может обоим. Поэтому Мидория медленно зашел чуть за спасителя. Тот на него даже не обернулся, стоя ровно и уверенно. «Наверно, Кач-чан в ярости от этого», — воодушевился про себя Мидория. Радостно, когда такой человек злится не на тебя. Бакуго отвернулся, кривя лицо. В воздухе повисло молчаливое напряжение, прерываемое только звуками откуда-то извне с улицы. Другие студенты явно воодушевились героизмом очкастого и тоже стояли, поджав кулаки. Мидория не разделял общее настроения дать пизды будущему однокласснику, заранее зная простой спойлер: потом все вернется сполна. Поэтому Изуку все же выступил вперед, натянуто улыбаясь. — Кач-чан, это того не стоит, — выдавил он, сжимая кулаки, чтобы унять дрожь тела. Бакуго закатил глаза и косо посмотрел на Мидорию. Подрывник-то знал, что Изуку прав. Минутная слабость могла закончиться проблемами для всех. Студенты вокруг оживлялись тем временем. По толпе поползли шепотки. — Они — соперники или друзья?.. — Почему в UA вообще берут таких опасных парней?.. — Вы видели, у него пот взрывается на ладонях!.. — Нужно было идти в Кецубуцу, — цокнул Бакуго на это и резко развернулся в сторону школы, уходя вглубь толпы. — Свалите с дороги, ублюдки! Мидория наконец выдохнул, и студенты потеряли интерес к ситуации. Изуку с благодарностью посмотрел на своего заступника и улыбнулся. Не смотря на ситуацию на вступительном экзамене, этот парень впрягся за него. Приятно ошибаться в людях в таком ключе. Изуку уже готовился рассыпаться в благодарностях, как парень сам заговорил: — Я не удивлен, что именно ты попал в эту ситуацию. Изуку замер. В этот момент он предпочел бы, чтобы Бакуго вернулся и избил его до кровавых соплей, чем слушать эти слова. Проще пережить две недели восстановления с кремом от ожогов. Некоторое время Мидория молча смотрел на него, потом все же сделал шаг вперед. Очкастый лишь выше поднял свой нос. — Хочешь что-то мне сказать? — хмыкнул он. — Меня зовут Тенья Иида, класс А. Если хочешь поблагодарить, то используй вежливое обращение, не люблю фамильярностей. И то правда. Поблагодарить стоило, ведь противостояние Бакуго равносильно суициду во многих аспектах. Кацуки в будущем достаточно вспомнить эту ситуацию, чтобы объявить Ииду своим злейшим врагом. Мидория поднял глаза, встречая холод глаз за стеклами. — Мидория Изуку, класс А. Благодарю за поддержку, Иида-кун, — и Изуку поклонился настолько низко, насколько мог. — Простите за причиненные неудобства. Иида будто потерял от этого дар речи. Он молча поправил очки, поджимая губы и поправляя лямку рюкзака. Казалось, будто Тенья не ожидал, что Изуку правда стал бы извиняться перед ним. А может быть и так, что очкастый надеялся не оказаться в одном классе с беспричудным. — Постарайся не влипать в такие ситуации больше, — наконец нехотя отозвался Иида, разворачиваясь к школе. — Пошли вместе тогда в класс, раз мы… одноклассники. Мидория послушно поплелся за ним, скрупулезно разглядывая парня. Какая причуда уживается с таким характером? Что-то боевое, герой явно привык действовать напролом, точно не тактическая история. Плюс, выраженная физическая сила: казалось, что мышцы на шее парня нарисованы. — Кач-чан тоже из класса А, — бросил Мидория, чтобы прервать молчание. С одноклассниками нужно дружить, особенно с такими сильными. — Что?! — резко развернулся к нему Тенья, хватая за плечи и тряся. — И ты меня не остановил? В голове Мидории крутилась только одна мысль. Молчание — золото. Больше промолчишь, меньше пожалеешь. Поэтому Изуку молча принял ругань от парня. Тот явно не собирался портить отношения с будущими одноклассниками, а в итоге бычил на самого карикатурного хулигана сенен-манги. — Ты хоть понимаешь смысл слова «ответственность»?! — продолжал убиваться Иида, отпуская Мидорию и быстро шагая вперед. — Я не собирался наживать такого врага! Я даже не успел дойти до школы, а уже подхватил доходягу и встретился с задирой! Что за день?! Мидория ответил что-то невразумительное, тихо посмеиваясь, и чуть убавил темп. Кажется Тенье нужно было немного остыть, а Мидория явно не мог помочь ему в этом деле. Если быть совсем прямолинейным, Изуку лишь подогревал котел отчаяния. Так что вскоре Иида скрылся за поворотом коридора школы. Уже скоро начиналось первое занятие. Однако это событие немного отодвинулось. Мидорию резко схватили за локоть и заволокли в пустую часть извилистого коридора. Рядом с лицом в стену впечатались две руки, отрезая путь побега. В глаза Мидории смотрела невысокая девушка с розовыми дредами и безумным взглядом. Школьница широко улыбалась и опасно близко пыталась прижаться к Изуку. — Я — Мэй Хацуме, факультет поддержки, — бойко сказала девчонка, буквально наседая на Мидорию. Он неловко попытался отойти назад, но спиной уперся в стену. Девушка стояла слишком близко, и проходящие мимо школьники могли все понять не так. Но кажется ей было наплевать на это. А вот Мидория так не считал. Ему хватало и так тревожной мысли, что он будет сейчас популярен только за счет отсутствия причуды. — Приятно познакомиться, Мидория Изуку с геройского факультета, — выдавил Изуку, даже немного отворачиваясь. — О, это я знаю. Мне нашептали птички, что у вас есть герой без причуды в этом году, — кресты в ее глазах заблестели, и девушка буквально прижала парня своей грудью в стену. — Случайно ты не ищешь хорошего друга в факультете поддержки? — Я… я еще не думал об этом, — заливаясь краской, пищал Мидория, стараясь улизнуть и вырваться из захвата. — Дорогуша, это же наш шанс. Мои изобретения тебе точно пригодятся в бою! Так мы уровняем твои шансы на обучение, — наседала Мэй, звеня своим голосом. — Все герои рано или поздно приходят к нам за помощью с костюмами, поэтому тебе лучше начать раньше! Мидория только кивнул. У него буквально шел пар из ушей от такой близости. Она вызывала в нем чувства полной неловкости и смущения. С девушками ему всегда было… сложно. Общаться — легко. Близость и любые прикосновения вызывали странные эмоции. Хотелось подальше убежать и долго мыть руки или то место, к которому прикоснулись. И, будто услышав его мысли, девушка выпустила его из своего захвата и отступила немного назад. Она достала из кармана школьного пиджака карандаш и небольшой блокнот и криво вырвала из него листик. Мэй быстро и размашисто написала номер и свое имя и протянула их Изуку. — Просто свяжись со мной и мы все обсудим, — уже более спокойно сказала девушка. Мидория кивнул и принял листок. — Спасибо за заботу, — робко отозвался Изуку, держа его двумя руками. — Надеюсь, я не причиню никаких неудобств. — Ты что! — хлопнула его по плечу Мэй и звонко засмеялась. — Это же намного интереснее! Мы сделаем из тебя настоящего киборга-героя! Быстро попрощавшись друг с другом, они оба поспешили в свои классы. День длился долго и, одновременно с тем, будто пролетел за секунду. Они знакомились с одноклассниками, обсуждали причуды, погружались в самое начало геройских предметов. Учителя казались невероятно крутыми. Даже таковым показался Айзава, классный руководитель класса А. Несмотря на его сухое и сдержанное отношение к ученикам, Мидория-то знал, что Стиратель был первоклассным героем и очень ответственным учителем. Однако после уроков Мидорию мучило нехорошее чувство. От этого ощущения волоски вставали сзади на шее и на руках показывались мелкие точки. Казалось, что Стиратель всегда одним глазом следил за Мидорией. Будто любое его действие оценивалось и фиксировалось. Изуку уже привык к повышенному вниманию из-за отсутствия причуды: учителя всегда пренебрежительно старались отстранить его от общих уроков, где можно было использовать свою силу. Периодически взрослые позволяли себе даже более и говорили фразы, заседающие в голове навсегда. Эти слова всплывали у Мидории весь день, будто возвращая его к реальности. «Да, ты можешь сидеть с ними и болтать о героях и причудах, но ты никогда не станешь им равными. Ты, как калека, который волочится на марафоне за бегунами — держись ближе к краю, чтобы тебя не затоптали», — говорил ему внутренний голос, осаживая каждую минуту восторга и радости. — «Помни, кто ты и чего стоит твоя жизнь, обуза класса А». — Я приехал так быстро, как смог, — голос Шимуры вывел Мидорию из раздумий. Подросток поднял на него глаза от телефона и замер. Он и не заметил, как пришел на назначенное место встречи. Тенко смотрел на него из окна маленького зеленого мини купера. На двери машины красовалась наклейка-реклама какого-то заведения со слоганом: «Делаем это быстрее твоего бывшего». Шимура остановился у тротуара, не глуша двигатель, отчего фары сияли во мраке вечера. Прохожие немного косо поглядывали, точно ли все в порядке с этой ситуацией. — Это что вообще? — прыснул Мидория и, не удержавшись, сделал фото на телефон. Шимура закатил глаза, бурча: «Садись уже, придурок» и почесывая свободной от руля рукой шею. Изуку с удовольствием сел на пассажирское сиденье рядом с Тенко. Маленький салон истончал из себя запах какой-то еды и сигаретного дыма, отчего Мидория мгновенно открыл и свое окно. Не хватало только, чтобы мама что-то заподозрила. Подросток немного осмотрелся и наконец увидел на заднем сиденье пакеты доставки. Шимура молча поехал, спокойно придерживаясь медленной скорости потока. — У тебя есть работа? — наконец позволил себе удивиться Мидория. — Шимура, это же круто! Почему ты молчал? — Разве доставка из какого-то зачуханного бара на окраине — это работа? — фыркнул Тенко, и Мидория неловко замолчал. Видимо эта тема была неприятна Шимуре, поэтому тот быстро увел разговор в другое русло. — Эй, лучше расскажи, как твой первый день? Мидория с весельем изложил основные события, не забывая упомянуть о безумной девушке с факультета поддержки и немного умалчивая об утреннем инциденте. Шимура молча кивал, изредка поглядывая на друга. Огни проезжающих машин освещали бликами их лица, и Изуку видел, как горели интересом глаза друга. Он сейчас выглядел очень взрослым: тело пересекал ремень, руки на руле, поза оставалась строгой и напряженной. Шимура все контролировал и был ко всему готов. — Проблем никаких не было? — дослушав рассказ, уточнил Шимура, будто залезая под самую кожу Мидории. — Ничего необычного, — улыбнулся он, стараясь выглядеть максимально естественно, и поэтому добавил. — Просто тревожно от всего. — От чего? — продолжил парень, сворачивая к жилым дворам. — Опять твой Бакуго наглеет? — О, нет, ничего такого, — робко пискнул Мидория. — Мы даже не общаемся. — Неужели твое поступление никак не ебнуло его самооценку? — изогнул бровь Шимура, тормозя и глуша двигатель. — Да, я сам удивлен, — улыбался подросток, надеясь на лучший исход этого диалога. — Да как ты смеешь мне врать? Шимура расстегнул ремень и молча повернулся всем телом к Изуку. Он явно разгадал ложь подростка: тонкие губы сжались, ноздри раздулись, волосы снова упали на лицо, закрывая глаза. Тенко выставил вперед руку и выгнулся вперед. Шрам на губах недавно открылся и место вокруг него раскраснелось. Острый кадык уводил взгляд ниже к ключицам и белой груди, черной футболке. Время будто замерло. Мидория видел, как Шимура придвинулся ближе, и его дыхание стало жечь щеку. Изуку интуитивно вжался в кресло, открывая рот, но не находя слов. Они находились слишком близко и бежать было некуда. Прохожие уже не ходили по темным районам, и свидетелями ситуации станут только мошки у лампы уличного фонаря. Сердце Мидории сжалось, и будто все внутренности влипли в позвоночник. Дыхание стало резким, и Изуку старался подобрать нужные слова, открывая и закрывая рот, как рыба. Тенко резко развернулся к заднему сидению и забрал пакет с вонючей едой. «Прости», — буркнул парень и вышел из машины, хлопнув дверью. Мидория закрыл рукой рот и осторожно перевел глаза на зеркало. Щеки раскраснелись так, что и уши даже заалели. На лбу появилась испарина, и Мидория тихо замычал в ладонь. Что это сейчас такое было? — Вечер добрый, доставка от Чикен-Чикс, — застучал в дверь Тенко, держа курицу от себя на расстоянии. — Почему так долго?! — скандально протянула девушка школьного возраста, открывая парню и забирая пакет. — Я уже устала ждать. — Спасибо за обратную связь, Чикен-Чикс, доставляем удовольствие быстрее вашего бывшего, — на автомате выдал слоган кафе Шимура, даже не дослушав женщину и разворачиваясь. — Ждем вашего следующего заказа. — Хам! — крикнула ему в спину дамочка и захлопнула дверь. Шимура молча сел в машину и достал пачку сигарет. Он закурил и медленно выдохнул дым в окно. Свободной рукой он заправил волосы за ухо и приложил пальцы к переносице. Сухая кожа вокруг глаз стала шелушиться и немного потемнела от явного недосыпа. Брови сошлись к переносице тоже, и Тенко поморщился. Он стряхнул пепел и, зажав губами сигарету, тронулся. Изуку неловко вжался обратно в сиденье. Шимура перехватил сигарету со рта одной рукой, крутя руль второй. Свет фонарей гулял по напряженному лицу. С молчащим Тенко всегда было сложнее, чем с болтливым. Как-то парень умудрялся распространять ауру своего настроения на собеседника и нагло давить его. — Прости, что тебе пришлось это видеть, — наконец подал голос Тенко. — Ну ты что, — замахал руками Мидория. — Я рад, что у тебя есть даже такая работа! Ты выглядел иногда… ну… — Чтоб ты сейчас ни сказал, это будет звучать, как оскорбление, — перебил его Шимура, затягиваясь сигаретой и выдыхая дым. — Если нечего сказать хорошего, лучше помолчи. Мидория подчинился. Сопротивляться плохому настроению друга — дело неблагодарное. Если Шимуру не порадовали даже успехи за день у Мидории, то тут ничего не сделаешь. Изуку отвернулся к окну. Его волосы развевались от потока воздуха, рисуя кудрявые круги. Блики фонарей и вывесок играли на щеках и в зелени круглых глаз. Мидория медленно пальцем отбивал известный ему ритм по коленке, стараясь снизить свою тревожность. Шимура резко вернул взгляд на дорогу, стараясь удерживать его на ней. Тенко слишком долго смотрел не туда, отчего даже руль немного дрогнул в руках. Для водителя со стажем это дурной знак. Но и держаться больше не было сил. Поэтому Шимура стал издавать звуки. Вначале вздохнул. Потом цокнул на красном свете светофора. Дальше послышалось тихое: «Да куда ты прешь вперед меня». Изуку обернулся на него, смотря чуть исподлобья. Шимура редко начинал такие игры. Такое происходило только тогда, когда друг вначале бросал что-то грубое, а потом сожалел о своих словах. Нужно было переступить гордость и признаться, что ты обосрался, но для Тенко подобное явно давалось с большим трудом. И Мидория, обладая более гибким и мягким характером, позволил ему в очередной раз проехаться на себе. — Я все думаю, — начал он, выдумывая тему на ходу. — Если Мэй действительно может сделать какую-то штуку для меня, то что стоит улучшить? Как ты думаешь? Тенко бросил на него быстрый и многозначительный взгляд. На губах появилась кривая усмешка. Парень даже немного выпрямился, ощутив свою важность. Мидория, не сдержавшись, снисходительно улыбнулся. Порой казалось, что Шимура был либо младше него, либо застрял в каком-то возрасте пятнадцатилетки. Впрочем раньше это проявлялось меньше, но в личном общении Тенко явно лидировал по социальной дезадаптации. — Можно начать с рук. Потом, когда ноги подкачаем, будем уже и на них делать упор. Но нам бы график тренировок изменить и продумать более детально… — голос Шимуры мечтательно мурлыкал до самого съезда в лес о планах на будущее. Там парни ехали в самую глубь, пока наконец не выехали к небольшому зданию. Они вышли из машины и под рассуждения Тенко зашли в заброшенный склад. Именно тут парень решил провести сегодня спарринг. Старое помещение скорее напоминало полигон, если бы не пыльные деревянные коробки по углам, то Мидория бы точно решил, что это какое-то важное здание. Шимура где-то нашел выключатель, и тусклый желтый свет озарил парней. Мидория молча отложил в сторону рюкзак и вытащил из кармана спортивных штанов телефон и ключи, убирая их подальше. Шимура начал тянуться, становясь будто даже длиннее от этого. — Дома я стараюсь оттачивать удары, так что сегодня постарайся не сдерживаться, — с улыбкой произнес Мидория, поднимая вверх кулаки. — Я буду серьезен. — О, как боюсь, — хрипло ухмыльнулся Тенко, потягиваясь перед дракой. — Между прочим, я серьезно! — шире улыбнулся Мидория, вставая в широкую позу. — Сегодня я собираюсь тебя победить! — Ты уверен? — недоверчиво протянул Шимура. — Да, тренер. Тенко не нужно было предлагать больше. Его нога с размахом полетела вперед. Мидория был готов к этому выпаду и поэтому успел увернуться. Шимура пролетел мимо со своим ударом и угодил ногой в деревянные коробки. Изуку обернулся и убедился, что Тенко сегодня был серьезен. Он поднимал ногу из проломленной коробки. Тогда медлить не стоило. Он с разбега впечатал кулак в лицо тренера. Тот без промедления развернулся и схватил Изуку за локоть, притягивая к себе. Мидория в ужасе смотрел в безумные глаза друга, который входил в раж. Сколько же в нем жажды крови?! Из размышлений его вырвал удар в живот. Мидория согнулся пополам, жадно хватая ртом воздух. Чужое колено прилетело прямо в нос, и Изуку полетел назад. По лицу потекла теплая кровь, и переносица посинела. Парень с трудом поднялся, опираясь на колени. — Сдаешься? — фыркнул Шимура, азартно покачиваясь из стороны в сторону. — Нет, — твердо заявил Мидория, растирая по лицу кровь с носа. — Тебе не сдамся. Улыбка Шимуры пропала, и он изогнул бровь. Кажется, Изуку снова задел какую-то струну души, и Тенко принял его слова на свой счет. «Хоть молчи постоянно!» — простонал в голове Мидория прежде, чем подростка настиг следующий удар. Тенко бил в ноги, сбивая подростка на землю. Тот рухнул на колени, поднимая вверх столб многолетней пыли. Мидория отчаянно закашлялся, упираясь руками в пол и морщась от боли в икрах. Следующий удар Шимуры оказался сбоку, и Изуку покатился кубарем и влетел в деревянные коробки с грохотом. — У тебя остались целые ребра? — ухмыльнулся Шимура, убирая руки в карманы штанов и тем самым будто показывая: «Я уже победил». Он весело развернулся на носках и пошел на выход, продолжая насмехаться. — Я же предлагал сдаться, зачем так бороться? Пожалел бы себя и завтра не шел бы в школу с синяками… Яростное «ЭЙ!» заполнило помещение и прервало речь Тенко. Он развернулся на крик, и в его лицо прилетела чужая ладонь. Мидория ухватил верхнюю часть головы Шимуры и повалил его на пол. Однако стоило ему занести руку для следующего удара, как Шимура сбил парня с себя ударом в висок. Мидория отлетел в сторону, хватаясь за голову. Все тело пронзила жуткая боль. Голова закружилась, и к горлу подступила тошнота. Изуку неловко переступил с ноги на ногу и поднял глаза на Шимуру, чтобы сдаться. В то же мгновение Тенко схватил его за горло и повалил на землю. Позвоночник Мидории пронзило болью, и в ушах противно зазвенело. Шимура одной рукой прижимал Мидорию за шею к земле, второй удерживал запястье. От удара затылком о пол перед глазами Изуку все плыло, и ему потребовалось время, прежде он снова смог разглядеть соперника. Красные глаза были налиты кровью и казались еще более страшными от лопнувших капилляров. Седые волосы отливали тусклым голубым цветом. На лбу выступил пот, со рта мужчины срывалось сбитое дыхание. Шрам на губах окончательно разошелся и по подбородку текла алая кровь. Тенко превратился в дикое животное. Мидории казалось, что Шимура видел сейчас перед собой не своего друга, а кого-то другого. Этого человека Тенко собирался убить. Шимура сжимал чужое горло с такой силой, что Мидории приходилось прикладывать усилия, даже чтобы просто дышать. Он попытался похлопать Тенко по плечу для окончания спарринга, но осознал, что вторая рука была прижата к земле. Изуку стал отчаянно дергаться и хрипеть. В горло впились чужие ногти и невыносимой болью стали проникать в плоть. Панические мысли пролетели по всей голове мурашками. В глазах появились пугающие пятна. От этого Мидория затрясся сильнее, отчаянно хрипя. Без сопротивления он не собирался умирать. Поэтому выбор между умереть от чужих рук или ударить в пах стал очевидным. Лицо Мидории стало зеленеть. Воздуха оставалось совсем мало. Изуку поднял с силой колено, чтобы поддать своему тренеру как следует. От удара Тенко даже немного подлетел, но главное — ослабил хватку. Воздух спасительно обжег легкие, и Изуку звонко в тишине закашлялся. Тут Шимура и отпустил его. Парень в шоке отполз немного назад, потом подался вперед к Мидории и замер. Изуку перевернулся на колени и уперся локтями в пол. Спазм прошелся по всему телу, и на пол полилась рвота вперемешку с кровью. Дыхание вконец сбилось так, что Изуку рыбой хватал глотки воздуха и дрожал всем телом. — Ты ебнулся? — наконец прохрипел Мидория, оборачиваясь на друга. — Я… я не хотел… — прошептал Шимура, протягивая руку и тут же ее убирая назад. — Мидория… я просто… — Кха-ха, конченный! — взорвался подросток, продолжая заливаться кашлем. — Ты меня убить решил?! — Мидория, я… извини меня, я не хотел… я не знал, что так… — Пошел! — рявкнул Мидория, наконец вскакивая с места и качаясь. В голове шаром катались все ругательства, что он слышал в своей жизни. — Пошел! Нахуй! В глазах у Изуку все потемнело, и он стал оседать на пол. Ладони жадно хватали воздух вокруг, в надежде ухватиться за что-то крепкое. Сильные руки подхватили подростка за плечи. Мидория с трудом посмотрел снизу вверх на «тренера». Лицо Шимуры дрогнуло. По щекам Изуку была размазана кровь из носа, губы лопнули и кровоточили, висок заплывал синевой к брови и глазу. Взгляд Тенко скользнул ниже. Кровоподтеки и синий след от ладони ошейником украшали тонкую шею. Мидория закашлялся снова, и Тенко без лишних слов подхватил его под колени и поднял. Изуку уткнулся лицом в чужую грудь, слыша в голове все тот же противный звон. У подростка не было сил смущаться их близости. Шимура отнес его в машину, помог усесться в кресло и выпить воды из бутылки. Мидория жадно глотал воду, периодически от этого кашляя. Горло ужасно болело и сжалось под давлением. — Завтра повторим, — наконец прохрипел Мидория, смотря в красные глаза. Видимо из-за лопнувших капилляров, они странно блестели и будто слезились. Шимура выдавил из себя кривую улыбку и фыркнул, пристегивая Мидорию ремнем безопасности: — Тебе вначале бы восстановиться, прежде чем в драку лезть снова. — Если я даже тебя не могу победить, что говорить о злодеях, — сказал Мидория и про себя добавил: «И о Бакуго». Тенко закатил глаза и молча ушел в полигон. Он вернулся с забытыми вещами Мидории и бросил их на заднее сиденье. После Шимура сам пристегнулся, и машина в лесной тишине зашумела. Изуку беспощадно укачивало, и держался из последних сил, чтобы его не вырвало в салоне машины. Так унизительно давно не было. Даже Бакуго никогда не избивал его настолько… жестоко? Безжалостно? Тело наливалось тяжестью. Нога после удара распухла и почти не двигалась. Ребра будто сковали легкие и кололи в грудь. А мелкие ссадины и синяки даже не заботили на фоне зудящего горла. Кожа там горела и чесалась. Изуку старался лишний раз не морщиться от боли — лицо тоже болело. Мидория осторожно перевел глаза на Тенко. Кем же был его друг? Откуда он умел так драться и почему… почему он становился таким кровожадным? Вопросов появлялось только больше, и Мидория задал самый простой из них. — Куда мы едем? — К старой подруге, — сухо ответил Шимура, а потом будто осекся и продолжил развернуто. — Она хороший доктор, поэтому точно поможет нам без лишних вопросов. — Хорошо. В салоне наступило молчание. Шимура, не отрываясь от дороги, закурил снова. Мидория невольно задался вопросов, сколько же он курил в день сигарет. Как это вредно для здоровья… — Ты обиделся? — первым сдался Шимура. — Ты издеваешься? — кисло обернулся Мидория и поморщился от головной боли. — Извини. — Пожалуйста, Тенко, прекрати. Я не обижен. Я в ахуе.