Слабый герой

— Изуку… — ошарашенно выдохнул Шимура. Мидория чуть наклонился в сторону, всё же облокачиваясь о дверной проем. Поскольку Изуку буквально летел в школу, стоило ему попасть в кабинет, как последние силы его покинули. Так что сейчас юноша с трудом восстанавливал дыхание, пытаясь усмирить бурное сердцебиение. Да и как сердцу не биться так сильно, когда перед глазами такое зрелище? Хоть лицо Тенко и сохраняло отстраненное выражение, в глазах была целая буря. От цепкого взгляда Изуку не скрылись и чужие подрагивающие ладони. Мидория даже жалел, что не умел придумывать шутки на ходу, чтоб подтрунивать над смущением друга. Всё-таки Шимура выглядел так же смущенно, как после их первого боя с перчатками. От воспоминаний Изуку заулыбался шире, и Шимура неловко улыбнулся ему в ответ. Но не бывает пира, который не кончается. Мидория и Шимура так и смотрели бы друг на друга, если бы не Урарака. Девушка подскочила к однокласснику и с лепетом спросила, почему он задержался. Через мгновение к ней подоспели и другие ученики, окружая пару. Повышенное внимание вызвало смесь смущения и стыда у юноши, и он отвел глаза, невнятно бормоча оправдания. — Что вы, что вы! Так получилось — кряхтел Мидория, пытаясь придумать вразумительный ответ. Окруженный толпой старшеклассников, Тенко машинально проверил телефон и вздохнул. Раз Мидория подоспел, больше не было оправданий не идти к Айзаве. Шимура поднял взгляд обратно, и светлые брови сдвинулись к переносице. Внешний вид Мидории его немного пугал, но он не мог понять — что не так? Поэтому Шимуре очень хотелось остаться и послушать историю друга. Вот отстой. — Мне надо идти, — с сожалением оповестил Тенко, выходя из кабинета и оборачиваясь напоследок к Изуку. — Никуда не уходи. Я скоро буду. Они снова пересеклись взглядами, и Мидория кивнул ему тоже с видимым расстройством. Так что стоило двери закрыться, Тенко почти бегом направился в учительскую. Изуку со вздохом вернулся к любопытным одноклассникам. Взгляд скользнул по знакомым лицам, и, не встретив негодования в чужих глазах, Мидория испытал облегчение. Только Кацуки недовольство изгибал бровь, но и он сгорал от любопытства. И то верно — Мидория никогда не опаздывал. — Так что случилось? — твёрдо повторил вопрос Иида. — Ммм, — с невнятным мычанием отвел глаза Изуку. Мидория едва заметно поморщился. Было тяжело объяснить произошедшее, да и роль Изуку в ситуации странная. Зачем он только влез в это все? «Ну ладно, в конце концов, чего таить?» — вздохнул про себя юноша. Собравшись с духом, Мидория кратко рассказал все, что приключилось с ним утром. Вываливая всю историю, Изуку так боялся встречаться с сочувствующими взглядами одноклассников, что смог смотреть только в глаза безучастному Тодороки. Остальные ребята слушали его, затаив дыхание. Только Урарака расстроено качала головой, и Бакуго кивал с кривой улыбкой на губах. На какое-то время класс «А» погрузился в молчание, но затем они стали приходить в себя. Чужая тревожность была для Мидории заразительной, и он тоже тихо ждал реакции на свою историю. Разумеется, первым очнулся староста класса. — Мидория, это полный ужас! Ты подвергаешь свою жизнь неоправданному риску, — бойко отчитывал Тенья, размахивая рукой. — Я понимаю, каждый из нас по-своему справляется со стрессом, но это уже безумие. Класс вздохнул. Каждый поневоле задумался. И то правда — вначале после теракта подростки старательно делали вид, что все хорошо. Они соблюдали рутину, много шутили, активно проводили вместе время и даже собирались на выходных. Что угодно, лишь бы не вспоминать тот день. Так было намного проще игнорировать произошедшее. Но затем школьники всё больше замечали за собой странные привычки: все старались ходить группами, обязательно уточняли, всё ли в порядке, некоторые даже оставались друг у друга на ночевки. До ребят медленно доходил произошедший ужас, и каждый день становился новым испытанием. Само собой — происшествие с автобусом задело одноклассников. Лицо Очако и вовсе посерело от услышанного. Подруга волновалась больше всех. Она прямо прожигала взглядом голову Мидории и хмурила брови. Юноша смущенно поглядывал на нее, не находя нужных оправданий своему поступку. Вдруг в девичьих глазах что-то блеснуло, и Урарака прижала ладонь к губам. — Мидория! У тебя стекло в волосах! — ужаснулась девушка. Стекло в волосах?.. Ах, да… Мидория неловко вспомнил. Его ленты разбили окна автобуса, и потом транспорт с отдачей упал обратно на землю. Из-за того, что Изуку сильно спешил, он не придал этому значения. «Так наверно и появилось стекло», — рассудил Мидория. Одноклассники тоже всматривались в чужие волосы. Так и не заметишь, но осколки действительно оказались среди плотных завитков. Кудри Изуку не только уберегли голову от царапин, но и стали ловушкой для разбитого стекла. Ни капли крови, даже ни царапинки! Мидория и сам так удивился этому, что даже неосознанно потянулся к волосам. Класс дружно закричал в ужасе, и Киришима с Иидой едва успели вцепиться Изуку, вынуждая его опустить руки. — Ты что творишь, идиот?! — рявкнул Киришима. — Простите, я даже не подумал, — жалостливо отозвался Изуку. Наконец парни отпустили его, убедившись, что он все осознал. Иида всё отчитывал одноклассника, пока не выдохся. Лицо Изуку то краснело, то бледнело от речи старосты. В конце юноша выдавил очередные извинения и поклонился как можно ниже. Класс погрузился в тишину. — Черт, а правда: как вытягивать? Оно же все в кудрях! — ворчливо заметил Бакуго и скрыл за упрёком беспокойство. — Деку, блять, сделай уже что-то со своими волосами! — Простите-простите. Мидория неловко рассмеялся, в очередной раз отводя взгляд. Но каждый учащийся класса «А» задумался. Как помочь Мидории? Поскольку из всех присутствующих девочки казались опытнее в таких вопросах, юноши с надеждой обернулись на них. Вдруг что-то придумали? Урарака и Тсую переглянулись. — Нужно попробовать стряхнуть часть осколков сначала, а остальное вычесывать… наверное, — неуверенно предложила Очако. — У меня есть расческа с собой, — поддержала затею Момо. — А у меня гребешок! — заботливо отозвалась Мина. — Только как это сделать, не оцарапав все пальцы? — лаконично уточнила Тсую. Не удержавшись, Бакуго громко хмыкнул и усмехнулся. Изуку увидел идею в чужом взгляде, и его тоже осенило. «Ох, это не к добру», — подметил осторожный голос внутри, и Мидория был вынужден с ним согласиться. За это время Шимура наконец добежал до учительской. Скользя кроссовками по паркету, он распахнул раздвижную дверь и чуть не сбил выходящего Всемогущего. Тот бодро заговорил о «духе юности», но у Тенко не было времени на эту чушь. Бормоча жалкую пародию на извинения, паренек проскочил через столы к Айзаве. — Что звал? — не церемонясь, буркнул Шимура. — О, ты пришёл, — фыркнул Даби, сидящий за соседним столом. — Мы-то думали, что у тебя дел по горле в твоём гей-клубе. Шимура бросил на него испепеляющий взгляд, но друг уже погрузился в документы. Тогда Тенко вернулся к учителю. Айзава молча всматривался в экран телефона. Нехорошее предчувствие посетило Шимуру: если что-то происходило, Стиратель не сдерживал своего недовольства. «Твою мать, что я еще успел натворить?» — подумал Тенко. Наконец учитель поднял взгляд на консультанта и поманил ладонью к себе. Лицо Айзавы выражало неясную эмоцию, что только больше путало. После он показал экран своего телефона. Айзава вслух прочитал новостной заголовок: — «Авария на перекрестке: неожиданное пробуждение причуды у ребенка привело к семи столкновениям и появлению «автобуса-сколопендры». После Айзава опустил телефон и посмотрел в глаза Шимуры. Учитель поучительно закивал, и консультант решил, что тот окончательно сошел с ума. Тенко косо глянул на Даби в поисках объяснений. Напрасно: он лениво регистрировал всех опоздавших на занятия и не планировал давать хоть немного контекста. А ведь там в классе остался Мидория… — Новость — обосрешься. В следующий раз просто скинь ссылку, — кивнул Тенко. — Манеры, Шимура, — сурово напомнил Айзава и встал с места. — Речь идет о твоем друге. Тенко опешил и невольно подался вперед. Он-то думал, что учитель снова звал его по какой-то мелочи, но дело действительно срочное. Всё, что касалось Мидории, было срочным. — У него появилась причуда?! — округлил глаза Шимура, наваливаясь на учителя. — Ты дурак? С каких пор у нас причуды появляются в подростковые годы, — проворчал Айзава и снова показал экран телефона. — Смотри внимательно. Благодаря видео с городских камер наблюдения всё стало чуть яснее: происшествие случилось на пешеходном переходе. Ребенок загорелся ярким светом, от которого все окружающие его объекты взлетели в воздух. Проявленная причуда подбросила и людей, и даже ближайший транспорт. Вот только в отличие от других машин, автобус подлетел и через мгновение полетел дальше. Цепкие ленты вылетели из его окон и протащили до самой следующей остановки. Тенко узнал бы эти ленты даже в глубокой старости. «Мидория Изуку, ты невероятный», — восхитился мужчина, пока его друг выскакивал из разбитого автобуса и убегал на видео. — Ха, — только выдохнул Шимура с улыбкой. На мгновение Айзава лишился дара речи. Он перевел взгляд на Даби, которому было совершенно плевать на происходящее, и взорвался. Без того изрядно разозленный еще на педагогическом собрании, Шота обрушил на консультанта всю свою ярость. — Ты что, совсем обалдел? Какое «ха»?! — возмутился Айзава. — А дальше что? Он пойдет патрулировать улицы? Сразу в мясорубку бросится?! Тенко ожидал чего-то подобного и попытался выкрутиться: — Само собой, не сразу. Учитель бросил на него сердитый взгляд, и его лицо стало пунцовым от злости. Сдержав ругательства внутри себя, Айзава в чувствах запихнул телефон к себе в карман и вышел из-за стола. «Безнадежен, он безнадежен!» — мысленно возмущался Айзава на Шимуру. Да и того хуже — они оба, Тенко и Изуку, безнадежны! — Пошли! — кипя от злости, процедил Айзава. — А то я тебе сейчас устрою! Месяц потребовался, чтобы мать Мидории Изуку успокоилась. Месяц потребовался, что беспричудный балбес вляпался в новое дерьмо по самые уши. Сколько Айзава нагрешил в прошлой жизни, раз дела в этом учебном году шли хуже и хуже с каждым днем? Айзава и Шимура вышли из учительской и быстрым шагом направились в класс «1-А». Тенко молчал, и Стиратель заводился уже от его молчания. Учитель-то знал: в подобных выходках Шимуре не было равных. Тенко сейчас молчал не от того, что было нечего сказать. Он просто выбирал самый отвратительный ответ. «Мелкий говнюк!» — взрывался внутри Айзава. Он уже собирался ругаться, когда Шимура подал голос: — Кстати, если на Изуку и есть какая-то вина, то что насчет дежуривших героев на той улице? Что там пишут в твоей статье? — криво усмехнулся Тенко. Айзава закатил глаза. — Что ты несёшь? — сквозь зубы отрезал учитель. — Это уже не нам судить. — Ага, у профессиональных героев ни стыда, ни совести — всю работу скидывают на беспричудного героя, — с напором протянул Тенко. «Как хорошо, что его никто не слышит», — устало вздохнул Айзава, приближаясь к нужному кабинету. Звонкие подростковые голоса доносились из-за дверей, будто что-то буйно происходило там. Мужчины остановились возле кабинета. Стиратель обернулся к «напарнику», подбирая нужные слова: — Ты не можешь отрицать, что это было опасно. Кто-то из героев был рядом, но Мидория Изуку сделал все по-своему. — Ты поступил так же на его месте, — без раздумий ответил Тенко. — Ты всегда бежишь первым. — Это из-за причуды, не сравнивай нас, — отмахнулся учитель, уже сожалея о сказанном. — Ага-а, — протянул консультант. — Конечно, как что, так «не сравнивай»! А как… Всё-таки допёк. Айзава молча развернулся к парню и замахнулся. Негодник чуть втянул голову в плечи, пока белая лента опасно крутилась вокруг. На его счастье, Стиратель всего лишь опустил руку ему на плечо. Из-за бинтов Тенко не видел лица учителя, но мысль уловил: «Мы закончим этот диалог позже». Хоть Шота и позволял ему оставаться честным, но терпение на «правду» было небольшим. Ко всему прочему, у Айзавы возникало всё больше вопросов. Отчего-то Мидория Изуку вызывал у Тенко бурную реакцию, но сейчас у учителя уже не было сил разбираться. Тут Шимура, там Мидория, потом — третий курс. «Айзава — папа для всех», — заворчал внутри Шота и кивнул консультанту, стараясь успокоить его. Теперь предстоял разговор с виновником происшествия — Мидорией. Айзава распахнул дверь и не смог заставить себя переступить порог. Шедший позади Шимура тоже остановился и с открытым недовольством заглянул за плечо Стирателя. Алые глаза округлились. Тенко даже закашлялся от неожиданности. Класс «А» решал проблемы в своем стиле. Бакуго держал Мидорию за ноги, перевернув его головой вниз. Тёмные волосы свисали над мусорным ведром, в которое Очако и Тсую старательно вычёсывали осколки стекла из плотных завитков. Остальные шутливо обсуждали что-то. Даже Изуку посмеивался, свисая головой вниз. Но стоило двери открыться, веселый щебет мгновенно затих. Подростки, застигнутые врасплох, испуганно засуетились. Бакуго от неожиданности ослабил хватку, и Мидория с приглушенным «Э!» опустился головой мусорное ведро, пока друг не сообразил его обратно поднять. Девочки неловко отскочили в стороны от ведра и обернулись на Айзаву. Ученики в ужасе смотрели на учителя и консультанта, как олени на фары приближающейся машины. В классе воцарилась тишина. Мидория не стал исключением. Он замер, в ужасе смотря на перекошенные лица учителя и Тенко. В наступившем молчании Изуку краснел со стыда. Последний месяц прошел в фоновой тревоге и неловкости, что Мидория даже забыл об этом чувстве. Ну ничего, теперь он полностью вспомнил смысл слова «стыдоба». Первым отошел от шока Тенко. — Да вы охренели вообще, — хрипло выдохнул он, подлетая к Мидории и поднимая его под подмышки. Изуку неловко поднял на него взгляд. Он пролепетал негромкое: «Всё хорошо, это моя идея», чтобы успокоить своего «спасителя». Но тот лишь сильнее округлил глаза. «Позорище, Изуку, сплошное позорище!», — от этих мыслей юноша и вовсе стал пунцовым. Недаром говорят: «Как корабль назовешь, так он и поплывет». Похоже он оставался невезучим Деку до сих пор. Как и Кацуки оставался взрывным «Кач-чаном». — А что нам делать?! Этот говнюк был весь в стекле! — огрызнулся Бакуго и потянул Изуку к себе за ноги. Мидории захотелось закрыть лицо руками, но Тенко держал его слишком крепко. Шимура злился до такой степени, что юноша спиной чувствовал бешеное сердцебиение друга. Даже Айзава нехотя подметил, как быстро Тенко вышел из себя. «Что между ними происходит?» — сощурился Шота, чуть концентрируя причуду во взгляде. — Вы бы еще с окна свесили Изуку и трясли его, как тряпку! — рявкнул Шимура, обратно утягивая друга и еще сильнее прижимая к себе. Кацуки даже оторопел от такой наглости. Он сильнее сжал ладони на лодыжках Мидории, и юноша ощутил чужой мокрый пот. Изуку умоляюще посмотрел на него. В ответ Кацуки сильнее нахмурился и кивнул носом, мол: «А я-то что?». Подрывник снова попытался вырвать из чужих рук юношу. — Мы пытались сделать хоть что-то! — не отступал подрывник. — А ты… Наконец Айзава вмешался, заплетая всю тройку в свою ленту и тем самым обездвиживая. Изуку с благодарностью посмотрел на него. Лицо учителя до сих пор было перевязано после бойни, так что Мидория не знал, какую эмоцию тот испытывал. — Так, заканчивайте этот цирк, — сквозь бинты голос Айзавы звучал еще ниже. — Бакуго, отпусти его. — Почему я?! — оскорбился Кацуки. — Потому что, если отпустит Шимура, Мидория ударится головой о пол. Аргумент подействовал на Бакуго. Он наклонился вперед, опуская ноги Изуку и прожигая взглядом Шимуру. Тот только хмыкнул, ощущая свою победу. Наблюдая за ними, Мидория кисло улыбнулся. Юноша так и не разобрался в сути их конфликта. Бакуго не переносил Тенко, а тот… соперничал с ним? От этой мысли Мидория даже фыркнул. «Ну да, конечно, Тенко конкурирует с ним», — саркастично подумал Изуку, удивляясь своим домыслам. Настороженно следя за эмоциями на лице Мидории, Айзава приблизился, оглядывая внешний вид своего ученика. Зеленые волосы были еще кудрявее влажным летом, школьная рубашка выбивалась из-под пояса брюк, галстук выглядел абсолютно несуразно. «Так и не скажешь, что он способен на подобное геройство», — нахмурился своим мыслям учитель — А теперь, Шимура, тоже отпусти Мидорию, — потребовал Айзава, на что Тенко закатил глаза. От этих слов лицо Мидории раскраснелось. Только сейчас до него дошло, что Тенко так и не отпустил его, обнимая со спины. Живот поджался, и краска залила даже шею. Тенко судорожно выдохнул, и его дыхание обожгло затылок. После Шимура аккуратно разжал руки. Тенко неохотно выпустил друга из захвата и убрал их ему на плечи, чуть поглаживая пальцами ткань пиджака. Айзава перехватил его взгляд. Хоть парень выполнил послушно просьбу, учитель отчетливо прочел в алых глазах недовольство. «Да что с ним такое происходит?» — недоумевал Шота. Но время поджимало. Поэтому отмахнув мысли, Айзава начал допрос Изуку: — Голова? — кратко спросил учитель. — В порядке, — кивнул Изуку. — Ноги, руки? — Целы. — Головокружение, тошнота? — Нет. — Удары по голове были? — Не было. — У него нос синий, вдруг там сотрясение, — вмешался Тенко, через плечо склоняясь к юноше. Изуку удивленно прикоснулся к переносице. Прилетевшая книга в нос уже забылась в череде событий. Да и Мидория потом помазал синяк цинковой мазью с лидокаином и благополучно забыл о нем. Поэтому Мидория поспешил успокоить Шимуру. — Нет-нет, это я не в автобусе! — с улыбкой кивнул юноша. Окружающие обернулись на него, и Мидория едва ли не хлопнул себя по лбу. На будущее — нельзя говорить такие вещи. Айзава тяжело вздохнул. Учитель еще раз внимательно осмотрел Мидорию на видимые повреждения и, не обнаружив ничего внешнего, велел: — Пойдём в медкабинет. — Я в порядке, честное слово, — поспешил заверить учителя Изуку, но собственный голос стал предательски высоким, выдавая его волнение с головой. Шимура отпустил плечи Мидории и выступил вперёд, подхватывая своей рукой чужую ладонь. Их взгляды пересеклись, и Изуку показалось, что он растаял в тот же момент. Весь рой мыслей затих. Прошедший месяц был таким неловким в их общении, что даже такая простая вещь, как прикосновение, стала роскошью. Мидория сжал чужую ладонь в ответ, и уголки губ Шимуры дрогнули. — Я провожу Мидорию, — кивнул с улыбкой Тенко. Учитель мгновенно выставил вперед руку, разделяя парней и отстраняя Шимуру. У Мидории стыла кровь в жилах от низкого голоса Стирателя. — Стоять. Я пойду с ним, — отрубил Айзава. Тенко дернулся, как от пощёчины, и оскорбленно посмотрел на учителя. Губы поджались, поднимая за собой родинку, и алые глаза засияли обжигающим холодом. На лице Шимуры было написано: «Ты серьезно?!», и Изуку, осторожно глянув на друга, разжал ладонь. Мужчина обернулся в расстройстве и к нему, на что юноша только покачал головой с легкой улыбкой. Изуку знал, учитель был непреклонен. «Рассаживайтесь по местам и ждите нас», — буркнул он напоследок классу. После этих слов Стиратель молча направился к Исцеляющей девочке, и за ним стыдливо засеменил Мидория. Перед уходом юноша еще раз украдкой посмотрел на Тенко. Друг, недовольный чужим решением, буравил взглядом перебинтованный затылок и через мгновение все же посмотрел на Изуку. Взгляд Шимуры смягчился, и мужчина ободряюще кивнул ему. Сердце сжалось от переполняемых эмоций, и Мидория улыбнулся шире. — Обязательно возвращайся, Мидория, — напоследок воскликнула Урарака. — Мы тебя ждем, — с твердостью в голосе кивнул Иида. После этих слов путь до медицинского кабинета не ощущался так неловко. Айзава шел впереди, и Изуку осторожно поглядывал на его затылок. Их молчание нарушали собственные тихие шаги. Признаться честно, Изуку радовался этому раскладу: учитель не видел его выражения лица. Всё время Мидория лучезарно улыбался от теплого ощущения. В классе его ждали Тенко и одноклассники. Еще и Шимура наконец оттаял — не день, а сплошной праздник! От переполняющих чувств хотелось пищать. «Надо каждый день попадать в аварии», — воодушевленно подумал Изуку. — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — вдруг уточнил Айзава, видимо решив, что без свидетелей юноша точно ответит честно. Мидория осторожно посмотрел в спину учителя. Улыбка сама сошла с лица. — Ну да… — неопределенно протянул Изуку и признался. — Немного болят колени и локти. — Тебе нужно сбавить обороты, — отстранено произнес Айзава. — Иначе ты погибнешь к концу обучения. Мидория стыдливо кивнул. Стиратель умел «остужать» чужой запал. Плечи юноши опустились вниз, и он даже немного сгорбился от услышанного. Вот, в чем была причина злости Айзавы: Изуку заставлял всех волноваться своим поведением. «Умница, Изуку, герой №1 в рейтинге самых ничего нестоящих слабаков», — уколол сам себя юноша. Глаза неприятно защипало, и Мидория часто заморгал. В это время учитель продолжил: — Знаешь, как говорят: «Выступающий гвоздь забивают обратно». Тебе итак несладко без причуды. Если ты постоянно будешь показывать, что лучше других справляешься с геройскими обязанностями, тебя быстро поставят на место. Поверь мне, уж я-то знаю. Тем более, ты пока не герой. Изуку не нашелся с ответом. Каждое слово Айзавы неприятно резало по самолюбию, пока вконец не уничтожило Мидорию. Изуку боролся с желанием закрыть руками уши, но услышанное уже забралось под кожу. «Соберись, Мидория, не в первый раз», — скандировал себе юноша, поджимая губы. Подумаешь, Айзава отчитывал. Сам Всемогущий говорил, что ему не место среди героев. Низкий голос Айзавы был едва ли слышен в школьном коридоре. Они наконец дошли до медкабинета, и Стиратель остановился перед дверью. Он долго раздумывал, стоит ли продолжать отчитывать юношу. Развернувшись к нему, Айзава все же решился, смотря в блестящие расстройством зеленые глаза. — И меньше нюхайся с Тенко. Ты подросток и ученик, а он работает здесь. У людей могут возникнуть вопросы. От переполняемых эмоций Изуку закрыл глаза. Мидория поморщился внутри себя. Как же не хотелось обсуждать Тенко с учителем. Кожа подростка запылала, будто его окатили кипятком. Айзава с сожалением наблюдал, как Мидория пытался вернуть себе самообладание, но как говорится: «Иногда нужно сорвать пластырь, чтобы рана не гноилась». Это было нужно в первую очередь Мидории. Так Шото оправдывался. Юноша открыл глаза и улыбнулся уголками губ. — Не стоит беспокоиться, учитель Айзава, — вежливо улыбнулся Изуку и поклонился. — Большое спасибо за вашу заботу. «Перегнул», — уныло застонал внутри Стиратель, наблюдая за этим. Учитель подавил в себе желание распрямить его и оправдать свои действия. Да и что он скажет? «Прости, Мидория, ты — балбес, а Шимура — балбеснее. В паре вы камня на камне не оставите» — достойная речь от достойного учителя. У Айзавы была только интуиция, на которую он полагался, а она — плохой аргумент. Стиратель отвернулся, радуясь своему забинтованному лицу. — Всё, иди. Я подожду снаружи, — тихо произнес Айзава и махнул рукой в сторону двери. Уже ожидающая его Исцеляющая девочка накинулась на него с вопросами, отчитывая за «дурь в голове» и «шило в жопе». Она суетливо помогла избавиться от всех осколков и радостно сообщила, что ран на голове нет. Однако растяжения всё же были, и старушка скоро прописала глюкозамин для поддержки суставов. Впрочем, их встречи с бабулей Чиё уже становились рутиной. Она всегда неугомонно ворчала и давала советы по лечению травм, и Мидория с искренней благодарностью впитывал все. Дальше день шел по своему расписанию: новые темы, тесты, перемены. Сегодня их сопровождающим консультантом был Шимура. Он сидел в самом углу класса, вытянув ноги, и иногда что-то записывал в блокнот, со скукой наблюдая за школьниками. Складывалось впечатление, что ему абсолютно безразлично происходящее вокруг. Единственное, что заботило каждого — это невыносимая духота. На очередной перемене Урарака с Тсую уже стояли напротив включенного вентилятора, постанывая от жары. Девушки с удовольствием подставляли лица напротив пропеллера, и их волосы чуть развевались от искусственного ветерка. Ученики устало расплылись по классу от жары. — Может скинемся на кондиционер в класс, — присоединяясь к подругам, заныла Момо и элегантно замахала тетрадкой, точно веером. — Какое расточительство, — неодобрительно высказался Иида и тут же загорелся идеей. — У нас же есть Тодороки. Пускай он опустит температуру в классе! Тодороки равнодушно пожал плечами. Мидория отметил, что Шото, несмотря на свою исключительную красоту и вечное спокойствие, тоже страдал от жары, хоть старался и не показывать этого. Корни волос взмокли, и на лбу появилась испарина. Тодороки с немым вопросом обернулся к консультанту, кивком спрашивая разрешения. Шимура, подняв глаза, немного покосился в сторону класса и нехотя произнёс: — Простите, это злоупотребление причудой. Класс разразился стонами, и Тенко отвернулся к окну, скрывая лицо длинными прядями волос. Мужчина тяжело вздохнул, подперев щеку рукой. Несомненно, ему хотелось разрешить ученикам облегчить жизнь, но завтра на его месте будет Даби. Он-то сразу напишет на всех жалобы за такие выходки. — Придется умереть вонючей и потной, — театрально приложив руки ко лбу, протянула Урарака. Смех волной прошелся по классу, и атмосфера вмиг сменилась. Даже Шимура фыркнул, сдерживая смешок и улыбаясь уголком губ, что не скрылось от глаз Изуку. Вот уж кого летняя жара не волновала. Порой Мидория ловил себя на моменте, когда глаза сохли от того, что он слишком долго не моргал. Изуку слишком желал пересечься хотя бы взглядом с Тенко, но тот упорно смотрел на всех вокруг, будто игнорируя друга. «Ну же, посмотри на меня», — изнывал внутри себя Мидория. Он понимал умом, что Тенко был на работе и следил за другими. Но сердце неприятно тянуло, когда друг дольше обычного смотрел на одноклассников. Что он мог там увидеть? Вначале Мидория нервно защелкал кнопкой автоматической ручки. Потом Изуку затряс ногой, отчего его стол задрожал. В конце концов юноша даже стал покачиваться вперед и назад, пытаясь удержать энергию внутри. От переизбытка чувств Изуку уже с такой силой ерзал на стуле, что у сидящего позади Бакуго закончилось терпение. Кацуки с удовольствием пнул по металлической ножке, и Мидория вздрогнул от неожиданности. — Уймись уже, придурок, — процедил подрывник в затылок. — Да-да, прости, Кач-чан, — залепетал Изуку, неловко роняя от удара ручку на стол и тут же поднимая ее. Стоило этому произойти, как состояние Мидории изменилось. Несомненно, до этого замечания Изуку неплохо справлялся. Теперь же он выпрямился, пытаясь успокоиться, и стало лишь уже. Он ощущал себя гиперактивным ребенком, которому приказали сидеть спокойно и который только больше суетился. Конечно же, Мидория тем самым больше раздражал Бакуго. — Да прекрати ты, Деку, — уже скорее бессильно высказался Кацуки. — Извини, — с искренним сожалением протянул Мидория, разворачиваясь к нему. — Просто такой день… Изуку застыл на полуслове, потому что Тенко внимательно смотрел прямо ему в глаза. Юноша открыл рот, но даже не успел ничего сказать — Шимура, искрясь хитрым весельем, быстро подмигнул ему. После с кошачьей наглостью консультант вернулся к окну, довольный своей проказой. С его губ не сходила улыбка, и было неясно — мужчина подшучивал над ним или всерьез проявлял знаки внимания. Мидории хватило и этого. Сердце будто барабанило, намереваясь выскочить из грудной клетки. Пульс стучал так сильно, что ощущался даже на кончиках пальцев. Мидория не мог найти себе места. Он судорожно облизнулся, но было уже поздно. Паника смешалась с возбуждением. С самой весны не было ничего подобного. Вся эта ситуация вынуждала Мидорию испытывать то самое чувство, от которого тянуло низ живота. Фейерверк эмоций взорвался внутри, и Мидория расплылся в глуповатой улыбке, покрываясь пунцовыми пятнами. — Надоели уже ваши «гляделки», — проворчал Кацуки, вгоняя Изуку в еще большую краску. В ответ Мидория шумно сглотнул, и лицо Бакуго исказилось в непонятной эмоции. Ручка сама выскользнула из пальцев Изуку и с щелчком ударилась о пол. Кацуки нахмурился сильнее, наблюдая за этим шоу. Мидория с сиплым «у-у-упала» наклонился вниз за ней. Бам — лоб Мидории влетел в угол парты Бакуго. Бум — попытка поднять голову не увенчалась успехом. Поверженный столом, Мидория свалился пол. Тетради Кацуки с шелестом слетели на него. На мгновение все затихли, чтобы в следующую секунду разразиться хохотом. — Мидория, это что такое, — задыхаясь от смеха, спросил Каминари и чуть ли сам не упал со стула. Минета от этого заржал еще сильнее, хватаясь за друга. Изуку и сам не заметил, как расхохотался. Он смеялся так сильно, что по щекам потекли слезы. Было так стыдно, что смешно. Сквозь смех послышался знакомый хриплый голос. — Изуку, ты в порядке? Изуку поднял взгляд. Шимура, прижимая ладонь ко рту, трясся от смеха и подавал ему руку. Взгляды парней встретились, и Мидория с искренним восторгом увидел, как зрачки Тенко быстро расширились, срывая алость глаз. Месяц неловких переглядываний наконец закончился. По лицу Мидории расплылась счастливая улыбка. Он уверенно протянул руку и, ухватившись за чужую ладонь, поднялся. Тенко склонился голову, искренне улыбаясь. — Теперь в полном, Тенко.