Запретная дружба?

***

осталось три дня

      Принц сидел в своей комнате, его заперли как только он вернулся с отцом с поля боя, если так будет правильно его называть. Чонгук в самом деле не мог назвать это боем, они лишь обменялись пару ударами, позор, а не драка. Он до сих пор злился, ведь ему сначала нагло прервали трапезу, а затем и драку. К слову, говоря об этом более подробно, рана на плече не внушала ничего хорошего, Чонгук толком не рассматривал, но ощущал жгучую боль при телодвижении. Волк знатно его цапнул, с этим не поспоришь, но признавать, что он сильнее вампира… — Ни за что!       Вампир вскакивает с постели и на скорости подлетает к зеркалу, ударяя по нему кулаком. Он глупый и вспыльчивый подросток, учитывая, что ударил рукой с больным плечом. После удара он слышит повторный треск, но уже со своей стороны, а точнее плеча, и с ужасом отмечает как сейчас выглядит рана. Черные трещины, вот что он видел на плече. Они изящными линиями заняли всё его плечо, начиная с прокушенных мест. Парень тяжело задышал, отходя от разбитого зеркала, не понимая что с ним, почему укус волка выглядит именно так. Принц, на самом деле, никогда толком и не дрался с оборотнями. Его всегда защищали слуги, а иногда даже отец, хоть и наказывал потом. Тренировки свои он часто прогуливал за посещением какого-нибудь людного места, где ему не составит труда поесть вдоволь. Ему даже и ста лет нет, он глупый юный вампир, который не понимает почему соблюдать законы стоит на первом месте. Не понимает почему они заключают мирные договоры с волчьими стаями. Даже в своих вампирских делах ещё не разобрался. Ему по душе не это, его буйный характер всегда требует чего-то сумасшедшего и без башенного. Говоря об этом, очевидно, что сейчас творится в его голове. Этот волк… Чону хочется стереть с его лица усмешку, сначала пытать, а потом мучительно убивать, выпивая его кровь по чуть-чуть, чтобы оттягивать его смерть.       Кстати говоря о зеркалах, это всего лишь декор, особой нужды в зеркалах нет для вампиров. И нет, не потому что они не отражаются. Вампиры отражаются, только их внешность с приходом бессмертия становится прекрасной и почти что божественной, хоть и с бледной кожей. Иными словами, обретая бессмертие они обретают неземную красоту, ведь на них не сказывается почти ничего, ни гормоны, ни сладкое, ни тем более старость. Но, кажется, мы отвлеклись от юного принца. Чонгук трясется, не понимая, что с его рукой, разве вампиры способны умереть от одного укуса оборотня? А с чего он решил что умрет? Вопросы один за другим посещают его пустую голову, беся всё сильнее и сильнее. Ему не нравится то, чего не понимает, это довольно логично. Только умный человек бы пытался вникнуть, чтобы понять, Чонгук же, будучи вспыльчивым подростком, срывался на людей, выплескивал агрессию в их сторону и чаще доходило до убийств. Чон позор семьи, где подобное дикое поведение не приветствуется, даже осуждается. В кого он вообще пошел? Таким не был ни его отец, ни мать, хотя оба рождены от чистокровных вампиров. Или же по законом иной математики плюс на плюс это минус?       Проходит пару минут тишины, где Чон неподвижно стоит, смотря на трещину. Как и говорилось ранее, Чон еще ни разу самостоятельно не дрался с оборотнями. Ему немного трудно осознать до конца, что это его первая рана в битве. Он не привык, его удел лишь кусать людей, выпивая их кровь до последней капли. Но, ведь нужно же что-то сделать с раной, так? Он вспоминает что в их особняке есть что-то наподобие больницы, лазарет. Словно по щелчку, он берет из шкафа свой пиджак и аккуратно накидывает на плечо, не хватало еще слухов среди прислуг, лучше прикрыть, чтобы лишний раз не возникало проблем, которых и так достаточно, чтобы убить Чонгука, как отвратительного принца. Пора выйти. Он заперт, но не значит что не может уйти. Распахнув окно, вампир крайне осторожно просовывается в него, прислушиваясь к звукам, лишь бы трещина не становилась больше. Осторожно встает на карниз, нужно как можно меньше двигаться, чтобы не привлечь к себе внимание, дальше же за пару секунд Чон оказался в лазаретной комнате. Это недоразумение здесь, в основном, ради союзников-оборотней, либо для вампиров после битв, да, и такое бывает, хоть и редко. В основном лишь Чонгук такой буйный. Принц вспоминает что видел тут, как лечили волков и вампиров, поэтому легко находит бинт, и довольный наградой, возвращается обратно тем же путем, каким пришел. Уже в комнате он стягивает пиджак с плеч, всё еще опасаясь что рана станет больше. Аккуратно вампир заматывает руку бинтом, неумело, как смог, и почему-то ощущает облегчение, но плечом двигать не спешит, это так, на всякий случай. В замочную скважину входит ключ, который ловко поворачивается пару раз, наконец открывая дверь. Глава семьи Чон входит внутрь, от чего будто еще холоднее становится. — Сын. — Отец, — тараторит он и кланяется мужчине, опасаясь его гнева. Он прилежный сын лишь когда видит его, когда понимает, что он смотрит на него.       Чон мысленно радуется, что успел закончить бинтовать руку вовремя, отец не должен видеть последствия из-за неконтролируемого голода принца. Он, хоть и в курсе, но так куда спокойнее. Мужчина проходит в комнату чуть дальше и всовывает руки в карманы строгих деловых брюк. Оглядывая разбитое стекло он без эмоционально возвращает взгляд на сына и вскидывает бровь, заметив забинтованную руку сына. — От- — Я знаю. Это нормально, что рана не заживает быстро, как обычно. Тебя укусил оборотень, это я так, к слову, ты видимо забыл кто это, — правитель обходит размеренным шагом покои сына, насмешливо растягивая слова. — Что тебе нужно? — хмурится Чон, сам даже не замечая как неуважительно звучит его тон. Осознание приходит лишь тогда, когда ледяные и пронзительные глаза отца сталкиваются с его. — Не думай, что я глупец, который не знает, что ты жаждешь мести, — Чон уж было хотел возразить, но страх перед взглядом отца делал свое дело, заставляя парня смолкнуть, громко сглатывая. — Ты будущий правитель, тебе решать какой путь правления у тебя будет, чтобы тебя: либо боялись, либо уважали. Бессонной тебе ночи, сын мой       Мужчина учтиво кивнул сыну головой и скрылся из комнаты парня, а в голове парня застывает его загадочная и пугающая ухмылка. Выходит, он дал разрешение? Вампир откидывается спиной на постель и расслаблено выдыхает через рот. Тишина вновь заполняет комнату принца, давай спокойно подумать о чем-то своем, прокручивая снова и снова эту встречу. Кто же тот оборотень? Кажется, Чон про него слышал ранее, когда до его семьи доходили новости об очередном мертвом вампире, который нарушил закон и был убит оборотнем. Не уж то это он был? Чон усмехается, вытягивая руку перед собой. Его воображение рисует образ парня в форме человека. Оборотень навис над принцем в его воображении, с той теплой улыбкой, когда спас девчонку. Чон представляет что сжимает пальцы на его шее, как с губ врага слетают предсмертные вздохи, как уходит жизнь в его глазах. Чонгук просто нашел себе грушу для битья, на котором выместит весь свой бушующий ураган эмоций, просто потому что хочет. Невоспитанный, непослушный и не контролируемый. В нем огромная сила, но направлять ее не умеет из-за чего может показаться слабаком. Юный принц фыркает, отбрасывая воображаемый труп волка и потирает свое лицо. Они встретятся, этого не избежать, потому что этого жаждет Чон.

***

остался один день

      Конечно, Чона наказали, было бы скорее странно если бы это не случилось. Обычно вампир умудрялся избегать этого, сбегал и прочее, но в этот раз так не будет, это точно. Чонгуку лишь на руку это наказание, ведь именно благодаря наказанию Чон будет знать как драться с волком. Он всё это время тактично пропускал тренировки, из-за чего тренер сейчас шокировано смотрит на парня, тут же поклонившись, как вампиру выше рангом. — Мне сказали что твое плечо не до конца зажило, — начинает мужчина, кивая ему на рану. Чон злобно выгибает бровь, сложив руки на груди. — Кгхм, мы так или иначе начнем с теоретической части. — Мне не нужна теория, — хмурится вампир, ведь уже завтра он собирается отыскать оборотня, ему нужно быть готовым, черт возьми. — Господин Чон, без теории вы не будете знать важных тонкостей. Но, как скажете, приступим тогда.       Мужчина пожимает плечами, а выражение его лица так и говорит: «Наивный юный принц». Вампир скидывает с себя верхнюю одежду, оставаясь в большой футболке, ибо ему так удобнее. Чон скептически оглядывает тренировочный зал и самого тренера. Ему что-то покоя не дает, что-то странное исходит от мужчины, но Чонгук разбираться в этом не хочет, ему на это плевать. Под указанием тренера, парень встает на ринг, а в качестве противника выступает сам мужчина. — Зачем мне драка с вампиром, если нужна с оборотнем? — с очередным недовольством говорит Чон, оглядев мужчину с ног до головы. Тот хищно улыбается и его глаза вспыхивают, левый — янтарным, второй — рубиново-кровавым. Принц, явно не ожидавший такого, обнажает клыки, не переставая хмурится. — Давайте, всё же, совместим приятное с полезным, — тренер запускает в волосы длинные пальцы и на его голове юноша видит волчьи уши, на что тут же гневается, из неприязни. — Первое — оборотни редко нападают первыми. Это ваш шанс нанести удар. Попробуйте.       Мужчина ухмыляется, ему явно нравится сбитый с толку вампир. Чонгук замечает длинные клыки, а затем и когти на его руках. Не трудно понять, что он смесь вампира и волка. Но как такое возможно? На сколько Чон помнит из детства, союз волка и вампира всегда приводил к смерти плода, который не мог ужиться с противоположностями. Тренер подзывает его жестом рук, дав понять, что принц должен напасть первым. Хочет посмотреть на него в деле, а не только слушать о его проказах, вероятно. Вампир вспоминает чем ему обошлась наглость, когда кинулся на оборотня, поэтому сейчас он наконец задумался о том, что лучше сделать. Мужчина выглядит расслабленно, он не ждет от Чонгука чего-то стоящего, этим можно воспользоваться, так? Чон припоминает, как дрались вампиры с оборотнями на его глазах, и решает воспользоваться одним из приемов. Уши. Чон опускается к земле, хочет немного обмануть, как это делает с жертвами, сделать вид что нападет снизу. Чон с вампирской скоростью приближается к гибриду и лишь в самый последний момент вскакивает на ноги. Впиваясь клыками в ухо тренера, парень сжимает пальцы на его волосах, на затылке, а второй рукой наносит удар по солнечному сплетению, но мужская рука перехватывает удар и с утробным рыком откидывает принца обратно на исходное место. — Неплохо. Но раз уж вы и собираетесь отвлечь волка, то нападать надо сзади, а потом уже хватать его за уши и с силой сжать его ребра, — блондин треплет укушенным ухом и как ни в чем не бывало улыбается. — Пойдем дальше.       Мужчина, не пользуясь вампирской скоростью, как обычный волк, начинает нападать на принца. Он действует иначе, он нападает ни снизу, ни сверху, ни с бока. Мужчина зигзагами бежал по рингу к Чонгуку, а до последнего лишь сейчас дошло, что его проверяют на защиту. И если в нападении вампир и правда хоть как-то разбирается, то защита явно не его конек. Он хищник по натуре, это во-первых, он привык больше нападать самому, нежели защищать себя, во-вторых, иногда и правда забываешь что он, будущий правитель семейства Чон, не посещал тренировки ни разу. Вампир замешкался, на что злится, пропуская удары в живот и колено в лицо. Чон валится на пол, злобно смотря на блондина снизу вверх. Тот же наигранно машет ладонью, которой ударил вампира, с победной улыбкой. — Не спите, оборотни в основном так и нападают, при неполном обращении. Вы должны были уклониться в сторону, — мужчина начинает показывать как это выглядит со стороны. — Затем, либо хватаете за уши, а потом серия ударов, либо удар по голове, колено в живот и валите на землю. Еще раз.

***

осталось сорок минут

      Чон сплевывает слюну, тихо выдыхая через нос. Всё-таки, тренировка очевидно пошла ему на пользу. Он лишь немного начал углубляться в основы, на удивление ему понравилось. Да и, к слову, с тренером вампир нашел общий язык, не смотря на то, что принца бесит его победная ухмылка. «А, кстати, будем знакомы, меня зовут Мин Юнги» — прокручивается в голове вампира и он усмехается, покачивая головой. Кто бы мог подумать что Чонгуку понравится общаться с оборотнем. Ну, частично оборотнем. Тц, честно признать он так и не разобрался в его сущности, думая о другом. Он, оказывается, не такой уж и тупоголовый, раз хватило ума догадаться, что тот оборотень был на патруле, специально выискивал вампиров. Принц решил совместить две вещи сразу, и поест, и волка прикончит, если он, конечно, появится. — Так-так-так…       Облизывает губы вампир, действуя по старому сценарию: одинокая девушка, идущая поздно ночью домой. Этот уродец обязан появиться сейчас. Если же не он, то всё равно будет хорошо, Чон выведает где оборотень и найдет его. Он делает шаг из тени и пугает девушку, от чего она икает, прижав к себе сумочку. Чон обворожительно улыбается, приятно смеется, смущенно опустив голову. — Простите, не хотел вас пугать, — поднимая голову, он мило улыбается уголками губ, стягивая с головы капюшон. Девушка выглядит всё еще настороженной, но заметно успокаивается, как минимум. — Просто заметил вас. решил узнать нужна ли вам помощь, проводить до дома, к примеру. — Ох, нет, что вы, всё в норме, я живу тут неподалеку, к тому же меня встретят. Но, это приятно видеть, что есть еще отзывчивые люди, — она, вероятно, врет, но Чон проверять это не станет. Ему нужно другое, совсем другое.       Он медленно подходит к ней, всё-таки, он ведет с ней диалог, поэтому ничего такого не будет в том, что он чуть ближе, верно? Он игриво ерошит свои волосы, смотря смущенно куда-то в пол, переминаясь с носков на пятки и обратно. Он всего лишь красивый, милый и невинный мальчик, который хотел помочь. Разве это не мило? Чон внезапно поднимает глаза на нее и девушка краснеет, почему-то не ожидая этого. Ну, где же ты, волчонок? Вампир быстро и не церемонясь, разворачивает девушку спиной к себе, прижимает к груди, закрыв ей рот ладонью. Она могла бы, конечно, привлечь криком волка, но есть вероятность что услышат другие люди, могу позвонить в полицию. Принцу такой шум не нужен. Девушка мычит ему в ладонь, извивается всем телом, стараясь вырваться. Чон закатывает глаза и грубо наклоняет ее голову в бок, чтобы открыть себе пространство на шее. Обнажая клыки, вампир уже тянется к шее, как его с силой швыряют на пару метров от жертвы. — Беги отсюда, ну! — знакомый голос слышит Чон и расплывается в улыбке, поднимаясь на ноги. И правда сработало, черт возьми. — А вот и ты! — вскидывает руками принц, поднимаясь на ноги. С его стороны слышится безумный смех, пока закатывает рукава. Сокджин хмурится, кажется, не один желал этой встречи. Что ж, раз они оба этого так хотят…

осталось две минуты

      Джин заламывает вампиру руки и рычит, заставляя последнего опуститься к земле. Чонгук всё ещё выглядит задумчивым, ничего непонимающим, но пытающимися разобраться. Джин упирается коленом в колено принца, когда силой укладывает его на землю. Отпустив его горло, Джин лишь сейчас замечает что кровь из, только что сделано укуса, не идёт. Нет времени разбираться. Нужно всего лишь попытаться поговорить, теперь то, когда Джин оседлал его. Пальцы сжимают волосы Чонгука и тянут назад, чтобы видеть его лицо. Вторая ладонь, впившись ногтями, держит плечо, прижимая к земле. — Слушай, я не хочу драться. — Ну да, поэтому ты сломал мне ребро. Умно, — усмехается вампир, смотря в глаза волка. Что-то не так… Вся эта драка сплошное «что-то не так».       Вампир ненадолго отключается, погрузившись в свои мысли, пока тело вырывается из хватки оборотня. Не слышит его, не хочет слушать, хочет лишь убить, чтобы, как маленький, доказать всем, что он «плохиш», что он «крутой» и «сильный», а главное «взрослый». Иронично, да? Он его обманет, да… Сейчас он вырвется из его рук, сделает вид что сбегает, а потом нападет, пока волк будет искать. Да, поступок нечестный, но ему плевать. Из своих мыслей он выходит лишь когда слышит чужой голос, который кричит: «Джин-хен!». Нет времени разбираться кому он принадлежит и кого зовет.

осталось тридцать секунд

      Ким слышит знакомый голос, отвлекается, что чертовски зря. Чонгук реагирует тут же и со своей скоростью меняет положение их тел, чтобы было время сбежать. Но что-то идёт не так. Юноша, что отвлёк Джина, обращается в волка и догоняет вампира. О, нет, он же убьет его. Ким срывается с места и так же, в прыжке, обращается в волка. Обратный отсчёт пошел быстро. Бета будто ревностно отталкивает друга от вампира, который не смог увернуться от когтей второй беты. Джин, защищая Чонгука, встал как можно ближе к нему, утробно рыча.

отсчёт завершён

      Бета внезапно удивлённо оборачивается на вампира, ощущая в себе и в вампире изменение. Запах вампира изменился, стал приятным и особенным, так другие вампиры не пахнут. Ким ощущает боль в теле вампира, как свою. Кружится голова, а в животе будто бы… бабочки летают. Чонгук, кажется, ощущает это тоже, смотря в глаза Джина. И если Чонгуку не понять даже приблизительно того, что могли бы значит его ощущения, то Ким же всё понял и ужаснулся. Чонгук стал его парой.

***

      Чонгук всё еще не понимает что случилось, но смотря на волка, становится ясно одно — они в полном дерьме. Что интересно, на плече Джина (вампир понял что его зовут именно так) остался укус парня. Что уж говорить о Чонгуке, у которого на шее красуется укус оборотня. Если уж у оборотня, из всех ран, что нанес Чон, не зажил лишь укус, о чем вообще речь? Это всё — бред и только бред. Даже для принца, не изучавшего совершенно ничего, происходящее кажется неправильным, из ряда вон выходящим. Так что же тогда творится в голове оборотня, который прекрасно изучил немного своей сущности и почти досконально вампиров? Теперь-то он жалеет, что не вслушивался в слова альфы про укусы раньше. — И долго нам, блять, ждать?! — Угомонись, — спокойно отвечает Джин на приступ истерики у Чонгука, продолжая упрямо смотреть в стену перед собой, сложив руки на груди. — Меня бесит твое спокойствие.       Ким игнорирует вспышку гнева и неприязни своей… п-пары (черт, даже в мыслях звучит противно и неправильно). Он сдержанно выдыхает через нос, закрывает глаза и упирается затылком в стену. Киму надо обдумать это всё еще раз. Буквально вчера альфа сказал, что бетам сложнее закрепить связь, что надо доказать любовь. Итак, начинаем. Первый укус произошел со стороны вампира, что наводит на мысль, что он, по логике оборотней, альфа, поэтому-то кровь и не пошла. Затем укус делал Сокджин, как бета, что воссоединило их лишь наполовину. Джин отвлекся на своего друга. Чимина, который хотел помочь убить принца. Ким не дал ему этого сделать, защищая Чона. Итог… Джин доказал свою «любовь» к Чону, спасая его от оборотня. Таким образом связь и закрепилась и они теперь пара. По сути, это так логично, но… Блять, Чонгук не чертов оборотень, он чистокровный вампир династии Чон. Каким образом вообще произошло это?! Ах, ну да, Джин только что прокрутил это в голове. И всё равно ни черта не понятно.       Парочка сидит во владениях семьи Чон, пока Чон старший и Чхве выясняют что делать дальше. Всё-таки, до этого момента между стаей Сана и семьи Чонгука была вражда, которая просто не доходила до войны, и слава богу. Джин с опаской ждет, когда они закончат говорить. Если честно, Ким еще не слышал ни одного случая, когда такое происходило. Он просто не пытался, ведь на тот момент он не интересовался таким, а сейчас его заинтересованность по этой теме возросла до небес. — Ну ты и учудил, ваше высочество!       К ним в комнату заходит блондин и ехидно смеется, смотря на Чонгука. Ким тут же открывает глаза и вдыхает подольше воздуха. Он хмурится, не скрывает даже, что в открытую пялится на блондина, его реакция буквально такая же, как и у Чонгука днем ранее. — Слушай, мне не нравится, что твоя пара так пялится на меня. Тебе попался изменщик, что ли? — фырчит тот и Чонгук злобно идет к нему, взяв за ворот футболки. — Лучше тебе так не говорить, Мин Юнги. Он мне не пара, — рычит принц и закатывая глаза садится подальше от Сокджина, не переставая потирать нос. Видимо, как и Джин, прекрасно чует свою пару. — Ну-ну, туше, — он издеваясь чуть кланяется ему и перевод взгляд на Джина, который всё еще смотрит на него. — Ты обращенный, да? Не успели рассказать обо мне? — Ты… — Да, я гибрид. Союз вампира и оборотня. К слову, чтобы вам еще слаще жизнь сделать, мои родители начинали точно так же, как и вы, — указательным пальцем Мин водит туда-сюда, то на Чона, то на Кима. — Вы второй такой случай, когда произошла связь.       Джин уже было открывает рот, чтобы начать расспрашивать об этом, но дверь открывается. На пороге стоят те, кого они так ждали, от чего Джин облегченно выдыхает. Видимо, всё прошло хорошо, так ведь? — Вставайте, — сурово начал глава семьи Чон, выгибая бровь. Ему всё это явно не нравится. слишком очевидно. Он вытягивает ладонь перед собой, обращаясь к сыну, который уже хотел раскрыть свой рот. — Будь добр, засунь свой язык себе в задницу, сын мой. Ты уже натворил достаточно дел, чтобы как-то раскрывать рот, когда не надо. Молча встал и иди за нами.       Джин перевел взгляд на Чона, который с силой сжимает свою челюсть. Из-за связи, Джин теперь чувствует его эмоции острее, сейчас в его паре бушует буря эмоций из-за чего у Джина заболела голова. Он мотает головой, сдержанно вздыхая. Не хватало еще теперь входить в его положение, тц. Ким поднимает глаза на альфу, и лучше бы он этого не делал. Сан угрюмо смотрел куда-то в сторону, избегал взгляда на Сокджин. Теперь в сердце волка закралось чувство вины. Сану больно, как оборотню, который теперь уже точно не сможет быть с Джином. Джин опустил голову, не в силах видеть его таким. Просто встал и, как велели, молча пошел за ними. Чонгука же подталкивал его тренер, не переставая говорить ему, что так нужно. по другому не выйдет, и прочее.       Чон, в отличие от Джина, уже понял куда они идут. Парень не раз бывал в зале для переговоров, он обязан был быть там, как наследник. Выходит, они сейчас будут заключать договор о перемирии. Пройдя в этот самый зал, большой и просторный, с одним вытянутым столом с стульями вокруг него. Обычно он делился на две стороны, что сейчас и происходит. Присутствующие оборотни садятся за левую половину стола, а вампиры на правую, как принимающая сторона. Чон и Ким уже хотели занять свои стороны, но их ловит Юнги, ведь для них сегодня отдельное место. В помещение вносят стол и два стула, ставят чуть дальше стола переговоров, заставляя парочку сесть. Чон морщится от неприязни к Джину, складывает руки на груди и старается сидеть как можно дальше от парня, что взаимно. Только Джин был более сообразительный, он понимал, что теперь от этой связи никуда не деться, рано или поздно им придется иметь как минимум нейтральные отношения. — Итак, приветствую стаю Чхве Сана во владениях семьи Чон, короля Чон Дуонга, — по правую сторону от мужчины стоит вампир, который уважительно поклонился стороне оборотней. — А это еще кто? — внезапно вслух, но шепотом, спрашивает Ким, потирая шею. — Его секретарь, правая рука, как угодно, Ким Намджун, — поясняет Мин Юнги, который остался с парочкой, как нейтральная персона, стоя позади них. — Вы все знаете из-за чего мы собрались, поэтому, по предложению мистера Чона, давайте приступим к делу. Заключение мирного договора.