Только попроси

«Алекс, привет! Я в Англии, нужна твоя помощь». Отправив сообщение, мое сердце практически выпрыгнуло из груди. Я старалась сохранять спокойствие, но каждые 10-секунд проверяла телефон на наличие новых уведомлений. Почему я так переживала? Я часто мысленно возвращалась к нашему последнему разговору, анализируя его, пытаясь понять, почему мы так неожиданно перестали общаться. В наших отношениях уже давно что-то менялось, но я не знала, что чувствую по этому поводу. Он снился мне практически каждую ночь. Каждое утро я вставала разочарованная, с удушающим чувством одиночества. Где-то глубоко в душе я понимала – Алекс прав. Я переехала в Италию, с надеждой, что смогу спрятаться от проблем. Но при этом мой мозг категорически отрицал эту позицию. Агата, соберись! Пора сбросить в голове настройки всех программ с названием «Александр Нильсен». Из мыслей меня вывел звук входящего сообщения. На экране высветилось: «Пришли адрес, приеду, как смогу». И все? Так просто?

***

Вечером мы вернулись в аэропорт, встретили Рэйчел и отправились заселяться в арендованный коттедж. Расположившись в машине на заднем сиденье, мы с Рэйч успели обсудить все «насущные вопросы» о парнях, шмотках и работе. Сэм, сидя за рулем, слушал наши девичьи разговоры и иногда спорил, пытаясь доказать, что не все мужики козлы, а Неделя Моды в Милане – это повод для позерства зрителей. – Себя показать и на других посмотреть, – фыркнул японец. Заселились в коттедж мы уже ночью. Он оказался намного больше, чем я его представляла: кирпичное двухэтажное здание с мансардой, с широкими окнами, тянущимися вдоль стен, и гаражом. Зайдя внутрь, мы оставили вещи на входе и прошлись по комнатам. На первом этаже находился холл, переходящий в гостиную, а также изысканную столовую и кухню с обеденной зоной. На стенах висели современные картины, которые по цветовой гамме идеально вписывались в интерьер. На верхнем этаже разместились 4 спальни с ванными комнатами и мастерская. В мансарде находилась небольшая уютная библиотека. Ощущалось, что каждой детали в этом доме уделено должное внимание, создавалось чувство уюта и гармонии. – Чур, я буду жить в этой комнате, – закидывая сумочку на кровать, произнесла блондинка. – Рэйчел, ты же не в общежитие заселяешься, чтобы койку занимать, – засмеялась я от ее поведения. – Тогда я выбираю комнату, с видом на озеро, – подключился к игре «чур мое» Сэм. – Согласна! – я поддержала выбор Сэма и открыла соседнюю дверь, – мне тоже нравится этот пейзаж. Зайдя в спальню, я устало села на кровать и задумалась. Этот дом напоминал особняк тетушки, где я, будучи ребенком, проводила каждое лето. Тогда самой сложной задачей казалось – доказать Аннет, что есть овсянку каждый день вредно. Выклянчить на завтрак жареный бекон и тосты с джемом – было высшим пилотажем. Даже Данте не владел таким мастерским искусством убеждения. Вот бы сейчас эти проблемы: есть ненавистную кашу по утрам, втихаря убежать к старой крепости, чтобы с друзьями кидаться ее обломками и защищаться поролоновыми листами, а потом оправдываться перед тетушкой, что я расшибла лоб совершенно случайно. При этом скрывая, что мне прилетел в голову кусок кирпича от Данте. А наша игра в бетономешалку чего стоила! Да что там, я даже готова снова учиться хорошим манерам у тетушки, и заниматься с репетитором по французскому языку. А не это вот все.

***

Весь следующий день мы провели в режиме «мозгового штурма», сидя в гостиной перед камином и строя план, как поймать Чарльза. Сэм раздобыл информацию о примерном графике дня дядюшки, узнал номер комнаты и даже придумал каждому свою роль. – Как все сложно, боже! – Рэйчел закипев, встала с дивана и подошла к окну, – неужели нельзя просто прийти и арестовать его? – Так можно нечаянно засветиться, и тогда Чарльз убежит, а мы снова останемся ни с чем, – пытался доказать свою правоту Сэм. – Не сомневайся, все пройдет гладко. Я взял с офиса несколько жучков – прослушивающих устройств с микрофонами, с их помощью мы будем общаться и понимать, что происходит друг у друга. Осталось только подобрать вещи для конспирации. Завтра отправимся по магазинам. Услышав слово «магазины» Рэйчел просияла: – Так значит у нас намечается шоппинг, – радостно хлопая в ладоши заголосила она, на что японец закатил глаза. Рэйчел оценивающе посмотрела на меня и продолжила: – Агата, давай подберем нам для разведывания латексные костюмы, как у подружек-шпионок из «Тотали Спайс»! – А третей подружкой в костюме будет Сэм? – расплываясь в улыбке, поинтересовалась я. – Как мне теперь это развидеть? – Не надо меня приписывать в ваши эротические фантазии, я в этом не участвую, – закрыв рукой лицо, возразил Сэм. Неожиданно с улицы раздался шорох автомобильных шин по гравию. Выглянув в окно, мы увидели, как на территорию коттеджа кто-то заезжает. Это оказалось такси, с подозрительно светящейся зеленой фарой под лобовым стеклом. – Ого, я никогда не видела таких в Англии, повернувшись к нам, сказала блондинка. – Тетушка мне как-то рассказывала, что в молодости посещала Москву. У них таксисты используют систему с дополнительной фарой, включая зеленый свет, чтобы показать – машина свободна, – неожиданно для себя вспомнила я. – Странные эти русские. – Более странно то, что мы видим сейчас картину из СССР, – прокомментировал Сэм. В дверь постучали. – Агата, ты кого-то ждешь? – спросила блондинка. – Вообще-то…, – начала я, но после еще нескольких настойчивых стуков, Линд не дождалась ответа и побежала открывать. Из холла раздался возмущенный голос. – Рэйчел, а ты что здесь делаешь? Это и есть твои «срочные дела по семейным обстоятельствам»? Я услышала знакомый голос. Его голос. В этот момент меня будто парализовало. Хотелось провалиться сквозь землю ну или хотя бы сбежать, оттянуть момент нашей встречи, но не увидеть его здесь и сейчас. Я не готова. Сердце бешено заколотилось. – Да, Агата дорогой мне человек, и я ее не брошу в трудной ситуации. Хочу отметить, ты тоже, раз приехал, – разъяренно ответила Линд. Было слышно, как Нильсен шел в сторону гостиной, но Рэйч его опередила, залетела в дверной проем, расставила руки в стороны, перекрывая шведу проход, и неловко сказала: – У нас тут гости. Вот так сюрприз. Как только Нильсен зашел в гостиную, я вскочила с дивана и, когда наши взгляды встретились, замерла. Он подошел ко мне, и я почувствовала, как по коже побежали мурашки лишь потому, что он стоял рядом. В этот момент казалось, что слова не имеют никакой ценности, хотелось просто дотронуться до него, ощутить его тепло и почувствовать поддержку. Я молча протянула руку для приветствия. Господи, что я делаю, какой позор. Алекс стоял передо мной и пристально разглядывал глаза, как будто ища в них ответы. Его взгляд начал скользить по моему телу, отчего я неосознанно поправила юбку, разрез которой был настолько высоким, что практически полностью открывал сбоку вид на бедра. Мы продолжали стоять в ожидании, что кто-то заговорит первый. Казалось, прошло несколько часов. Черт, Агата, не будь тряпкой! – Привет, – пытаясь разрядить обстановку, пробормотала я, все еще держа руку перед ним. – Привет, – совершенно безэмоционально ответил Нильсен, наконец-то приняв рукопожатие. – О, малыш Сэмми, и ты здесь – Алекс резко переключился в настроении, натянув ехидную улыбку. Не успел зайти в дом, уже ёрничает. Ненавижу. – Александр, я был бы рад, чтобы ты все-таки свалил в сторону Австралии, но увы, нам придется работать вместе, – раздраженно ответил японец. В ответ Алекс только хмыкнул. – Агата, ты решила устроить вечер встреч выпускников особняка Аннет Сильвер-Харрис? Его слова пронзили меня, словно удар ножа. Где-то глубоко в душе я надеялась на его понимание и поддержку, но не на насмешку, особенно в такой ситуации. Ему все равно на тебя и твои проблемы. В ушах загудело, я стояла, словно врастая в землю, не замечая, как Сэм и Рэйчел начали что-то рычать в ответ. – Тебе здесь не место, – из транса меня вывела фраза Макото, которую он прошипел сквозь стиснутые зубы. Я покачнулась, чувствуя, что изнеможение и отчаяние овладевают мною. Это поведение, видимо, насторожило японца и он, взяв меня за руку, усадил на диван и сел рядом, продолжая крепко сжимать ладонь. Александр заметно напрягся, смотря то на Макото, то на меня, то на наши руки. Мгновенье спустя он вышел из комнаты, а через 15 минут вернулся с подносом, на котором стояла кружка с ромашковым чаем и блюдце с имбирным печеньем. – Я переборщил, прости. Это гостиниц от моей мамы, она сама пекла их, – присев на корточки, швед поставил поднос на мои коленки. Нужно было видеть глаза Рэйчел и Сэма, стремительно поднимающиеся на лоб. Хотя мои, скорее всего, сделали также. – Кто-нибудь объяснит, что здесь все-таки происходит? – швед угрюмо сдвинул брови, и сложил руки на груди. Рэйчел взяла на себя ответственность и вкратце рассказала, почему мы собрались. – Так я здесь, чтобы помочь получить высокую должность нашему малышу? И как долго вы планируете охотиться на Чарльза? – Мы не знаем. По крайней мере, этот дом я забронировала на месяц, значит время есть, – ответила я, держа в руках кружку. – На месяц? Ты что, с дуба рухнула? – швед повернулся к блондинке, – Рэйчел, а ты, прости, когда в офис принесла заявление, под фразой: «Прошу предоставить мне отпуск продолжительностью 7 календарных дней» имела в виду: «Я свалю в Англию на месяц»? – А я стратегически отступила, – спокойно ответила Линд. – Я бросил в Швеции неподписанные договора, партнёров, чтобы... Я чувствовала, как злость закипает во мне с каждой минутой все больше и больше. – Так стоп, – я перебила Александра, отложила поднос на диван и подошла к Нильсену, укоризненно тыча в него пальцем. – Я не хочу ничего знать про твой бизнес, яхты, партнеров. Это стоп-слова в нашем доме, ясно? Если тебя не устраивают такие условия, я сейчас же возьму обратный билет в Швецию ближайшим рейсом. Или может тебе устроить морское путешествие до дома на яхте, раз ты жить без них не можешь? Алекс посмотрел на меня с каким-то умилением и ехидно улыбнулся. – Обычно я предпочитаю другие стоп-слова, но можно использовать и эти. Рэйчел подошла и встала между нами, как будто разнимая двух питбулей, не поделивших кость. – Ребята, а может соберемся на кухне, откроем что-нибудь покрепче и просто поболтаем? Мы столько времени не виделись, и наверняка каждому есть что рассказать, – чтобы хоть как-то разрядить напряженную обстановку, предложила Рэйчел. – Там лежит бутылочка неплохого вина, м? – подмигнула мне блондинка. – Я бы сначала принял душ. Агата, покажешь, где моя комната? – Хорошо, – я провернулась к Сэму и Рэйч, – ребята, давайте через час, встречаемся на кухне. – Отлично, я пока что-нибудь приготовлю нам на вечер, – Линд просияла от радости, а в ее глазах читалось: «шалость удалась». Мы молча поднялись с Александром на второй этаж. Подойдя к двери единственной свободной спальни, я вручила ему ключ и сделала большую ошибку, посмотрев в глаза. Черт, как же он красив. Его взлохмаченные темные пряди рассыпались по сторонам, ярко-голубые глаза смотрели, казалось, в самую душу, прожигая меня насквозь. Улыбка осталась та же – чуть кривой, медлительной и оттого придающая лицу озорное, невероятно соблазнительное выражение. Александр смотрел на меня так же – изучая. Его взгляд упал на мою шею, на губы, а затем – на глаза. Между нами разливалась сумасшедшая энергия, ощутимая на ощупь. Нильсен сделал шаг в мою сторону и встал настолько близко, что я слышала стук его сердца. Он провел ладонью по моей щеке и сделал глубокий вдох, отчего наши тела слегка соприкоснулись. Я увидела знакомый голодный взгляд в его глазах и прикусила внутреннюю сторону щеки, стараясь сохранять спокойствие. Его взор снова скользнул по моим губам. Черт, я хочу, чтобы он поцеловал меня. Очень хочу. Он наклонился ко мне, и я уже чувствовала его обжигающее дыхание… как вдруг на лестнице послышались шаги. Александр моментально отстранился от меня, взял ключи и молча вошел в комнату, закрыв дверь. Что это сейчас было? – Агата, я как раз искал тебя. Мне нужны кое-какие личные данные Чарльза, поможешь с информацией? Сэм, ты как чувствовал, что меня нужно срочно спасать. Спасать от очаровательного монстра и его поцелуя, о котором я наверняка бы сожалела.

***

Мы собрались на кухне, открыли напитки и уселись за стол. – Давайте каждый расскажет о самых приятных моментах, которые произошли за эти полгода? – предложила Рэйч, держа в руках бокал. – Агата, начнем с тебя. Я нахмурилась, вспоминая свою жизнь в Италии. В какой-то степени это был период «очистки» от прошлой жизни. Я работала, общалась с коллегами и посетителями, на выходных ездила по соседним городам, изучая достопримечательности и историю страны, не загружала себя никакими проблемами и пыталась расслабиться. Ключевое слово здесь – пыталась. В какой-то момент я поняла, что отдыхаю физически, но не морально. И нашла решение проблемы – пробовать себя в разных увлечениях. С бегом как-то сразу не задалось. После 3 вечерних пробежек, на которых меня активно обгоняли итальянские пенсионеры, я сдалась. Затем выбор пал на кулинарную школу. Я была готова практически ко всему: создавать вкусные шедевры, делать украшения на тортах, печь маффины и кексы. Но только не к тому, что листья для лазаньи нельзя покупать заранее перед приготовлением блюда. В этом деле меня хватило на 5 уроков. Я перепробовала и другие варианты хобби: азартные игры, пилатес, футбол, лазертаг и даже садоводство. Выращивать лимоны в квартире, как тебе такое, Илон Маск? Разочаровавшись в каждой из этих сфер, однажды я пришла к художнику. Отпив немного вина, решила рассказать именно эту историю – о моем новом хобби. – Я начала рисовать и увлеклась живописью. Почувствовала, что это мое, – схитрила, решив не рассказывать о своих предыдущих неудачах, – и записалась на мастер-класс к художнику, его звали Леонард. Он оказался замечательным наставником. Я заметила, как у Александра взгляд стал напряженнее, сузились зрачки. Он залпом выпил виски из бокала. – Представляете, – продолжила я, – мой учитель – это принц из Сагара. Его судьба сложилась не самым лучшим образом – девушка, в которую он был влюблен, вышла за его брата. После этого он сбежал в Италию и начал проводить мастер-классы по живописи. Только посмотрите, чему он меня научил! – я достала телефон и начала показывать свои работы. – Ничего себе, Агата, да у тебя талант! – искренне восхищаясь, сказала Рэйчел. – Тебя всю жизнь окружает искусство, даже бизнес Аннет связан с картинами, не удивительно, что внутри тебя живет художник! – Тут скорее дело в учителе, если бы не Леонард, я бы и кисть держать не умела. И это было правдой. Мы с Лео классно проводили время не только рисуя, но и общаясь. Я отдаленно рассказывала о своих проблемах, скрывая историю о прошлой жизни, и всегда получала от него поддержку. Мы общались исключительно по-дружески, и никто из нас не нуждался в большем. Александр опустошил еще один бокал, а я, понимая, что «отстрелялась», приступила к вину. Через час мы все были «в ударе» от веселых историй и выпитого алкоголя. Сэм рассказал, как проиграл пари на работе и неделю ходил в офисе только в рубашке и боксерах. Рэйчел поделилась историей о том, как в один из вечеров на нее напал грабитель, пытаясь украсть сумочку. Правда в ответ блондинка припечатала его лицо к бордюру. – Он совершенно не ожидал, что маленькая хрупкая девушка на такое способна. Не зря я 7 лет занималась боевым самбо, – смеялась Линд. – Александр, теперь твоя очередь! – Мне совершенно нечего рассказать, в моей жизни есть только работа, – отпивая виски, немного раздраженно поделился швед. – Давай тогда историю с работы. Наверняка были какие-то веселые ситуации? – Сэм решил выманить хоть какую-то информацию. – Нет. – Совсем-совсем? А может расскажешь про свою новую помощницу, вы постоянно с ней над чем-то хихикаете? – подала идею для истории Рэйчел. Услышав слово «помощница» меня накрыло волной то ли опьянения, то ли разочарования. А что ты хотела, чтобы Нильсен прилетел сюда на единороге, признался, что за это время не посмотрел ни на одну девушку, сделал тебе предложение и забрал с собой в мир розовых облаков? На мгновенье наши взгляды пересеклись. Что-то произошло между нами, это было одновременно волнующим и пугающим. Смотря в мои глаза, Алекс произнес, будто бы отвечая мне: – У меня с ней ничего нет. – Просто она стала чаще задерживаться на работе с тобой, а по утрам рассказывать ваши общие шуточки. Я уже запереживала, что теряю друга, – блондинка вопросительно смотрела на Алекса. – Рэйчел, может сменим тему? – рявкнул швед. Слушая разговор этих двоих, мне стало одновременно жарко и холодно. Почему я чувствую боль? Почему так хочется плакать? Допив остатки вина залпом, я встала. Ноги предательски подкосились и, сделав шаг, я начала грациозно падать, пока меня не подхватил Сэм. – Агата, ты нормально себя чувствуешь? – Да, – пытаясь сделать вид трезвой и разумной леди, заплетающимся языком сказала, – я просто хочу достать еще одну бутылочку вина и продолжить вечер в комнате. Как сильная и независимая! Выпутавшись из рук Макото, я с трудом сделала еще один шаг и поняла, что последний бокал все-таки был лишний. Да и бутылку, пожалуй, оставлю до лучших, точнее худших времен. Оставалось самое сложное – уйти красиво. Пока я продумывала план, как добраться хотя бы до лестницы и не споткнуться, подошел Александр, взял под руку и сказал остальным, что проведет меня до спальни. Решив, что сопротивляться без толку, я покорно, как мне казалось на тот момент, «разрешила» проводить меня. – Кто бы мог подумать, что бутылка вина оказывает на тебя такое действие. В следующий раз я буду выдавать тебе бокалы дозированно. – Кто бы мог подумать, что ты так быстро уложишь в постель первую встречную. В следующий раз на собеседовании проверяй у кандидаток «в помощницы» наличие ума. Говорят, клевая штука, иногда пригождается. Я была зла. На Нильсена, из-за того, что появился здесь со своими насмешками, давая намеки, что ему не все равно, но при этом ведя себя как последняя сволочь, и на себя, что вот так глупо сдалась и показала свою слабость. Он поморщил лицо, будто его только что ударили. Глубоко вздохнув, он опустил голову. Мы поднимались по лестнице в тишине. Остановившись перед дверью в комнату, Александр взял меня за руку, его лицо было напряженным. – Агата, ты преувеличиваешь. – произнес он тихо, волнительным голосом. – У нас… – Ой, не хочу ничего знать, мне абсолютно все равно, – соврала я. – Тебе нужно отдохнуть и выспаться. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей. – Конечно, – ответила я хладнокровно, стирая все эмоции с лица, выдернула свою руку из его и зашла в комнату. Закрыв дверь, я сползла по ней вниз и прижала ладони к лицу, пряча нахлынувшие слезы. Просидев так какое-то время, я испуганно дернулась, услышав резкий и неожиданный звук. Окно распахнулось, в комнату ворвался свежий ветер, а через несколько секунд залетел небольшой камень с привязанной бумажкой. Я быстро встала с пола и подошла к окну, в надежде увидеть отправителя послания, но на улице было пусто. Взяв камень, и освободив записку от нитки, прочитала: «Встречаемся следующей ночью в 2:00 на парковке Gallery Business Park. Без свидетелей. Не забудь взять налог…». Чтооо? Какую сумму? – увидев множество нулей, я испугалась. Это что, чья-то шутка?