Лекарство от любви

Весь рабочий день Наруто мог думать только о Саске и о том, чем он там, у него дома, занимается. Нашел ли общий язык с родителями? Не устроил ли какой-нибудь скандал? Узумаки сильно заботило то, что он не может предугадать действий приятеля. К концу дня опасения переросли в страх и тревогу, и он уже потянулся к телефону, чтобы позвонить матери, но остановил себя. Это же абсурдно. Саске вчера вел себя нормально, и нахождение в чужом доме заметно пресекало его поведение: он уже не такой борзый, каким был раньше. Все должно обойтись без ссор и дискуссий. С этим настроем и верой в лучшее, Узумаки шел домой, перебирая немногочисленные контакты. В этот список его занесла случайная, наводящая мысль об Итачи, который, наверное, не знает, где шляется его горемычный брат. Вдруг он уже обзвонил, по традиции, все больницы и морги? Нехорошо не предупредить его, где носит Саске и почему. — Да, слушаю, — как только гудки заменил спокойный голос, Наруто остановился, вперив взгляд в выбоину на дороге. — Э, привет, Итачи. Не отвлекаю? — Нет, не особо. Кхе-кхе… можешь говорить, — Итачи догадывался, что послужило причиной неожиданного звонка, но хотел услышать это напрямую, чтобы уж наверняка искоренить опасения. Он не стал бить тревогу, когда Саске не вернулся домой. Но и оставаться полностью равнодушным к тому, что тот до сих пор не дал о себе знать, тоже не смог. Нервы сами накручивали себя, внушая, что с ним могло что-то случиться. — Я хотел сказать, чтобы ты не переживал, что Саске дома нет. Он у меня сейчас, лечится от простуды и все такое. За ним моя мама присматривает, а я со школы иду, если что. Сухой кашель прогремел, словно в ответ, и лишь затем Итачи добавил: — Хорошо. Спасибо, что предупредил, я как раз думал об этом. Уже собирался искать твой номер. — Значит, я вовремя позвонил. — Да, вовремя, — на самом деле Итачи несколько раз отдергивал руку от телефона, чтобы не набрать Наруто посреди ночи. Он был неспособен сосредоточиться на куче новой, навалившейся работы, думая только о брате. Саске значительно его обеспокоил. — Сбросишь мне свой адрес, чтобы я точно был спокоен? — теперь от души знатно отлегло и Итачи осталось лишь узнать его местонахождение. Так, на случай, если брату станет хуже или ему что-то понадобится. — Да, конечно… — Наруто ожидал куда больше вопросов по поводу всего, но и это тоже не разочаровало. Итачи явно переживал. Может даже волосы на себе рвал, пока Узумаки радовался тому, что Саске впервые его послушал. Наверное, надо было раньше ему сказать, еще как только встретил Учиху на лавочке. Если бы только в тот момент эта идея нагрянула к нему. Наруто еще пару минут потрандел с ним по каким-то не важным темам и отключился, тут же отсылая название своей улицы и номер дома. Не будет лишним, если Итачи узнает, где он живет: вдруг соберется приехать и заберет Саске, избавив Узумаки от еще одной проблемной части. Ведь не сможет же он всю жизнь укрывать того у себя. Рано или поздно Учихе придется вернуться.

***

— Привет, мам! — Наруто зашел на кухню, мысленно радуясь, что та не разрушена и не догорает в нестухаемом огне, как было когда-то. С тех пор прошло много времени, но Кушина так и осталась рассеянной и очень вспыльчивой женщиной, способной на многое в порыве гнева и негодования. — Привет, милый. Ужинать будешь? — Я в комнате поем, ладно? Хочу с Саске кое о чем поговорить, — то, что мама находится в хорошем расположении духа, это, конечно, замечательно, но не определяет полную картину здесь произошедшего. Интуиция все равно твердила, что что-то было, что-то произошло, пока он сидел за школьной партой. И хотелось бы узнать, что. Схватив тарелку, он ушел в комнату, где, как оказалось, Саске уже давно был занят просмотром какого-то не очень интересного фильма. Учиха и не заметил его появления, лежа спиной ко входной двери и, только он хотел заявить о своем присутствии, как тут же отвлекся на содержимое тарелки в руках. Вроде бы ничего не обычного: пюрешка и пара блинов, но что-то во всем этом было не так. Что-то отличалось и бросалось в глаза, только Наруто не сразу понял, что. Отставив посуду в сторону, он лег на свободную половину кровати, заглядывая через плечо Саске в экран ноутбука. — Я вернулся. Как ты себя чувствуешь? — спросил он, наблюдая за комедийной сценой в фильме. Какой-то парень именно в этот момент оступился и покатился по ступенькам, упав прямо на проходящую мимо девушку и соединившись с ней в подобии поцелуя. Саске глянул на него периферическим зрением, но так и не повернулся, продолжая глядеть только в экран. — Нормально. Умирать не собираюсь. — Это хорошо… — протянул Узумаки, кладя ладонь на его холодный и немного потный лоб. — Пока меня не было, тут ничего не случилось? — Например? — Саске не понял причину вопроса. Кушина же обещала не говорить Наруто о случившемся, а узнать об этом откуда-то еще тот не мог. Так к чему спрашивать? Или это для общего анализа случившегося? — Не знаю. Просто спрашиваю, — Наруто пожал плечами, усмехаясь при виде новой юморной сцены. Похоже, он просто себя накрутил. Понапридумывал себе, что Саске точно сделает что-то не так, нагрубит матери или еще чем-то отличится, но все, кажется, протекает, как нельзя, лучше. — Кстати, скажи честно, блины ты готовил? Фильм очень некстати завис именно на этом моменте, не позволяя затянуть молчаливую паузу, в миг которой Саске пытался понять, откуда тот догадался об этом. Там же не написано, кто стоял у плиты и при каких обстоятельствах. — Я что, похож на кухарку? — Не очень. Но если надеть на тебя фартук… — только после этого обидно-протяжного предложения, Учиха решил к нему повернуться, но лишь, чтобы обдать недовольным, почти убийственным взглядом. — Если я и надену его, то только, чтобы тебя отжарить. Почему-то именно после таких высказываний, Наруто становилось легче и душевно, и физически. Когда он недовольствуется, когда льет сарказмом и угрожает либо расправой, либо изнасилованием, то на душе даже спокойнее. Значит, он в себе. Значит, все в порядке. — Ха-ха. Говори, что хочешь, но у мамы блины всегда пригорают, — именно это и навело Наруто на мысль, что автором сие кулинарного шедевра был кто-то другой. Наверное, он никогда бы в жизни не догадался, если бы не знал свою мать так хорошо, а так… это было элементарно. Саске не осталось ничего, кроме как отвернуться и снова уставиться в зависший экран. Откуда же он мог знать, что Узумаки поймет это по такому глупому признаку? Шерлок Холмс недоделанный.

***

Тишина и молчание стали их спутниками на весь следующий час, за который Наруто успел переодеться, поесть и сесть, вернее лечь, за уроки. Расположившись на кровати, ногами к изголовью, он пытался решить нереально запутанные математические задачи. Наверно, излишне говорить, что математика — его худший враг, и тем более, незачем вдаваться в подробности его бесконечных попыток вникнуть в ее смысл, но этот процесс со стороны выглядел довольно занимательно. Особенно, когда он дрыгал ногами, мешая Саске смотреть все тот же бредовый, комедийный фильм. Учиха и так был не в самом лучшем настроении, после того, как этот «непризнанный детектив» раскусил его на ровном месте, и теперь придумывал способ как-нибудь ему насолить. Желательно, чтобы тот это запомнил. И маленькая подлость достаточно быстро родилась в его голове. Злорадно ухмыльнувшись и вытащив ноги из-под одеяла, он аккуратно поддел пальцами футболку Наруто, мигом прижав холодные ступни к его пояснице. — Шшш… Саске, блин, что ты делаешь? — Узумаки тут же выгнулся, пытаясь уйти от ледяного прикосновения, но вместо этого лишь плотнее к нему прижался. — Грею ноги. Не видно? — Учиху удивляло то, какой он, оказывается, горячий. Ходячая батарея. Или скорее обогреватель на ножках. — Почему об меня? — не то чтобы Наруто был против… хотя нет, он против. Очень даже против. Потому что ноги у Саске холодные, как его непробиваемый нрав. — А ты видишь здесь другой источник тепла? Да, один такой был, но он находился у окна, приваренный железом к стене. И, видимо, Учихе было лень встать и греть ноги о него. Проще же сунуть их в Узумаки. Проще и коварней. Наруто погрыз пластмассовый кончик ручки, думая, как избавиться от холода в пояснице, не нарвавшись на пендель и не устроив тут драку. Первой мыслью было, пощекотать наглую ногу, как в прошлый раз, но потом она так же отбросилась, как слишком банальная. Он же так уже делал. На этот раз нужно поступить иначе. Извернувшись, он поймал его ступню, намеренно глядя прямо в глаза, чтобы тот видел всю решимость его характера. С Саске так и нужно: неожиданно и нагло: нужно выбить из колеи, чтобы приструнить. Что Наруто и попытался сделать, пододвинувшись ближе и поцеловав бессовестную ступню, прямо в ложбинку между вторым и третьим пальцами. Касание получилось щекочущим и смазанным, потому-то, наверное, Саске так дернуло от него. Никак иначе. И потому он так резко попытался выдернуть ногу, которую Узумаки крепко держал, оплетая пальцами лодыжку. — Отпусти, — Учиха хотел ударить его другой ногой, но не стал. Что-то остановило, успокоив и действительно приструнив атмосферой происходящего. — Ты первый начал. — Да, но лизать мне ноги я не просил, — щек почему-то коснулся незаметный румянец, прямо как тот, что появлялся на лице, когда он разрешал Наруто себя касаться. Это не видно со стороны, но Саске подобные вещи смущают. Да, он ведет себя, как конченый извращенец, да, может говорить достаточно странные и пошлые вещи, но это другое… от этого внутри что-то начинало клокотать. — Тогда убери их и помоги мне сделать уроки. Саске только сейчас заметил раскрытый учебник и тетрадку, в которой было куча пометок и перечеркиваний. — Ладно, помогу, только отцепись. Наруто улыбнулся, как бы радуясь своей победе и отпустил его, не удивившись прилетевшему удару в бедро. Слабому и почти что немощному, будто бы предназначенному лишь для отвода глаз. — Показывай, что там у тебя? — Саске перелез на ту сторону кровати, к нему, заглядывая в усыпанный черными буквами и цифрами учебник. — Вот это. Час уже голову ломаю, нихрена не понял, — Узумаки ткнул пальцем в задачу под номером 103, где все, от начала до конца, было для него сродни ведьминого заклятья. А для Саске должно быть проще пареной репы. И да, так и было. Учиха пробежался глазами по заданию, затем по попытке Наруто ее решить и вздохнул: — Я вижу. Ты не ту формулу использовал, — он полистал учебник, открыв на безымянной странице, где как раз жирным шрифтом была выделена нужная информация. — Вот эту подставлять не пробовал, дубина? — Точняк. Во я тупой, — Наруто стукнул себя по лбу, тут же устремляясь писать решение. И оно, наконец-то, получилось правильным. Впервые в жизни у него получилось правильно решить математику. Правда радоваться было пока рано. — Следующая так же решается? — он уже почти начал расписывать вторую по той же схеме, но Саске перехватил его руку, останавливая и накрывая пальцы своей. — Нет, следующая решается так, как ты пытался решить первую, — он даже помог написать это, выводя чужой рукой правильные числа и буквы. И буквально на глазах вся домашняя работа кончилась так быстро, будто ее и не было. Будто они не математикой занимались, а чем-то очень интересным и быстротечным. И, если честно, Наруто даже понравилось. Просто ко всему нужно находить свой, индивидуальный подход. — Класс, теперь точно контрольную напишу, — захлопывая учебник, радовался он. — Спасибо! — в порыве мгновения счастья, Узумаки как-то чисто машинально его поцеловал, прямо в щеку, прямо так благодарно и невинно, как обычно, целуют родителей или братьев. И Саске уже в который раз за день растерялся, потирая щеку, будто ему от этого противно. Ну, а как еще он должен на такое реагировать? — Отработаешь, — бросил он и полез обратно к изголовью кровати. Хватит с него Наруто и его сегодняшних откровений и романтики. Похоже родной дом положительно влияет на него, сделав уверенней и тверже, чего не смог Саске добиться в своей квартире. Что ж, он воспользуется этим. Позже. Когда будет в тонусе. — Если честно, я не хочу оставаться у тебя в долгу. Если я расскажу тебе, почему я секса боюсь, это будет считаться искуплением? Ты же хотел узнать, — Наруто долго думал и решал, стоит ли рассказывать об этом, не поймут ли его превратно и не станут ли его за это осуждать. Саске же может. Ему только повод дай. Но теперь он решил все, прямо как эту дурацкую задачку. Ведь он не Учиха, чтобы все на свете о себе скрывать. Он другой. И держать в себе вещи, наслаждаясь собственной загадочностью, важным не считал. — Ты же говорил, что не готов, — Саске снова не дали досмотреть этот фильм, отвлекая куда более интересными вещами. — Да я много к чему не готов. Но кто-то из нас все равно должен продолжить, иначе мы с мертвой точки не сдвинемся, — они затеяли эту игру, значит должны продолжать ходить, пока кто-то из них не проиграет или не выиграет. Не ясно еще, что будет там, в конце игры. Но сейчас, пока она не закончилась, Наруто будет тем, кто снова выложит все карты на стол. Кто совершит очередной переворот в их отношениях.