Bloody Ring

      Экран телефона вспыхнул в тёмной комнате, разбудив Джона от глубокого сна. Была поздняя ночь; он едва разлепил глаза, всё ещё находясь в полусонном состоянии. Подняв голову, он потянулся к телефону, который завибрировал на прикроватной тумбочке. Потребовалось несколько секунд, чтобы глаза привыкли к яркому свету, а также некоторое время, чтобы суметь прочитать сообщение, полученное от друга. Он улыбнулся, и, размышляя над ответом, получил ещё одно сообщение. А потом ещё одно.       Джон никогда не умел писать так быстро, как это делал Шерлок, поэтому решил подождать, пока друг напишет всё, что хотел ему сказать.       Сообщения приходили одно за другим. Джон положил телефон на живот и прикрыл глаза сгибом локтя. Постоянная вибрация не давала ему уснуть, поэтому он невольно продолжал оставаться в сознании.       С улыбкой он подумал, что, должно быть, у Шерлока был тяжёлый день или он просто снова страдал от скуки, потому что телефон продолжал вибрировать. Наконец, Джон решил проверить количество пришедших сообщений.       Пятнадцать… Он весело покачал головой и внезапно заметил свет из другой комнаты, проникавший в спальню через дверную щель.       Джон посмотрел на время. Было почти три часа ночи. Он отложил свой всё ещё вибрирующий телефон и встал с постели. Осторожно толкнув дверь, Джон увидел Майкрофта, который, несмотря на поздний час, по-прежнему работал на своём ноутбуке. Холодный свет, падавший от экрана компьютера, делал его лицо более бледным и худым, чем было на самом деле. На диване лежали постельные принадлежности, а рядом — открытый чемодан.       Всё указывало на то, что Майкрофт готовился ко сну, однако работа по-прежнему занимала более важное место в его жизни.       Джон наклонил голову и посмотрел на него. Майкрофт откинулся на спинку стула и потёр свои усталые глаза. Должно быть, он знал, что за ним наблюдают, потому что, наконец, повернул голову и посмотрел на Джона.       Они молча глядели друг на друга. Джон даже не пытался убедить его пойти и отдохнуть; он знал, что не должен вмешиваться.       Мгновение он колебался, но потом, тихо вздохнув, закрыл дверь спальни.

***

— Спасибо, — радостно сказал Джон, идя рядом с Майкрофтом. Впервые с момента приезда в Венецию они вместе позавтракали не в номере, а в элегантном ресторане отеля.       Джон был очень доволен этой переменой и рад, что Майкрофт немного изменил свой график, показывая ему отель. — Нам всем иногда нужны перемены, Джон.       Он отчётливо видел, что Майкрофт был в приподнятом настроении, даже сейчас, когда читал сообщения, полученные от брата. Они оба медленно прошли через главный зал, наслаждаясь приятной прохладой. Температура на улице была почти невыносимой, поэтому Джон обрадовался, когда Майкрофт решил, что сегодня он может остаться в номере и не сопровождать его на конференции. — Кстати, о переменах… — подал голос Джон; его тон привлёк внимание Майкрофта. Они стояли лицом к лицу у одной из колонн. — Тебе что-нибудь сообщали о новом номере для нас?       Майкрофт удивлённо поднял брови и оглянулся по сторонам. — К сожалению, персонал отеля никак не упрощает нашу жизнь, Джон. Вероятно, нам потребуется больше времени, чтобы разобраться с этой ситуацией. Надеюсь, это не доставляет тебе большого неудобства. — О, нет. Конечно, нет… — быстро ответил Джон. У него и в мыслях не было жаловаться. Просто он знал Майкрофта. Тот был таким же упрямым, как и Шерлок, и убедить его в чём-либо было совсем нелегко. В конце концов, он же был гением и не позволил бы другим принимать решения за него.       Но Джон был врачом и видел состояние Майкрофта, который вряд ли привык к некомфортным условиям. Его позвоночник находился не в лучшем состоянии. С каждым днём его шея болела всё больше и больше, из-за этого он чувствовал сонливость и раздражение. Джон чувствовал себя виноватым, ведь он даже не предложил ему разделить с ним кровать. Майкрофт был слишком горд и скрытен, чтобы раскрыть своё человеческое поведение, даже если это касалось столь тривиальной вещи, как сон или отдых. — Не пойми меня неправильно, Майкрофт… — Я знаю, — перебил тот его, с улыбкой кивая в сторону лестницы. Джон заметил Франческу и её мужа, которые уже ждали их. Женщина подошла, широко раскрыв руки. Схватив лицо Джона, она расцеловала его в обе щеки. — Майкрофт, дорогой, почему ты держишь Джона только при себе? Не скрывай его от мира, это почти грех! — провокационно воскликнула она, на что Майкрофт скромно улыбнулся. — Мы с Франко искали вас, а теперь я хочу похитить твоего Джона. Если ты, конечно, позволишь… — Я не против. Рад, что могу рассчитывать на тебя, Франческа. — Майкрофт чуть поклонился и, коснувшись рукой спины Джона, слегка подтолкнул его в её объятия. Франческа обхватила Джона за руку, чувствуя себя совершенно комфортно.       Спустя мгновение Франко уже стоял рядом с Майкрофтом, начиная беседовать с ним по-итальянски. Джон понимал, что да — он был рад присутствию рядом с ним Франчески, но ему не хватало внимания своего притворного мужа, и чувство это было не только непонятным, но и тревожным. — У наших мальчиков есть свои дела с остальными. Я хочу показать тебе вид с террасы, Джон, а затем мы отправиться в город, — сказала Франческа, весело схватив Джона за руку. Он улыбнулся ей, бросив последний взгляд на Майкрофта, разговаривавшего с Франко. Тот краем глаза незаметно наблюдал за Джоном. — Джон. Вероятно, мы не увидимся до вечера, — вдруг обратился к нему он. — О! Тогда я заберу Джона, и мы вместе пообедаем, — с удовольствием воскликнула Франческа. Джон не ответил, просто кивнул. Он попрощался и стал отдаляться к лестнице со своей спутницей, но не успел подняться даже на вторую ступеньку, как услышал за спиной голос мужа. — Джон…       Он остановился и повернулся к Майкрофту. Тот, выпрямившись, пошёл в его сторону и ступил на первую ступеньку лестницы. Джон был потрясён происходящим. Он даже не заметил, как его притворный муж нежно обхватил его подбородок пальцами и без предупреждения соединил их губы в поцелуе.       Всё ещё в замешательстве, он чувствовал мягкое прикосновение губ Майкрофта и кончик носа, касавшегося его кожи. Действия его не были резкими, он был мягок и уверен в себе, согревая нижнюю губу Джона своими губами.       Когда Майкрофт начал посасывать её, тот еле заметно вздрогнул и тихо застонал от удовольствия, боясь открыть глаза. Пальцы на его подбородке были тёплыми, но с каждой секундой их прикосновение ощущалось всё меньше и меньше. Мгновением позже Джон открыл глаза; щёки его горели, а дыхание прерывалось. Он всё ещё чувствовал Майкрофта рядом с собой. Сфокусировав взгляд, он заметил слабый румянец не только на лице Майкрофта, но и на его шее. Глаза его чуть затуманились.       Джон потерял счёт времени, не представляя, сколько длился их поцелуй: секунду ли, или намного-намного дольше. Единственная мысль, пришедшая ему в голову, была о том, что он только что целовал одного из самых влиятельных и опасных людей Англии. Он целовал Майкрофта. Брата его лучшего друга. Джон вздрогнул, но не из-за страха, а скорее от волнения и неверия.       Майкрофт случайно вдохнул горячий воздух в его влажный рот; он отпустил его лицо, выпрямился и в последний момент воздержался от того, чтобы не прокашляться. Посмотрев в удивлённые глаза Джона, он поднял его руку и нежно поцеловал пальцы.       Джон не сводил с него глаз, даже когда Майкрофт отступил на два шага и присоединился к Франко. Двое мужчин были на полпути к большому залу, когда Майкрофт вдруг обернулся. Их с Джоном взгляды встретились в последний момент, прежде чем тот исчез за мраморной стеной.       Джон молча стоял несколько секунд, не в силах унять сумасшедшее сердцебиение. Аромат Майкрофта всё ещё витал в воздухе.       Когда он наконец повернулся к Франческе, то увидел, что та стояла на две ступени выше него.       Она смотрела на Джона, не скрывая улыбки. — Ты очень важен для него, Джон… — сказала она и мягко коснулась лица Джона. Его приоткрытые губы были горячими и влажными. Она осторожно приложила большой палец к его нижней губе и стёрла остатки влаги, оставшейся после поцелуя.

***

      Джон не видел Майкрофта весь остаток дня. На мгновение он даже подумал, что мужчина вёл себя так из-за их утреннего поцелуя. Майкрофт был отстранённым человеком, но необходимость притворяться женатым оказывало на него некоторое влияние. У Джона были доказательства того, что на Майкрофта мог повлиять даже обычный поцелуй. Румянец, дрожащие губы, затуманенный взгляд; всё это свидетельствовало о нормальности Майкрофта.       Но сейчас Джон был один. Он лежал на большой кровати в тёмной комнате и не переставал задаваться вопросом, почему Майкрофт ещё не вернулся. Погрузившись в эти мысли, он не заметил, как уснул.       Проснулся Джон от тихого постукивания. Повернув голову, он увидел свет за дверью, как и прошлой ночью. Джон не знал, сколько сейчас времени, но был уверен, что все нормальные люди уже спали. Встав с постели, он тяжело вздохнул и тихо открыл дверь.       Глазам его предстала та же картина, что и двадцать четыре часа назад: Майкрофт сидел перед ноутбуком, а постельное бельё было приготовлено на диване. На этот раз, однако, было что-то необычное. Майкрофт казался… другим. Джону потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что его муж был одет не в костюм, а лишь в простую рубашку и спортивные штаны. Это зрелище настолько удивило Джона, что на мгновение он застыл в дверном проёме. Майкрофт посмотрел в его сторону, но не сказал ни слова, возвращаясь к работе за ноутбуком. — Майкрофт, уже почти четыре утра… — произнёс он, подходя к мужу со скрещенными руками. Прислонившись спиной к окну, он уставился на лицо Майкрофта — бледное от холодного свечения экрана. Майкрофт театрально вздохнул. Джон сразу же вспомнил своего лучшего друга, который точно так же выражал своё раздражение. — Прекрасно, Джон. Я вижу, что не в зависимости от времени суток, у тебя великолепная наблюдательность.       Джон знал этот тон. Он прожил с Шерлоком слишком много лет и был уверен, что что-то, должно быть, расстроило Майкрофта, потому что тот редко позволял себе подобные замечания и удручённость в голосе. Однако Джона это не обескуражило, а скорее мотивировало на продолжение разговора. — Не хочу быть назойливым, Майкрофт. Ведь, в конце концов, ты взрослый, и сам отвечаешь за своё здоровье… — Совершенно верно, Джон. Я рад, что мы поняли друг друга, — с этими словами Майкрофт вернулся к постукиванию пальцами по кнопкам клавиатуры. Его не волновали слова Джона, и он не обращал на него внимания. По крайней мере — пытался. — … но я поступил точно так же с твоим братом. И, поверь мне, хотя он был не очень счастлив поначалу, зато теперь он более здоровый человек. — Спасибо за заботу, Джон. Я очень ценю это, но у меня есть свой личный врач, и я не нуждаюсь в диагнозах или рекомендациях от тебя… — Майкрофт перевёл взгляд на своего мужа, всё ещё стоявшего со скрещенными руками и глядевшего на него хмурым взглядом. Наконец он вздохнул и откинулся на спинку стула. — Ничего важного я не делаю, Джон. Иди спать. Обещаю, я разберусь с этим документом и тоже лягу… — Ничего важного? — переспросил Джон. — Тогда заканчивай прямо сейчас, — добавил он и захлопнул крышку ноутбука.       В комнате стало темно; оба мужчины замерли. Несмотря на тишину, Джон услышал звук собственной крови, пульсирующей в голове.       Спустя мгновение, глядя в глаза Джона со странной смесью вызова и безразличия, Майкрофт снова открыл ноутбук, ожидая его реакции. — Я сейчас закончу, Джон. Мне нужно ещё несколько минут, чтобы… — Майкрофт не смог окончить фразу. Он увидел, как Джон твёрдым, но изящным движением прижал палец к кнопке питания ноутбука. В комнате снова стемнело. Джон почувствовал на себе пристальный взгляд своего собеседника, но не ощутил испуга. Он должен был признать, что эти игры с братьями Холмс — особенно со старшим — были весьма стимулирующими. — Хорошо, — голос Майкрофта эхом разнёсся по комнате. Он не был зол, скорее удивлён. Как будто не верил, что кто-то мог сделать с ним нечто подобное. Он встал со своего места и собирался уже пойти в сторону дивана, когда перевёл взгляд на фигуру Джона, освещенную светом из окна. Тот стоял, выпрямившись, пальцем указывая на спальню. — Мы идём спать, Майкрофт, — голос его был спокоен, однако старший мужчина смог уловить в нём отголоски армейского тона. Должно быть, именно его Джон использовал, когда отдавал приказы. Майкрофт не двинулся с места, будучи неуверенным в том, что правильно понял услышанное. — Прошу прощения? — недоверчиво спросил он. — Довольно, Майкрофт. В нашем распоряжении есть огромная кровать, на которой мы оба поместимся без проблем. Не веди себя как принцесса; отложи свою нелепую гордость и пойдём спать.       Майкрофт не верил своим ушам. Он даже не знал, как реагировать или ответить на такое.       Джон обошёл его, положил руки на его плечи и уверенно повёл в спальню. — Ложись и спи, — сказал он, обходя кровать и указывая на свободную половину. Он лёг на свою часть матраса и выключил свет, не оглядываясь на Майкрофта.       Джон не знал, какое решение тот примет.       А Майкрофт, должно быть, находился в состоянии шока, так как некоторое время не двигался и не издавал ни звука. Только через несколько минут матрас на другой стороне мягко прогнулся под его весом. Джон слегка улыбнулся и подумал о том, как бы отреагировал Шерлок, если бы узнал, что его лучший друг за один день успел поцеловать и поспать в одной постели с его братом.